Ma française Marie

      И вот наступила тёмная ночь в больничном крыле. Весь свет, кроме лампы, стоящей рядом с Антуанеттой, был потушен и разве что, ещё несколько минут горели свечи в небольшой коморке мадам Помфри, пока колдомедик заполняла какие-то записи в рабочем журнале, но после и они потухли, явно намекая на то, что старушка тоже отправилась в мир Морфея, как почти и все обитатели замка.       Кроме мистера Ноилза здесь больше никого не было, а так хотелось бы. Вот бы Анабель сейчас сидела рядом, качая головой из-за этой травмы, но всё так же продолжала слушать весь тот бред, что рассказывала ей Флетчер, добродушно улыбаясь, или вот бы Джордж тихонько разместился где-то сбоку, поглаживая ладонь девушки своим большим пальцем и рассказывая про разнообразные ситуации с братом, случившиеся с ними на разных курсах, про их розыгрыши, или просто мечтая о будущем с их магазином и множеством товаров, которые нужно бы было придумать им всем вместе.

***

      Джордж тихо крался по замку с мантией-невидимкой Гарри, которую он как-бы одолжил на некоторое время, разумеется не предупредив юношу об этом, но Поттер, наверняка, не будет против помочь друзьям в любовном плане, и как раз таки это очень нравилось Уизли.       По дороге парню встретилось несколько студентов, явно зажимающихся в углу в очень таки интересных позах, которые описывать бы он ни за что не хотел, двое профессоров, что проводили проверку на нарушителей и Филч со своей любимой миссис Норрис и, конечно же, обожаемой всеми страусиной походкой, которая каждый раз заставляла Гриффиндорцев хохотать так, что у них всех (кроме Гермионы) болели животы.       Вскоре Фордж наконец-то смог завернуть в Больничное крыло, медленно подымаясь по лестнице и смотря по сторонам. За окном сверкали звёзды, а также очень ярко светил месяц, привлекая к себе внимание и заставляя вспоминать дурацкий детский стишок про народившийся месяц.

Месяц, месяц, мой дружок,

Позолоченный рожок!

Ты встаешь во тьме глубокой,

Круглолицый, светлоокий,

И, обычай твой любя,

Звезды смотрят на тебя...

© А.С.Пушкин

***

      Антуанетта почти что уснула, но скрипнула дверь, заставив блондинку приоткрыть глаза и сжать руки в кулаках. Кто это может быть так поздно? Уже ведь примерно полночь, а значит, что все профессора и персонал, наверняка, нежатся в своих постелях или же заполняют бумажную волокиту в своих кабинетах и ни где больше. А может это пришли по её душу? Может это сторонники Того-Кого-Нельзя-Называть? Конечно же, отец ведь в прошлом всегда работал против тёмных сил и пожирателей смерти рядом с Альбусом Дамблдором, и именно старик посоветовал ему увести малышку подальше, во Францию, чтобы защитить её от мести, как мальчишку Гарри Поттера, спасшего весь волшебный мир от одного из самых опасных и могущественных волшебников этого столетия, конечно же, после директора школы магии и волшебства Хогвартс.       И вот шаги приблизились к койке шармбатонки очень-очень близко. Ещё минута и возможно девушка будет лежать окаменевшей фигурой, без стука сердца и дыхания, оставив после себя лишь хорошие воспоминания и не достигнув ничего в будущем. Впившись ногтями в ладони, Флетчер замахнулась со всей силы к наклонившийся фигуре, и, даже не смотря куда она бьёт, ударила незнакомца. Раздался глухой стук, в это время студентка, как можно скорее схватила волшебную палочку, наставляя её на неизвестную персону. — Люмос! — воскликнула блондинка, всё ещё не в силах разобрать кто это. — Сейчас же говори кто ты! Иначе!.. — прошипела младшая, набирая побольше воздуха в лёгкие и уже было собиралась продолжить магию, но... — Джордж? — выгнула бровь Антуанетта, аккуратно спускаясь на ледяной мраморный пол и подползая поближе к рыжей макушке, потирающей свой нос, который по ощущениям мог лишиться своей изюминки из-за её удара. — Что ты здесь делаешь? — Пришёл проведать тебя, — прохрипел Уизли, теперь схватившись за бок и потирая ушибленное ребро, ведь когда он падал, то случайно въехал в кровать, больно ударившись и создав вокруг себя много шума, — но как я вижу — ты не очень рада. — Нет, что ты! Я очень рада! Просто ты так неожиданно. Я!.. Прости меня! — начала бормотать Антуанетта, осматривая приятеля со всех сторон с помощью волшебной палочки, как вдруг в комнате мадам Помфри зажегся свет. — О, Мерлин! — воскликнула волшебница, быстро подымаясь на ноги, не обращая внимания на мелкую боль и протягивая ладонь Джорджу. — Скорее! — У меня где-то тут мантия-невидимка! — прошептал парень, молниеносно вскочив и начиная перебирать все предметы в поисках мантии. Если Гарри не увидит её завтра утром, то он же просто прибьёт его! Знаете ли не у каждого вечное терпение! Например, если бы Рон взял что-нибудь у Фреда, то тот обязательно бы отлупил его или придумал наказание похлеще, чтобы младший запомнил это насовсем. — Потом! — нахмурилась девушка, запрыгивая на кровать и хватая своё одеяло. — Давай ко мне под одеяло! Она не заметит! — Да, конечно, — закатил глаза парень, но всё таки послушался, залезая под одеяло, но также отыскав мантию-невидимку и успев скрыть ей свои длиннющие, как у аиста, ноги, что так и торчали из кровати. Постепенно коморка колдомедика открылась, и старушка вышла с лампой к койкам, будучи уже одетой в длинную ночную сорочку и чепчик, как раз таки что было очень типично для разных бабушек во всём белом свете. — Что-то случилось, дорогая? — спросила она, подходя ближе, и Уизли затаил дыхание, пока Антуанетта подрагивала, схватив его за руку. — Нет, мадам, мне только немного холодно. Можно ли попросить у вас ещё одно одеяло? — спросила Флетчер, мило улыбнувшись и притянув к себе мистера Ноилза, что ни в коем случае бы ни рассказал их ма-аленьий секрет. — Конечно, милая, — кивнула мадам Помфри, медленным шагом отправляясь в кладовую и осматривая всё помещение вокруг, пока двое подростков лежали у неё прямо под носом, дрожа, как осиновые листы и не в силах двинуться с места, лишь бы не выдать себя ни на секунду.

***

      Фред тихо курил, разместившись у окна, пока почти что все его приятели дрыхли в своих постелях, разумеется кроме Джорджа, который отправился на свой романтический подвиг, прихватив мантию Гарри, только вот забыв сказать ему об это. Ну и дурачок, зато теперь всё вроде как встало на свои места. Они вместе и счастливы, позабыв про старые споры, брат наконец-то нашёл ту, кого смог полюбить с первого взгляда, да и Фред тоже не собирался останавливаться в том, чтобы закончить завоевание сердца милой Мари-Анабель, друзья снова с ним, а идеи для магазина так и хлещут в голове, и всё благодаря сегодняшнему супер странному дню. То пассия Форджа ломает ногу, то странная Алисия. Но если сломанную ногу можно оправдать логично, то как же оправдать странности в поведении Спиннет?

***

      Старший близнец выглянул из больничного крыла, дабы наконец-то перехватить Мари-Роз и провести её до потемнения обратно к своим, только вот кроме Алисии никого не нашёл. Девушка сидела на полу, схватившись за колени, глубоко дыша ртом и чуть ли не плача. Стена, у которой она сидела за последнее время покрылась огромной трещиной, намекая на потасовку, каковой тут и не могло произойти из-за того, что всё время стояла гробовая тишине, разве что диалог девушек, который вскоре прервался и почти что все покинули коридор прочь. — Что с тобой, Алисия? — спросил рыжий, сев перед ней на корточки и выгнув бровь, осматривая Гриффиндорку со всех сторон. — И ты не видела Мари-Анабель? — Всё нормально, — пискнула она, быстро вытирая слёзы и подскакивая на ноги, ухватившись за спину, которой видимо только что приложилась о стену. — Она ушла, и я тоже пойду, — сразу же засобиралась студентка, даже не подняв, упавшую на пол заколку и поспешив ретироваться прочь, постоянно осматриваясь по сторонам, будто бы беспокоясь за собственную шкурку. Только вот с чего бы ей, ведь в Хогвартсе никому не грозит опасность.

***

      Мадам Помфри ещё несколько раз осмотрела помещение, а после удалилась в свою коморку видеть уже третий сон, и только тогда ребята смогли выдохнуть, наконец-то оторвавшись друг от друга. Знали бы вы насколько же они покраснели за эти семь минут в тишине, вслушиваясь только в шаги колдомедика. Джордж, что случайно обвил талию блондинки, заставив её раскраснеться ещё сильнее и положить руку куда-то ему на грудь, после сместив ладонь в ладонь, что заставила сойти рыжего с ума и едва не выдать их.       После того, как студенты оторвались друг от друга, они сначала уселись в разные стороны кровати, не смотря друг на друга и как бы "проверяя" спит ли женщина, чтобы продолжить их тайную встречу, о которой будут знать лишь четверо: Антуанетта, Джордж, Фред и Мари-Роз, ах прошу прощения пятеро, ведь мистер Ноилз тоже считается. — Ну, так зачем ты пришёл? — прошептала блондинка, глядя прямиком в глубокие глаза рыжего, освещаемые лишь ночным небом, множеством звёзд и народившимся месяцем. Если честно, то к ней так приходят впервые, когда она болеет, если мы считаем осознанный возраст, конечно же! В детстве папа часто сидел у кровати малышки в больнице Святого Мунго, почти всю ночь, изредка сменяясь с мачехой, что сумела стать для волшебницы доброй подругой. Мари всегда выгоняли колдомедики прочь в постель, если травмы были обнаружены во время обучения в Шармбатоне, и было понятно почему, но хотя бы девушка приносила ей цветов, сладостей и плюшевого медведя в придачу. — Я же сказал, что проведать тебя, — тихонько захохотал младший близнец, вновь потирая ушибленный нос, на что сидящая напротив неловко прикусила губу, желая как-нибудь помочь. — а ты что не рада? — Рада, что за глупости! — надула губки студентка, сложив руки на груди, но перед этим всучив Джорджу второе одеяло, выпрошенное специально, чтобы их не поймала мадам Помфри, показавшаяся Гриффиндорцу именно сейчас намного хуже Филча и Снейпа вместе взятых. — Но мог бы и сказать! — Тогда сюрприз бы не был сюрпризом, — сжал переносицу Джордж, укрываясь одеялом с головой и улыбаясь, глядя на почти что сонную девушку, чьи волосы разлетелись в разные стороны, а пижамка сползала с плеча, намекая на то, что она явно была не её размера. — И то верно, — задумчиво пробормотала она, тоже укрывшись в одеяло с головой, прижав к себе мистера Ноилза. — О чём поговорим? — Не знаю даже, — повёл плечами Уизли, а после вскинул указательный палец, давая понять, что ему пришло что-то в голову. — Расскажи как ты жила до того, как приехала сюда? — Я же уже рассказывала, — выгнула бровь Флетчер, наблюдая за ним, за тем как он сморщил свой лоб, поняв что ляпнул что-то не то, за его веснушками, за самыми красивыми рыжими волосами и за самыми великолепными карими глазами, напоминавшими тёмный и дремучий лес, выход, из которого она обязательно знала, чувствуя, что только перед ней он раскрывался полностью и показывал то, чего не знали остальные. — Нет, я спрашиваю про детство, — уточнил младший близнец, подложив ладони под подбородок, выражая готовность прослушать каждую историю, что расскажет ему эта прекрасная девушка. — Про это ты ни разу не говорила. — Ну, хорошо, — кивнула девчонка, откашлявшись и начав свой рассказ. Полную историю её жизни знали наверное Мари, Теодор и Себастьян. Да больше никто, даже родители знали не все изъяны этой недолгой, но чрезвычайно интересной истории, ведь иначе бы отец просто сошёл с ума, узнав о том, сколько же разнообразных испытаний выпало на её хрупкие, по его мнению, плечи, подвергавшие дочь опасности, ну, а матери будто бы было всё равно, ей ракушки, пляж и песок были намного-намного важнее собственного ребёнка, что каждый раз прибегал к ней, со стёртыми коленками, шрамами на ладонях или с синяком на ноге, упав с пальмы, пока он аккуратно слазила вниз, дабы принести ей кокос или авокадо.

***

      Следующий день пробежал очень быстро и постепенно наступила ночь, та самая ночь мести, когда Мари-Анабель заставит Алисию пожалеть о том, что она сделала, даже ни на секунду не задумываясь о том, что же можно ожидать от неё. Антуанетта тихо нежилась в постели, даже не желая ничего обсуждать, так как нога ещё немного побаливала из-за нагрузки, сразу же свалившейся на неё сегодня.       Натянув на свои ножки сапоги и чёрные штаны, блондинка быстро облачилась в элегантную блузу с высоким воротом и в тёмную мантию, не дающую с помощью неё никому понять кто же это такой. К сожалению, не мантия-невидимка, но всё же невидимость ей даст кое-что другое. Быстро потушив свет во всей спальне, Бастьен подскочила к кровати подруги и аккуратно поцеловала её в лоб, как всегда целовала перед сном Вивьен, будучи дома, во Франции.

***

— Tu vas me lire une histoire pour la nuit, chérie? — спросила малышка, обнимая поближе свою плюшевую подружку жирафа — мисс Рене, уже одетую в пижамку специально сшитую мамой для такого особенного случая. Женщина всегда баловала своих дочерей разнообразными подарками и изделиями ручной работы, чаще всего одеждой с инициалами каждого ребёнка. — Bien sûr, le soleil — кивнула старшая, усаживаясь на постель и поправляя одеяло сестре. — Que veux-tu lire aujourd'hui? — аккуратно, приоткрыла стоящий рядом шкаф с множеством разнообразных томов с детскими сказками и рассказами, написанными писателями с разных веков и на разных языках, чтобы малышка развивалась в разностороннем направлении. — Cendrillon! — радостно воскликнула Вивьен, ёрзая в кровати с нетерпением ожидая свою сестру и красочную книжечку с прекрасной принцессой, так схожей с её сестрой, что изредка она заставляла её играть вместе с ней в чаепитие, надевая на сестру диадему чудесной Золушки. — D'accord, ma chérie, — улыбнулась Мари-Роз, когда книга аккуратно приземлилась ей на ноги, раскрываясь в нужном месте. Откашлявшись, студентка начала своё чтение, потушив свет и оставив маленькую свечу.

Il était une fois un gentilhomme.

Il avait une fille d’une bonté et d’une beauté sans exemple...

***

      Отмахнувшись от воспоминаний, девушка как можно скорее достала маленький флакон с зельем и подошла к двери. Действие зелья должно было длиться всего четыре секунды, а это значит, что нужно было прошмыгнуть мимо множества студенток, засидевшихся в гостиной, а также мадам Максим, что тихо попивала чай с имбирём, слившись с креслом воедино.       Тихонько приоткрыв дверь, она убедилась в том, что успеет и открыв бутылёк, выпила его за долю секунды, чувствуя, что тело постепенно меняется, превращаясь в прозрачное, после чего, поспешила как можно быстрее пробежать к двери, лишь бы не показать себя и своих намерений побега.       Пересекая гостиную в два шага, Мари схватилась за дверную ручку, чувствуя, как действие зелья, постепенно сходит на ней, и повернула её. И ничего... Дверь закрыта! Алохомора! Быстро проговорила про себя заклятие блондинка, понимая, что вот-вот окажется перед всеми и сразу же распахнула дверь, выбираясь наружу и аккуратно прячась во тьме, присев на корточки. — De quoi s'agit-il? — нахмурилась мадам Максим, подымаясь с кресла и осматривая окрестности. Здесь было что-то нечисто, но что именно пока что было неясно, а разбираться в этом сейчас женщине уж слишком не хотелось, понимая, что завтра её ждут очередные будни, в которых нужно будет сообщить о травме Флетчер её отцу, написать несколько писем в собственную академию, посмотреть за результатами девушек в их занятиях и многое-многое другое, забирающее множество сил. — Je fermais la porte! — воскликнула великанша, схватившись за ручку и выглянув наружу, осматривая всё ещё раз, пока одна из студенток сидела у неё прямо под носом, затаив дыхание.       Ещё несколько раз покачав головой, женщина всё таки закрыла дверь, оставляя Бастьен сидеть в полной темноте и тишине, едва нарушаемой звуком птиц и ветра. Она сидела не шелохнувшись, думая лишь, каким бы ей образом можно было проникнуть в замок как можно быстрее, пока огромные двери бы не захлопнулись, не пуская к себе никого. Начиная дышать как можно глубже, Анабель слушала лишь только стук своего сердца, постепенно начавшее отбивать двойной ритм, как это обычно делают два совсем разных сердца, чувствуя, как тельце постепенно уменьшалось в размерах, превращаясь совсем в другое, не то, которое привыкли знать и видеть все, а в то о котором знали лишь maman et papa, заставившие её насильно принять что-то новое в себя.

***

— Quel est l'intérêt d'apprendre cela?, — выгнула бровь, тринадцатилетняя девчонка, сидя на траве и морщась от неприятного шарика из листа мандрагоры, находящегося у неё во рту, пока родители кружились вокруг, постоянно поглядывая в книгу и на небо, в попытках понять, как скоро можно будет вытащить лист и начинать процедуру по превращению в кого-нибудь необычайного. — Chérie, ça t'aidera à l'avenir, — аккуратно присела на корточки рядышком женщина, улыбнувшись, пока отец всё смотрел на часы и на небо. — Tout à fait d'accord, tant que vous serez un animagom, vous aurez beaucoup de routes disponibles, sauf si vous le dites à quelqu'un dans le ministère , — поддержал жену мистер Бастьен, погладив Мари по макушке, а после вновь глянув на часы. — C'est l'heure, — кивнул он, аккуратно присев напротив дочери и посмотрев ей прямиком в глаза, давая понять, что ничего не надо страшиться, ведь пол пути уже было сделано, а значить не время отступать.

***

      Пробегая по знакомым тропинкам и местам, девушка лишь думала о том как бы ей успеть до закрытия дверей замка и не заинтересовать никого лишнего, делающего прогнать зверька прочь, а если быть точнее, то белую куницу, так и выбивающуюся из всего этого, ведь таких зверей в окрестностях школы чародейства и волшебства, к сожалению, не водилось, именно поэтому было легко сделать вывод о том, что это был именно анимаг, а кто именно оставалось загадкой. Оказывается, что в мире было множество разнообразных анимагов, возьмём хотя бы родителей Анабель. Отец был бурым волком, стал им случайно, в одно время с какими-то парнишками из Шармбатона, сразу же заявившими об этом в Реестр Анимагов (глупцы, что ещё о них сказать), заставив мужчину сделать точно также, иначе бы пришлось отбывать срок в Азкабане за утайку столь важной информации, а мать была белым лебедем, отличием от других таких же была лишь чёрная точка под глазом, намекая на точно такую же родинку и миссис Бастьен. В Реестр Анимагов обратилась добровольно, не желая бояться за себя и свою сохранность, если захочет скрывать это ото всех. Примерно там они и столкнулись, да познакомились. Немного странно, учитывая тот факт, что эти двое оба учились в Шармбатоне, на одном курсе, только-только о вот на разных факультетах, может быть поэтому им не удавалось столкнуться раньше?       Блондинка, умело оббегала препятствие за препятствия, наблюдая за тем, что стены замка становились всё ближе и ближе к ней с каждой секундой, а значит, что вскоре она была должна оказаться внутри, в попытках пробраться по множеству лестниц и коридоров, путабшихся между собой, дабы наконец-то найти эту чёртову башню, про которую очень часто упоминал Теодор и однажды даже показал дорогу до неё, описав всё подробнее некуда, да так, что казалось, будто бы путь впечатался в память, как картинки из детских сказок, забыть которые было крайне и крайне сложно.

***

      Часы пробили ровно двенадцать часов ночи, намекая на начало дуэли. Блондинка стояла в башне, оперевшись о стену спиной и крутя в руке палочку и даже не глядя по сторонам, зная о том, что соперница наверняка испугалась и не придёт. Уже готовая признать свою победу, Мари-Роз ухмыльнулась и прошла в сторону лестницы, но увидела Алисию, стоявшую в самом начале. — Я уш думала, што ты не прийдёш, — хмыкнула она, поправляя плащ и отходя в сторону, давая пройти девушке. Спиннет тихонько поднялась к ней, не в силах глянуть в глаза и тихонько заговорила. — Ты действительно хочешь устроить дуэль или же просто решила запугать? — рассмеялась Гриффиндорка, сразу же достав палочку и взмахнув ей, отправляя заклинание в сторону Бастьен. — Остолбеней! — Протего! — отбила его студентка, зевнув, наблюдая за реакцией стоящей напротив неё. — Trop lent, — фыркнула девушка, вспоминая о их схватках с Себастьяном, где они едва ли не кидали друг в друга запрещённые заклятия и крушили всё вокруг, весело смеясь, пока Антуанетта прикрывалась единственным сохранившимся предметом, тихонько наблюдая за ними и понимая, что ей совсем не угнаться за их силами, но это её так уж сильно и не волновало. Зато она лучшая в другом. — Экспеллиармус! — Экспульсо! — сразу же отбила его француженка, закатив глаза. — Фульгари! — вновь сделала попытку выбить свою победу Алисия, только вот зря. — Протего! Депульсо! — выкрикнула два заклинания сразу же Анабель, отправив девушку прямиком спиной в стену, на что по ней слегка пошла трещина. — Oh, excusez-moi! — улыбнулась шармбатонка. — Брахиабиндо! — Оглохни! — Флиппендо! Экспеллиармус! — попыталась кинуть сразу же два заклятия Спиннет, на что девушка просто расхохоталась, вновь и вновь отбиваясь от них. — Протего Дуо! — воскликнула Мари, аккуратно отклонившись в сторону, сохраняя свою элегантную стойку на каблуках. — C'est plus intéressant! — промурлыкала блондинка, заметив, что соперница всё ещё обескуражена после своего удара о каменную стену. — Инкарцеро! — быстро завершила схватку она, поняв, что девушка уже не сможет отбиться, ведь поднявшись на ноги ей сразу же стало хуже, чем сидя на холодном полу. — Très mauvais, — покачала головой Бастьен подойдя поближе к Гриффиндорке, связанной верёвками, но всё ещё имеющей право колдовать, чем она и решила воспользоваться. — Остолбеней! — Экспеллиармус! — выкрикнула раньше, чем Алисия Рози, поймав её палочку в свои руки. — Trop lent, — вновь покачала головой студентка, присев рядом. — Запомни, что я никогда не дам обижать свою подругу и всегда смогу дать отпор за нас двоих вместе взятых. И чтобы я больше не слышала о том, что ты сделала ей что-то плохое, иначе будет хуже, — сжала её подбородок Мари, глядя прямиком в глаза, пока её глаза едва ли не закипели от злости, готовые сменить цвет на алый почти что кровавый цвет, прямиком как у вампиров. — Ты меня поняла? — Да, — выдохнула из себя она, отведя взгляд в сторону. — Чудно, — мило улыбнулась француженка, подымаясь с корточек и поправляя одежду. — И ещё. Если захочешь лезть к Джордж Уизли, то тебе тоже конец. Можешь даже не мечтать об этом, я в любом случае узнаю, — резко сменила тон на ещё более грозный девушка, да так, что казалось будто бы вокруг неё собрались молнии, но новые бить везде, где только она укажет. — Всё это остаётся между нами и ни кем более, иначе и тебе, и тому кому ты скажешь будет плохо. Надеюсь, что ты запомнишь раз и навсегда, ma chère.

***

      До выбора кубка оставалось полторы недели, а это значило, что нужно бы подавать заявку как можно скорее, отправляя записку со своим именем прямиком в водоворот кубка, к остальным десяткам глупых имён, безнадёжных школьников, которые не смогут поучаствовать в турнире из-за тройки участников.       Студенты из трёх академий магии и волшебства собрались в зале, где и находился кубок, ограниченный специальной чертой дабы уберечь от участия несовершеннолетних волшебников, пока ещё не готовых к сложнейшим испытаниям, готовым выпасть на их плечи. Студенты из Дурмстранга грозно стояли по бокам от лавок, где располагались студентки Хогвартса, что-то радостно щебеча между собой и постоянно посматривая в сторону Виктора Крама, который одним из первых за сегодня кинул записку в этот водоворот событий, ухмыльнувшись видимо со своих мыслей. Сказать, что он был красив, ничего не сказать. Он был огромный прямиком, как медведь, и точно такой же косолапый, а если быть точнее, то болел плоскостопием и постоянно горбился. Брови у него были густыми и чёрными, как смоль, нос с горбинкой, изредка напоминающий орлиный. В воздухе и на земле он держался очень уверенно, хоть и был очень хмурым и мрачным, возможно даже одиноким. Под глазами изредка проглядывали синяки под глазами, видимо из-за бессонный ночей. Одна из сокурсниц поведала девушкам то, что кто-то из студентов Дурмстранга по секрету рассказал ей о том, что тот по ночами или уходил куда-то, или неважно спал, но ведь это были просто слухи и не более.       Одни из тех, кто не смотрел в его сторону пожалуй были Антуанетта, Мари-Роз, вечно читающая свою новую книгу, и Гермиона Грейнджер, делающая домашнюю работу и постоянно закатывающая свои глаза на вздохи и охи, сидящих вокруг студенток, но если бы он обратил на неё хоть чуточку своего внимания, подруги были уверены в том, что она бы самая первая бросилась ему на шею, пытаясь доказать ему, что все вокруг неё крашенные курицы, а она! Она совсем не такая, как другие!

***

— Рон? — окликнула рыжую макушку Флетчер, подходя к Золотой Троице, бегать к сожалению ей было всё ещё сложно, но хотя бы девушка могла передвигаться (уж большое спасибо Костеросту и Мадам Помфри, которые помогли блондинке уверенно встать на ноги уже на следующий день после поломки). — Д-да? — слегка заикнулся студент, повернувшись к ней вместе со своими друзьями. Гарри по-доброму помахал ей ладонью, приветствуя, а Гермиона нахмурила свои брови, поправляя воронье гнездо на своей голове, вечно мешающее ей. — Джордж сказал, что у тебя можно найти сувениры с Чемпионата по квиддичу. Ты ведь тоже болел за Болгарию? — улыбнулась она, покрепче сжав лямку от портфеля, пока Гриффиндорка пропилила в бедняжке огромную дыру, глядя через которую можно было увидеть стоящую в уголке Бастьен, наблюдающую за их компанией. — Да, — тихонько кивнул Рональд, наполняясь лёгкой уверенностью, после точки соприкосновения. Никто из друзей так не фанател по команде Болгарии (Поттер, конечно же, не в счёт), кроме него, да и в целом все смеялись с Уизли, после того, как тот поведал им о своей любви к Виктору Краму. — Твой любимый игрок Виктор, да? Джордж говорил, что ты купил фигурку с ним. — Да! А ещё шар, чтобы запечатлеть момент с ним, — уже более яростно закивал студент, подойдя чуточку поближе и желая продолжить диалог, только вот незадача. Одной маленькой мисс Всезнайке нужно было торопиться на занятия, до начала которых (на минуточку) было ещё целых десять минут. — Может мы уже пойдём на уроки? — закатила глаза девушка, дёргая приятеля за руку и уставив свой суровый взгляд в сторону старшей. — Ведь по сравнению с некоторыми нам всё же надо учиться, а не вешаться на парней. — Что, прости? — вытаращила глаза на неё блондинка, выгнув бровь и сжав лямку рюкзака посильнее, даже не понимая, почему все так накинулись на неё. Что Джонсон, что Кэти, теперь и Грейнджер. — То что слышала, — фыркнула Гермиона, пока Анабель вслушивалась в их слова, всё ещё стоя у колонны, но вытащив волшебную палочку, будучи готовой атаковать ей в случае опасности. — Анджелина рассказала мне о тебе и о твоей подруге. Знаешь, так ведут себя только неуверенные и глупые девочки, мечтающие выскочить замуж за такого же ловца, как Виктор.       «Сучка» пронеслось в голове у француженки и рука волшебным образом сама начала колдовать заклинание. Хербифорс! И волосы Гермионы превратились в самую настоящую поляну цветов, под смешки её друзей и, конечно же, Антуанетты. Она сразу же вспыхнула, уже готовая достать палочку и высказать блондинке всё что она думает самым мерзким методом, но подошла Рози, легонько улыбаясь. — Bonjour, Hermione. Очень инте'гесная однако п'гичёска, — ухмыльнулась Бастьен, пока мимо проходящие ребята посмеивались над ней, радуясь, что хоть кто-то утёр этой Выскочке её длиннющий нос. — Eh bien, мы, наве'гное, с Антуанеттой пойдём на наше любимое зельева'гение, хде нам ставят лиш П'гевосходно и дают по дватцать баллов за кашдое сва'генное зелье. Tu ne peux que rêver, — напоследок произнесла француженка уходя прочь вместе с подругой, перед этим произнеся мысленно ещё одно заклинание. Коллошу! И за спиной послышался глухой стук, намекающий на то, что Воронье гнездо, а если быть точнее, то Цветочное, упало на пол.

***

      Следующим после Виктора, под толчки друзей, зашёл один из студентов Пуффендуя, полностью промокший до нитки, с радостной улыбкой до ушей и излишней самоуверенностью, под аплодисменты большинства студентов его факультета, чем заставил Анабель поморщить свой носик, пока подруга глядела на них всех со звёздочками в глазах, явно завидуя чёрной завистью тому, что кое-кто всё же смог пройти эту возрастную категорию и бросить в кубок своё имя. — Есть! Есть! — радостно кричали близнецы, забежав внутрь и выжимая свои мокрые мантии, под всеобщие аплодисменты. Они не виделись с девушками около недели что-то тщательно обсуждая между собой и не спя по ночам, убегая куда-то прочь и задумывая что-то очень и очень необычайное. — Спасибо! Спасибо! — улыбались Уизли, отбивая всем пять, пока выискивали в толпе Шармбатонок, занимающимися чем-то своим. — Ну, и придурки, — закатил глаза Тео, перевернув страницу книги Мари. Блейз тихонько сидел рядом, наблюдая за всей этой картиной, а особенно за Флетчер, которая заприметив Джордж сразу же подскочила с лавки, подходя поближе к толпе довольных студентов. — Tout peut être, — покачала головой француженка, переворачивая страницу обратно, так как последнюю строку всё таки не успела прочесть, за это можем поблагодарить великолепнейшего Нотта, что уже сгорал от скуки наблюдая за друзьями, тихо занимающимися своими делами. — А куда пошла Антуанетта? — спросил Забини, сжав переносицу и глядя, как она уже вошла в эту толпу, радостно рассказывая что-то одному из близнецов. — Если ты ещё не успел заметить, то наша Антуанетта подружилась с предателем крови по имени Джордж Уизли, — фыркнул друг, закатив глаза и сложив руки на груди, опираясь спиной о заднюю лавку, где на счастье никого не было, да и быть не могло. Никто не хотел садиться с этой компанией, ведь Слизеринцы отгоняли взглядом всех, кто хоть как-либо захотел помешать их приятому времяпровождению вчетвером. — Удивительно, — хмыкнул студент, переводя взгляд на спокойную подругу, кажется не удивившуюся таковому событию. — И как давно? — Вроде с первого сентября, — пожал плечами Теодор, доставая из кармана пачку сигарет и взяв одну штуку кинул её прямиком приятелю в руки. — И Рози нам про это даже не шепнула на ушко, — в шутку надул губы он, поджигая токую палочку, состоящую из табака и скорой смерти. — Ce n'est pas à moi de vous en parler, — закатила глаза Бастьен, громко хлопнув книгой, заставив приятелей вздрогнуть, а сидящих рядом оглянуться в сторону этой весёлой компании, на что их сразу же отсёк Блейз, готовый прикончить каждого за любой неправильный брошенный на секунду взгляд. — Мы сделали это! — выкрикнул один из них, пытаясь отдышаться. — Сегодня утром приготовили, — улыбнулся второй. — Ничего у вас не получиться, — ухмыльнулась Грейнджер, откладывая пергамент и закатив глаза, явно думая, что она из всех присутствующих самая умная, и очень даже зря. Пока кто-то громко кричит о себе, желая, указать на своё величие, кто-то спокойно и тихо добирается до своих целей, даже не думая никому ничего показывать и доказывать. — Неужели? — Это почему же, Грейнджер? — вновь и вновь почти что в один голос произносили близнецы, окружив студентку. — Видите черту? — указала ладонью Гермиона, аккуратно обведя пальцем круг в воздухе. — Это возрастная черта. Дамблдор её сам провёл, — закатила глаза девушка, пока студенты шептались у неё за спиной, а Антуанетта тихонько верила в близнецов, даже ни на секунду не задумываясь о том, чем бы это могло закончиться. — И что? — улыбнулся Фред, переведя взгляд на брата, готового расхохотаться от глупышки Грейнджер. Они ведь всё продумали. Сидели над этим зельем уйму дней и ночей, не учили конспекты и спали на лекциях, мечтая принять участие в Турнире, дабы заполучить эту злополучную тысячу галлеонов на открытие своего крупного бизнеса. — Хах?! — нахмурила брови Гриффиндорка, готовая вспыхнуть, как петарда. И почему эти двое такие глупцы? Каждый раз, как только они появляются на горизонте, то заставляют девушку злиться, едва ли не пылать от своих глупых попыток доказать кому-то что-то, а этот Фред со своей вечно читающей подружкой, из-за которой ей вместо поглощения новых знаний приходиться объяснять элементарные книги для него, и Джордж нарушающий все правила, постоянно затаскивающий в гостиную Гриффиндора эту шармбатонку (на самом деле это было всего-то два раза и не более). Бесят! — Неужели непонятно? Таково гений как Дамблдор невозможно обмануть при помощи дурацкого трюка, вроде Зелья Старения. — В этом вся его прелесть, — промурлыкал Уизли под довольную усмешку брата. — Как раз потому что оно такое и дурацкое, — подмигнул ей младший близнец, вновь переглянувшись с братом. Все разом начали кивать на это и улыбаться, отправляясь прямиком за братьями, будучи уверенными в их правоте. — Готов, Фред? — спросил Гриффиндорец, начиная интенсивно взбалтывать колбу с зельем вместе с братом. — Готов, Джордж, — кивнул он, открывая её. Оттуда сразу же повалил лёгкий пар, намекающий на полную готовность к действию и братья в один голос, прокричав «Пей до дна!» радостно выпили жидкость и прыгнули через черту. И... Ни-че-го. Всё действительно получилось! — Охренеть... — прошептал Теодор, едва не выронив сигарету из зубов. Мари едва оторвалась от книги, приоткрыв рот, ведь такое она видела, пожалуй, впервые, а Забини просто закатил глаза, тихо покуривая. — У них ничего не получиться, — ухмыльнулся Блейз, пока близнецы получили радостные вопли и бурные овации от доверчивых дурачков Хогвартса. Другие школы магии и волшебства предпочли промолчать, тихонько глядя на них и ожидая подвоха. Антуанетта радостно улыбалась, хлопая громче всех и постоянно смотря на Джорджа, даже слегка завидуя их везению, но лишь только бумажки с инициалами были заброшены, парней откинуло прочь пламенем кубка, показывая обратное воздействие их удачи. — C'était logique, — пожала плечами блондинка, улыбнувшись уголками губ и наблюдая за новыми ними. На их лице постепенно появилась длинная борода, а волосы побелели, намекая на обратное воздействие удачного зелья. И тут то зал взорвался смехом со всех сторон, пока парни набросились друг на друга избивая друг друга из-за ошибки одного из них. Надо быть хоть слегка осторожнее.

***

— Честно, я думала, что у вас всё получится, — листала учебник Антуанетта, пока близнецы сидели рядом, а мадам Помфри кружилась, как пчёлка, где-то в подсобке, ища им антидот от этого глупого желания, попасть на соревнования. — Мы тоже, — вздохнул Джордж, всё ещё поправляя свою бороду, пока Фред разглядывал себя в зеркале, корча рожицы своему старому отражению и смеясь. Мари-Роз среди них не было. Не захотела смотреть на этих придурков, ведь было бы можно догадаться о том, что ничего не получится, но увы. — Слава Богу, что кроме нас больше никто так не сделал. — Почему же это не сделал? — выгнула бровь колдомедик, подходя поближе с двумя маленькими чайными ложками и склянкой с жидкостью. — Сандра Фосетт с Когтеврана на днях тоже пыталась обмануть возрастную черту и как вы можете понять, у неё ничего не получилось. — Хах, а говорят, что на Когтевране учатся только одни умники, — расхохотался старший близнец, как ему в рот залетела ложка с зельем против зелья старения, и парень скривился. — Чтобы меньше смеялся, — покачала головой старушка, поворачиваясь к другому близнецу и наливая в другую ложку ещё одну каплю. — Ты следующий, Джордж.

***

      Так и прошла неделя. И вот наступило тридцатое сентября. Листья, окрашенные в пёстрые цвета, постепенно спадали с деревьев, оставляя стоять их нагими, дожди слегка разбавляли тёплые дни, оставляя после себя воспоминания в виде огромных луж, что было просто невозможно переступить и приходилось шагать в обход. Уже вскоре было бы нужно натягивать на себя тёплые куртки и пальто, из-за которых мялись платья и юбки, заставляя Мари-Роз постоянно хмуриться и использовать заклинания, лишь бы не падать в грязь лицом перед завистливыми лицами.       За этот месяц девушке удалось нажить себе целых трёх врагов, а если быть точнее то, Анджелину, Алисию и Гермиону, хотя возможно и младшенькую Уизли, но Бастьен её почти что не замечала, поэтому было довольно трудновато делать громкое заявление об этом, зато Антуанетта нашла себя множество друзей из Гриффиндора (по большей части друзей близнецов), но единственная девушка из них оказалась Джинни Уизли, которая, узнав, как же яростно играет подружка брата, сразу же нашла себе кумира и приходила почти на каждую тренировку, наблюдая за этим великолепием на небе и желая, чтобы она была капитаном команды Гриффиндора, а не Андж, которая за последнее время сильно скатилась во всём, и, конечно же, это было всё из-за этой паузы, не желавшей заканчиваться от слова совсем.

***

— Фред? — окликнула его Джонсон, продвигаясь сквозь толпу школьников, заприметив его выходящим из столовой без своей группы поддержки и тупых фанаток, в виде Шармбатонок. Парень тяжело вздохнул, сжав переносицу, но всё же остановился рядом с дверьми, опираясь о стену и дожидаясь её. Сегодня у него было настолько прекрасное настроение, что юноше захотелось самолично сообщить о том, что чувств у него к сожалению не возникло и вряд-ли возникнут, но всё же держать рядом запасной вариант, дак ещё и лучшую подругу в прошлом, всё-таки портить общение с другими это самое глупое, что вообще можно сделать. — Что? — закатил глаза Уизли, отводя взгляд в сторону мимо проходящих студентов. Вот им повезло, они постоянно веселятся, думают о своём и просто проживают эти дни, погружённые в себя и своих друзей, пока Уизли страдает в одиночестве от нагнетающих мыслей, от мечтаний по благородной французской крови (этого он пока что не знал, но мы честно надеемся, что он узнает хотя бы с следующем месяце) и от чтения Тихого Дона вместе с Мари-Роз, что был пока что очень сложен для понимания, и вновь приходилось обращаться к нашей ненавистно-обожаемой Гермионе, чей глаз уже начал дёргаться от очередной просьбы помощи. — Хотела поговорить, — закусила губу брюнетка, сложив руки за спину и опустив голову. Она выглядела сейчас такой слабой и уязвлённой, её будто бы предали, но это не было таковым предательством, ведь у Фреда сейчас были проблемы, которые парень должен решить один и без чьей-либо помощи, обращаться к его братьям глупо, ведь они явно не на её стороне, Джордж уж точно после всех тех ситуаций связанных с его почти что новой пассией, а Рон... Уж сильно глуп, да и у них не такие уж крепкие отношения с старшим близнецом, чтобы делиться секретами, а Джинни... Помнится, что Джонсон случайно заставила одну из рыжих возненавидеть её летом, во время шуточных матчей в квиддич, в Норе. Неловко вышло. — Нам пока-что не о чем говорить, — закатил глаза парень, уловив глазами Бастьен в компании Теодора и Блейза и нахмурившись. Как давно она водится ещё и с Забини? Неужели ещё одна пожирательница смерти, да любительница чистоты крови, а не маглорождённых и полукровок? — Но я хочу помочь тебе с твоими проблемами! — воскликнула девушка, явно привлекая внимания других. Троица повернулась в их сторону, и взгляд блондинки сразу же бросился в глаза Уизли, заставив того возненавидеть себя за доброе настроение, а также возненавидеть Андж за резкое помочь в несуществующих проблемах. — У меня нет никаких проблем, — выплюнул парень, отрываясь от стенки и отталкивая от себя Джонсон прочь. — А теперь съебись и дай пройти, — рыкнул он, быстро ретируясь в сторону кабинета Защиты от тёмных искусств.

***

      Джордж и Фред вновь и вновь изобретали всякие безделушки, только уже с двумя помощницами (ну, ладно, с одной), ставшими частыми гостями в гостиной Гриффиндора или в Библиотеке замка. В понедельник, среду и пятницу одни из друзей зависали в библиотеке, читая книги, пока двое из них гуляли по территории школы, воркуя друг с другом, на что младший близнец часто получил подколы от Ричи, успевшим стать одним из самых крутых приятелей Флетчер. Во вторник и четверг они все (разумеется также вместе с Кутом, Джорданом, Адрианом и его девушкой) собирались в башне Гриффиндора, придумывая ассортимент для магазина Уизли, да и просто радостно, болтая меж собой. Если честно, то было удивительно, что вся эта восьмёрка смогла собраться воедино, учитывая тот факт, что Джессика хотела прибить псевдоблизнецов за их вечные шутки и подколы с сторону своего парня, Мари-Анабель вечно читала, а Фордж и Антуанетта едва ли не флиртовали друг с другом, постоянно смущаясь и отвлекаясь от работы, но что есть, то есть.

***

— Слушай, Джордж, а ты уверен, что нам нужны помощники? — тихонько прошептал Ли Джордан, наблюдая за этой огромной кучей народу, стоящей посреди комнаты. Так уж вышло, что Джордж позвал Антуанетту, а она взяла с собой Мари-Роз, Адриан и Джессика просто пришли провести время вдвоём, но как-то оказались в этой толпе добровольцев, ну, а Ричи привёл сам Джордан, так что... — Да, уверен, да и тем-более ты ведь сам позвал Кута, так что мы в расчёте мой друг, — подмигнул ему младший близнец, поворачиваясь ко всей этой толпе с огромнейшей улыбкой на всё лицо. Фред пока что о данном явлении не знал, ведь он отошёл в кухню за огромнейшим количеством сладостей для изобретения новых безделушек в их магазин, но когда он узнает, то явно будет очень злиться, но это ничего страшно, ведь чем больше рабочих сил — тем лучше. — Друзья, всем привет! Большое спасибо, что собрались в стенах нашей гостиной! — Пожалуйста, только вот объяснишь зачем мы тебе? — выгнула бровь Леветт, подходя поближе и сложив руки на груди. Девушкой она была очень взрывной, даже похуже Джонсон, которая только и делала, что вечно обижалась и дулась на пустяки, хотя может быть это зависит лишь только от молодого человека, находящегося всё время рядом и поддерживая её во всех начинаниях? — Какая милая у тебя однако причёска, не помню, чтобы у тебя было каре, — обошёл её вокруг Ричи, так и напрашиваясь на кулак в нос. Шатенка на это лишь закатила глаза, даже не желая пачкать руки об этого придурка. У них вдвоём почти что постоянно возникали стычки и всё это было из-за её парня, над которым изредка подшучивали псевдобратья, да, Шелобу было не обидно, ведь он привык за все эти годы совместного времяпрепровождения, но вот Джессике было не всё равно, ведь и эти дурацкие подколы, и сами Ли, да Кут бесили девушку с первого курса, так как когда-то давно, запульнули ей в тыквенный сок огромную лягушку, из-за которой девчонка устроила самую настоящую истерику и чуть не прихлопнула их двоих, но вот Адриан извинился за них двоих, заставив шатенку слегка растаять и начать общение между ними двумя, постепенно переросшие в отношения под конец первого курса. Да, вы в праве называть это детской любовью, но как мы можем заметить эта детская любовь намного-намного сильнее некоторых браков в волшебном и не совсем мирах. — Обрезала уже как неделю назад, но если ты такой олух, который не видит дальше своего носа, но соболезную, — закатила глаза Пуффендуйка, устремив взгляд на рыжую макушку. — Так ты объяснишься, Джордж? — Да, Джордж, — кивнула Антуанетта, выходя ближе и закусив губу. На самом деле блондинка думала, что то самое предложение, сделанное ей студенту около двух недель назад, было наконец-то рассмотрено и принято очень даже хорошо. Ну, а как тут оказалась Бастьен осталось слегка загадкой, ведь всё же изначально она отнекивалась вновь и вновь показывая подруге на книгу, но как мы можем заметить француженка всё ещё стоит здесь и даже не пытается сбежать прочь, вновь в чудесный книжный мир, — ты ведь сказал, что тебе нужна помощь, но какая? Я понимаю, что с твоим товаром, только в каком смысле? — Она права, — закивал Адриан. — Мы с Джесс вообще-то собирались провести время вместе, но отказать я тебе не могу из-за многолетней дружбы, а ты даже ничего не объясняешь. — Понимаете, нам нужен ассортимент для нашего магазина всевозможных вредилок, только вот втроём нам совсем не управиться до окончания обучения, и я подумал, почему бы вы не помогли нам, — почесал затылок младший близнец и все резко стихли. В гостиную зашёл Фред держа два подноса пирогов. — Ого, как здесь много народу, — изумился он, а все перевели взгляд на Джорджа. Парень неловко улыбнулся им, но всё же собравшись с силами продолжил свою речь, под недовольный взгляд Грейнджер, которую по всей видимости бросили её друзья, сами отправляясь гулять где-то по замку или его окрестностям.

***

      Так уж вышло, что последний день месяца выпал на пятницу, а это значило, что завтра им всем придётся распрощаться с некоторыми учениками Дурмстранга и Шармбатона, и парни, настолько привязавшиеся к блондинкам, не сильно этого желали. Да, конечно, можно писать письма, отправлять друг другу колдографии и кричалки, только вот это совсем не то, а значит, что Фреду не видать тех самых галлеонов, обещанных Ричи и Ли, которые очень любезно напомнили ему об этом.

***

— Прошёл целый месяц, а ты ни на шаг не приблизился к вашим отношениям с Мари-Роз, что ты будешь делать, Ромео? — выгнул бровь Джордан, как только выключился свет в спальне и Джордж с Адрианом уснули. Никто из этой троицы не хотел, чтобы всё это вышло за предел их компании, хоть и вся пятёрка знала об этом. Только фот младший близнец уже как полторы недели думал, что брат отменил этот глупый спор, а Адриан и вовсе забыл про него, полностью отдаваясь в построение семейного фундамента вместе с Пуффендуйкой. — Мы прекрасно всё понимаем, но только вот скорее-всего завтра эта девушка уже будет паковать чемоданы обратно на родину и со стопроцентной вероятностью вы больше не увидитесь и не спишитесь, — закивал в ответ Кут, зевая, уже изрядно умотавшийся от этой тяжёлой недели. — Я вас уверяю она не уедет, ведь Антуанетта не захочет обратно из-за Джорджа, а свою подружку, Анабель точно не бросит, — закатил глаза Уизли, чувствуя, как стыд постепенно охватывал его с головой. Уже бы пора остановиться, тем-более их отношения постепенно начинают двигаться в сторону не просто приятелей, а друзей и ни в коем случае их нельзя испортить, поведясь на эти злополучные деньги, которых они с братом ещё достанут кучу. Да и тем-более как он уже понял, блондинка ни в коем случае не допустит рядом с собой обманщиков и тех, кто с удовольствием бы позарился на её наследство, доставшееся ей от родителей. — Ну-ну, — закусил губу Ли, понимая, что между этими двумя загораются звёзды, а этот спор просто всё портит, но видимо рыжему приятелю совсем всё равно, раз он так и продолжает эту опасную игру.

***

      Часы пробили ровно шесть вечера, когда все студенты собрались в Большом Зале, разместившись на лавках, яростно перешёптываясь друг с другом, думая кто же сможет из знакомых принять участие в Турнире Трёх Волшебников. Участвующих в этом водовороте было очень много, большинство даже завидовали им и их возрастной категории, всё ещё думая, можно ли было обойти этот круг и не получить увечий от голубого пламени, яростно охраняющего себя от глупцов. Антуанетта что-то недовольно бормотала, глядя на Флёр Делакур, что так повезло отправить свою заявку на участие, пока подруги тихонько стояли в стороне, наблюдая за каждым совершеннолетним волшебником, обладающим данной возможностью. — Садитесь, — указал рукой Альбус Дамблдор, когда все встали поприветствовать директоров и профессоров, появившихся в Большом Зале через скрытую от чужих ученических глаз дверь. Всего за спиной старика стоял десяток взрослых волшебников, пожелавшими увидеть избрание чемпионов собственными глазами. — Прошу вас, — слегка прочистил горло волшебник и начал свою гордую речь о турнире и о том, кто же всё таки победил в жеребьёвке и получил право на тысячу галлеонов, если же он конечно выполнит все три сложнейших (как говорят все взрослые волшебники) испытания. — Настал момент, которого все так ждали, — улыбнулся он, пока толпа продолжала шептаться и делать ставки, чьё же имя всё-таки сейчас выкинет волшебный огонь, — избрание чемпионов. — Блин как ты думаешь кто из наших будет участвовать в этом всём? — спросила Антуанетта, тихонько, дёргая подругу за руку. Директор школы Магии и Волшебства, рассёк воздух ладонью, призывая всех замолчать и настраиваясь на определённую атмосферу. — Je ne sais même pas, — прошептала в ответ девушка, наблюдая за тем как огонь стал виться вокруг себя более яростно и резко окрасился в красный, как в руку Альбуса Дамблдора вылетела первая бумажка. Старик крепко сжал её, а после быстро развернул остаток записки, почти что уничтоженной пламенем, вчитываясь в чьи-то каракули. Кажется, что все затаили дыхание, даже не в силах пошелохнуться, лишь бы не сбить свою надежду о участии в турнире. — Чемпион Дурмстранга — Виктор Крам! — радостно прокричал директор, а студент на это лишь ухмыльнулся, пожимая руки своим товарищам, под всеобщее ликования и аплодисменты толпы. После вышел, пожимая руку старику и уходя прочь к профессорам, как один из трёх участников. Пламя вновь озарилось алым цветом, заставляя всех опять умолкнуть. Маленькая записка, в виде голубого веера, намекающая на причастие к ней одной из Шармбатонок вылетела к Дамблдору в ладони. Волшебник слегка оттряхнул её, чтобы избавить от пепла и слегка подгорающих концов и принялся говорить вновь. — Чемпион Шармбатона — Флёр Делакур, — улыбнулся он, пока большая часть студенток лила крокодиловы слёзы, завидуя удаче их сокурснице. Анабель и Антуанетта остались в стороне от всеобщих рыданий, наградив девушку громкими аплодисментами, оставляя позитивный настрой на всё время соревнований и тихонько радуясь за внучку вейлы. Девушка улыбнулась самой широкой из всевозможных улыбок, сразу же подскакивая и отправляясь к директору академии, а после проходя к грозному Краму, медленно хлопающему этой счастливице. Вот и наш второй участник, а значит вскоре будет выбран и третий. Все факультеты замолчали, ожидая увидеть кого-то из своих рядов. Гриффиндорцы, гордо выпятив грудь были уверенны, что кому-то всё же удалось найти обход этой системы, Слизеринцы, словно змеи, затаились, поглядывая из стороны в сторону и смеясь с глупости других факультетов, будучи уверенными в том, что именно Кассиус Уоррингтон, которому едва лишь в начале сентября исполнилось семнадцать лет, стал участником этих игр. Пуффендуйцы разумеется болели за Седрика Диггори, что пользовался популярностью среди многих, только вот он был отдан полностью Чжоу Чанг, которую не сильно любили Джинни, считая, что она распускает множество слухов, да и в целом была пустышка. Когтевран предпочитал отмалчиваться, не желая влазить в этот глупый спор между факультетами, как это и можно было ожидать от гордых и умных орлов. И вот, Альбус Дамблдор всё же смог получить третье имя. — Чемпион Хогвартса — Седрик Диггори! — завершил он, а стол барсуков взорвался громкими аплодисментами и довольными криками сокурсников Пуффендуйца. Юноша как можно скорее поспешил к директору и другим участникам, пожимая руку и отбивая пять каждому встречному студенту. — Превосходно! — наконец-то развернулся ко всем старик, выкинув руки в разные стороны. — Теперь мы знаем имена трёх чемпионов, но в конце концов только один из них войдёт в историю! — продолжил свою первоначальную речь Дамблдор, пока Фадж выносил что-то громоздкое, скрытое под тканью. — Только один поднимет эту чашу чемпионов! Этот замечательный сосуд победы! Кубок трёх волшебников! — выкрикнул директор, как полотно слетело и перед всеми показался ярко-голубой кубок, так и манящий к себе и освещающий это тёмное помещение своим блеском. — Quelle beauté! — довольно промурлыкала блондинка, продолжая аплодировать вместе со всеми, в то время, как подруга тихо глядела на кубок, извивающий новый танец, намекая на то, что сейчас произойдёт что-то ещё, но почему чародею было на это всё равно, разве что кроме стоящих рядом с кубком профессоров, особенно зельевару — Снейпу, которого никто не переносил на дух, кроме его домашнего логова змей. — Regarde! — воскликнула Бастьен, дёргая подругу за руку и переводя её взгляд на кубок, вновь озарившийся красным цветом. Все сразу же смолки, наблюдая за медленным приближением к нему старика, что похоже тоже не ожидал данного фокуса водоворота. Маленькая подгоревшая записка выстрелила вверх, медленно опускаясь в руки директору. Тот едва смог прошептать имя, будучи всё ещё шокированным решению кубка, как голос стал его ещё громче, а взгляд пытался найти избранного. — Гарри Поттер! — ещё громче крикнул он, пока студент пытался скрыться в толпе, не желающим участвовать в этом всём и судя по его реакции можно сделать вывод, что это точно не он отправлял себя на верную гибель, но тогда кто?..