Тихая гавань

      Бесконечная суета вокруг утомляла.       Вся эта мишура и шумиха наскучили настолько, что хотелось сбежать куда подальше, но приходилось держать лицо.       «Джин Туён! Он здесь!»       Фото, сделанные исподтишка.       Повышенное внимание на каждом шагу, никаких шансов остаться наедине со своими мыслями…       Надоело.       До тошноты надоело.       Очередная элитная тусовка, куда меня пригласили, уже даже не казалась каторгой. Мероприятия — неотъемлемая часть изысканной жизни, и от этого было не избавиться.       Светский бомонд, айдолы и подчёркнутый официоз мероприятия не избавили от перешёптываний за спиной.       «Джин Туён! Он здесь!»       Я лениво лавировал между картинами, ненадолго задерживаясь возле каждой.       Современное искусство.       Пошлость какая!       Усталость. Именно так проявлялась усталость, обрушившаяся на плечи.       За взор зацепилось полотно, что так и манило приблизиться к нему, рассмотреть, вдуматься…       И стоило мне только подойти ближе, как девушка, с неподдельным интересом изучающая картину мгновением ранее, сделала шаг назад и задела меня плечом.       — Прошу прощения! — тут же слетело с её губ, едва тронутых помадой.       Она явно засмущалась под моим взглядом.       Будто не отсюда, не из этого мира…       Завидев проступивший румянец, я ждал очередного: «Джин Туён! Вы здесь!», но девушка лишь скромно промолчала, мягко улыбаясь.       Где же я мог её видеть?       В памяти яркими всполохами запестрили заголовки газет. Сестра погибшей Союн…       — Кажется, вы оторвались от искусства… — ответная вежливая улыбка вышла слишком… искренней.       Она опять промолчала. Это поразило.       — Что ж, тогда не могу упустить этот шанс представиться и познакомиться лично. Я — Джин Туён, а вы?       — Очень приятно, господин Джин. Вы можете звать меня просто Луна. — Её щёки вмиг заалелись.       — Я надеялся, что вы скажете своё настоящее имя, — немного разочарованно протянул я.       — Не хотелось бы вас расстраивать, но мы стараемся придерживаться своих сценических имён, — подчёркнуто вежливо произнесла Луна, а циановые глаза потускнели.       Ещё одна заложница образа.       — Профессионально, — приободряюще улыбаясь. — Тогда и вы можете называть меня просто Туён.       И с каких это пор ты, Джин Туён, первым идёшь на контакт?       — Мы с вами недавно познакомились. Мне неловко так скоро переходить на «ты».       В задумчивости я прикусил губу. Эта привычка когда-нибудь обязательно погубит мой имидж.       — Вы правы. Я слишком нагло себя повёл, — выдал я, закатив глаза.       — Бросьте… Это я чуть не сбила вас с ног, — прошелестела Луна.       — Нравится? — Я кивнул на полотно, возле которого мы стояли, дабы сменить тему.       Оно вызывало во мне смешанные чувства. Мне виделась беспомощность девушки, затянутой в бездну обстоятельствами. Зависело ли это от неё? Был ли шанс выпутаться из этих оков?       — Позвольте спросить: что вы видите или чувствуете, глядя на эту картину? — после недлительного молчания, произнёс я.       — Пустоту, — отрешённо ответила Луна. — Я ничего не чувствую. Но, когда я смотрю на эту девушку, мне кажется, что в её сердце огромная пустота. Раньше там было что-то значимое, что давало ей смысл жить. Но что-то сожгло это, оставив лишь пустоту.       На мгновение моё собственное сердце замерло, и я застыл, поражённый таким обнажением души.       — Как поэтично вы описываете…       Мы вновь обменялись понимающими улыбками.       — Прошу прощения, господин Джин, — коротко поклонившись, Луна завершила наш любопытный диалог и направилась в сторону своей группы.       Было… странно.       Не накинулась с восхищёнными криками, не стремилась выведать номер телефона, как происходило с большинством новых знакомых, хоть определённо узнала меня. Не пыталась ненароком прикоснуться, как бы тонко намекая на совсем не тонкие обстоятельства.       Долго скучать одному мне не позволили, и уже скоро светские беседы поглотили. Глупое хихиканье, недвусмысленные жесты… Хотелось отмыться.       Улучив возможность, я ускользнул на балкон, подальше от всей этой суеты.       Едва ощутимый тёплый ветер тут же забрался под рубашку, приятно охлаждая.       Луна.       Она стояла в гордом одиночестве, держа спину. Повадки были выточены настолько, что я невольно задумался: какая же она внутри?       Пустота?       Израненная девушка, лишившаяся близнеца. Её винили. Все, кому не лень, кололи так, словно Луна была способна собственноручно избавиться от сестры. А вдруг действительно могла? Не знал, но задумался об этом.       Не отдавая себе отчёта в действиях, я стянул с себя пиджак и накинул ей на плечи, почему-то внутренне вздрагивая от столь фамильярного жеста.       — Вам плохо? — взволнованно ляпнул я.       Хотелось не только укрыть хрупкую фигурку тканью, но и от жестокого мира спрятать.       — Всё в порядке. Просто захотелось подышать, — надломленным голосом произнесла Луна.       Я же отметил, что пальцы с аккуратным маникюром сжались на перилах.       — Если хотите, я могу уйти, — осторожно сказал я, меньше всего на свете этого желая. Было в этой девушке что-то такое, что буквально заставляло остановиться и оглянуться. Посмотреть на себя со стороны. Имел ли я на это право? Кажется, находиться в обществе Луна не хотела. — Но, пока вы здесь, позвольте мне оставить вам пиджак.       Дело было даже не в том, что в мои планы не входило возвращаться в заполненный фальшивыми улыбками и томными взглядами душный зал, а в том, что почему-то покинуть балкон сейчас было выше сил.       Хоть Луна сама и казалась мёртвой внутри, каким-то поистине невероятным волшебством вдыхала в меня самого жизнь. Давно позабытую, без притворств и фальши, что так тонко осязалась всеми органами чувств.       Высокопарно? Возможно.       — Но мне не холодно, — смущённо пролепетала она, и пушистые ресницы опустились, пряча завораживающие глаза за веками.       — Я понимаю. Но нам, артистам, важно беречь своё здоровье, — многозначительно произнёс я.       Сделал шаг в сторону двери, ведущей туда, куда идти совершенно не хотелось, но Луна как-то взволнованно выпалила:       — Я не возражаю, если вы останетесь.       Слова, вырвавшиеся из её лёгких, пригвоздили к месту.       — Это общий балкон, и я не могу прогнать вас отсюда себе в угоду, — смущённо протянула Луна, словно оправдывалась за что-то.       — Именно поэтому я сам предложил оставить вас, — на выдохе. — Не хотелось быть настойчивым, когда человек этого не желает.       — Откуда вы знаете, чего я хочу? — звучало будто бы обиженно.       Я замер, пытаясь подобрать слова. Казалось, абсолютно что угодно могло её задеть, а делать этого вовсе не хотелось.       — Создалось впечатление, что вы хотели помолчать. Побыть наедине с собой, — в своё оправдание произнёс я.       Луна же улыбнулась. Так мягко и осторожно, что я осознал: изгиб красивых губ не предназначался мне. Она не пыталась состроить из себя кого-то, не пыталась понравиться…       — Может, мы могли бы помолчать вместе? — предложила Луна. — Что скажете?       — Для меня такое в новинку, — абсолютно честно выдал я.       А говорил о ситуации в целом.       — Принимать приглашение от девушки? — она ухмыльнулась, чем поразила в самое сердце.       — Вы первая, кто предложил мне помолчать, — не сдержав смешок, сказал я. — Как я могу отказать?       Её взгляд устремился вдаль. Я же остался позади, опёршись о каменную стену, продолжая изучать Луну со спины. Но, вдруг вспомнив, что взгляд можно ощутить, перевёл взгляд на небосвод, усыпанный сияющими точечками. Мириады звёзд мерцали на чёрном полотне, создавая нечто невероятное. Такую красоту невозможно было запечатлеть на камеру, не получилось бы нарисовать даже самому искусному художнику.       Возможность спокойно лицезреть и наслаждаться этим великолепием предоставлялась так редко, что я не мог вспомнить, когда в последний раз вот так просто позволял себе постоять перед безграничными просторами, не торопясь и не отвлекаясь ни на что вокруг. И всё же был сейчас один отвлекающий фактор с длинными безупречно уложенными волосами, прикрывающими точёную талию.       Против воли я переключил внимание на неё. Слегка поёжившись, Луна потёрла ладони.       Обернись…       — Глядите! — восхищённо выпалила она, указывая пальцем на небо.       Я же не хотел отрывать взгляда от её восторга, что снова ковырнул ледяную корку на сердце.       — Вы загадали?! — развернувшись, поинтересовалась Луна.       Она сияла.       Красивая…       Искры в огромных глазах взбудоражили, а я обезоружено улыбнулся.       — К сожалению, не успел.       Да и не думал об этом. Только о магнетической особенности девушки, с которой мы делили нечто сокровенное. Момент нерушимой тишины, казавшийся интимным.       — Спасибо, что побыли со мной, — вновь смущённо улыбаясь.       Спасибо, что напомнила о чём-то важном.       Луна стушёванно посмотрела на дверь, а мне не нужно было слышать немую просьбу, хоть и выполнить её было достаточно сложно. Пора возвращаться, снова надевать маски…       Но я имел счастье докоснуться её настоящей.       А желание… Желание я загадал, пусть и немного позже.       Мне лишь хотелось, чтобы такие моменты как можно чаще наполняли нашу жизнь. Жизнь с девушкой, чьё имя, данное ей при рождении, я надеялся вскоре услышать.       И я знал наверняка, что Вселенная будет благосклонна.