Алые тюльпаны лишь для тебя

Дождь начался совсем недавно. Тяжёлые капли стучали по металлическим подоконникам, крышам и асфальту, создавая тихий уют. Люди спешили домой после работы, прикрывая грешные головы то портфелями, то пиджаками. Самые предусмотрительные и везучие взяли с собой зонтик, потому неторопливо шли под надежной защитой. Лайла была из касты невезучих, так что спешила как можно скорее закрыть дверь на ключ и быстренько добежать до дома. Замок как назло заедал, так что девушке пришлось повозиться энное количество времени, за которое, конечно, промокла до нитки. — Блядский замок, угораздило же… — шипела, уже злая студентка, дёргая ключ туда сюда. Ей вообще не хотелось стоять под дождем, который, конечно же, перейдет в сильнейший ливень. А с ее удачей ещё и молния прямо в железную ручку ударит. Когда флористка уже была готова сломать чёртов ключ, кто-то мягко дотронулся до ее плеча. Дождь перестал капать ей на голову, а удивлению Лайлы не было предела. Обернувшись, она увидела уже знакомого ей парня, виновато улыбающегося. — Снова здорово, — он глянул сначала ей в глаза, а потом на ключ, — заел? — Да, — раздражённо выдохнула студентка, злобно выдернув железку, — я уже сто раз простудиться успела пока его дёргала. Блондин хохотнул, отдавая зонт бедняжке. — Давай помогу тебе, бедолага, — он взял ключ из ледяных рук девушки и вставил в отверстие. Через пару подёргиваний замок отозвался звонким щелчком. Дверь наконец была заперта. Кавех вытащил инструмент и подал его хозяйке. — Тебе просто стоило совать его не до конца. А замок все равно противный — его бы заменить… Продрогшая девушка чихнула, спрятав ключ в карман кофты. — Спасибо ва… Тебе, Кавех. Не знаю, что бы делала… Опять чихнула. «Ну вот, ещё простуды не хватало.» Блондин обернулся. — Давай до дома тебя проведу? Может даже в аптеку зайдём, — он ободряюще улыбнулся, выхватывая зонт. Лайла робко усмехнулась. — Не стоит, я сама как-нибудь. «Как неловко», пролетело у нее в голове. — Мне не сложно, — упирался клиент, подхватывая флористку под руку, — я же не оставлю бедную девушку в беде. «ЧЕГО-» Студентка ошарашенно пялилась на джентльмена. Никто с ней так не обращался, да и сама Лайла сторонилась особей противоположного пола. Ее неловкость убивала саму возможность общения с парнями, не считая этого. С ним этот «барьер» был преодолен, на огромнейшее удивление. Но, видимо, что ни делается — все к лучшему. — Л-ладно, хорошо… То есть, — она выдернула локоть из цепкой хватки, — тебе что-то нужно? С чего такой вежливый? Архитектор расплылся в добродушной улыбке, щёлкая пальцами. — Мне не нужно от тебя ничего. Просто не могу пройти мимо девушки, стоящей под ливнем. Но да, это выглядело подозрительно, извини за это, — он протянул руку. — Если тебе не будет неудобно, то, пожалуйста, давай я тебе помогу? Нам же обоим будет легче. Продавщица неуверенно посмотрела сначала на парня, затем на протянутую ей руку. Что-то здесь было не так… Но что? Или она себя уже накручивает? Может, это неуверенность в себе бушует? «Надо дать ему шанс», — вновь пронеслось у нее в голове, — «Ну же, это отличная возможность начать хорошую дружбу, ещё и с парнем! Такое бывает нечасто.» Лайла нахмурились, устало выдохнув. — Хорошо. Давай. Спасибо тебе огромное. И извини за такую подозрительность — я не так часто получаю помощь от незнакомцев. Она вложила руку в ладонь архитектора, легонько сжав ее. Тот благодарно подмигнул. — Не извиняйся. Я бы тоже так отреагировал, в этом твоей вины нет. Как прошел твой день? , — он тоже сжал ее руку, дивясь тому, насколько же ее пальцы были холодны.

***

— Кавех, умоляю, — золотистые глаза жалобно взглянули на парня, — ну пожалуйста, не надо. Они стояли у витрины кондитерского магазинчика, из которого то и дело вылетали соблазнительные ароматы. Эти же запахи и привлекли парня, жадно оглядывающего выставленное на витрине. — Ты голодна, — отчеканил архитектор, наконец отрываясь от столь аппетитных булочек, — тебе надо поесть. — Не надо, — отчаянно замотала головой бедная студентка, готовая взвыть от несправедливости, — не надо мне ничего. Мы договаривались только на лекарство и прогулку до моего дома. — Ан нет, ты договаривалась на мою помощь, но я ничем эту помощь не ограничивал. Ну давай, пойдем, — неслабые руки настойчиво потянули ворчащую Лайлу внутрь магазина. Внутри пахло корицей и свежей выпечкой. Само пространство было, пусть и маленьким, зато вполне хорошо обставленным. Деревянные полки были заполнены цветами в вазах, печеньем и конфетами в цветастых упаковках. Под стеклом, освещенные теплыми светодиодными лентами, стояли всевозможные торты, тарты, пирожные и всякое другое. Под каждый вид вкусности была своя полка, устланная симпатичными тканевыми салфетками, тускло-розового цвета, с кружевами. Стены были выкрашены в какой-то теплый оттенок белого. На гвоздиках висели органические картины, покрытые блестящим лаком. На них виднелись всевозможные цветы, так хорошо сочетавшиеся с обстановкой магазина. Пол был устлан светлой плиткой, на которой, перед входом, лежал коврик с надписью «Welcome!». Все это создавало невообразимое чувство легкости, светлости, будто бы за окном не бушевал ливень, а светило яркое солнце. В душе Лайлы захлопали невесомые бабочки, крыльями задевая струны ее души. В одном Кавех был прав — студентка действительно была голодна. Желудок заурчал, яростно требуя поесть. Задумчиво рассматривая синнабоны, флористка повернулась к своему спутнику. Тот внимательно рассматривал птифуры, явно колеблясь между ними и какими-то бисквитами. — Ты уже выбрала? , — архитектор наконец оторвался от визуального поедания вкусностей и уставился на знакомую. Та неопределенно махнула рукой, прикрыв глаза. «Какого хера вообще происходит.» — А?.. Я. Синнабоны. Я хочу синнабоны, — набравшись смелости, выдохнула она. Блондин потер подбородок большим пальцем и подошел к прилавку. — Добрый день. Нам четыре птифура, пару бисквитов и пять синнабонов, — видимо, он так и не определился с выбором. Продавщица кивнула, надевая беря кондитерские щипцы. Лайла во все глаза уставилась на покупателя. — Я с тобой еще поделюсь, — будто поняв вопрос, проговорил знакомый. Повернувшись обратно, тот заплатил и взял крафтовый пакет со сладостями. Пахло просто невообразимо. — До свидания! , — попрощался спутник, махнув девушке за прилавком рукой. Подхватив свою подругу под руку, он вывел ее за дверь. Мягко звякнул колокольчик. Послышался звук раскрываемого зонта, укрывшего парочку от дождя. Флористка взяла пакет с ее булочками и неловко протянула. — Тебе точно это не в тягость? Мне все еще неловко. — Если бы было в тягость, то ты бы не держала этот пакетик в руках, — он подмигнул и кивнул головой в сторону ближайшей аптеки, — теперь держим курс туда.

***

В аптечном помещении витал запах лекарств и чего-то очень знакомого. «Наверное это средство для мытья полов.», — подумала девушка и взглянула на выставленные пузырьки. Горло начинало першить. — Мне таблеток от кашля одну пачку, — сказала студентка, постукивая ногтем по прилавку. Фармацевт кивнул, юркнув в подсобку. «Надо еще что-то от горла…» — И от боли в горле захватите, пожалуйста, — прикрикнула она. Парень в белом халате промолчал. — Кавех, у меня к тебе просьба, — та обернулась к спутнику, внимательно рассматривающему аскорбинки с гематогеном, — не плати за меня хотя бы здесь. Я хочу сама купить себе хотя бы лекарства. Блондин отвлекся от созерцания упаковок и медленно кивнул. — Спасибо большое, — флористка выдохнула и полезла за кошельком. Там оставалось немного денег, с лихвой хвативших бы ей на лекарства. «Угораздило же меня заболеть.» — Ваши таблетки, — подал голос фармацевт, вышедший из подсобного помещения. Покупательница кивнула, и, взяв чек вместе с пилюлями, поблагодарила работника. Теперь пора отправляться домой. Очередной колокольчик звякнул, ударяясь об открывающуюся дверь, и пара вышла из пропахшего стерильностью помещения.