Ловец снов

Он часто видел смерть наяву и во снах, но никогда её не боялся. Он сам нёс погибель десяткам людей, собственноручно обрывал чужие жизни, порой наслаждаясь процессом и страхом в их глазах. Наблюдал за последними секундами, слышал последние крики и вздохи, видел луну в потухших радужках мертвых глаз. Ему не страшно убивать и видеть во снах мертвецов, преследующих его многие годы. Ему не снятся кошмары, потому что он перестал воспринимать их таковыми. Он может справиться с любыми своими страхами, в основании которых лежит смерть. И он врёт. Потому что единственное, чего он боится — рядом с ним она может погибнуть. Страх того, что когда-нибудь её не станет, преследует его в реальности и по ночам. Страх того, что виноват в этом будет именно он. И ему бы оттолкнуть её, позволить жить, не подвергая себя опасности каждую грёбаную секунду. Но это ещё страшнее. Потому что тогда он просто не сможет защитить её. Он видит сон из прошлого каждую ночь. Разбитое зеркало, «чужое» лицо в отражении сотни мелких осколков, окровавленную футболку. Он видит, как она умирает, и ничего не может сделать. Он просыпается от собственного крика и тяжело дышит. Кажется, что сейчас остановится сердце. Но мягкие, прохладные руки — удивительно, но даже в жаркую погоду её ладони всегда холодные — осторожно обнимают, остужая раскалённую словно в лихорадке кожу. — Тише, — шепчет она в темноту, прижимая к себе, и укладывает на подушку. — Тише, всё хорошо. Я здесь. Целует в лоб, гладит по волосам, словно сама не страдает. — Извини, опять разбудил, — вздыхает и, обняв, прижимается ближе. — Всё нормально, не волнуйся. Только она не спала, и он прекрасно об этом знает. Проснулась незадолго до него, сбегая из своего персонального фильма ужасов. В отличие от его, у неё сны куда разнообразнее. Ей снится смерть, ей снится страх. Ей снится боль и путь, шаг за шагом ведущий к неудаче. К очередному провалу, сопровождающемуся чужим смехом и словами, что она так и останется на заднем сиденье автомобиля, пока они не решат, как от неё избавиться. Она видит мёртвых людей в длинном белом коридоре, кровавые следы на стенах, слышит голоса за спиной. Ей снятся мертвецы, обвиняющие её во всех своих бедах. Ей снится мрачный лес, разбитое зеркало и он. В реальности она видит в нём своё спасение, но во снах она его боится. Он выглядит как дремлющее зло, что может пробудиться в любой момент и растерзать её. Он смотрит ей в глаза через отражение в зеркале и улыбается насколько хищно, что хочется убежать. Её руки, зажимающие рану на животе, по локоть в крови, а ноги отказываются двигаться. Когда он оборачивается, становится таким, каким она видит его в реальности — надежным, заботливым. Испуганным. Но на неё всё ещё смотрит отражение с жутким оскалом. И она не может не бояться. Просыпаясь, она выдыхает с облегчением и едва сдерживает слёзы. Потому что знает — его тоже мучает кошмар. И она справится со своими демонами, чтобы помочь усмирить его. Потому что он слишком много для неё сделал и делает до сих пор. А двух чашек кофе, пожалуй, слишком мало. И просыпаясь, в объятиях друг друга они становятся ловцами снов, прогоняющих кошмары и дарующих хорошие сны. До утра. А завтра всё сначала.