Часть 4
7 января 2024 г., 21:33
— Как же жаль, Арсений Сергеевич, что вы не проснулись вовремя. Водка на вас плохо влияет, — наигранно произнес Антон, держа стакан воды прям над лицом воспитателя.
Еще раз с сожалением посмотрев на Арсения, Антон медленно наклонил стакан. Вода тут же оказалась на смазливом личике Арсения.
— Шастун, блять! — недовольно вздрогнул Арсений. Не успев открыть глаза, тот схватил и отодвинул руку Антона.
— И вам доброе утро, Арсений Сергеевич, — мило улыбнувшись, произнес Антон.
Кажется, в полусонном состоянии Арсений мало чем думал. Эмоции брали верх.
— Шастун, какого хуя тут происходит ты кем себя возомнил? Совсем ахуел! — агрессивно начал Арсений, поднимаясь резко с кровати. Антон, конечно, ожидал гнев, но не настолько сильный, поэтому после слов Попова тот сделал пару шагов назад.
— Ты чего испугался? Сюда подошел быстро. За свои действия, Антон, надо отвечать, — делая агрессивный шаг навстречу Антону, добавил Арсений.
— Что вы хотите сделать? — испуганно спросил Антон, прижимаясь к шкафу.
— Ну, сейчас узнаешь, — ответил Арсений. После этих слов Попов взял его за плечи и наигранно подровнял. Потом сделал шаг назад и замахнулся рукой. На такой жест Антон тут же зажмурился и закрыл рукой лицо. Спустя три секунды мягкая рука Арсения опустилась на плечо Антона, нежно поглаживая его.
— Не бойся, я пошутил. Я, конечно, злой и иногда, правда, могу дать в морду, но не в этот раз. И прежде чем что-то сделать, хорошенько подумай Антон, — сказал Арсений и аккуратно сжал плечо. На что Антон открыл глаза и медленно опустил руки. Надо было видеть этот испуганный взгляд.
— Очень смешно, — уже более спокойным голосом прокомментировал Антон.
— Совсем дурак, Шастун. Я впервую очередь педагог, и мы не в тюрьме, а в детском лагере. Так что мордобоя я здесь не допущу и сам не устрою, — произнес Арсений.
— Да иди ты нахуй со своими приколами! — грубо ответил Антон, отойдя от злополучного шкафа.
— Если найдешь на чей, то схожу. А пока иди-ка ты на планерку, — ответил мужчина.
На это лишь Антон улыбнулся и, глядя на время, решил отправиться на то самое мероприятие. Придя на штаб, Шастун увидел очень интересную картину. Все вожатые были в сборе, а вот старшая где-то гуляла.
— Привет, — сказала Оксана, когда Антон сел за стол.
— Приветик, — улыбнувшись, ответил Антон.
— А где эта мымра? — поинтересовался Шастун.
— Где носит эту шлюху — неизвестно. Но могу сказать, что она опоздала на семь минут, а это значит, что можно расходиться, — добавил парень из третьего отряда.
— Ой, может подождать? — поинтересовалась странная тихая вожатая из пятого отряда.
— Нах пошла она, мне детей вы поможете на зарядку собрать?! — возмутилась девушка из шестого отряда.
На фоне всей это дискуссии появилась та самая старшая вожатая, быстро забежав на штаб и сев на место.
— Простите, немного проспала. Вы можете кинуть в меня тапком, — мило пошутила Ира. Но пока одни воспринимали это как шутку, другие воспринимали это как возможность. Антон, недолго думая, снял кроксы и со всей дури швырнул в сторону девушки. Предмет слегка задел висок Иры и пролетел за спину. Кажется, в этот момент были в шоке все.
— Шастун, ты сдурел?! — злостно спросила Ира, направив точный взгляд.
— Вы сами разрешили кинуть в вас тапком. Я где-то не прав? — притворившись дурачком, спросил Антон.
— Если ты не знал, Шастун, то это Мем, — ответила тому старшая вожатая, поправляя волосы.
— Простите, я слишком стар для мемов и совсем их не понимаю. Вы предупреждайте в следующий раз, — произнес улыбчиво Антон. На что Ира промолчала и лишь напоследок посмотрела злым взглядом, продолжив речь.
— Итак, напоминаю, что сегодня открытие смены, а так же показ отрядных уголков. Торжественная линейка, посвященная открытию лагерной смены, состоится в десять ноль ноль. Без опозданий и строем.
Конкурс отрядных уголков будет в пять часов. Нужно подготовить номер и сам отрядный уголок. Если нет вопросов, можете быть свободны, — закончила девушка.
— Серьёзно? Ради этого мы просидели пятнадцать минут и встали в шесть утра?! — поинтересовался парень из третьего отряда.
— Извиняюсь за опоздание, но если бы некоторые не очень умные личности понимали шутки, то закончилось всё бы намного быстрее, — ответила Ира и резко встала со стула, молча удалившись.
— Пиздец, — прокомментировал парень.
После чего все вожатые отправились по отрядам, а святая троица снова воссоединилась.
— Ну ты даешь, Антох, — прокомментировал Серёжа.
— Не боишься, что директору нажалуется? — поинтересовался Димка.
— Нажалуется на что? На то, что она проспала? — насмешливо спросил Антон.
— Ну, вдруг — пожал плечами Дима.
— Сегодня идешь на Др? — сменив тему, спросил Сергей.
— Обижаешь, — ответил Шастун.
— Ну, до встречи тогда, — на последок сказал Серёжа и те разошлись по корпусам.
— Как планерка? — поинтересовался Арсений, заполняя термометрию.
— Лучше уже не будет, — коротко ответил Антон.
— А вот здесь подробнее? — оторвавшись от бумаг, спросил Арсений.
— Да чего ты так смотришь? Все хорошо, просто планерка классная была и всё, — растерянно произнес вожатый.
На что Арсений посмотрел на парня косым взглядом и, подумав «ну ладно». продолжил копаться в документах. На этот раз на зарядку дошли все дети, и даже Антон делал это утреннее мучение. Не без содействия воспитателя, конечно.
— Антон, ну ты выглядишь как палка, — прокомментировал наклоны Шастуна Арсений.
— Арсений Сергеевич, а вы выглядите как пидор, но я же молчу! — огрызнулся Антон, переставая делать наклоны.
Воспитатель возмущенно посмотрел на Антона, но рот больше не открывал. Что Шастуну очень нравилось. После завтрака все отправились готовиться к линейке. Пока Антон занимался репетицией названия и девиза с отрядом. Арсения тут же и увели в сторону. Только потом до Шастуна дошло, что это была Ира. Краем глаза Шастун посматривал в сторону говорящих о нём людей, дабы угадать, на каком моменте ему убегать от Арсения. Диалог завершился, и Арсений на удивление спокойно подошел к Антону и продолжил дело. Но Шастун знал, что Ира промолчать не могла, и Арсений всего лишь набирается сил для предстоящего шоу.
— Третью смену объявляю открытой! — торжественно произнесла директор лагеря в микрофон. После этого последовали бурные аплодисменты. Все были в восторге. Один Шастун не понимал, где он находится и что вообще происходит. Голова была забита не тем.
— Первый отряд. Ваше название и девиз? — спросила директриса.
— Наш отряд! — громко крикнула командирша.
— Оба — на! — крикнули ребята.
— Наш девиз, — продолжила командир.
— Мы ни панки, ни шпана, мы ребята Оба-на! — хором ответили дети.
После чего последовали аплодисменты и перешли к другим отрядам. Открытие смены прошло «на ура». Не верилось, что наступил четвертый день смены, и она только открылась. Это, конечно, странно, ну и ладно, времени на подготовку дали предостаточно, так что грех жаловаться.
После линейки Антон повёл всех детей в корпус. Арсений же остался рядом со штабом для какой-то очередной информации. Придя в корпус, Антон собрал детей по группам и отвел на кружки. Точнее как отвел, он сказал в каком здании они находятся и, дав морального пинка, отправил детей на поиски того самого кружка.
— Антон, я тебя сейчас убью! — разъяренно произнес Арсений, заходя в холл.
— За что? — непонимающе спросил парень, оторвавшись от лизуна, оставленного одним из детей.
— У меня злости на тебя нет. Как вообще ты собрался работать с детьми? — уже переходя на злостный крик, продолжал Арсений.
— Я ничего не понимаю, — растерянно отозвался Шастун.
— Это была моя последняя капля. Я пишу на тебя докладную, и тебя завтра же увольняют, — сказал Арсений и тут же, достав ручку с листом, принялся за дело.
— Что случилось? — переспросил Антон.
— Шастун, ну ты действительно дурачок или притворяешься? — серьезным голосом спросил Арсений. Ответа на этот вопрос не последовало.
— Хорошо, начнем с того, что ты кинул тапком в старшую вожатую. Это сколько ума должно быть у человека, чтобы такое сделать? — спросил воспитатель.
— Это еще можно как-то допустить и закрыть глаза. Взрослые люди сами разберетесь. Но когда ты отправляешь детей в одиночку, и один из них сбегает из лагеря, это перебор Антон, — закончил Арсений, прикрыв глаза.
— Так, стоп. Тапком я бросил в Иру, потому что она проспала и сама попросила это сделать. А из детей никто не сбегал я никого никуда не отправлял, — истерично ответил Антон.
— А на кружок кто отправил детей без присмотра? Молодец, Шастун! Большинство дошли, а вот Миша решил, что ему срочно нужны ягоды в лесу и вышел за территорию лагеря, — ответил тому Арсений.
— Блять, ну, Миша, если долбаёб конечный, я что, виноват? — возмутился Шастун.
— Виноват. Сложно было детей до кружка довести? Напомню, что это твоя обязанность, — ответил воспитатель.
— Насчет Иры я не виноват. Да и то, что Миша пидорас, тоже, — ответил Антон.
— Ну конечно, все вокруг не правы и виноваты. Один Шастун чистый и невинный. Мне всё это надоело. Я отношу докладную директору, и завтра мы прощаемся, — отчаянно произнес Арсений и, подписав листок, встал из-за стола, направившись на выход. Тут же по воле судьбы на пороге появилась Ира. Пиздец наступил вдвойне.
— Арсений Сергеевич, здравствуйте, — мило произнесла девушка.
— Привет, — ответил Арсений, немного меняя тембр голоса.
— Хотела тебе лично сообщить, что сегодня планерка у воспитателей в девятнадцать часов. А что это за лист? — поинтересовалась Ира, переводя тему.
— Да так, неважно, — спрятав за спиной, ответил Арсений.
— Я просто подумала, что какой-то важный документ могла бы передать, — продолжила девушка.
— Нет, так, черновик со сценарием к сегодняшнему выступлению. Спасибо, кстати, за информацию, — с улыбкой ответил мужчина.
— Ну хорошо, удачного вам дня и выступления, — произнесла Ира, хитро улыбнувшись, и, уходя, кинула злой взгляд на Антона, наблюдающего все это со стороны.
— Спасибо и тебе, — в ответ улыбнулся Арсений.
— Может, отдашь черновик со сценарием мне? — невзначай поинтересовался Антон.
— Я слишком добр к тебе. Докладную я не понесу, но твои выходки безнаказанными не останутся, уж поверь мне, — ответил Арсений Сергеевич и удалился из холла.
Антон бы мог присвоить эту победу Ире, но вряд ли Арсений передумал относить докладную из-за минутного разговора с ней. Так что Антон красавчик опять всё порешал. Но косячить надо было заканчивать.
Весь отряд сразу после обеда стал укладываться спать. Пока Арсений этому содействовал, Антон дорисовывал плакат. Через четыре часа уже было выступление, а вот уголок так и не был готов, что являлось огромной проблемой.
— Привет, медвед — заходя в холл, выкрикнул Дима.
— Привет, пацаны, — грустно произнес Антон.
— А чего так вяло? — поинтересовался Серёжа.
— Да день — пиздень какой-то, — отчаянно ответил Антон.
— У тебя every day так, — с грустной улыбкой заметил Серега.
— Да уж, поскорее бы домой. Я уже замучился, — ответил Антон.
— Не переживай ты так, давай хоть тебе поможем. Только скажи, с чем — поддержал друга Дима.
— Я буду рад, — грустно улыбнувшись, ответил Антон.
Парни вместе принялись за рисование плаката. Арсений лишь пару раз прошел мимо и, ничего не сказав ребятам, продолжал заниматься своими делами, периодически поглядывая одним глазом за процессом. Уже через час отрядный уголок был готов.
— Спасибо, пацаны. Если бы не вы, — более бодро начал Антон.
— Обращайся и не грусти. Все норм будет, — поддержали того пацаны и, попрощавшись, убежали к себе в корпус.
Конкурс проходил очень долго и гнусно. Комиссия отчитывала уголки и очень долго проходилась по всем отрядам. Но уже завтра должны были объявить итоги, которых все так сильно ждали. Наверное, все, кроме Антона. Нет, ему было не всё равно на отряд и детей, просто парень очень устал за эти дни, и его можно было понять. Открою секрет, Антон даже разочаровался в своих педагогических способностях и был готов поклясться, что по приезде домой он обязательно отчислиться из педа.
Музыка играла на весь лагерь. Пока Антон следил за отрядом, Арсений был на планерке. С Арсением, к слову, Антон больше не разговаривал. Да и о чём ему с ним было говорить? Если только опять начать выслушивать, какой из Антона хреновый педагог. Конец дискотеки оказался непредсказуемым. Весь лагерь начал строиться в орлятский круг. Орлятский круг — это когда все дети и взрослые встают в обычный круг и одна рука у соседа на плече, а вторая у другого соседа на талии. После этого играют песни под гитару и все дружно двигаются из стороны в сторону под музыку. Орлятский круг — это неотъемлемая часть лагеря и смены. Теперь таким кругом будет заканчиваться каждая дискотека. Ну, уже хорошо, что не медляком. Пока директор выстраивала всех в круг, Антон аккуратно отошел с площадки, которая находилась перед сценой, и сел на лавку. Все это дело ему казалось странным и непонятным, да и особого настроения не было.
— А ты чего сел? — подойдя к Антону, поинтересовался Арсений.
— А что такого? — спросил Антон.
— Может, подашь пример детям и встанешь в большой круг? — вопросительно сказал воспитатель. И не дожидаясь ответа, Арсений схватил Антона за руку и потянул в круг. Поставив Антона, Арсений взял его нежно за талию и замолчал. Минуту спустя вышел диджей с гитарой и все начали петь. Кажется, для Антона заиграли уже когда-то давно знакомые мотивы. И только на припеве он понял, что это за песня.
— Яхта, парус, в этом мире только мы одни — пропели все хором, пока Шастун вслушивался в слова.
— Ялта, август и мы с тобою влюблены — продолжали петь ребята, под мелодию гитары, обнимая друг друга.
— Яхта, парус, в этом мире только мы одни;
— Ялта, август и мы с тобою влюблены — спели дети последнюю строчку, потихоньку расцепляясь. Рука с талии Антона медленно испарилась, на последок нежно проводя по спине.
— Пошли строить детей на второй ужин, — сказал Арсений.
— А? — выходя из мыслей, переспросил Антон.
— Пизда. Говорю, детей строить идем, — повторил Арсений.
— Вообще-то нескладно, — фыркнул Антон и направился собирать детей.
Безусловно, это был очень милый и одновременно странный момент. И нет, я не про «пизду» а про орлятский круг. Антону даже тогда показалось, что Арсений на него не злиться и они отличные «коллеги» но ключевое слово было показалось. После второго ужина Антон довел всех детей до корпуса, где их уже ждал Арсений, для того, чтобы провести свечку. В последнее время Антона бесили все лагерные мероприятия, но вот отрядные ему нравились, конечно, кроме «свечки». Казалось бы, такое душевное мероприятие, и возможно, детям оно тоже очень нравится. Но когда ты вожатый и на протяжении дня слушаешь всякую херню от детей, то голова начинает болеть. А тут еще и эта хуйня. Так что Антону это мероприятие ну совсем было не по душе. На свечке он делал вид, что слушает детей, но сам плавал в своих размышлениях. Момент с дискотеки не выходил из головы. Казалось бы, просто жест, но какой и от кого. Эта маленькая ситуация придавала Антону сил и улучшала настроение. Неужели Арсению так сложно всегда проявлять такие доброжелательные жесты? Но кайфовать Антону оставалось недолго.
— Еще звук и отведу вас к директору! — прикрикнул Арсений, уходя из женской спальни.
Время было уже около двенадцати ночи, а дети всё ещё не спали, что очень усложняло ситуацию.
— Время уже двенадцать. У Оксаны день рождения. Я могу уйти? — поинтересовался Антон, заканчивая писать план дня на завтра.
— На какой день рождения ты собрался? Забыл, что ты натворил и как ты работаешь? — припомнил тому Арсений.
— Это был мой последний косяк, правда, — отчаянно ответил Антон. У парня создавалось впечатление, что он как тринадцатилетний мальчик, который отпрашивается у мамы на ночевку к другу. Эта ситуация была очень глупой.
— Антон, иди спать, за тобой слишком много косяков, — сказал Арсений.
— Как скажешь. Спокойной ночи, — ответил Антон и встал из-за стола.
— Сладких снов, — нахмурив брови и сильно удивившись, ответил Арсений.
После чего Антон удалился из комнаты и пошёл в вожатскую. Конечно же, он не собирался ложиться спать. Шастун дурак, но не настолько, чтобы пропускать всё веселье, даже если он ходит на грани жизни и увольнения. Антон зашел в вожатскю и, переодев белее праздничную кофту, мигом вылетел оттуда, при этом аккуратно закрыв дверь. Корпус состоял из двух частей. было два главных выхода и ещё два запасных. чем, собственно, Антон и воспользовался. Выйдя через запасной ход, тот направился к общежитию, где жили некоторые вожатые и сотрудники лагеря. Антон написал пацанам и, узнав номер комнаты, тот отправился в общежитие.
— Привет! Ты чего задержался? — поинтересовалась Оксана, обнимая Антона.
— Привет! С Днем Рождения тебя! Прости меня, пожалуйста. Это всё Арс, — ответил Антон имениннице.
— Здорова. Слышал, что ты что-то говорил про Арсения — обратился Позов, не забыв поприветствовать приятеля.
— Привет, да, пидор он не хотел сюда отпускать. Я как маленький мальчик из запасного выхода сбежал, — ответил тому Шастун.
— Пиздец, у тебя контроль теперь походу хуже, чем дома, — насмешливо ответил Серёжа.
— И не говори, — кратко пояснил Антон.
После чего ребята перевели тему, присели на кровать и начали отмечать праздник. Около часа все дружно беседовали, рассказывали смешные истории из отряда и просто из жизни, выпивали за здоровье, счастье, богатство, вообщем много за что они пили, уже точно и не вспомнить. Около двух часов ночи водка закончилась. Тогда наступил кульминационный момент дня рождения.
— Ну что, ребят, вот и торт, — пьяным голосом произнесла Оксана.
— Я уже объелся. Боюсь, он в меня не влезет, — валяясь на кровати, ответил Серёжа.
— О! А давайте торт в лицо кинем! — подскочив с кровати, огласил Дима.
— Идея классная, только не в комнате ребят, — поддержала мысль Оксана.
— Так кому кидать будем? — хитро спросил Дима.
— Имениннице, кому же ещё, — ответил Серёжа.
— Ой, нет, это, конечно, весело, но я в этом не участвую. Давайте вон Антошке, — предложила девушка.
Девушку на это предложение все поддержали. Все, да, кроме самого Шастуна.
— Не, давайте не мне, — начал отказываться Антон пьяным голосом.
— Да Шаст, ты что, слабак? Давай кинем торт, все нормально будет, — ответил тому Серёжа.
— Ну ладно, только где вы его собрались кидать в два часа ночи? — поинтересовался парень.
— Пойдем за общагу кинем, — предложил Димка.
— Ага, нас там услышат, и всем пиздец будет, — ответил Антон.
— Не будет. У взрослых планерка, ну, точнее, вечерние посиделки. Так что в общаге никого нет, — сказал Дима.
— Ну ладно, погнали тогда, — произнес Антон и вскочил с кровати.
Ребята всей толпой спустились на первый этаж и вышли на крыльцо общежития, после чего обошли его. На всякий случай все присутствующие отошли подальше и встали около ворот, которые ограждали территорию лагеря. Пока Антон снимал футболку, чтобы не загадить её тортом, Оксана протирала камеру, а Димка распечатывал сам торт.
— Ну же, кидай, — произнесла Оксана, включив камеру со вспышкой.
— Емае! Ты меня ослепила, — пожаловался Шастун.
— Да, это было слишком резко — присоединился Дима к словам Антона.
— Вы так и будете стоять? Кидай уже, — дал команду Серёжа.
После его слов торт полетел прямо в лицо Антона. Куча остатков упала на пол. Антон ничего не видел и вокруг слышался только смех всех ребят, которые не могли остановиться.
— Ха-ха-ха! Это угар! Тут такое видео получилось! — восхищенно произнесла Оксана.
— Помогите мне! Я нихуя не вижу, — наигранно сказал Шастун.
— Стой, стой! Я хочу попробовать торт! — огласила Оксана.
После чего Антон почувствовал, как его щеку кто-то облизал. После такого действия Антон попытался открыть глаза, и у него вполне получилось.
— Ммм, вкуснятина! — произнесла довольная Оксана.
— Дай-ка я попробую, — ответил той Серёжа и зубами забрал себе кусок торта с щеки Антона.
— И правда, очень вкусно. Надо было его есть идиоты, — с улыбкой и небольшим разочарованием произнес Серёжа.
После этих слов сзади послышались чьи то телодвижения. Все ребята обернулись и резко замолчали. Посветив фонариком, перед ними появились два силуэта. Мужской и женский.
— Вот они орут на весь лагерь, — сказала Ира, подойдя к ребятам.
— Что здесь происходит? — поинтересовался Арсений.
— Здравствуйте. Ничего такого. День рождения празднуем, — ответила Оксана.
— Ничего такого? Правда, Оксана? А то, что вы смеётесь на весь лагерь и мне спать не даёте. Вы где должны были быть, а?! — крикнула Ира.
Ответа от ребят не поступило.
— А этот придурок стоит весь измазанный не пойми в чём. По вашему это нормально? — продолжила гневно девушка.
— Сами вы дура, — не удержавшись, ответил Шастун.
— Антон! — выкрикнул Арсений, пригрозив тому взглядом.
— А что она унижет меня? Не имеет право, — ответил тот.
На эти слова Ира подошла к Антону и, схватив за майку, прижала парня к себе. После чего отпустила и обнюхала других ребят.
— Да от вас же алкашкой за километр несёт! — возмутилась девушка.
— А это вы когда шли сюда, почувствовали или когда сейчас за шкирку меня взяли? Мне бы просто понять, что для вас значит километр — с сарказмом спросил Антон.
— Он мне ещё и хамит! Я не могу больше с ними разбираться! — крикнула Ира, обратившись к Арсению.
— Значит так. Сейчас все идут по своим отрядам, моются и ложатся спать. И не дай Бог, я пойду проверять и вы продолжите свою гулянку, — строгим голосом продолжил мужчина.
— После чего все отправились к крыльцу общежития. Оттуда все ребята начали подниматься в комнату для того, чтобы убрать весь бардак.
— Ну нет, Антон идет со мной. Ему сейчас достанется, — сказал Арсений, выхватывая парня из толпы.
— Ир, проследи за остальными, чтобы убрали комнату и легли спать. Прости их ещё раз за беспокойство, а некоторых за хамство, — сказал Арсений, переводя взгляд на Антона.
— Да, конечно. Спасибо, что пришел, а то без тебя я бы не справилась. Спокойной ночи, Арсений, — мило произнесла девушка.
— Обращайся. Спокойной ночи, — улыбнувшись, ответил Арсений.
Минуты две парни шли в полной темноте и тишине. Где-то на тропинке в лесу.
— «а то без тебя я бы не справилась. Спокойной ночи, Арсений» — наигранным голосом повторил Шастун заливаясь смехом.
— Так, вот хватит язвить. Ты и так по горло в дерьме. Он ещё и вякает. Уволить тебя мало! — возмутился Арсений на такой жест.
— Может, отпустишь мою руку и отдашь мне футболку? — спросил Антон, посмотрев сквозь темноту на Арсения.
— Еще убежишь сейчас. Да и футболка тебе не нужна. Ты вон весь не пойми в чем, — ответил тому Арсений.
— Вообще-то в торте. Он, кстати, очень вкусный — произнес парень.
— Правда? — поинтересовался мужчина.
— Если не веришь, то попробуй, — ответил Шастун.
После чего Арсений остановился и повернулся к парню, рассматривая его лицо. Будто искал лучший кусок.
— Ну, с щек у тебя уже все съели. Не судьба, видимо, — разочарованно сказал Арсений.
— Да я весь в этом торте. Неужели нет других мест, откуда взять кусочек — поинтересовался Антон.
— Да везде размазня. И очень мало, — пожаловался Арсений.
Но после его фразы Антон даже не успел возмутиться, как Попов приблизился к парню и наклонился. Арсений горячими губами коснулся шеи Антона, нежно проводя языком и слегка прикусывая кожу. Он наверняка хотел захватить самый вкусный кусочек торта. Или не только торта. Шастун в этот момент потерял дар речи. Он ощущал теплое дыхание и прикосновение губ Арсения, то, как они впивались в кожу. Спустя несколько секунд Арсений медленно отцепился от шеи Антона и, облизав губу, которая была в сливках, произнёс:
— Ммм, действительно вкусный торт. А по виду и не скажешь.
Антон стоял в ахуе. Он не понимал, как реагировать и что вообще произошло. Он как минимум не ожидал такой жест от Арсения.
Ладно Серёжа скушал торт с щеки, допустим, Оксана, но, блять, Арсений, серьезно?! После этого парни шли до корпуса в тишине. Хорошо, что идти оставалось буквально минуту, иначе Антон бы умер со стыда.
— Иди в душ, а после этого у меня будет маленький сюрприз для тебя, — сказал мужчина, заводя Антона в вожатскую.
— Ничего не отвечая, а точнее, прибывая в трихуе, Антон отправился в душ. Спустя пятнадцать минут парень отмылся и уже был готов выходить, не понимая, что может сейчас произойти.
— Садись, — приказал парню Арсений.
Антон послушно прошел в комнату и сел на свою кровать, ничего не понимая. Тогда Арсений достал из шкафа кучу документов. Там действительно было около сотни листов формата А4. Мужчина бросил Антону их на кровать, а сам встал около шкафа с надменным взглядом.
— Это что? — спросил Шастун, до сих пор ничего не понимая.
— Это, Антош, правила лагеря. Ты полистай, не бойся, — ответил Арсений.
На это Антон грустно вздохнул, уже примерно понимая, что его ждет.
— Заставишь меня это всё перечитывать? — поинтересовался парень.
— Тош, нет, конечно. Я же не изверг, — ответил Арсений, улыбаясь.
Сейчас Антона раздражало все, начиная с непонятной ситуации и заканчивая обращением «Тош».
— А что тогда? — спустя долгую паузу спросил парень.
— Писать. Ты будешь переписывать все правила лагеря от руки на листок, — ответил тому Арсений. А улыбка не сползала с красивого лица.
— С чего ты взял, что я тут же тебя сейчас послушаюсь и начну это всё писать? Мне легче тебя нахуй послать и лечь спать, — ответил Антон.
— Ну, с того, что я клянусь, если ты сейчас это не напишешь, то завтра я пишу на тебя докладную, и ты вылетаешь из лагеря с проваленной практикой. Антош, тебе разве нужны проблемы в коллеже и с трудоустройством? Я так не думаю. Поэтому, если не хочешь проблем, ты сейчас молча берешь эту стопку бумаги и идешь в холл переписывать всё это, — слишком фальшиво — милым голосом ответил Арсений.
Сказать, что Антона переполняла злость, это ничего не сказать. Он был готов сейчас с вертухи въебать Арсению, но не мог. Этот козел был прав на сто процентов. В его руках была вся репутация Антона. Поэтому ничего не оставалось делать, как взять листы и молча хлопнув дверью, уйти в холл. Это было ужасным мучением. Спать хотелось все сильнее и сильнее, рука затекала и уже отваливалась. Антон не переписал даже пятьдесят страниц. Парень уже думал о том, что если лечь спать, подумаешь, из лагеря уедет, а по приезде отчислиться из педа и нормально ему будет. Это было последней каплей. Глаза слипались, и Антон проваливался в сон, а потом резко вздрагивал и пытался прийти в себя. Ничего не помогало, даже спички в глазах. Парень не мог себя уже контролировать. Последнее, что он увидел, это часы, на которых показывало пять утра.
