При лунном свете

Марьяна находилась в готическом зале подле Владислава и Виктории - самых пунктуальных участников проекта. Холодный вечер октября вынуждал поежиться от холода, отчего Романова проводила по рукам с особой силой, дабы согреться, но внутренний голос все твердил, что нет вины октябрю. Не за чем делать козлом отпущения осень, когда дело совсем не в ней. Виновником ее дрожащих рук и, к тому же, голоса, был аланский подлец - после прошлого выпуска они не виделись и даже не пытались поговорить. Невидимая стена между ними стояла без единой царапины. Марьяна с каждым разом убеждала себя, что она сможет преодолеть себя и подойти к нему, сможет заговорить и спросить все из немногих причин столь колких его слов, сможет в конце-концов сказать емц всё, о чем хотела, но она не смогла. Нет, он не задел ее гордость, это было что-то иное и незнакомое ведьме. Находясь не здесь, а в своих мыслях, девушка и не заметила как с ее глаз скатилась слеза, помещаясь и испаряясь на пухлых губах. Романова поджала губы, укрываясь от ненужных глаз черным конвертом с оценками участников нынешнего испытания. Влад, стоя рядом, словно почувствовал напряжённость рыжеволосой, поймал ее взгляд и по-доброму улыбнулся. Это был тот самый Череватый, прекрасный коллега и друг, который, не смотря на свои порой неуместные шутейки, все же оставался человеком с доброй душой. Сразу стало легче, а быть может, это вторая стадия почти случившегося нервного срыва. Кто знает? Приоткрылась дверь и в готический зал зашли остальные экстрасенсы, в том числе и он. Девушка опустила взгляд в свои ноги, сделала глубокий вдох... Она заставляла себя держаться в руках, что нет, только не на работе. Ты сильная, Романова. Здесь никто не должен догадываться о чувствах шаманки. — Снимаем заход! Выходите из здания и зайдите вновь, я всех построю, - эхом раздался голос режиссера. Девушка нашла спасение в нем, поэтому мигом выполнила просьбу и быстро зашагала до лестницы, но тут же остановилась, стоило ей почувствовать на своем запястье сильную хватку мужской руки. — Влад? - первое, что пришло в голову, но это был не Влад. Константин осмотрел девушку, замечая заплаканные глаза и делая глубокий, еле ощутимый для других вздох. Вздох скрывал в себе большее, чем всем дано видеть. Он хотел что-то сказать, но их прервали, приказав пройти до лестницы. Девушка вырвала руку из его хватки, затем с оставшейся гордостью перед ним прошлась до остальных, рука Константина так и осталась висеть в воздухе без надежды на опору. У готического замка находилось много народу: фанаты экстрасенсов выкрикивали их имена, комплименты, но самым больным отзывался в душе "я тебя люблю, ****". Девушка отвернула голову от толпища людей, толкающих друг друга, а затем встала посередине братьев Шепсов, загораживаясь огромной спиной Олега от Константина, что стоял следующим. Съемки прошли напряжённо, почти без взглядов на виновника всех переживаний, но удачно. Бестия ожидала такси, выпуская едкий дым сигарет, который тут же ударял в нос и Романова наконец почувствовала расслабляющее действие от них. Наконец она выбила из своей головы неуместные на данный момент мысли, зарываясь в зеленом шарфе и все поджидая такой долгожданной и на тот момент драгоценной машины. Костя подошел незаметно, присаживаясь на скамейку рядом и вытаскивая из рук Марьяны сигару. — Курить вредно, Марьяна, - с тихим смехом беззаботно проговорил он. Марьяна возмутилась. Почему он ведет себя так, будто никакой невидимой стены из их переживаний и не существовало? На секунду показалось, что рыжеволосая все себе придумала и ничего не было. Никаких знаков внимания, обид, колких слов. — Не занимайся нравоучениями, Константин. — Говорю, как врач. Врач не может наблюдать за тем, как абсолютно здоровый человек губит себя табаком, - он демонстративно потушил сигарету, выбрасывая ее в мусорный бак недалеко от себя. — Не кури ради... — Что ты хочешь? - фраза вышла с глубоким выдохом, с корнем отрываясь от души и образуя царапины в горле. Марьяна и сама не ожидала, что скажет эти слова так громко. Костя замолчал. Марьяна по-прежнему ожидала, но не машину, как пару минут назад, а Константина. Гецати усмехнулся, направляя свой пронзительный взгляд на яркую луну, немного подождал, заставив и Марьяне устремить свои голубые глаза туда, будто бы давая ей возможность заметить что-то необычное. Увидеть бы то, чего не видят другие - звучало довольно странно в ее положении, но сейчас это было необходимо. Гецати еще несколько минут рассматривал небо, а затем перевел свои очи на рыжую бестию, поглаживая большим пальцем ее ладонь и осматривая ее вид под сиянием луны. Марьяна тут же испуганно принялась осматривать его, дрожащими руками прикасаясь к его горячим щекам. Гецати поправил выбившуюся прядь волос за ее ухо, наклонился к нему, обжигая Марьяну горячим дыханием. Романова полными глазами удивления наблюдала за мужчиной, а затем, не в силах сдерживать все накопившиеся эмоции в себе, придерживая его за щеку, притянула к себе, прикасаясь к прохладным и желанным губам... Гецати не сопротивлялся, он продолжил поглаживать ее ладонь, дарил ей то тепло, какое ей было необходимо с самого начала этого чумового вечерка, он подарил ей нежный поцелуй. — Прости, - начал было он, но девушка тут же прислонила к его губам указательный палец, не дав ему больше проронить и слова. — Не нужно. Ты уже извинился. Они поняли друг-друга сразу же, посему Константин положил свою большую ладонь той на талию, притягивая к себе и прижимая настолько сильно, что Марьяна выпуская смешок легонько ударяет его по плечу и обнимает обратно. Они сидели так недолго, как им хотелось. Хотелось ли им прощаться? Нисколько. Эта ночь вновь разделит их по разные стороны города. Марьяна улыбнулась, на ее глазах блестели слезы. С этой слезой и ушли все переживания из-за провидца, рыжая поднялась со скамейки и направилась к машине, в последний момент оборачиваясь и одаривая его прощальным взглядом. — Прощай, Константин.