Это не конец .

Увидев стоящего с аттестатом в руках блондина, Нил нашел лишь одно решение — бежать. Бежать от своих мыслей, до боли в ногах. Бежать не оглядываясь назад. Кажется его кто-то звал, но Нил не слышал, он не хотел слышать. Чёртов Эндрю Джозеф Миньярд пробрался по венам прямо в сердце рыжего. Джостен до последнего не хотел верить, что сегодня выпускаются последние люди его семьи, люди которые показали ему, что такое настоящий дом и что такое доверие. Он как можно дальше пытался отставить свои мысли о том, что будет с ним, когда выпустятся все лисы, и он останется один. Совсем один, в пустой комнате, погруженный в мысли. Останется без поддержки и помощи. Хоть Ваймак набрал новых игроков в команду, но Нил не считал их своей семьей, он не хотел впускать в свою жизнь новых и незнакомый людей. Они могли быть опасны. Из нынешнего состава Джостен доверял только Дэн, которая стала помощницей тренера, но она не могла заменить весь старый состав, а тем более Эндрю. У неё и так появилось много забот, связанных с непослушными и вредными новичками. Когда выпускались Элисон, Рене и Мэтт, Нил переносил уход каждого, как выстрел прямиком в сердце, но тогда рядом был Эндрю, он подставлял своё плечо, не давая упасть на дно. Не давая утонуть в собственной тяге саморазрушения. И вот уже завтра Миньярд тоже покинет Пальметто, оставив Нила наедине со своими мыслями, страхами и паническими атаками. На сколько бы сильно Нил не радовался тому, что Эндрю теперь будет в одной из самых крутых команд в высшей лиге, его расстраивал тот факт, что между ними будет целая пропасть городов и миль, 1500 гребаных миль. После смерти матери Нил больше никогда не чувствовал такой безысходности и боли в сердце. Но это Эндрю — он всегда становится исключением из правил. Нил привязался к нему. Насколько сильно его в детстве не била мать, за любое проявление любви, уйти от нежелательных чувств у него не вышло. Рыжий продолжал бежать, не смотря на дорогу, он бежал по зову сердца, кажется ноги сами знали куда стоит повернуть. Нил не заметил как из его глаз начали катится слёзы а сердце билось так, будто вот вот разорвется на меленькие кусочки. Нил дышал рвано, пытаясь хоть немного вдохнуть воздуха. Джостен не знал выхода, не знал что дальше делать, и как жить, он будто оказался в лабиринте, в котором нет выхода. Мысли обволакивали голову Нила и не давали секунды покоя. Джостен хотел просто отключить свой мозг и больше никогда не слышать внутренний голос. Голос который буквально кричит в самые барабанные перепонки: «Это конец!», «Бежать! Бежать! Бежать!», «Бежать и не оглядываться!» и Нил бежал. Насколько б сильно Нил не хотел чтоб их с Эндрю это не заканчивалось, настал конец. Уже завтра их это станет обычным воспоминанием из прошлого. Просто двумя старыми знакомыми, связанные экси. Спустя час? Два? Три? Нил не знал. Для него казалось что прошла вечность! Абрам увидел вдалеке общежитие и начал бежать ещё быстрее. Ноги сами привели его к башне. Спустя 4 года проведенные в норе, это место стало для него родным, чем-то большим, чем просто общежитие, забитое подростками. Резким толчком он открыл дверь и сразу направился к лестнице. Его тянуло к крыше будто магнитом и он не заметил как преодолел все 4 этажа. Мышцы горели, но он не мог остановится. Теперь рыжий смотрел прямо на дверь, выходящую на крышу, будто обдумывая, стоит ли ему туда идти. Нил решил не думать, а действовать, резким движением схватился за ручку и пару раз умело дернул, дверь распахнулась. Теперь Нил устремил взгляд на бетонную крышу. Для кого-то крыша — обычная вещь, спасающая от всяких дождей и холодов, но для Джостена крыша стала местом воспоминаний: «Эндрю ловко открывает дверь, толкает Нила вперед, а затем хватается за край футболки и после очередного вопроса целует. Целует. Целует. Его губы обветренные и теплые, руки блуждают по старым шрамам» — теперь это обычное воспоминание, просто действия из прошлого. Нил подошел к самому краю крыши и сел. Он подтянул ноги к груди и жалостно положил голову на колени. Его взгляд блуждал по одиноким облакам и уличным фонарям. Сейчас, сидя на краю крыши, в гордом одиночестве рыжий понял, что скорее всего с самого детства обречен на одиночество, ему суждено было умереть ещё давно, а главное, одному. Глаза Нила метались, но в конце концов он вперил свой взгляд в одно из облаков, похожее на небольшое сердце. Его мысли продолжали нагнетать обстановку, а слёзы бежать из льдисто голубых глаз. Мысли Нила казались ему безумными, но бежать уже было поздно. Чёртовы мысли, о чёртовом Эндрю. Всё в прошлом. Нужно просто взять и забыть, забыть как самый страшный сон. Казалось что мозг вот вот взорвется от внутреннего голоса. Эндрю….Эндрю… — Нил мысленно усмехнулся. Вот вроде обычное имя ну, Эндрю как Эндрю, но Эндрю так подходит имя Эндрю …. Так стоп, что?…. Эн–дрю — две гласные … три согласных …. А что будет без Эндрю? Блять….— Нил ударил кулаком по бетону, возвращаясь из мира мыслей на землю, руку тут же ошпарило болью. Теперь больно не только морально, но и физически. —Блять…. — тихо прошипел Нил уже в слух, потирая разбитые в кровь костяшки. Руки немного тряслись от полутора часовой истерики, которая не заканчивалась. Как долго Нил не пытался себя успокоить, все попытки были проделаны зря. Его мозг возвращался к одну и тому же вопросу: «Что будет дальше, без Эндрю? Без самого важного человека в его гребенной жизни ….». Нил поднял взгляд вверх и только сейчас понял, насколько темно на улице. Было около часов десяти? Может около двенадцати? Нил не знал точного времени, но знал что сейчас точно поздний вечер. Джостен обхватил ноги руками и как можно ближе прижал к груди, будто пытаясь их вдавить внутрь. Абрам уже чувствовал легкое покалывание глаз — от слез, но ничего не мог поделать. Слезы сами наворачивались от любой мысли об Эндрю, даже о самой хорошей — бежали соленые капли. Кажется уже вся футболка была пропитана слезами, но Нилу это никак не мешало. Он хотел курить, затянутся зловещим никотином настолько сильно, чтоб легкие сразу отказали. Ему нужны сигареты, а сигареты у Эндрю …. Опять Миньярд …. Нил пытался успокоится и хоть как-то отвлечь свой разум, считая до десяти на всех языках, которые только знал. Не помогало. Не помогало ни-че-го. О чем бы Нил не думал, всё приводило его к мыслям о парне, ростом в полтора метра с белоснежной кожей и поразительно мягкими волосами, от которого всегда пахнет сигаретами и карамелью…. Чёртов Эндрю Джозеф Миньярд ….