Котёнок нуждающийся в тепле.

Небольшой двух этажный дом на окраине города, вызывал у Хван Йеджи лишь страх. Стены этого дома, как человек, снаружи были красивы, а внутри все копилась боль, ненависть, слабость. Девушка стояла напротив двери домика. В окнах первого этажа горел немного тусклый свет, и были видны тени матери и отца. Выдохнув девушка взяла ручку двери, и начала опускать вниз, чтобы дверь открылась. И вот, для Йеджи открытая дверь, казалась путем в совсем иной мир, где люди не знают слово любовь, забота - а знают лишь ярость. Шагнув за порог этого дома девушка осторожно закрыла дверь на защёлку, затем начала снимать обувь. Поставив их на полку она "на цыпочках" пошла в свою комнату на 2 этаже, но вскоре были услышаны шаги, грубые и тяжёлые, а затем лёгкие как пушинка и тихие. И вот, в слабо осветленном коридоре появляется 2 силуэта. - где ты была? - спросил отец серьёзно. Отец был на вид 45 летним. На его носу практически всегда были очки, а в руках газета. Он был одет в голубую рубашку с тёмными штанами. А сзади был хрупкий силуэт - это её мать. Она держала отца за плечо, пытаясь оттянуть назад, но ничего не получалось. - я была в школе, отец. - промолвила Хван тихо, не оборачиваясь. - дорогой, не стоит так... - сказала мама своим тонким, лёгким голоском, полным неуверенности. Ведь у обоих перед отцом пропадало все - спелость, уверенность, сила. - не лезь, когда я разговариваю. - проговорив это он снова обратился к девушке. - твоя школа должна была закончится примерно час назад. Почему ты пришла не вовремя? - я осталась на дополнительные уроки чтобы лучше усвоить материал к следующим тестам. - не ври. Я тебя видел в парке, потом к тебе подошла какая то девушка. Ты опять за своё взялась?! Опять пошло дело?! - отец уже повышал голос, заставляя Йеджи вздрогнуть от его низкого, громкого, страшного голоса с хрипотцей. - я решила после школы пройтись домой через парк, а эта девушка просто раздавала листовки. - девушка промолвив это начала подниматься в комнату, оставив отца в лёгком ступоре, что показалось для Йеджи странным. Ведь обычно он берёт её за руку, ведёт на кухню, и там уже крича даёт либо по голове, либо по рукеруке, либо вовсе избивает. - уходи, мы с тобой позже поговорим. - сказав это отец ушёл на кухню, а за ним и мама, своими торопливыми и маленькими шагами, слышен лишь звук её тапочек. Йеджи не понимала, как её мама могла полюбить и выйти за этого тирана? Люди не меняются, а значит он и раньше таким был. Мама ведь такая добрая, милая, комфортная, слабая - единственный человек которому она еле как доверяет. Но вот отец... Лучше бы она от него убежала, ведь когда Хван не станет, он будет на ней отыгрываться. Йеджи в этом уверена. Уже в своей комнате Йеджи сидит на стуле, смотря на синяки оставленные со вчерашнего дня от отца. И это все из-за ориентации и школы. Ещё будучи маленькой, девятилетней девочкой Хван только поняла, что её совсем не привлекают парни. Ей нравятся девушки. И поняла она это из-за одной её очень крепкой подруги, от которой на текущий момент и след простыл. Все, что она помнила, это темноволосый силуэт, который всегда при встрече крепко обнимала её, поддерживала во всех случаях, проводило с ней все время, которое только могла. И все эти воспоминаниями, были такими тёплыми.... Йеджи никак не могла вспомнить лица Рюджин. Даже ихнее парное кольцо не помогало, которое она все ещё носит. С Рюджин она познакомилась ещё в начальной школе, когда их поставили в одну команду на физкультуре. Там было задание, пробежать в паре, передавая мяч друг другу на определённом конусе. И так после этого задания началась их крепкая, казалось вечная дружба. Но, как бы сильно она не жалела, что не удержала её, Рюджин переехала. В совсем другой город. И все связи были оборваны. После её уезда девушки никак не общались, не списывались. Казалось, они как будто и не встречались даже. Но судьба такова, если найдешь того, кто будет заменять тебе воздух, буть готов задохнуться. Лишь маленькое колечко на её пальце напоминало об этих воспоминаниях, об этом весело проведённом времени. И, уже в уголках глаз начали появляться слезы. Они были как стеклышки, которые с каждым падением трескались, как душа Хван от отношении отца к ней. Глубокие раны все так же кровоточили на её сердце. И как бы больно не было, Йеджи не могла заставить боль уйти. Она даже высказаться никому не могла. Поэтому все, накопленное здесь, накопленное в стенах этого дома оставалось там же, лишь начиная гнить и создавать ещё большую боль, вонь. Йеджи даже не понимала смысл жизни. Каким он может быть, если ты сидишь в четырёх стенах ежедневно, ходя только в школу? Не имея право даже на маленькие прогулки во дворе дома. На небе было уже темно, лишь маленькие звёздочки светили с неба на землю, иногда "мигая". И выделялась лишь одна звезда. Казалось, она была главарём этой стаи, которой была окружена. И все никогда не сравнятся с нею яркостью, видностью и красотой. Но, каждая звезда могла перестать мигать. И Йеджи смотря перед сном в небо всегда задумывалась. А вдруг одна звезда, это одна жизнь? Каждую ночь на небе появляется тысячи звёзд, и лишь некоторые перестают моргать. Как человек, уже будучи в большом возрасте неожиданно перестаёт подавать признаки жизни. Как бы больно не было, судьбу не обойдешь. Она везде, куда бы ты не посмотрел. Ты можешь даже не догадываться, когда переходишь дорогу судьба направит на тебя машину, которая отнимет у тебя жизнь. И, судьбу никак не предостеречь. И, как бы больно не было, но если найдешь того, кто заменит тебе кислород, будь готов задохнуться. И Йеджи решила, что сегодня, станет той самой звездой на небе, которая перестанет мигать и дарить миру свою личную красоту, на которую так и любят смотреть маленькие дети, любят портить подростки, и любит уничтожать отец.