Painful power

Злосчастный зип-пакетик с остатками белого порошка полетел на грязный больничный пол. Доза уже была употреблена в заброшенном здании. Осталось только дожидаться эффекта. Но чувство эйфории и облегчения как на зло никак не наступало, сопли смешанные с чертовом порошком обжигали область под носом. Не действует. –БЛЯТБ, НЕНАВИЖУ. СУКА, –в истерике кричал Саша. Из глаз уже текли дорожки слез со звоном падая на импровизированный столик для принятия наркотика. Из выбитых окон здания в спину дул ледяной ветер. Скоро начнутся заморозки. Ненависть заполняла все пространство. Она была адресована к каждому мгновению, к каждой доли секунды, этим паршивым наркотикам и потолкам мерзлого здания. И по большей части Саша корил себя. Хотелось исчезнуть, провалиться сквозь землю, пока слезы мешались с соплями на его физиономии. –Тош, это усыпанное мириадами холодных глаз небо над нами из нас заслуживал лишь ты, –всхлипывая молвил светловолосый. Отход от запретных веществ всегда сопровождался ломкой. Казалось будто внутренности грызут термиты, чувство, что конечности выворачивало из суставов. И избежать этого у него не получится, наркотик не взял парня, а значит, что сейчас будет хреново. Ломота внезапно накатила, заставляя пошатнуться под тяжестью собственного тела. Все резко помутнело. В глазах, что еще минуту назад еще более менее нормально функционировали появилось очертание подкатившией казалось из ниоткуда мигрени. Блондин без сил рухнул прямиком на холодную застуженную землю. В глазах все плыло. Очертания предметов троились и отдавались ужасной головной болью. А руки так сильно дрожали, что ими можно было давать пощечины... Теперь где-то в безбожном темном углу без сил валялось тело старшеклассника. Он осознавал, что он сам выбрал это. Он знал, что предает своего друга употребляя наркотики. И делал это чуть ли не сразу же после встречи с ним. Он не хотел чтобы тот видел его в таком состоянии. Только не он. Он не хотел чтобы тот даже имел догадки о его образе жизни, о его родителях, о нем, о этом его "увлечении"... Для него Антон был практически единственным лучиком света в его жизни. Он был очень сильно к нему привязан, и от этого только больнее поступать так. Это всё ужасно, неправильно и отвратительно. Ему не хотелось выглядит таким в его глазах. Он–лжец, на протяжении всего времени обманывал своего любимого друга, придумывая отговорки и оправдания, а сам бежал за новой порцией дозы, пока Антон был убежден, что тот уже находится дома и просто занят чем-то своим.