Marie

Эти пять дней проходят быстро. Мы постоянно репетируем, а ведь это только открытие летнего сезона. Что же будет на неделе моды, которая будет всего через три недели? Благо, мы начали работу над коллекцией ещё в начале мая, вот только постоянно приходится многое кардинально менять и дополнять. Работа предстоит колоссальная. Ну, а сегодня репетиция начнётся позже и продлится недолго, дабы девушки вечером выглядели относительно бодрыми. Даша этому, конечно же, рада, ведь она до сих пор спит. Разбужу еë минут через сорок. А пока думаю о том, что так и не поговорила с ней о воскресенье. Что это было? Почему опять выпившая? Меня не покидало тяготящее предположение того, что еë побег и не трезвость связаны с Грац и Макаровой. Может я и параноик, но почему-то я зацепилась именно за эту мысль. Хотя, быть может, Даша и вовсе исчезнет после сегодняшнего показа, чего бы мне очень сильно не хотелось. Но и удерживать еë силком я тоже не могу. Качаю головой. Пока не надо себя накручивать. Только пока. Сегодня вечером решение Даши станет мне известно. Поворачиваю голову на дверь. Еë закрывает Даша, только что вошедшая на кухню. Ей пошли на пользу лишние пару часов сна. Синяки под глазами почти полностью исчезли, да и сама девушка выглядит живее, бодрее. Заварив себе кофе, она садится рядом, попивая напиток. Я стараюсь не смотреть на неë. Все эти дни мы молчим, сама не знаю почему. До это мы и так не особо-то много разговаривали. А сейчас просто бесконечная тишина. Не такая комфортная, как в первый совместный вечер. Наверное, это потому, что нам нечего друг другу сказать. Либо же наоборот — хочется сказать и спросить слишком много, невозможно уцепиться за что-то одно. Во всё той же тишине мы собираемся, спускаемся в лифте, едем в машине. Голос Даши я слышу, лишь когда она поднимается на подиум к девочкам. Еë тут же обнимает Диана, с которой они сблизились за эти дни. На это я сжимаю губы в тонкую полоску. — Обнимашки устроим, когда произведём фурор. А пока все за занавес, начинаем, — говорю я, садясь между Сухаревым и Громовой. — Почему нервничаешь? — шепчет Алексей. А я и сама не знаю ответ на этот вопрос. Показ? Так он далеко не первый и не последний. Какая ещё может причина? Не имею ни малейшего понятия. Во всяком случае тогда, когда я сосредоточена на работе. — Не нервничаю, — всë же отвечаю я, не отрывая взгляда от Маши, которая должна выходить первой. За ней должны идти Диана, Софи и Даша. Из-за того, что это еë первый раз, — а может быть и последний, — я решила, что девушка пойдёт последней. Думаю, так у неё будет время собраться, вдобавок придержу нашу изюминку на конец. Через два часа мы заканчиваем репетицию. Все сейчас просто отдыхают, общаются или листают ленту соцсетей. Даша и Диана относятся к первому типу. Их звонкий смех разносится по гримëрке, в которой ещё через три часа начинаем сборы. Даше уложили волосы, разделив по пробору. Я впервые вижу еë такой. Ей очень даже идёт. Вот только сама девушка смотрит на себя в зеркало с сомнением. Особенно, когда еë хотят начать красить. Я подхожу к визажисту и Даше, недовольной тем, что еë хотят лишь немного подкрасить. — Еë нет необходимости красить. Она и так выглядит вполне здорóво, — говорю я, и визажист с пониманием отходит к Диане. Вот ей помощь мастера точно не помешает, ведь сама она любит чрезмерную яркость. Даша кивает, как я понимаю, в знак благодарности. Я мягко улыбаюсь и хлопаю в ладоши, дабы привлечь внимание девушек. Все оборачиваются в ожидании. — Итак, сейчас уже всë начнётся. Мы открываем показ, потом другие дома. Сперва Маша, потом Диана, Софи и Даша. Верю, что вы всë сделаете идеально, — воодушевлëнно и напутствующе говорю я. — Удачи, красотки, — бросаю напоследок, направляясь в сторону зала. — Мари, мы вас любим! — слышу я в одноголосие, на что улыбаюсь. Спустившись за занавесом в основной зал, я начинаю обходить у стенки огромное количество кресел, на которых сейчас восседали самые разные люди. Это были обычные зрители, ценители моды, журналисты, владельцы приглашëнных модных домов. Наконец, протиснувшись через последнее сиденье в ряду, я спешу к свободному месту по центру. Рядом сидит лишь Громова, ведь Сухарев сегодня будет комментатором. Вот, наконец, начинается лëгкая музыка и голоса стихают. На краю подиума перед занавесом появляется Алексей с микрофоном в руке. — Дамы и господа, добрый вечер. Рад всех вас приветствовать на сегодняшнем показе, посвящëнному открытию летнего сезона, — люди принялись аплодировать. — Сегодня к нам приглашены различные отечественные дома моды. Но откроет показ неповторимый «Marie»! — и снова в зале прокатились хлопки. Музыка плавно сменяется на другую. Я начинаю шире улыбаться, когда через несколько секунд на подиуме виднеется Маша с распущенными подкрученными волосами. Акцент всего показа был сделан на риске и большой обуви. Поэтому на ней красуется приталенный пиджак цвета твиттера без рукавов. На ногах — чëрные боссоножки с массивным каблуком и подошвой. Параллельно исчезновению Маши появляется Диана. Ее волосы затянуты в тугой высокий хвост. На ней — розовый топ-корсет без рукавов с шнуровкой по бокам и теннисная юбка в тон ему. На ногах — сабо того же цвета. Следом появляется Софи. Оливковый кружевной топ с длинными рукавами и многослойная юбка того же цвета. На ногах жëлтые мюли с открытым квадратным носом на каблуке. Я замираю, когда Беридзе скрывается за занавесом. Секунда длится как минута. Но Даша всë-таки выходит на подиум. Глаза почти полностью спрятаны за квадратными солнцезащитными очками с цепочкой и золотой оправой. На ней всë то, что мы подобрали: короткая рубашка-кимоно с рукавами-клëш, широкие шорты-карго до колена. Всë чёрно-белое. На ногах — чёрные лоферы без задника на массивной подошве. Потрясающе. С улыбкой наблюдаю, как Даша, подойдя к краю, переносит вес с одной ноги на другую и ещë раз повторяет это действие с другой. В этот момент зал аплодирует звонче, чем на выходе других девушек. А я в этом вовсе не сомневалась. Ведь Даша — идеал. Но, стоит признать, другие девушки тоже красивы. Но в них нет той самой изюминки, отличающего шарма. Далее около часа занимают показы нескольких других домов моды, которым я машинально аплодирую. Хотя, стоит признаться, некоторые образы были и вправду уместны, красивы и необычны. Так, когда показ окончен, о чëм свидетельствуют начавшие подниматься и уходить люди, я говорю слова благодарности владельцам домов моды, а после быстрыми шагами направляюсь к гримёрке. Порой с кем-то сталкиваюсь и тут же извиняюсь, но наконец-таки захожу в комнату, где сидят девушки, общаясь. Они прерывают свой разговор, застав меня перед ними. — Вы — умницы, — хвалю я с тёплой улыбкой на губах. Девочки встают, обнимают меня все разом, образуя надёжный кокон. Даже Даша участвует в его создании, чему я рада. Когда этот самый кокон расходится, я предлагаю: — Необходимо отметить очередной наш успех. Все соглашаются. Только что подоспевшие Сухарев и Громова тоже. Выйдя из помещения, мы оказываемся в окутанном вечерней прохладой городе. Перед входом на ступеньках стоит небольшая группа людей, преградивших нам дорогу. — Мари, прошу, можно автограф? — просит девушка, протягивая ручку и блокнот. Я с мягкой улыбкой оставляю свою роспись, от чего глаза девушки загораются радостью. — Спасибо вам большое! — Девушка, как вас зовут? — слышится позади меня, когда я лишь немного протиснулась, оказавшись уже перед другой девочкой лет шестнадцати. Я оборачиваюсь на голос и вижу Дашу, сжавшую себе шею, как я понимаю, от неловкости. Другие же девушки спокойно принимают комплименты, благодаря всех. — Даша, — всë же отвечает светловолосая. — Даша Поцелуева. — Вы прекрасны, Дарья! — делает комплимент ей девушка. — Погодите, разойдитесь! — просит человек с камерой в руке. — Мари, будьте добры, встаньте вот сюда. Остальные, девчонки, прошу, всего пару кадров. Мы выполняем просьбу журналиста, вставая все вместе. По краям стоят коллеги. Рядом со мной — Даша и Софи. Рядом с Дашей, конечно же, Диана. — Улыбаемся! — вновь просит мужчина, после чего нас на секунду ослепляет вспышка фотокамеры. Всë же протиснувшись сквозь толпу, мы рассаживаемся по машинам и едем ко мне. Сзади сидят Даша и Диана, не переставая смеяться. Я иногда смотрю на них в зеркало. Диана уткнулась подбородком в плечо Даше, улыбаясь и что-то тихо говоря. Та в ответ усмехается, переводя взгляд со своей собеседницы в зеркало. Светловолосая встречается с моим взглядом. Я же переключаю своё внимание на дорогу, чувствуя взгляд на себе. Не трудно догадаться, кому он принадлежит. Через час мы уже сидим у меня на террасе. На столике стоят бокалы с вином, которое иногда потягиваем мы. — Что думаешь насчёт новой коллекции? — интересуется Алексей. Я же дëргаюсь, оторвав взгляд от парочки светловолосых, севших рядом со мной. — Последний раз смотрела дня три назад. Завтра надо будет зайти в мастерскую, поглядеть, — отвечаю я. Проходит час, другой. Всë остаётся тем же. Нет, я рада, что показ прошёл успешно, и теперь можно сконцентрироваться на неделе моды, но меня беспокоят блестящие глаза Дианы, неотрывно смотрящей на Дашу. Скорее нервируют. И меня это озадачивает. Не моë ведь это дело, да и светловолосая не сказала ещё своё решение. Но узнать его я безудержно горю желанием. Благо, Громова, словно прочитав мои мысли, говорит: — Нам всем нужен отдых. Поехали, девчонки, — в подтверждение своим словам Дарья сонно жмурится, и девушки не решаются ей перечить. Вызвав несколько такси, все покинули террасу и разъехались по домам. Остались лишь мы с Дашей на всё тех же местах. — Ну и как дела с Дианой? — нарушаю я молчание и, вопреки своему разуму, задаю именно этот вопрос. Губы Даши расплываются в усмешке, а глаза полны приятным изумлением. — Так ты ревнуешь? — смеëтся надо мной светловолосая. — А что если и так? — язык мой — враг мой. Ну или вино было и вправду лишним. Об этом свидетельствует и поникшая ухмылка девушки напротив. — Так вот оно что, — протягивает Даша, после чего хмыкает. Я готова ударить себя по лицу, но в силу действия чëртова бокала вина, я просто смотрю на светловолосую так, словно я тут не причём. — Значит, моя теория верна. — Как ещё теория? — хмурюсь я в ожидании ответа. — Диана, конечно, не плохая, но я по большей части наблюдала за твоей реакцией, — тихо говорит Даша, приблизившись. — Это не то, о чëм ты… — не успеваю я завершить своё ложное оправдание, как чувствую тëплое дыхание на щеке и нежные губы на моих. Я инстинктивно отвечаю, лишь на долю секунды остолбенев. Рука светловолосой мягко опускается мне на талию, иногда сжимая. Бабочки во всю порхают в животе, словно весной вокруг цветов. И это такое приятное чувство, какое, быть может, я никогда раньше и не испытывала вовсе. Лишь через какое-то время, когда я более менее начинаю осознавать всë, я отстраняюсь, оставив между нами короткое расстояние. Мы обе тяжело дышим. Даша с блеском в глазах смотрит в мои. — Знаешь, я решила, — первая начинает разговор девушка. Я с интересом ожидаю продолжение. — Я остаюсь. В глубине души я облегчëнно выдыхаю, ведь мне так не хочется терять эту девушку. Одна мысль о том, что Даша может исчезнуть раз и навсегда пугает меня. Но внешне это не передалось. — Из-за Дианы? — лукаво усмехаюсь я, на что вижу улыбку на губах напротив. — Дурочка, — шепчет Даша, снова опаляя меня своим дыханием. — Ради тебя, Мари. Чтобы видеть тебя каждый день и быть рядом, — я окончательно таю от этих слов, расслабляясь в тëплых объятиях во время нашего второго поцелуя. И не последнего.