Когда Погаснут Все Огни

      Он помнил каждую свою эмоцию, ощущение и чувство, когда три тысячи лет назад впервые побывал на территории, тогда незнакомого места с «Кипсолом». Тот самый день, когда узнал, что является Хранителем, так ещё и не простым, а свободы. Но не это было самым ярким и значимым воспоминанием того дня – это был шум собственного сердца, что заглушал голоса и все возможные звуки, заложенные, от неожиданно ударившего давления, уши, сбитый взгляд, метающийся по главному залу, что в незнакомой панике разглядывал знакомые лица, но избегал – главное. И между всеми теми сказанными острыми словами и ехидными ухмылками, которыми они тогда между собой перекидывались, в голову начало приходить осознание случившегося. Именно в тот вечер, его прошлое – такое запутанное, сложное, но нежное и порхающее – ворвалось в его жизнь спустя двадцать тысяч лет, бесцеремонно и нагло ломая ржавые замки на запертой двери. Пусть эту дверь давно не открывали, Баку помнил времена Риберта со всеми теми глупостями, обидами и болью, переживаниями и страхами, которые ему пришлось пережить, но Билл – самое закрытое и недоступное воспоминание на уничтожение которого было потрачено огромное количество времени, боли и тяжелых издержек, длящихся по сей день. Но, даже после этого, память забыться не позволила. И покидая пределы межизмерения, или же, Кипсола, в то время, самым первым, дабы не пересечься с остальными поодиночке, мужчина обдумывал происходящее более глубоко: Тени, война, что шла на них, то резкими, то отступающими назад шагами, Хранители, прошлое – настоящее. И пусть волновать его должны были четыре первых фактора, думал мужчина тогда о другом. И эта самая мысль, душила куда хуже грядущего, особенно зная, что сдавливая внутри эмоции, он не позволит вести себя правильно и искренне – лишь маска обмана и ненависть. Ненависть – которой никогда не было. Была и, как бы тяжело не было это осознавать, до сих пор есть – чувства.       Задумавшись об этом куда сильнее, чем Баку предполагал, он остановился у нужной стены, что отделяла замок от темного и холодного леса. С этими мыслями, мужчина почувствовал себя по-настоящему глупо, за то, что он сам позволил себе сделать всего какие-то два часа назад. А ведь это мог быть простой разговор, просьба о содействии его плану, пожатие ладоней и всё. Нужно же ему было поддаться эмоциям и, одним лишь прикосновением, усложнить их ситуацию ещё больше, чем было раньше. Сделав глубокий и размеренный вздох, мужчина закатил глаза, отбрасывая ненужные сейчас размышления в сторону, позже к ним всё равно придётся вернуться, и переключаясь на ранее поставленную задачу – вход на территорию Роклиеи. Как раз у одного из таких он находился, буквально в пяти шагах, и именно этот, вёл прямо на территорию замка. Этот проход, как он помнил, был достаточно большим, но через него необходимо было проползти, пусть и в последний раз, Баку спокойно через него проходил. Эта мысль заставила остальные замолкнуть, брови нахмурились, и он непроизвольно обернулся назад, осматривая лес на наличие посторонних глаз. Покачав головой на свою паранойю, он шагнул в сторону углубления у стены и оперевшись руками о сырую землю, раздражённо прошипел что-то себе под нос. Изначально это определённо был мат: — Проклятье. — Шикнул мужчина, вглядываясь в часть заделанной стены. Оттряхнув руки и колени от грязи, как мог, Баку сразу же ринулся в другую сторону, двигаясь ровно по стене. — План «Б», значит. Прошептав это вслух, мужчина вновь накинул на голову чёрный капюшон, скрывшись за другим углом высоких стен…       Девушка была даже не то чтобы в шоке, она была зла и максимально негодовала от происходящего. Кира махала руками, иногда случайно дёргала себя за волосы и раздражённо протягивала какие-то несвязные между собой звуки: — Ты что совсем идиот?! — Повысила голос она, смотря на Сайфера таким взглядом, словно он сейчас ответит ей банальное «нет» и этим заставит её поверить в обратное. — Ты отпустил его одного в город, где полно Теней и придурка могут в любой момент взять и спокойно, — девушка задумалась, стараясь подобрать, как можно более мягкое слово, но в итоге поставив руки на пояс, дёрнула глазом, — уебать?! Билл на это словно и никак не реагировал вовсе, просто стоял и слушал, в итоге вскинув бровь вверх, словно не понимал, что сделал: — Нет, Билл, серьёзно? — Спокойно спросил Морфиус, склонив голову в сторону. — Решение весьма опрометчивое… Билл слушал собеседников с абсолютно спокойным выражением лица, словно на все сто знал что прав, а те, лишь пытаются его очернить своими догадками и обвинениями. Именно так выглядело всё это действо со стороны, но вмешиваться в ссору Вера, пока что, не торопилась: — Опрометчивое?! — Повысила голос Кира уже на Морфиуса. — Да это катастрофа! Отпустить постоянно сбегающего придурка – одного в город с кучей тварей! — Он ребёнок, чтобы я его останавливал? — Почти однотонно спросил мужчина, прикоснувшись ладонью к уголку своих губ, о чём-то задумываясь, медленно возвращая руки в позу сложенными у груди. Пеннивайз качнул головой, а после в недоумении махнул в его сторону рукой, стараясь говорить спокойно. Ссориться с Биллом мужчина явно не планировал: — Но, ты мог бы предупредить об этом остальных. Сайфер сделал глубокий и размеренный вздох, глядя в одну единственную точку, явно устав от постоянных обвинений и очевидных переживаний, которые все испытывали, как только узнали об уходе Свободы. От этого нервы сдавали быстрее, ведь – он волновался куда больше, чем остальные. Вера это видела лучше всех, пока стояла в стороне, но вскоре не выдержала: — Не о чем уже спорить. — Произнесла она, отпрянув от стены в сторону Разума. — Он уже ушёл. И я уверена, — твёрдо начала она, на мгновение, переглянувшись с Биллом, — что вернётся. Кира лишь выдохнула и, обняв себя за плечи, взглянула на молчаливую Мирэль: — Интересно. — Нахмурившись, прищурилась она, хмыкнув. — Связан ли с его уходом ещё кто-нибудь? Девушка медленно перевела взгляд на Киру и еле заметно сглотнула, стараясь выглядеть, как можно уверенней, когда начнёт оправдываться. Но начать она и вовсе не успела: — Знал только я. — Произнёс Билл, взглянув на Мирэль достаточно быстро и не произвольно. — Не надо сейчас обвинять ещё кого-то. Это явно не в наших интересах. Кира в ответ перевела взгляд на него и спокойно выдохнула, вновь переглянувшись с Мирэль, явно извиняясь, что так вспылила.       Молчание висело не долго, вскоре они продолжили негодования, но уже не такие явные. Лезть в это Билл уже не стал, как и остальные не стали его вмешивать. Он отвлёкся на другое – Вера тихонько постучала по стене у выхода в коридор, очевидно намекая на недолгое отлучение вдвоём, чуть дальше от лишних ушей и глаз. Сайфер сначала нехотя хотел покачать головой, но в итоге кратко кивнул.       Коридор был полностью пуст, а отойдя подальше от помещения, где находились остальные, стало ещё и почти абсолютно тихо. Они ушли не далеко, сделали всего лишь шагов десять от проёма. Вера выглядела серьёзной, когда молча, шагала впереди, ведя мужчину за собой. Разум даже начал подозревать неладное, но лёгкая улыбочка, сияющая на её лице, когда оба, наконец, остановились, смогла его успокоить: — Он сказал, когда вернётся? Мужчина хотел ответить, но прервался на нервный вздох, отворачивая голову в сторону: — Я не знаю… — Произнёс он, потерев пальцами переносицу. — Сказал, часов через пять или шесть. — Но ты в это не веришь. — Озвучила его дальнейшую мысль Вера, опустив взгляд вниз, а после вновь улыбнулась. — Уже жалеешь? — Не уверен. — Сказал Билл, поправляя кривую, неприятную на ощупь повязку на одном из глаз. — Хотя, да. Да, я уже раз десять пожалел, что не настоял на своём. В конце концов… — Он не сказал? — Остановила его девушка, на мгновение став печальней, точно понимая, что хотел сказать мужчина. — Он в норме. Его не тронули…так. — Произнесла она, слегка, замявшись. — Баку сказал, только про какие-то манипуляции с воспоминаниями. Мужчина смотрел на неё так, будто не верил. Зрачок метался от одного её глаза к другому, а эмоции на моменте перестали что-либо выражать. Но через пару секунд таких наблюдений, он прокашлялся, и Вера не могла, ни улыбнуться, когда уловила в этом кашле облегчение. — Видимо не успел. Думаю, он будет не против, что я об этом рассказала. Билл минуту простоял в мыслях, раздумывал над услышанным, а после слабо улыбнулся: — Спасибо. Тут Вера немного поменялась в лице, доставая из-под одежды дневник и какую-то папку, сложенную в трубочку, протянула Биллу: — Думаю, будет лучше, если дневник останется у тебя. Мы его уже потерять успели несколько раз. — Сказав это, она взглянула и на бумагу в своих руках. — А это попросила тебе передать Мирэль. Сайфер смотрел на папку в руках ангела с шоком и неуверенностью. Эта были те самые документы, которые он забрал из кабинета и спрятал в трости. Чёрт.… Пронеслось в голове Билла, когда он опять вспомнил о болезненной потери своей любимой чёрной тросточки. Взяв протянутые ему предметы, мужчина медленно убрал их под плащ, намереваясь сказать что-то в ответ.       Из соседнего коридора резко показался напряжённый и даже взволнованный Ларант. Мужчина был встревожен и даже зол, такой яркой пелены эмоций на его лице, Хранители ещё застать не успели. Генерал, видимо направляющийся, как раз к ним, остановился на месте, явно удивлённый тому, что те стояли посередине коридора в тишине, но зацикливаться на этом не стал: — Что-то случилось, генерал? — Спокойно спросила Вера, хотя на лице расцветала тревожность. — В лагерь вошла Тень. — Процедил он, указав в сторону, откуда он пришёл. — Из другого измерения. — Что?! — Вспылила девушка, даже умудрившись потерять весь свой дар речи. — Что-то серьёзное случилось? — Нет. Его быстро обезвредили, так ещё он слаб и ранен. Сайфер слушая всё, что рассказывал Леонтов, вмиг стал серьёзным и хмурым. На какой-то фразе Ларанта, он взглянул на мужчину, можно сказать, даже злобным взглядом, сжимая ладонь в кулак: — Черноволосый, в чёрном рваном плаще? Услышав это, сердце Веры сжалось и даже заболело, в особенности в резком страхе за Билла. Ларант же на это с подозрением окинул его взглядом, но в конце одобрительно кивнул: — Билл. — Прошептала она, тронув Разум за руку. — Пошли, скажем, остальным, и вместе разберёмся. Мужчина, взглянув на неё краем глаза, прищурился, сделав шаг вперёд, отстраняясь от неё: — Так и сделай, предупреди остальных, а я сразу туда. — Глянув в сторону генерала, Сайфер вновь стал намного серьёзнее. — Отведёте? — Да. — Процедил он в ответ, отходя в обратную сторону. Переглянувшись с Верой, взгляд Билла стал мягче, он качнул головой, пожимая плечами, буквально глазом передавая ей свою просьбу – «не волнуйся. Я ничего не натворю». Ангел лишь вздохнула, и одобрительно кивнув ему в ответ, двинулась в сторону их помещения…

***

      Деревянные доски не поддавались на простое дёргание углов и избавлению её от хлипких, ржавых гвоздей – они держались кое-как, но ключевое слово «держались». Тратить много времени Баку на это не хотел, время было не резиновым, и любая нежданная остановка, могла испортить весь его план. Если действия на авось, вообще можно было назвать таким словом и сравнить с полноценно продуманными наперёд действиями. Но, пока что, всё шло как нужно – один тычок ногой по гнилой древесине быстро вывел ту из равновесия: она, прогнувшись, упала внутрь, оставив на земле под ногами несколько острых щепок. Проход туда был окончательно открыт, туда, где и начинался тёмный переулок, связанный с главной площадью города.       Переулок, как и в первый раз, казался жутким, был тёмным и сырым, но теперь изменилось лишь одно – без надобности, Баку уж точно не полез сюда. Долго в нём он не задержался, быстро, по памяти, добравшись до выхода, рассмотрел из-за угла пустую, тёмную площадь: разбитые куски плитки, оборванные флажки, разрушенные шатры, где когда-то обитали торговцы, с радостью приезжающие на Роклиейские ярмарки. Сейчас всего этого нет – не существует. Лишь холод, пустота, гнетущий мысли тяжёлый камень, где-то в груди и опустошение. Пусть Найтмер и не полностью помнил эти мероприятия, а память о самом городе и вовсе давным-давно стёрлась – как добраться до замка, он прекрасно знал. Это было единственное, что он помнил чётче всего.       Сделать это, ему никаких усилий не потребовалось. Он с лёгкостью добрался до стен, что отделяли город от замка. Единственное, что можно посчитать за сложность, так это то, что пришлось красться, чуть ли не ходить по стене в мерах предосторожности. В конце концов, по словам Ларанта и его данным, Теней здесь обычно много, на что Баку и рассчитывал. Но нет, слова генерала не были реальностью: в городе тихо и пусто, темно и, словно, мир умер, а время остановилось. От этого по коже бежали мурашки, пусть Свобода мало какие эмоции сейчас испытывал.       В замке тоже было тихо. Лишь трещины в стенах, осколки от люстр, что больше не горели, поцарапанная мебель, в некоторых местах даже выросла трава, но кроме главного входа в замок, Баку нигде такого явления не заметил. Всё остальное, было, даже можно сказать, целым. Здесь явно раньше был бардак, но видимо, заселившиеся сюда Тени, поправили всё под своё настроение. Пройдя чуть дальше, к другому коридору, мужчина по настоящему растерялся – Баку не помнил, где и как пройти к библиотеке, знал лишь только то, что было это на первом этаже, где-то ближе к главному залу. А он был прямо перед ним: огромные двери, одна из которых приоткрыта, пусть ручка была отломана, выглядели они, как и когда-то – с размахом? Хотя кто бы удивился? Уж точно не он. Тихонько проскользнув через двери, он окончательно и вспомнил, где находятся книжные владения, и было это точно не здесь. Обернувшись назад, мужчина раздумывал над тем, чтобы вернуться назад, но что-то остановило. И этим чем-то была лестница, огромное окно с теми же самыми рисунками, но теперь почти полностью выбитое, мраморный пол, люстра, потрепанный ковёр под ногами.… Делая медленные шаги вперёд, Баку решил прогуляться. Пусть было это глупо и безрассудно, но мужчину тянуло на второй этаж, а оттуда можно и спуститься по другой лестнице, оказавшись у библиотеки. Да, так будет даже куда лучше, сложнее запутаться в куче коридоров и стоящих у стен колонн. Колонн…       Почти дойдя до лестницы и уже представляя прикосновение ладони к холодной перилле, Свобода остановился. Он не спешил менять положения, лишь остановился на месте, глядя в пол, пока ладони непроизвольно вздрагивали. Краем глаза он увидел одну из самых целых и не тронутых колонн: белоснежная, оскверненная одной лишь трещинкой и испачканная в давным-давно высохшей, почерневшей, засохшей снизу крови. Как наяву, от одного лишь вида всплыли воспоминания, появилась головная боль, гудение в затылке, после слова, треск ткани, всхлипы, удар – стук детской обуви по лестнице. Всё это вызвало нескончаемую бурю внутри него, точно такую же, когда поднявшись наверх, он дошёл до знакомой двери и почти спокойно вошёл. Там заправленная кровать, закрытое окно, завешенное сине-белыми шторами, шкаф, полки с игрушками – детская была целая, ничуть не тронутая, лишь пыль на тумбочке давала понять, что здесь давно никого не бывало. Нетронутость мало удивила Найтмера, на комнаты наследников часто ставят защитные символы и опечатывания, но, чтобы это ни было, держится гораздо дольше обычных заклинаний.       Подойдя к закрытому тканью окну, он аккуратно отодвинул лёгкую шторку, вглядываясь в город из него. Отсюда в детстве мужчина видел его ярким, живым и родным, а сейчас, лишь мрак. Но какой бы, ни была сейчас Роклиея, она была для него родной. Он почувствовал это в тот момент, когда только добрался до города и осознание того, что он по нему соскучился, ударяло в голову с огромной силой. Кричало, что эта он – город детства, тот самый солнечный и благополучный, пахнущий цветами ромашки, пропитанный детским смехом – нуждающийся в помощи.       Отпрянув от окна, он медленно опустил ладонь, бегая задумчивым взглядом под ногами, по тумбочке, шкафу, ковру и кровати. И именно последнее заставило глаза остановиться. Сделав медленный и единственный шаг к постели, мужчина присел на её край. В ладони оказалась мягкая игрушка, с крестиком вместо одного глаза, созданный из двух противоположных цветов, кролик – Бон. Единственное чего Баку не помнил, так это шва, что соединял чёрную и белую часть. Проведя большим пальцем по аккуратно созданному шву, он словно почувствовал тёплые пальцы держащие иголку, грубую, но бережную ладонь, дрожащую в процессе. Пришлось приложить усилия, чтобы сдержать застрявший в горле ком: — Зашил… — Подумал он, прищурившись, разглядывая крольчонка в своих руках. На секунду закрыв глаза, он ухмыльнулся. Больше мыслей не было, ухмылка достаточно быстро пропала, а слова, которые ему бы очень хотелось озвучить вслух, были явно против. И мужчина решил просто смириться, отложить на другой план, точно так же, как и остальные терзающие его вопросы и ответы.       Без раздумий спрятав плюшевого под чёрный плащ, в один из свободных и просторных карманов, он встал с кровати, непроизвольно проводя рукой по мягкой и нежной простыни. Делая глубокий вздох, он тихо прокашлялся в кулак – пора бы уже закончить начатое. С этими мыслями, покидая свою комнату, Баку аккуратно закрыл в неё дверь…       Всё та же арка, встречающая при входе в хранилище знаний. Когда-то она казалось такой большой, настолько, что перехватывало дыхание от одного только взгляда на высокие потолки, большие резные шкафы и заумные разделы. Да, скорее всего ему всегда просто казалось, но дрожь от знакомого вида пробежала по шее, перешла на руки, в итоге заставляя непроизвольно вздрогнуть. Как бы он ни повзрослел, изменился и забыл, а красота этого огромного по площади и масштабу помещения, до сих пор его поражает.       Настороженно оглянувшись по сторонам, мужчина выглянул из-за угла, осматривая весь периметр входа. И как же он был прав, решив удостовериться в том, что всё также находится здесь один - у самого входа в библиотеку, там, где когда-то сидел Кэло и кошмарил всех заходящих в его владения существ, перечисляя все существующие правила её посещения, теперь сидел не знакомый мужчина, а Тень: какой-то мужик, улёгся щекой на стол и, подложив под голову вырванные из каких-то книг страницы, чуть ли не храпел. Спал тот видимо крепко, что даже не услышал неудачно задетый Баку стул, полностью разломанный и валяющийся на полу у самого порога. Неподвижно простояв на одном месте полминуты, Свобода уже ничуть не переживая за наличие "чуткого" сна у нового горе-библиотекаря, прошёл мимо, пинать что-то не рискуя. В конце концов - раз на раз не приходится и второй такой пинок, имеет все шансы пробудить спящего.       Всё шло более чем хорошо - Баку с лёгкостью добрался до шкафов, для безопасности ходил со стороны, откуда с входа увидеть его было нельзя, только если мужчина сам умудрится себя подставить под удар, хотя сам Хранитель явно сомневался в идеальном зрении Теней. Так, добравшись до упомянутого Кэло раздела «С», потратив на это, добрые и не очень, десять минут, Баку нашёл и нужную тему - порошки. На самом деле, он ожидал сложностей, в конце концов, в такой дальней части библиотеки он бывал не часто, в точности от силы раза три, и мало что с этих прогулок запомнил. Но дальше была одна из самых сложных и одновременно простых задач - самая тонкая книга. К слову, особенностью раздела "С" была чрезмерная тонкость любой находящейся в нём книги, да и сама тема порошков, обычно много информации в себе не содержала и опиралась на дальнейшее соединение известных рецептов, которые в письменном объяснении не нуждались. Баку прекрасно об этом знал и, начиная с неприязнью ко всем книгам этого раздела, перебирать одну за другой, всё больше распалялся, случайно ударяя одной книгой о другую в процессе. А это в свою очередь воспроизводило достаточно громкий звук, после которого мужчина принимался открывать последние страницы книг с большей аккуратностью и бережностью.       Наконец, спустя, чуть больше пятнадцати минут, но меньше получаса, нужная книга была найдена. Она оказалась чуть левее от середины, ниже средней полки и была, как и говорилось, самая тонкая, настолько, что содержала в себе ничтожные сто тридцать две страницы. Пролистнув до нужной, сто двадцать второй, Баку внимательно вчитался в текст, в особенности тот, что был самым жирным, а таковыми были только некоторые буквы. Не было разницы, где и в какой части текста или слова они находились, сложив их – складывался главный пазл. Прежде чем последовать написанной инструкции, мужчина вновь несколько раз оглянулся по сторонам и на всякий случай удостоверился в грёзах всё той же самой Тени на входе. Дальше дело за малым: положив книгу на пол, тем самым окончательно скрываясь из возможного чужого поля зрения, Баку снял с ладони чёрную перчатку, и подготовительно покрутив запястьем, протянул её к желтоватым страницам. Пальцы медленно, с лёгким покалыванием, словно утонули в ней, рука пропала внутри страница по самое запястье, а вокруг неё, по странице, прошла сероватая рябь. Это зрелище было весьма завораживающим, таким странным, да и сама эта магия показалась Свободе подозрительно знакомой, но задумываться над этим серьёзнее он не стал, когда нащупав дно, обнаружил и то, что впоследствии, вытащив, оказалось серебряным ключом. Он переливался в его руках, осыпался серым песком и когда тот кончился, мужчина хмыкнул, а ключик потускнел: — И что дальше? — Подумал про себя он, опустив кусок металла ниже. Осмотревшись вокруг, мужчина лишь досадно нахмурился, Хранитель не знал, как действовать дальше, как и то, где должна находиться предполагаемая дверь, которая способна быть открытой находкой в его руках. Долго это чувство досады не продлилось: песок, что осыпался с ключа, воспарил в воздух, точно впитался в шкаф перед ним и, вновь погас – теперь лёгкая рябь прошла по книгам и полкам, ограничиваясь в своеобразном вертикальном прямоугольнике. Медленно поднявшись на ноги, Баку сжал ключ в ладони ещё сильнее, попутно поправляя тяжеловатую часть под его плащом. Протянув в мерцающую рябь для начала одну ладонь, Баку почувствовал лишь ветер и пустоту по ту сторону. Пусть это было странно и, словно, слишком безрассудно, но мужчина, сделав глубокий и заметно нервный вздох, прошёл вперёд…       В пяти шагах от него оказалась огромная дверь. Выглядела она тяжёлой, была выше всех проходов, которые он когда-либо видел. Эти двери были по-настоящему размашистыми, словно, так и кричали о своём великолепии и величественности: чёрно-белые узоры украшали её, развивались до самого потолка, как расползающиеся по земле змеи, ручек в ней не было, но присутствовали две замочные скважины. В одной из них, мужчина, сразу же, рассмотрел замок, вид которого, был абсолютно идентичен ключу в его руках. Медленно, с осторожностью шагнув в сторону входа, Баку долго не медля, вставил найденный ключ в верхний замок и, повернув его на половину влево, услышал лишь тихий, приглушённый щелчок. Но оставался второй замок, что, очевидно, держал в недосягаемости всю остальную конструкцию. Эта скважина была странной, не похожей на форму, в целом, любого «стандартного» ключа, но в голову, следовательно, в мысли, пробралась одно, весьма странное предположение. Которым, Баку достав из-под плаща клинок, впоследствии и воспользовался.       Тонкое лезвие почти моментально проскользнуло внутрь, настолько, что мужчина того не ожидая, поддался вперёд, когда оружие, можно сказать, само потянулось внутрь. Теперь послышался и второй щелчок, но на этот раз он сопровождался резким скрипом, лёгким сотрясанием дверей, а вскоре и окончательным открытием. Перед глазами сразу же предстало помещение, но сказать, что библиотекой ту не назовёшь, стоило: вокруг зелёная трава, у самого входа по бокам высокие книжные шкафы, содержащие в себе и книги, и непонятного наполнения баночки; под ногами чёрно-серая каменная дорога, простилающаяся до бело-золотого алтаря, а перед ним огромная по высоте стена, на том пространстве рисунок – что-то похожее на огромное разветвление, сравнимое с густой кроной дерева. Каждая «веточка» этого рисунка развивалась и, подсвечивалась белым оттенком, что освещал текста, к которым каждый вёл. Написано там всё было на Найтмерском, но, вошедший за порог, Баку, попутно забравший из замка клинок, слова разобрать смог: с левой части стены, с самого низа было написано – порядок, чуть выше – страх, выше и правее – Разум, на таком же расстоянии, но ещё правее – Свобода, дальше – Справедливость, чуть ниже – прошлое. Каждый из шести текстов подсвечивался, сиял, изредка помигивал. Что-то похожее Баку помнил с первого дня в Кипсоле – в тот момент, когда он узнал, что Хранитель – засияли символы на столе. Значило это одно – все Хранители были целы, а главное живы, ведь, скорее всего, случись что с кем-то, один из них точно бы погас. Но было ещё то, чего Найтмер объяснить не смог: от порядка и страха, разума и свободы, справедливости и прошлого – шло ещё по сплетениям, что соединяя друг друга, вели ветви до следующих символов. Первые переплетались до символа, который Баку с некоторыми стараниями перевёл – как «реальность», справедливость и прошлое, вели вместе – до «души», свобода и разум – «вечности». Вот только ни один из трёх символов не горел. Каждый был серым и почти незаметным, даже когда Баку решительно подошёл ближе, доходя почти до самого алтаря, понять, как те работают, он не сумел, даже дойдя до самого края, где всё обрывалось и добраться до стены впритык, было невозможно. Тогда он и прикоснулся к пустому, как раз таки стоящему у «обрыва», алтарю. Перед глазами сразу всплыла белая пелена, как вспышка, во время которой мужчина и опомниться не успел: дыхание перехватило, стало тяжело взять воздух ртом, вскоре появилось ощущение, точно открытого падения и похоже, он и вправду падал…       Резкая боль в локте, в руке, на которую и пришлось всё основное падение и вес тела. Нытье в левом колене, которым мужчина ударился обо что-то твёрдое, причём настолько, что, теперь без синяка ему точно не обойтись. Под ладонью, с которой Баку ранее снял перчатку, было что-то холодное, только открыв глаза, он увидел, что, то, на что он умудрился упасть, была плитка, идущая в три ряда, имеющая прямоугольную форму в сторону помещения впереди. А там была кухня. Всё здесь выглядело очень непривычно, не так, как было в остальных измерениях. Баку понял в этот момент - в этом измерении он явно ранее не бывал: сбоку, находились ещё две двери коричнево-желтого цвета, одна, что была чуть сзади, была закрыта, а та, что ближе к кухне, лишь слегка приоткрыта, впереди серо-бежевый стол, над ним лампочка, спрятанная под черным стеклом круглой формы. Но самое первое, что он увидел, а точнее кого, оказалось девушка: незнакомка сидела прямо перед ним у стола на мягком сером стуле, смотрела в сторону, в её положении это значило, что наблюдала ровно за ним; в руках была прозрачная кружка, которую она периодически подносила к губам; девушка имела короткие, заметно растрепанные каштановые волосы, с выцветшими красными кончиками, лицо было достаточно бледное, имело небольшие красные точки по краям, как и положено подростку, да - эта девушка явно не была похожа на маленького ребёнка, но и до взрослого существа тоже не дотягивала; в ушах серьги в виде серебряных крестиков, карие глаза смотрели в сторону Свободы, а бледно-розовые губы находились в одном и том же положении - молчали.       Медленно вставая с холодного кафеля, опираясь на не пострадавшую руку, Баку вёл себя настороженно и осторожно, даже не позволил себе сделать лишнего резкого движения. Но девушка никак не отреагировала, напротив, лишь повернула голову к столу и, взяв коричневый керамический чайничек с какими-то иероглифами в руку, долила из него жидкость в кружку. До мужчины сразу долетел запах имбиря, лимона и мяты. Свобода лишь прищурился, тот никак не мог прийти в себя, может всё что сейчас происходит – его бред? Задумываясь об этом, он опустил взгляд вниз, а когда решил, наконец, отвлечься, поднял голову на незнакомку: — Не стоит так напрягаться. — Неожиданно заговорила она, зевая себе в ладонь. — Ты, достаточно быстро. — Где я? — Грубо хмыкнул Баку, осматриваясь по сторонам. Мужчина понятия не имел, откуда знал названия каждого предмета в этой квартире, но этот фактор и резкое просвещение, волновали его явно меньше: — В шестом. — Спокойно ответила она, поднявшись со стула и подходя к шкафу впереди, нажала на дверцу – та самостоятельно открылась, после чего девушка достала вторую кружку, ставя ту на стол. — В шестом? В смысле? — Переспросил мужчина, делая шаг в кухню. Девушка лишь слабо улыбнувшись, промолчала, присаживаясь на такой же мягкий стул, но с другой стороны стола, у самого окна, подоконник которого был полностью забит цветами: — В мире – людей. Свобода сразу же изменился в лице, появился ещё больший шок и непонимание. Сделав ещё несколько шагов вперёд, он оперся рукой о спинку серого стула: — Я, конечно, не знаток – людей, — последнее слово он сказал с лёгким пренебрежением, — но, как-то сомневаюсь, что стали бы так легко реагировать на падение мужика с потолка. — После этих слов, он помедлил. — И, вряд ли знают о… Незнакомка улыбнулась: — Да, так и есть. — Произнесла она, наливая чай и во вторую кружку. — Но, я – исключение из заданных правил. Как бы это ни звучало... — Улыбнувшись, она указала ладонью на кресло перед ним. — Присядь. Думаю, у тебя, много вопросов, верно? — Да. — Сразу же с подозрением процедил Баку, присев в кресло. — Кто вы такая? Девушка, пару секунд подумав, отодвинула кружку: — Моё имя, достаточно специфично, для вас и других измерений, как и большинство здесь используемых, — начала она, положив руки на стол, взглянула на того исподлобья и слегка улыбнулась, — но можешь называть меня – Юля. — Хорошо. А скажите-ка мне, Юлия. — На мгновение он замолк, сомневаясь в правильности полной формы. — Каким это образом, я – из библиотеки Нами, переместился в квартиру к вам? — Считай, — задумчиво произнесла она, опустив взгляд, — что я секретарь, того кто выше. — Произнесла Юлия, постукивая пальцем по столу. — И, так скажем, прикоснувшись к переходнику, тебя отправило в его подсистему. Тот в ответ промолчал, похлопал глазами, а после прищурился, что-то промычав себе под нос. Девушка неловко прокашлялась. — Если проще, просто не думай об этом. — Сделав паузу на выдохе, она убрала руки на колени. — Так, что? Баку прокашлявшись себе в ладонь, поправил волосы: — Думаете, если представились мне, я сразу поверил в ваши «добрые» намерения? — Что же ты тогда сидишь передо мной на стуле и спокойно ведёшь диалог? Баку недовольно хмыкнул. Юля, закрыв глаза, качнула головой. — Баку Ганэлиан Найтмер – наследник престола королевства Роклиея, в, так называемом, первом измерении под названием – Рэйнис. Хранитель Свободы, назначенный на должность около трёх тысяч лет назад, на тот момент, скрывший свою настоящую личность заклинанием. — Остановившись, она открыла глаза, глянув тому в лицо. — Не заставляй меня углубляться дальше в прошлое. Ни тебе, ни мне не понравится. Мужчина в недоумении прищурился, качнув головой в сторону, в попытке что-то сказать, но голос на этот момент словно полностью исчез, как будто он и вовсе говорить никогда не умел. — Любые вопросы – правдивые ответы. У нас, к сожалению, не так много времени, чтобы я держала связь с первым дольше сорока минут. Поэтому, — указав на Найтмера ладонью, она кивнула, — поторопись. Мужчина, размышляя над сказанными ему словами, резко осёкся. В голову, ударило резкое осознание: — Не ты ли, насылала на меня сны последние несколько недель? — Процедил он, привстав на стуле. — И не ты ли была автором «неположенных» разрывов? Как тогда, в Риберте с резко открывшимся порталом? Девушка промолчала. Сделав глубокий, но еле заметный вздох, а после выдох, Юлия кивнула: — Да. Верно. — И ты, решила объявиться только сейчас?! — Так нужно было. Да и, тогда у меня не было возможности вмешаться. — Почти на одном дыхании произнесла она, после чего сделала глоточек желтоватого чая. — Я надеялась, что вы справитесь. — С чем? С Тенями? Юлия подняла на Баку серьёзный и даже слегка пугающий взгляд и лишь отрицательно качнула головой: — С той, кто Теней ведёт. — Произнесла она, вновь постукивая пальцами по столу. — Нейра. — Девушка из сна? — Вопросительно произнёс он, вновь возвращаясь в нормальное, но напряженное положение, сидя на стуле. — Она же, вроде как, была подругой Нами. — Да. — Сказав это, Юля встала со стула, и, подойдя к окну, приоткрыла его, дабы избавить помещение от духоты. — То, что ты видел во сне, проекция прошлого. Приснилось тебе именно это, так как ты являешься прямым родственником Нами, считай, что в тебе часть её памяти. — Сказав это, она опустила руку вниз, но в его сторону не повернулась. — В тот период, ангелы северной стороны, сражались с Роклиеей, пытаясь отвоевать землю королевства. И, к сожалению, дом Нами и Нейры, был уничтожен, под гнётом врагов. Тогда они решили найти спасение в самом городе, и вышло так, что Найтмер стала борцом народа, той, кто сумел вернуть в них – веру. В тот день произошло два знаменательных события: Роклиея отстояла первое наступление, а на небе родилась новая звезда. — И тут «лучшая подруга» Нами, решила, что… — Нейра ушла на одну из серьёзных разведок. И не вернулась – ни она, ни другие. — Произнеся это, она повернулась в сторону Баку вполоборота. — И, как известно с недавних пор, решила, что шансы ангелов – выше. — Стой. — Произнёс мужчина, отведя взгляд в сторону. — Почему ты говоришь мне об ангелах, если… — Нынешние «Тени», кое-ми вы привыкли их называть, тогда и сейчас, были – ангелами. У Свободы не осталось слов, чтобы выразить свои эмоции и негодование. Это всё было настолько странно и неправильно, непривычно и ужасно? Ведь и впрямь, никто из других существ или Хранителей, не знали этого нюанса, как об этом не удосужилась им сказать и Мирэль. — Просто, королева наделила их, более могущественной силой. — Они превращают невинных существ в марионетку. — Да. — Ответила она, убрав волосы за ухо. — Но, на то время, когда Нами пожертвовала собой, они были, просто ангелами. — Кстати, об этом. — Произнёс он, встав со стула и остановившись напротив, сложил руки у груди. — Нами ведь, разделила ранее целый мир на девять частей. — Парировал мужчина, поднимая подбородок чуть выше. — Есть шанс вернуть всё назад? Юлия опустив взгляд о чём-то задумалась, а после повернувшись в его сторону полностью, смотрела на того снизу-вверх: — В дневнике Найтмер, есть информация об этом. К сожалению, подробностей я не знаю, я лишь – секретарь, но, знаю, что для этого понадобиться сила трёх и первый, отвалившийся от мира кусочек. — Что ещё за «сила трёх»? — Ничего не понимая, Баку хмыкнул, опуская руки. — Это как-то связано с ещё тремя не горящими Хранителями на стене в библиотеке? Девушка в ответ улыбнулась, причём, заметно, многозначно и с вызыванием ещё большего количества вопросов: — Скоро узнаешь. Есть моменты, в будущие решений которых – я влезать не имею права. — Сказав это, она сделала два шага на встречу к нему. — Вы должны соединить все девять измерений, дать отпор, — говорила она, смотря Хранителю прямо в глаза, — и стать, наконец – настоящими Хранителями, какими не смогли стать предыдущие. Когда вернёшься к остальным, отправите выживших в безопасное место, а сами отправитесь в Рионд. Это единственное, чем я могу помочь. Баку смотрел в глаза собеседницы и по телу непроизвольно побежали мурашки. Взгляд новой знакомой прожигал до глубины души, словно влезал в неё и начинал разрывать: — Но, как? Мы не можем покинуть измерение из-за завесы! Юлия улыбнулась, кивнув головой: — Это будет, уже четвёртая услуга, которую я вам окажу, Хранитель Свободы. — Сделав ещё один, но уже последний шаг к нему, она вгляделась в его голубые глаза ещё внимательнее. — Не упусти этот шанс. Баку и сказать ничего не успел, как пальцы девушки прикоснулись к его груди. Его словно выбило из собственного тела, перед глазами вновь белая пелена, но теперь в груди странная тяжесть, а в руках, словно горящий уголек. Голоса больше слышно не было.       Резкий подъем у самого алтаря ничуть не поразил шокированный и запутанный разум Свободы. Сейчас главное то, что Баку помнил все до единого слова Юлии, что на самом деле, было невероятно кстати. Подняться на ноги сразу ему не позволило состояние, в котором он сейчас находился – куча информации за раз, спутанные и перемешанные эмоции на уровне груди. Последнее было страннее всего – он не чувствовал тяжести, слабости и гнетущего бессилия, была лёгкость и лишь немного неуверенность. Взглянув на свою слегка подрагивающую ладонь, та мелькнула белым, чуть заметным светом.       Встав на ноги, Свобода быстро оглянулся по сторонам, и не зря – на самом алтаре теперь лежало два предмета: чёрная трость и синяя, знакомая, мягкая книга. Мужчина на самом деле вообще не понял, то, как такое может в принципе быть, но оба предмета взял, тут же пряча под свой плащ наравне с клинком. Дальше внимание переключилось на стену, где всё также горели изначальные символы, но глаза бегами по трём отдельным. Дыхание при взгляде на них участилось, что-то в каждом было знакомое, что-то такое из-за чего мужчина начал понимать их суть.       Но на решение этого вопроса времени не осталось. Послышался стук, громкий, тяжёлый удар по стене с той стороны. Баку цыкнул, выпрямив ладонь перед собой, в попытке использования самой маленькой капли чёрной магии. Всё пошло наперекосяк. У него больше не было этой магии. Стуки становились всё громче и более напрягающими, а из ладони, наконец, вырвался сгусток белого цвета – сияющий и незнакомый, абсолютно новое чувство. Прищурившись, мужчина нервно ухмыльнулся, а двери в последний раз содрогнулись…

***

— То есть, как это Тени у входа?! — Напугано произнесла Кира, хватаясь руками за собственные волосы. — Спокойнее! — Повысила голос Мирэль, делая глубокий и размеренный вздох. — Они здесь не за вами точно. — Да что ты говоришь? А мы то и не подозревали, что одни твари, побегут спасать другую! — Процедила Кира, махнув ладонью в её сторону. Прерывая данный спор, в помещение вошёл напряженный Ларант. Кивнув в сторону коридора, он серьёзно нахмурился: — Ждут снаружи. В помещении сразу же повисло молчание. Кира больше говорить не стала, эта информация подбила её ещё сильнее. Остальные Хранители, что молча, стояли в стороне, были напряжены точно также и лишь сдвинувшийся с места Билл, ни говоря и лишнего слова, ринулся в сторону коридора и, не дожидаясь пока его начнут окрикивать, чуть ли, не бегом, покинул помещение. Дальше за ним последовала и Вера, которая одним лишь взглядом вытащила союзников из ступора.       Снаружи задувал ветер. Похолодало заметно и очень значительно, но вышедших наружу и терпеливо стоящих там Теней, погодные условия не интересовали. Мужчина, что абсолютно спокойно и даже с некой грацией стоял впереди остальных своих союзников, выглядел умнее и спокойнее ранее увиденных Хранителями Теней: чёрные волосы, убранные за уши и опущенные длиной до плеч; карие глубокие глаза, бледная кожа, серый шрам проходящий лицу ото лба, на глазу и до середины левой щеки; вёл он себя спокойно, даже с неким удивительным уважением встретил Хранителей аккуратным и медленным кивком.       Разум, что выйдя дальше всех, остановился напротив него и с серьёзным, напряженным и очевидно недовольным взглядом окинул сначала главного, а после, приспешников. Ещё двое, из которых были точно такими же разумными и спокойными, и четверо – безэмоциональными: — Мы здесь не для развития конфликтов, высочество Сайфер. — Произнёс Тень, стоя настолько непоколебимо и прямо, что становился всё более подозрительным. — Просто отдайте нам нашего, и мы покинем вас. Обойдёмся без лишней крови. — Угроза? — Напряжённо спросил Морфиус, стоя чуть поодаль от Билла. — Предупреждение. Конфликт на такую ничтожную тему, меня не сильно интересует. — Ответил мужчина, медленно качнув головой в сторону. Тот явно был вымотан, хотя, скорее всего, так казалось со стороны. Ведь вёл себя он, очень тактично, всё также спокойно и бдительно, наблюдая за всеми Хранителями сразу. — Это ни ваши, ни наши интересы. Ларант, стоящий ближе всего к Биллу, нахмурился и злобно цыкнул. Тень заметив такое поведение с его стороны, лишь понимающе вздохнул. — Если вы отдадите нам его сами, не придётся насильно пробиваться в ваш лагерь и случайно убивать попавшихся под руку невинных существ. Разве, вам нужны такие последствия? Хранители напряглись. Встав в более устойчивые позы, они переглянулись с Биллом, который тихо вздохнув, вернулся взглядом к Тени: — Вы не получите своего шестёрку. Тень промолчал. Эмоции на его лице, стали лишь ещё более разочарованными. Он опустил голову вниз и, закрыв глаза, покачал головой.       Четверо Теней сразу же двинулись вперёд, а двое нормальных, стояли на месте наблюдая за происходящим. Те, что без эмоций, отлетели достаточно быстро. Хранители разошлись по разным сторонам, и достаточно профессионально сумели отбить атаку: одного из четверых, выбежавший вперёд Пеннивайз, даже сумел ранить на уровне груди, после чего та упала на траву у дерева склонив голову. Ещё двое были ранены в плечо и ногу, когда удачно шагнувшая вперёд Вера, сумела отразить атаку на Ларанта, что вмешавшись в потасовку, спасал девушку. Главная Тень, что стоял во всё том же положении прищурился и, указав рукой в сторону Хранительницы, кивнул в сторону стоящей по левую сторону от него помощника.       Всё продолжалось не долго, но возобновилось в тот момент, когда другая Тень, подходя ближе к Вера, готовилась нанести удар, пока из ладони пульсируя, вырывалась чёрная пелена. Справедливость ни сразу заметила происходящее, стоя к врагу спиной, пока отдышавшись, не повернулась в сторону шагающей и уже замахивающейся на неё девушки: — Вера! — Вскрикнул Тифанс, когда нахмурившись, ринулся в её сторону. Девушка, не успев нормально среагировать, лишь выставила перед собой руку, отпрянула назад, и зажмурила глаза. В этот момента, Ликвиндерк крепко схватили за руку.       По земле пронёсся ветер, по пространству пролетела невидимая волна, сбившая замахивающуюся Тень с ног, причём настолько, что та отлетела назад и, упав прямо у ног своего «главного», болезненно промычала. Тот же смотрел на происходящее, теперь с напряжением и недоумением во взгляде, когда осмотрев раненую напарницу, взглянул на спасшихся Хранителей исподлобья.       Ни Вера, ни Морфиус не поняли, что и как произошло. Оба знали, что ужасно испугались, а потом – словно забыли об этом и запомнили лишь прикосновение двух ладоней. Когда Вера, наконец, открыла глаза, Морфиус мгновенно потянул её за собой ближе к входу в тоннели. Кира, стоящая там, быстро помогла девушке удержаться на ногах – ангел чересчур сильно перенервничала и дабы её успокоить Кира, Морфиус, а после и искренне переживающая Мирэль, так и не вышедшая за пределы, стояли вместе с ней, приводя в чувства и заставляя ту стоять на дрожащих от шока ногах: — Что это было? — Прошептал Страх округлёнными глазами, стоя рядом с Биллом, который, лишь озадачено пожал плечами. Но диалог развиться не успел. Попавший под удар Леонтов, хмуро шипя себе под нос, старался встать с холодной земли, тихонько пережимая место куда пришелся, весьма сильный, но не серьёзный удар. Сайфер ладонью отодвинул друга назад, одним лишь взглядом говоря ему отойти назад к остальным. Но только хотел он сделать шаг вперёд, со своего места немного сдвинулся и Тень. Теперь он не был спокоен, когда после оказания своей напарнице помощи, готов был и сам вступить в бой. Разум был готов к этому, но в нужный момент, мужчина не смог сдвинуться с места. Вскоре и удивление, появившееся на лице Тени, заставило самого себя остановиться.       Вышедший, даже скорее выбежавший откуда-то мужчина, махнул ладонью в сторону Хранителей, каким-то образом отогнав их этим назад. Встав рядом с Ларантом и сразу же помогая тому встать, он отправил назад и его: — Приветствую! Какими судьбами заглянули? — С уставшей ухмылкой на лице спросил Баку, стараясь отдышаться быстрее. — А вот и шестой Хранитель. — Произнёс Тень, указав другому помощнику в сторону раненой, а сам шагнул вперёд. — Выглядит так, словно, вы думаете, что появившись, остановите нас? — Я не думаю – я знаю. — Заявил мужчина, покручивая в руке чёрную трость. — Вы не сможете убить моих коллег. И меня, кстати, тоже, поэтому прошу вас с искренне добрыми пожеланиями – уйти. Мужчина в ответ хмыкнул: — Самоуверенно. — Процедив это, он указал двумя пальцами в сторону Баку. Самая целая безэмоциональная Тень ринулась в его сторону.       Мгновение. Баку лишь немного отошёл в сторону, и даже не глядя на несущегося в его сторону врага, нахмурился, опустив взгляд, а после, закрывая глаза, прикоснулся к промчавшейся мимо Тени, что целенаправленно несясь на него, резко потупилась и, пройдя дальше, ближе к входу упала на землю. Чёрная пелена спала – это оказался какой-то обычный, невинный дух, лицо которого теперь можно было рассмотреть, волосы вместо чёрного вернули свой настоящий серый цвет, а самое главное, что тот дышал. Хранители смотрели на это с шоком и недоумением. Баку же, опустив ладонь вниз, убрал их за спину: — Как к вам можно обращаться? Тень непонимающе цыкнул, но после, вздохнув, прищурился: — Майи. — Прекрасно, сэр Майи. — Кивнул Баку, возвращаясь в изначальное положение. — Вы не из глупых, должны понять, что не вам сейчас с нами тягаться. В особенности со мной. — Какой-то ужасно самоуверенный в себе Хранитель, узнал, как возвращать всё на круги своя и качает перед нами права? — Майи хмыкнул. — Мы здесь правим. Это наша земля. — Эта земля по праву принадлежит Найтмерам. — Улыбнулся Баку, оперевшись на трость рукой, ставя ту в землю. — У вас нет никого права, на неё, как и трон, который, к вашему сожалению, королеву вашу не примет. Майи прищурился, взгляд наполнила ярость, сжав ладони в кулаки, он тихо и коротко посмеялся: — Да кто ты такой, чтобы… — Баку Ганэлиан Найтмер. — Произнёс мужчина, и вытянув руку сбоку от себя, над ней загорелся бело-золотой огонёк. Майи почувствовал эту магию, силу которая в ней скоплена. Вновь приняв спокойное положение, он глубоко вздохнул. Хранители, что стояли позади, были в полном замешательстве, и, в легком переживании, ведь, рядом был - Ларант. Генерал сказанные Баку слова слышал отчётливо, смотрел на Свободу непонимающим и абсолютно неверящим взглядом, но говорить об этом не стал. — Сомневаюсь, что ваше начальство одобрит, если вы без ведома броситесь нападать. — Опустив ладонь, он хмыкнул. — Советую отступить. Ни нам, ни вам - это не выгодно. Мужчина напротив, лишь прошипел себе под нос, и сделав шаг вперёд, остановил напарников от вмешательства: — Через неделю, на главной площади Роклиеи - мы будем ждать вас, включая второго наследника. — Произнёс Майи, взглянув Баку в голубые, горящие уверенностью глаза. — Сегодня вам повезло. — Да. Нам всем повезло. Но, попрошу вас об одном одолжении. — Ответил Найтмер, наклонив голову и говоря чуть тише, но серьёзнее. — Думаю, её величество, будет разочарована в том, что я жив. Печально. Но, ладно, поживём увидим - через неделю. Прошу передать огромное спасибо за неприкосновенность! Больше не нуждаюсь. Майи нахмурился и в ответ лишь медленно кивнул, отступая назад к двум напарникам. Указав в их сторону двумя пальцами, мужчина изобразил ими жест "уходим". Вскоре, три тёмных силуэта, медленно расплылись во тьме вечернего леса, в последний раз, лишь один - Майи переглянулся со Свободой.       Никто не спешил говорить. Все ждали того, как начнёт Баку. Но он не сделал шаг к ним, наоборот отступил подальше, а точнее к трём лежащим на земле безсознательным телам безэмоциональных. Приложив руку к каждому из существа, с них, как и с самой первой упала пелена, вернулась нормальная одежда, волосы, глаза. Проблема была лишь в том, что этих существ ранили: — Баку... — Начала Вера, сделав шаг вперёд в его сторону, наблюдая, как мужчина, присев на колени возвращает существам их прежний вид. — Затащите всех четверых в безопасное место и обработайте раны, которые оставили. — Быстро произнёс Баку, даже каким-то жутко приказным тоном. Ангел на это внимания не обратила. Она понимающе кивнула, начиная заменять его на месте, где тот до этого стоял. После к помощи присоединился и Морфиус.       Свобода, отойдя от них, шагнул в сторону входа в тоннели. Билл стоял в лёгком замешательстве, тупо глядя куда-то в землю, но когда в полезрения появился знакомый силуэт, то протерев под глазом, нахмурился: — Говорил же, максимум шесть часов. — Улыбнулся он, протягивая мужчине чёрную трость. — Меня не было, ни так долго, а вы уже умудрились перейти здешним существам дорогу. Шоку Сайфера не было предела, но оружие он всё же взял. Она была точно такой же как и раньше, так приятно было вновь держать тросточку в руках. — Зачем они сюда пришли? — В лагерь пробралась Тень, а они хотели забрать его. — Объявил Пеннивайз, но после удара Киры по его ребру, замолк. Баку нахмурился. Задумчиво пялясь в одну точку, он вновь обернулся в сторону неуверенно стоящего Билла: — О чём он? — Процедил мужчина, сделав шаг ещё ближе. — Что за Тень? Разум всё также молчал, но на последнем слове неверно прикусил губу, виновато отводя взгляд в сторону. Глаза Баку забегали по его лицу, эмоции смеялись одна за другой, пока окончательное осознание того, что Сайфер умалчивал не пришло в его голову. Нервно и даже немного напуганно покачав головой, словно не веря в это, мужчина ни сказал и слова, когда пройдя мимо Билла, быстро направился вниз, оставляя за собой, лишь стук обуви по каменным лестницам.       В коридорах было тихо. Видимо другие существа, предупрежденные о нашествии, заперлись в своих отведенных помещениях и не вылезали. Открыта была лишь одна - самая последняя, находящаяся у самого перехода или же запертого выхода в другое изменение. Войдя в эту комнату, Баку продолжительное время молчал, глядя на существо у стены. Зэзиал выглядел ужасно: весь в крови, не в силах встать на ноги, прикованный к металлическому штырю на стене. Но то, что было стабильным, так это его ухмылка, лишь раз брошенная в сторону зашедшего в помещение Свободы: — Удивительно. — Ухмыльнулся мужчина, взглянув на того, слегка склонив голову. — Ты всё ещё жив. Я то думал после "чудо-магии", захлебнулся в кошмарах. — Весь этот сыр-бор только из-за такого куска дерьма, как ты. — Произнёс Свобода в ответ, делая шаг ближе, а после в сторону. — Забавно. — Хмыкнул он, достав из-под плаща клинок. — Но не будет у тебя больше причин улыбаться. Зэзиал ухмыльнулся: — Решил отыграться? Ну-ну, зайка. Ладонь сжалась ещё сильнее. — Сделаешь со мной тоже, что сделал с Итаном? — Зэзиал ухмыльнулся. — Сомневаюсь, что твои коллеги Хранители позволят так просто от меня избавиться. И даже если позволят, от моих друзей вам не скрыться. — Дернув цепочку на руках, он громко засмеялся. — Так что придётся смириться с тем, что ты беспомощная жалкая сучка, которой стоило бы подохнуть взаперти. — Мужчина громко и хрипло прокашлялся. — Надеюсь, что ты не забыл, об этом и на искренние, взаимные чувства, не сильно рассчитываешь. А то, смешно как-то, совершать одни и те же ошибки.       Резкий металлический скрежет перебил его монолог. Клинок пронзил его тело насквозь, на уровне груди, острием ударившись о каменную стену за его спиной. Изо рта потекла кровь, а исчезнувшая с лица улыбка, окончательно потускнела и моментально слетела с его лица. Как только клинок, вновь стал коротким, мужчина вытер острие краем плаща, а бездыханное тело скатилось по стене на пол.       Стоящие позади Вера и Билл смотрели на это с округленными и шокированными глазами, но лезть к нему не стали, как изначально и не планировали. Свобода обернулся в их сторону медленно, взглянул на лица обоих, пока собственные голубые глаза становились всё более объёмными. Убрав оружие под плащ, он опустил голову вниз и ни говоря и слова, быстро проскользнул между ними, скрывшись за углом, ведущим в другое измерение...