Секретное задание: дом терпимости

Нёвиллет всегда приходил в одно и то же время, минута в минуту. Когда часы в главной зале отбивали одиннадцать раз, он заходил внутрь и к концу переливчатой мелодии уже оказывался на стойке регистрации. — Господин судья, — присела перед ним в реверансе совсем еще юная, но при этом прехорошенькая девушка. В отличие от остальных мадемуазель, расположившихся здесь же на диванах, она была одета в глухую рубашку и длинную до пят юбку. Разумеется — ее задача была не соблазнить, а послужить посредником к услугам, которые оказывали остальные. — Ваша комната уже готова. Желаете чего-то дополнительного? Нёвиллет окинул ее задумчивым взглядом. Кивнул: — Напитки: чай и воду. И пару игрушек на ваш вкус. — Сахар к чаю? Игрушки для вас или для хоста? — Для хоста. Сахар не нужен, — уточнил Нёвиллет и направился вперед по коридору за стойкой. Трость отстукивала размеренный ритм, как и каблуки, но Нёвиллет, как всегда, несколько волновался. Даже не так — он испытывал некоторую взбудораженность и легкое возбуждение, которое, как он знал, усилится, когда он войдет в комнату. Дверь была приоткрыта. Стучать было бессмысленно, а потому он чуть толкнул ее носком сапога и почти что проскользнул внутрь. Чай, вода и игрушки уже лежали на прикроватном столике, а на самой кровати раскинулся Ризли: то ли действительно сладко спал, то ли притворялся. Нёвиллет тихо прикрыл дверь и провернул ключ в замке. Шагнул к кровати, чувствуя растерянность. Разбудить или пусть отдыхает? — М-м-м, — протянул Ризли, не открывая глаз. — Кто же это решил меня навестить в этом насквозь прогнившем, потонувшем в позоре доме терпимости? — Ризли, — вздохнул Нёвиллет, присаживаясь на край кровати. Протянул ладонь, касаясь его руки. — Ты же знаешь, я сделал все, чтобы тебя это не коснулось. — Да уж, — усмехнулся Ризли, — столько моры отвалить за то, чтобы я обслуживал только тебя… Я чувствую себя очень дорогим. — Моему сердцу, — добавил Нёвиллет. — Заканчивай. Ты же знаешь, что я к тебе не притронусь… — Ты притронулся, — Ризли чуть приподнял руку. — Ты понимаешь, в каком смысле. — И это разрушает мне всю легенду, — Ризли приподнялся на подушках и все-таки открыл глаза. Чуть склонил голову, глядя будто с интересом. — Разве кто-то будет платить столько за разговоры и распитие чая? — И воды, — педантично поправил Нёвиллет. — Без разницы. Надо мной девочки смеются! Да и над тобой тоже. Говорят, что ты либо импотент, либо меня боишься. — Глупости какие. Как они вообще узнали? — Узнали что? — Что мы ну… не… — Не занимаемся сексом? Бездна их знает, они всегда в курсе дел остальных. Нёвиллет помолчал, обдумывая его слова. Идти на радикальные шаги ему не хотелось, но Ризли, похоже, сердился. — Что ты предлагаешь? — спросил он осторожно. — Заняться тем, чем все в этом доме занимаются, — ухмыльнулся Ризли. — Ты же понимаешь, что решение, принятое в состоянии аффекта, явно не будет разумным? Ризли вздохнул, сел и передвинулся, обхватывая Нёвиллета за талию и устраивая подбородок у него на плече. Прижался обнаженной грудью к спине. — Ваша честь, — выдохнул он Нёвиллету на ухо, и по спине у того побежали приятные мурашки, — давайте вы уже просто выебете меня? Мы, в конце концов, не в суде. Нёвиллет замер, одновременно и наслаждаясь теплом тела Ризли, и стремясь продлить это ощущение еще немного, и обдумывая при этом его слова. Он вовсе не хотел, чтобы все происходило вот так. В рамках расследования это будет не по-настоящему и отдавать фальшью. — Впрочем, если я тебе не нравлюсь, так и скажи, — поспешно закончил Ризли, пытаясь отстраниться. Реакция Нёвиллета была мгновенной — он поймал его запястья и потянул вперед, заставляя снова прижаться. Повернул голову и открыл было рот, собираясь объясниться, но подготовленные за пару мгновений слова тоже были бы «как в суде». Он провел кончиками пальцев по запястьям Ризли и признался: — Ты мне нравишься. Просто я не хочу… насильничать. Ризли тихо рассмеялся ему в затылок, повел носом от него и ниже. — Забавно, но я не хочу ровно того же. В отношении тебя, конечно же. Думаю, эти обоюдные опасения аннигилируют друг друга. Я прав? — Думаю, да, — серьезно ответил Нёвиллет. — Тогда как ты… — Мсье Нёвиллет, — поучительно перебил Ризли. — В этом месте важно не как хочу я, а как хочешь ты. И мне очень интересно, как далеко распространяются твои фантазии. Нёвиллет удивленно вздохнул и выпустил его запястья. Поднялся с кровати и аккуратно снял камзол, вешая его во встроенную гардеробную. — Снимай с себя эту… нелепость, — отрывисто приказал он. — И ложись на живот. Ризли хмыкнул. Нёвиллет развернулся, наблюдая, как тот быстро и ловко стягивает с себя полупрозрачные шаровары; белья на нем не было. Ожидаемо для борделя, но Нёвиллет отчего-то все равно ощутил покалывание возбуждения. Когда Ризли улегся лицом в подушку, он поспешно обнажился по пояс, решив не слишком торопиться с остальным. Взгляд упал на игрушки, и в голове медленно собиралась единая картина того, что он хочет от этого вечера, раз уж предоставилась возможность и Ризли не против. Он уперся коленом в кровать, подхватил со столика смазку и анальные шарики и забрался на кровать полностью. Заставил Ризли согнуть раздвинутые ноги в коленях и опереться на них, надавил на поясницу, вынуждая прогнуться. Шрамы, испещрявшие спину, манили, и Нёвиллет не удержался: склонился и неспешно провел по одному из них языком. — О Архонты… — негромко выдохнул Ризли, сильнее выгибая спину. Нёвиллет не смог сдержать улыбку. Поцеловал его под лопаткой и выпрямился, мимолетно касаясь кончиками пальцев еще одного шрама. Огладил ягодицу и на мгновение замер, любуясь распростертым перед ним Ризли, открытым, беззащитным и обнаженным. В сказках драконы забирают тех, кого любят, в свое логово и охраняют как самое драгоценное сокровище. Нёвиллет, хоть и мало походил на сказочного дракона, сейчас испытал ровно то же чувство. Потому что Ризли — такого Ризли — хотелось спрятать от чужих глаз и оставить только себе. Он подхватил смазку и щедро выдавил ее на ложбинку между ягодицами. Коротко вздохнул, самыми кончиками пальцев размазывая ее по дырке. Этого было достаточно для того, что он собирался сделать. Первый шарик — самый маленький — вошел без проблем. Ризли охнул, и Нёвиллету пришлось подхватить его за бедра, потому что колени у него едва не разъехались. — Тише, — попросил Нёвиллет. Склонился над ним, целуя очередной шрам, подхватил под живот в опасной близости от сочащегося смазкой члена, и протолкнул второй шарик. — Все хорошо. Ризли издал звук, слишком похожий на всхлип, и подался навстречу. Нёвиллет не стал его разочаровывать — и надавил на третий шарик, заставляя войти и его. Это далось немного труднее, но им было, к чему стремиться. Коснувшись губами плеча, Нёвиллет осторожно потянул шарики. Ризли вздрогнул, выгнулся, и Нёвиллет замер, давая ему передышку. Провел ладонью от живота до груди, поднялся выше и надавил пальцами на нижнюю губу, заставляя раскрыть рот. Ризли понятливо втянул пальцы, чуть прикусывая подушечки, и Нёвиллет с трудом сдержал заполошный вздох. Вместо этого он протолкнул следующий шарик и выпрямился. — Пойдем, — попросил он, поднимаясь с кровати. Ризли застыл, вздрагивая, но потом все же оторвался от подушки и попытался встать на ноги. Они его не слушались — и Нёвиллету пришлось подставить плечо, чтобы помочь ему добраться до того угла комнаты, где находились угловые зеркала. — Становись на колени, — в горле пересохло, и голос звучал хрипло. — Лицом к зеркалу. Он проследил, чтобы Ризли выполнил приказ, и устроился в кресле напротив, успев подхватить бокал с водой. Сделал глоток, не отрывая взгляда от зеркального отражения, в котором отлично было видно их обоих. — Вытащишь их из себя? — с замиранием сердца поинтересовался он. Ризли прикрыл на секунду глаза в отражении и кивнул. Завел руку назад, подхватывая кольцо на ощупь, и осторожно потянул. Глухо застонал, когда вышел первый шарик, и уткнулся лбом в зеркало, второй рукой накрывая собственный член. — Нет, — резко осадил Нёвиллет, — к себе не прикасайся. — Да ты… — Ризли убрал ладонь и сипло выдохнул, продолжая вытягивать шарики, — с ума меня свести решил. — Ты сам сказал, что важно, как хочу я, — безжалостно возразил Нёвиллет и тут же пошел на попятную: — Но если тебе не нравится… — Все… о архонты… хорошо, — перебил Ризли. Еще один шарик вышел из него. Нёвиллет завороженно наблюдал, как тяжело вздымается его грудь, как подрагивают пальцы на кольце с каждым новым неловким и осторожным движением. — Покажи мне, — попросил он. Ризли сипло рассмеялся и отвел свободной рукой ягодицу. Дырка пульсировала на очередном выходящем из нее шарике, и Нёвиллет едва не кончил от одного вида. Он поспешно сделал глоток воды и выпустил стакан, на автомате заставляя его мягко приземлиться на пол. После чего поднялся и подошел к Ризли. Он подхватил его за подбородок, заставляя посмотреть в зеркало. Поймал его взгляд — совершенно дурной, темный от возбуждения. — Это самое красивое, что я когда-либо видел в жизни, — честно признался Нёвиллет. — Я польщен, — хрипло произнес Ризли. — Раз так, то окажи мне маленькую услугу, — предложил Нёвиллет и взмахнул рукой, направляя поток воды к прикроватному столику. И поймал принесенные им дилдо и кольцо. — Это, — пояснил он, смыкая кольцо на члене Ризли, — чтобы ты не достиг предела раньше времени. А это, — он мягко протолкнул дилдо в уже растянутую дырку, — чтобы доставить тебе удовольствие, пока ты будешь доставлять его мне. Нёвиллет нажал на кнопку, притаившуюся выше основания, и дилдо зажужжало, вибрируя. Ризли крупно вздрогнул и выпрямился, явно не ожидая таких ощущений. — И как тебе? — поинтересовался Нёвиллет, настойчиво разворачивая Ризли лицом к себе. — Я… — тот на секунду закусил губу, — поражен твоей фантазией. Нёвиллет улыбнулся и погладил его по щеке, после чего быстро расстегнул и приспустил брюки. Член у него стоял почти до боли, и когда Ризли понятливо обхватил его губами, Нёвиллет испытал ни с чем не сравнимое облегчение. Он устроил ладонь на затылке Ризли, мягко вплел пальцы в волосы и чуть надавил, заставляя взять глубже. Ризли скользнул по его члену, насаживаясь ртом, но тут же застыл — жужжание дилдо стало громче. Нёвиллет погладил его по затылку; Ризли застонал, и волна легкой вибрации прокатилась по его горлу, отчего Нёвиллет крупно вздрогнул, почти машинально толкаясь глубже. Его пальцы скользнули по подбородку, снимая ниточку слюны, протянувшуюся от уголка рта, а сам он потянул Ризли от себя, вытаскивая член и давая тому отдышаться. Ризли уткнулся лбом ему в бедро, рвано дыша и вздрагивая раз за разом. — Я сейчас рехнусь, — признался он севшим голосом. — Прости, — растерянно отозвался Нёвиллет. — Я… — Ты выебешь меня прямо сейчас, — Ризли поднял голову, глядя на него снизу вверх, — иначе я опрокину тебя на пол и оседлаю. — Идея интересная, — задумчиво проговорил Нёвиллет. — Но оставим ее на следующий раз. Он наклонился, вытаскивая отчаянно вибрирующее устройство из Ризли и щелкнул кольцом, снимая его с члена. Протянул Ризли руку — и тот ухватился за нее, поднимаясь и с трудом держась на ногах. Нёвиллет подхватил его на руки и степенно понес в кровать. — Вот уж не думал, что когда-нибудь окажусь у тебя на ручках, — хмыкнул Ризли, крепче обхватывая его за шею. — Я решил, что так будет быстрее, — почти смущенно признался Нёвиллет. Он бережно опустил Ризли на кровать и подхватил под бедро, накрывая своим телом. Плавно толкнулся, безошибочно попадая в дырку; ощутил, как Ризли скрещивает пятки за его спиной и двигается ему навстречу. Это напоминало танец — только более глубокий и интимный. Нёвиллет двигался аккуратно, медленно, нашептывая Ризли на ухо нежности, которые тут же уходили из головы, уступая место новым. Ощущал, как Ризли вцепился в него руками и ногами, словно боялся, что он исчезнет, и от этого становилось щемяще тепло на сердце. Волосы —и когда Ризли успел распустить их ему? — ниспадали каскадом, словно закрывали их двоих от внешнего мира, оставляя этот момент для них одних — навечно и навсегда. Долго они не продержались, и Ризли кончил первым — без рук. Нёвиллет толкнулся еще пару раз и спустил, войдя до основания. Удовольствие перемешивалось с расслабленностью; давненько он такого не испытывал. — Знал бы я, что в твоем тихом омуте такие твари водятся, — обессиленно произнес Ризли, — попытался бы соблазнить тебя еще раньше. — Я импровизировал, используя подручные средства, — с легким смущением признался Нёвиллет. — Импровизации тебе определенно удаются. — То есть… все в порядке? — Шутишь? Я в восторге. — Что ж, я рад, что смог угодить твоему взыскательному вкусу. Прежде чем выйти из него, Нёвиллет прижался губами к губам Ризли — и тот ответил на поцелуй с таким рвением и ненасытностью, будто ждал случая уже много лет. — Девочки могут выкусить, — пробормотал Ризли ему в рот. Нёвиллет улыбнулся и коснулся губами его лба. — Тебе нужно отдохнуть. И только потом общаться с девочками. — Как скажете, ваша честь. Нёвиллет очертил контур его лица кончиками пальцев. Оторваться было слишком тяжело, но ему нужно было идти, а Ризли — поспать. Он поднялся с кровати и принялся одеваться. Закончив со всеми деталями одежды, он повернулся к Ризли. — До следующей встречи, Ризли. — Буду ждать с нетерпением. Нёвиллет в кои-то веки понимал на себе значение этой фразы.