Скоро зима.

TW мерзко, насекомые ___________________________________________ Приглушённый визг. Мозг рвётся на две неравных половины. Космос вытекает из глаз, чёрные дыры сочатся изо рта, галактики рвут уши. Сал как в тумане поднимается с кафельного пола, тень нашёптывает что-то неразборчивое. Руки ослабли, не слушаются. Тело слегка потряхивает. Уже через секунду его будто опрокидывают, тянут в воду, пытаются окутать пеленой плотного слоя водорослей. Они торчат из ушей, врезаются в кожу, прибавляют веса мыслям и словам. — Сал фишер, вы с нами? Взывает к реальности чуждый голос учителя, он звучит глухо, будто под водой. Просачивается сквозь призму почти утопившего в себе сна, заставляет снова открыть залепленные дрёмой глаза. — Прошу прощения, это не повторится. — Уж постарайтесь! И снова ватная голова опускается на руки, а множество чужих глаз на пустых силуэтах смотрят. Неуютный холод пробегает по спине.

***

Задний двор встречает колкой свежестью, морозный воздух выжигает незримые буквы на коже рук. Щёки и нос поддаются влиянию температуры, краснеют, предательски утрачивают всё тепло, что накопилось на них в помещении. Салли сидит на ступеньках своего учебного учреждения и сжимает пластиковыми пальцами газировку, которую ненавидит всем сердцем. Она приторная, оставляет на языке недосказанные слова в одну из тех ночей. — В одну из тех ночей. Как заворожённый проговорил себе под нос Сал, оставаясь на месте, полностью игнорируя оглушающий звук школьного звонка.

***

— Сал, я тут! не отключайся только, держи глаза открытыми! Надрывал голос Ларри, выплёскивая всю злость в телефонную трубку. Лифт как назло ехал особенно медленно. Сал тяжело дышал, онемевшая челюсть и мутное сознание не позволяли сказать и слова. Призма магии развеялась, он предстал перед тьмой. Полностью обнажённый, без единой мысли в пыльной черепной коробке. Фишер уже почувствовал, как начал разлагаться. Его тело посинело, но было еще немного тёплым. Опарыши проникли в мозг через туман, развивали свои жилища внутри глазных яблок, съедая зрачки, похожие на звёзды. Мозг искрился магией, космос продолжал затягивать в себя без остатка и даже без шанса на спасение. Но вдруг тепло. Черви, не доев звёздные глазницы испарились, космос отпустил, возвращая тело по крупицам. Глаза вновь стали видеть. Ларри, откачивающий бледное подобие тела Фишера предстал в своём излюбленном образе. Такой встревоженный, а на губах вместо улыбки - тонкая полоска. Джонсон вздохнул с неким облегчением, каждая клеточка его тела была напряжена. Без того всклокоченные волосы распались на бесформенные поляны, а глаза превратились в ежевичный пирог, манящий своим запахом. — Ты.. Резкая боль стала проникать в душу, тенью отпечаталась в памяти. Пощёчина была сильной. — Если ты и умрешь, то только от моих рук прямо сейчас! — Прости.. Я не хотел чтобы.. — Чтобы я тебя спас? Ещё раз ударить, чтобы мозги на место встали? Слова били по перепонкам, будто басы. А потом молчание. Тяжёлое, давящее. Воздух искрился обидой. Показалось, что Джонсон замахнулся. Сал приготовился ко второму удару, зажмурился, почти даже втянул голову в плечи, но вместо него.. Ларри протягивал руку, чтобы Сал наконец поднялся с холодного кафеля. Цепкие руки Джонсона аккуратно вытащили тело Фишера из призрачного образа, в который тот мог бы превратится. — Спасибо.. — Должен будешь. — Буду. Просто согласился Салли. Мозги и вправду встали на место. Только вот, видимо, у него одного.

***

— Привет, чувак. Я принёс печенье и ту газировку, что ты так часто пил на переменах. Призрак Ларри появился не сразу. Слегка с задержкой, такой мучительной, будто вечность разделила их с Салли на до и после. — Спасибо, бро. Как твои дела? Видения ещё случаются? — Бывают иногда.. Салли достал из рюкзака плед космической окраски. тот навеял воспоминания, освежил памятные моменты. Фишер сел на мягкую поверхность млечного пути, приглашая к себе Ларри. Объятия. Снятый протез и столько любви во взгляде. Призрачные глаза, в них видны электрические помехи, затруднённое дыхание и чьи-то мечты. Звездопад разрушенных отношений. Робкое молчание возвращало былое спокойствие. Можно было наконец отдохнуть, расположившись в чужих руках. Даже если не совсем живых. — Сал, скоро зима. — Нигде больше тебя не будет рядом. — Ты не сможешь просидеть здесь настолько долго. — Просижу хоть до весны, только обними меня покрепче. Призрачные руки сжали рёбра. Почти до треска. Почти до сжатых челюстей. Почти до вырванных из глотки слов о любви. — Сал, пожалуйста. — Дай мне ещё минуту.

***

— Сал? Не до конца пробудившийся Ларри трёт пустые глазницы, стараясь разглядеть в друге хоть частичку жизни. Побледневшее лицо и трупные пятна медленно сдирали с Фишера кожу. Наконец его воля исполнена и скоро он снова будет рядом. Определенно точно будет рядом. ___________________________________________