Твой портрет яркими красками

      Вот уже какой день просыпаться не хочется. Который день комната встречает его не яркими красками, а монохромными стенами. У стены, как и день, как и неделю назад, стоит незаконченная, яркая картина, стоящая здесь чисто из уважения девушки.       Он шумно вздыхает, приподнимаясь на логтях и поправляя красную чёлку, что бы не закрывала обзор и глаза разных цветов. — Ох... И тебе доброе утро. – устало приветствует он девушку с картины, прежде чем полностью принять сидячее положение, даже не касаясь носками пола. –       Кровать на высоких подпорках сейчас походила на маленькую крепость, со стен которой ему было весело спрыгивать и начинать новый, прекрасный день.       Он запускает руку в волосы, до лёгкой боли сжимая их. Для кого всё это было?

***

— Кейн, я уже устала тут сидеть... – ёрзает на табуретке девушка, внимательно осматривая особенно яркую сегодня комнату. – — Ещё немного. – тихонько усмехается ИИ, по лицу которого были размазаны лёгкие штришки красной и синей краски. –       Девушка хмыкает, после чего утыкается взглядом в потолок с наклеенными на нём звёздами, которые, по задумке, должны светиться в темноте, но, почему-то, ни в один ночной визит они не горели. — Всё хочу спросить... – неторопливо начинает она, сжимая руки в кулаки, – зачем тебе эти штуки на потолке? – и взглядом указывает на них. – — Ах, эти... – на секунду задумывается он, переводя взгляд с холста на неё. –       На секунду повисает молчание. Кейн, немного задумавшись над новым предложением, которое должно было всё объяснить, на автомате облизывает кончик кисточки, с которого всё ещё капала красная краска, после чего тут же выплёвывает орудие любого художника, вызывая у девушки короткий смешок. — Ну так раньше они светили. – наконец отвечает он, осматривая палитру и как-то ругнувшись себе под нос, о чём свидетельствовала табличка, появившаяся у рта. – — А сейчас? — Не светят.

***

      Ведущий слегка пошатнулся, после чего слетел с кровати и приземляясь ровно на ноги. Неприятное воспоминание. — Просто ещё одно... Просто... – почти шептал он, делая резкий, глубокий вдох, мысленно убеждая себя успокоиться. –       Неприятные воспоминания, порой, закидывали петлю на шею, своим даже самым маленьким проявлением затягивая её всё туже. Казалось, что ещё одно малюсенькое воспоминание и ИИ самолично приложит все усилия для помощи в удушье.       Он сделал ещё один, короткий и, какой-то, разочарованный, что ли, после чего зашаркал к картине, вглядываясь в изображенную на ней Помни. На ней всё тот же шутовской костюм и лёгкая полуулыбка.       Сердце рвётся на две части, а глаза начинает противно жечь от подступающих слёз. Не смог.

***

      Девушка мрачно проходит мимо, косо поглядывая на Кейна, улыбающегося во все тридцать два. — Похоже кто-то сегодня не в духе! – хихикает Джекс, вальяжно развалившись на стуле. –       В последнее время над Помни как грозовое облако спустилось, заливая всё свободное пространство непрекращающимся дождём. Зрачки её были, уже обычными, для этой недели загогулинами, беспорядочно разбросанными по кругу, будто бы ребёнок небрежно перечёркивал неправильный ответ или выходил за края картинки в детской раскраске.       Недолго думая Кейн направляется за ней, телепортируясь рядышком. — Помни, дорогая, всё в порядке? Ты выглядишь так мрачно... – ИИ всерьёз беспокоился. Осторожно спрашивал, боясь сказать что-то не то, и старался стать её опорой, что бы в случает чего она могла на него положиться. –       Она только ускорилась, давая понять, что совсем не хочет говорить сейчас. Он останавливается, просто наблюдая, как она уходит в сторону комнат.

***

— Почему не пошел за ней? Почему не помог? Почему ты, Кейн, такой, чёртов, идиот!? – крутилось в мыслях, отдавая слабой, пульсирующей болью. –       Потому что он трус. Идиот, который ничего не закончил и не смог помочь, хоть и обещал.       Горячие кристалики слёз стекают по щекам, укатываясь вплоть до пижамной рубашки и растворяясь в воротнике одежды. Так и не закончил.       Он делает прерывистый вдох и подходит почти вплотную к картине, рассматривая каждую, самую маленькую и незаконченную деталь. А ведь Кейн даже и не думал притрагиваться к холсту, после одного момента. Ему было больно, не физически, морально. Сейчас он готов.       Берёт в руки кисть, макает её кончик в желтую краску и начинает рисовать, поспешно вытирая слёзы с покрасневшего и усталого лица.

****

      Кейн вдыхает холодный, утренний воздух, устало уводя взгляд от навязчивой луны. В последнее время он чувствует себя... Не совсем хорошо. Помни просто закрылась в комнате и не отвечает, настроение проводить любые приключения пропало. Даже если бы и было настроение, где взять те безумные идеи?       Голова отказывалась работать из-за банального волнения о шуте, которая уже неделю не выходит. Чувство тревоги не покидает Кейна, наоборот, затягивает в свой омут, который станет для него последней каплей.       Он обещал, что не будет заходить в её комнату без разрешения. Создал другой облик ради неё и учится понимать чувства людей ради неё. Только ради одной Помни, сколько бы это не отрицалось.       Но какое-то странное чувство, заставляющее сердце то пропускать удары, то и вовсе замирать. К чёрту.       Кейн сжимает пальцы до побеления костяшек, ногтями впиваясь в ладони и оставляя на них маленькие «полумесяцы». — К чёрту... – тихо ругается он, моментально телепортируясь к двери Помни. –       Он вздыхает и робко стучит в дверь, после чего замирает у входа, ожидая ответа. Ничего.       Стучит настойчивее, но всё ещё не получает ответа. Он хмурится, сжимая кулаки сильнее. Нет, что-то не так.       ИИ дёргает ручку двери, которая, так удачно, оказалась не запертой. Хотя совсем не удачно, нет, нет.       Вместо укутавшейся в одеяло Помни он видит только бесформенное, агрессивное нечто, смотрящее на него своими разноцветными глазами. Ты не справился, Кейн. Обещал сберечь.

****

      Последний мазок проходит по холсту. Закончил.       Воспоминания накрывают с головой, чуть ли не взрывая её к чертям кошачьим. Он сжимает кисть, глядя на картину, после чего рывком ломает как палитру, так и деревянную принадлежность для рисования.       Комната приобретает ещё более тёмный, немного даже красноватый оттенок. Ему стоит себя успокоить.       Помни больше нет, она рассеялась. Больше не появится здесь, что бы мило поболтать, не появиться, что бы посмеяться над очередным приключением и людьми, что его проходят, время от времени присоединяясь к ним.       Единственное, что смог понять ИИ за всё то время – свои чувства. Он любил, но теперь не полюбит никогда.       Её портрет продолжает смотреть на директора цирка, выделяясь среди тёмной комнаты своими яркими красками, запачкавшими руки Кейна.