С ресниц наших текла вода

Этот сон был знаком Гарри. Длинные тонкие руки двигались по обнаженной коже, оставляя влажные следы с запахом морской соли и водорослей. Густые зеленые волосы утопленницы напоминали траву и нежное покачивание волн. Мертвый голос напевал старинную колыбельную, и слова оседали глубоко внутри головы. Какое-то древнее таинственное чувство тут же пробуждалось, едва стоило вечером уложить свое усталое тело на скрипучий матрас, укрыться прохудившимся одеялом и с трудом сомкнуть глаза. Боль сменялась беспамятством, разочарование в жизни становилось равнодушием ко всему сущему, и гнев на самого себя превращался в лучшее топливо для кошмара. Гарри спал, погруженный в пучины бескрайнего океана, и скользкие щупальца морского бога обвивали его руки и ноги удушливым коконом, не давая проснуться. — Здравствуй, Гарри. Нежный шепот вливался в уши, пеной набивался к изголовью каменной кровати, превращаясь в мягчайшую подушку, игривыми мальками кусал за пятки, вгрызаясь в распухшую от воды и соли плоть. Увы, Гарри не мог ответить. Океан давил на грудь тоннами невысказанных слов и упущенных моментов, горло было забито водорослями, песком и размокшей бумагой, в которой еще получалось узнать аккуратные служебные записи. — Что же ты, Гарри… Не рад нашей новой встрече? — из спокойного и нежного голос вдруг стал злым и грубым. Рыбы начали терзать его оплывшие бока и онемевшие пальцы, и Гарри дернулся от внезапной вспышки боли. Но разве он все еще был способен чувствовать под водой собственное тело? Похоже, что-то звало его наружу — прочь из океана. Голос тоже знал это, и черные водовороты возжелали запереть разум Гарри в ловушке сна. — Ты не можешь бросить меня! — закричала оскорбленная утопленница. Ее волосы спеленали руки и ноги Гарри, будто плотное одеяло, и жар обжег кожу. — Ты обещал мне! Гарри не слышал ее. Другой голос велел ему проснуться, и эти уверенные командные интонации за неделю успели накрепко въесться в память. — Вы плакали, Гарри. Вам снился кошмар? — сказал Ким в миг пробуждения, и Гарри не мог с ним не согласиться. — В основном снились всякие глупости, — ответил он, и его напускная бравада вызвала у Кима тонкую улыбку. — По крайней мере я сумел проснуться. Гарри сделал паузу, чтобы собраться с мыслями после ужасного сна, и добавил уже тише: — Спасибо.