(T)RUST!

Помоги мне спастись от себя. 21/09/2005(!) Это было средних размеров помещение, слабо освещенное, с запахом прохладной сырости и безнадежности. Каждое движение и каждый тяжкий вздох сопровождались неминуемым эхом, что так бесило коротко стриженную темноволосую девушку. Уже порядка десяти минут она кочевряжилась у стола в попытках навести порядок. И какой же от этих безумных идей Джона потом царит кавардак. Аманда, на удивление чем-то напоминавшая молодую Долорес О'Риордан, когда та еще носила недлинные черные волосы, что-то напевала себе под нос. Моментами она поглядывала на Билли, что уютно сидел на тумбочке с потупленной головой. На диване валялся седовласый мужчина и увлеченно читал газету. Разряжал тишину лишь редкий капающий звук: досаждал старый, покрытый ржавчиной кран. — Может, ты его починишь наконец? — донеслось предъявление — Третий день уже, ну невозможно! — Я же говорил, починю, как дойдут руки.— этот мягкий, но ледяной безэмоциональный голос в свое время нередко заставлял Аманду вздрагивать, тем более, когда он отскакивал повторно от голых бетонных стен и проникал в каждую жилку, нежно щекоча стенки ушей. Но со временем ей удалось к этому привыкнуть, как и к самому Джону. — А сейчас никак? — Ты не видишь? Я отдыхаю, целый день ушел на эти чертежи. — Крамер даже не отрывал глаз от газетенки: самая что ни на есть дешевая бумага и свежая типографическая печать вместе создавали свой неповторимый запах, который так любил Джон. — Из-за этого долбаного крана я не могу нормально уснуть, ты знаешь, у меня чертовски чуткий сон, так что постарайся его починить к тому моменту, как мы ляжем спать. Заметано? — Эми швырнула тряпку в раковину, подошла и устроилась на краю обветшалого дивана. Наконец-то глаза гения обратили внимание на помощницу. Она и сама прекрасно могла бы все починить, однако уповала на учителя в таких моментах, по разным причинам: порой, у нее самой не было времени, порой, было откровенно лень, и за редким исключением ей просто желалось ощутить хоть какую-то заботу и мужское плечо Крамера. — Заметано. Ночь. Теперь кран был исправен, как Джон и обещал, но девица все равно не спала. Аманда пялилась в старенький телевизор, по музыкальному каналу крутили какой-то безызвестный клип, зеленоватый свет рассеивал густую темень. Но все это на данный момент меньше всего заботило Аманду. Звук был на минимуме, ведь в противоположной стороне дремал мастер. Шатенка забилась, прижалась к стене, она издавала лишь тихие похлипывания и моментами содрогалась от шорохов. Опять они. Эти кошмары преследовали ее уже очень давно, и снилось ей каждую ночь одно и то же. Мигающие, еле функционирующие лампы. Нескончаемый больничный коридор, множество дверей. Одержимый ломкой Сесил, и, конечно же, беременная Джилл Так. Все как в первый раз, как наяву. Аманда кричит, рвется помочь бедной, истекающей кровью женщине, но не может, а Сесил бессовестно убегает. И за всем этим со стороны наблюдает Джон: будто нарочно он стоит на месте и прожигает Аманду, ничего не делает, но этот взгляд убийственен, он нацелен исключительно на Янг, которая, в свою очередь, охвачена параличом и вынуждена наблюдать за всем этим со стороны. Беспомощность. Вот что пугает больше всего в такие моменты. Иногда Аманда просыпалась в слезах. Она понимала, что виновата, что не должна была так поступать с Джилл и всего произошедшего в ту ночь можно было бы избежать. Она корила себя за то, что, «вот именно», ничего тогда не сделала. И, по правде говоря, Аманда предпочла бы быть закиданной острейшими стеклянными осколками, чем жить с таким тяжким грехом. А вдруг Джон об этом узнает. Нет, он знает. Он наверняка все знает. — Ты чего не спишь? — полушепотом поинтересовался  Джон. Девушка невольно подскочила, она быстро переключила свое внимание с изгрызенной кутикулы на подошедшего Крамера, но ничего не ответила. — Опять кошмары? — последовал без единого слова кивок. Конструктор был в курсе нестабильного состояния своей подопечной, и подобные ночные разговоры уже не были редкостью. Мужчина сел на раскладушку, накрылся одеялом и жестом пригласил Аманду, дабы та прилегла. Так она и сделала, пристроилась рядом с Джоном, положила голову ему на живот и почувствовала себя хоть на какое-то мгновение защищенной. Крамер стал худощавыми пальцами поглаживать Аманду по темно-каштановым непослушным волосам, что время от времени путались. — Почему ты никогда не говоришь, что тебе снится? «Потому что этого ты мне никогда не простишь.» — думалось сонной Янг. — Не хочу...вспоминать. Незачем лишний раз прокручивать в голове этот ужас. — Вот как. Может, тогда, снотворного? — Сама попробую заснуть. Ты то зачем встал? — Не знаю. Повернулся на бок, проснулся, увидел, ты с включенным телевизором сидишь. Решил подойти. — Спасибо. — За что? — За то, что в такие моменты не оставляешь меня одну. — Не стоит. Я просто не могу поступить иначе, да и ты сделала бы так же — уголки губ Эми по-доброму приподнялись. — Да, ты прав. Уж я то тебя не оставлю. — девчонка еще крепче прижалась к Джону и сомкнула очи. Она мечтала раствориться в нем полностью и без остатка, однако попросту не могла себе этого позволить. Лишь благодаря ярко-зеленому свету удавалось им разглядеть лица друг друга. Со стороны это выглядело так, будто экран кинескопа полностью состоял из уранового стекла и ярчайше горел в лучах ультрафиолета. Когда клип закончился, Аманда увидела знакомые кадры и приподнялась. — Все хорошо? — Дай звук! — в голосе ее присутствовала неподдельная радость. Джон прибавил громкость и недоумевающе посмотрел на ученицу. — Это Nine Inch Nails! Даже не думала, что их по телеку крутят! «Head like a hole»! — Ну и жуть. Такое, пожалуй, только ночью показывать и стоит. — Янг в тот же миг пихнула Джона локтем и хохотнула. — Да иди ты! Я их обожаю! — задорно заголосила девушка, на что Крамер ухмыльнулся. Утро трудной ночи. Осень багровела, горела, золотилась за решетчатым окном, единственным окном в логове Крамера, через которое лучи сочились, янтарными полосками рассекали комнату вдоль и тем самым давали понять, что уже настало время пробуждаться. Босоногая Аманда в черной заношенной футболке Depeche Mode с кружкой — вот на что сразу же обратил внимание Джон. Она стояла возле небольшого серебристого холодильника, что-то пыталась разглядеть в окне, но ею тут же был замечен проснувшийся учитель. — О, ну наконец-то. Доброе утро! — Доброе. — хрипловато ответил Джон. — Что будешь на завтрак? — А есть выбор? — Янг заглянула в холодильник и вынесла окончательный вердикт: — Не сказала бы. Яичница с беконом и помидорами, вареные яйца, бутерброды с маслом и сыром. — Предпочту первый вариант. — Есть, сэр.— отточенно молвила Аманда, приложив по-солдатски ладонь ко лбу. Джон неторопливо поднял грузное тело с матраса. Он подошел к девушке и положил свои тяжелые кисти ей на плечи. Эми тут же ощутила невесомый поцелуй в кудлатую макушку, отчего ноги ее на долю секунды стали ватными. И будто не было уже этого припадка глубокой ночью, будто не билась она в слезах и не пыталась вырывать волос, будто не кусала она кутикулы и не покачивалась, нервно наблюдая за Джоном. Лишь помнилось ей, как сладко задремала она в его объятиях.