Полюбить

Самая частая тема споров – возможна ли дружба между бывшими? Возможно ли общаться нормально после всех чувств? Вполне возможно. Вполне возможно как сохранить нормальное общение, так и снова стать друзьями. Именно такими бывшими и стали Хёнджин и Феликс. Не считая кое-чего довольно важного. Делили они между собой не только свою любовь, сердце, жизнь и всё тому подобное. Казалось бы, эти отношения должны были помочь, не зря же говорят, что любовь лечит все болезни, вместе выбраться легче, есть постоянная поддержка. Вот только всё вышло совершенно наоборот. *** Как можно расслабиться и перестать загоняться по своей внешности, когда рядом с тобой стоит полный идеал, мечта всей твоей жизни, да и не только твоей? Как можно спокойно существовать когда часть твоей работы это выглядеть хорошо, но это «хорошо» никогда не будет достаточно для всех? Как избавиться от определённых мыслей, если человек, который бывает с тобой чаще всех, испытывает точно такие же? Одни и те же мысли, одни и те же вопросы, однако личности две. Два человека которые сидят рядом с другом и смотрят на две несчастные тарелки, еда в которых уже успела остыть. Но никто не собирался быть первым, да и вообще никаким. Брать еду с собой в комнаты уже давно стало привычкой, нормой, и такой же нормой стало то, что чаще всего эта еда отправляется в мусор, в унитаз, в окно, куда угодно, только не в желудок. Молчаливое отчаяние в глазах напротив, и такое же молчаливое расслабление когда пища пропадает из виду. Они редко говорят об этом, чаще стараясь занять голову другими мыслями, пока есть такая возможность. А когда разговаривают, то обычно это выплеск слёз, мыслей, эмоций, выплеск всего того, о чём не принято упоминать в компании других. Отвратительное осознание того, насколько много лжи появляется в разговорах с другими, насколько много времени теряется вместо того, чтобы быть всем вместе. Они тонут в этом болоте, крепко держась за руки, но ни один из них не цепляется за то, что могло бы помочь выбраться из этой мерзкой тины. Никто из них не начинает разговоров о лечении, о прекращении всего этого. Каждый боится услышать отказ, тем самым поняв свою слабость, свою ничтожность даже в этом. И в то же время ни один из них не хочет этого прекращать. Потому что знает, что лечение приведёт к набору веса, а значит к ухудшению внешности, к ещё большей ненависти к себе не только от себя самих, но и от окружающих. Не то чтобы они слепые или глухие, и не слышат слов мемберов, фанатов, семьи и других людей, которые тысячу и больше раз говорили им о том, что их будут любить всегда и не важно как они будут выглядеть, сколько будут весить, что и сколько будут есть. Но только слышать не значит осознавать и понимать. Голова уже под этой мутной водой, а звук до туда доходит не всегда. Временами становилось грустно, но не за себя взрослого, а за того мальчика подростка, который не смог справится со своими мыслями и они перешли в действия. Обидно, что этот мальчик не смог наслаждаться своим возрастом, а проводил время с постоянными непрерывными мыслями в голове, ни одна из которых не была позитивной. До боли ужасно, что это длилось так долго, и длится до сих пор. Отвратно от самого себя из-за того, что он ничего не может с этим сделать. Или может? *** Они не говорят об этом открыто, не собираются все вместе и не пытаются уговорить обоих стандартными фразами. В какой-то момент они просто понимают – это не совпадения, это никому не показалось, и дальше так нельзя. Именно поэтому Чан отводит их к психологу. Отводит вдвоём. А потом по отдельности. И водит их каждый раз первые несколько недель. А потом ? А потом они не разговаривают с друг другом целый день. Активно общаются с другими ребятами, смеются, рассказывают, слушают и наконец-то едят вместе с остальными. Но между собой стараются даже взглядами не пересекаться. Никто ничего не говорит, надеясь, что им просто нужно время. ?Время? Они опять вдвоём в комнате. Но только нет ни тарелок, ни напряжённого молчания. Есть слёзы и разговоры. Разговоры обо всём, о том, что держалось внутри уже слишком долго. Они расстаются. И это становится первым из самостоятельных шагов к здоровой жизни. *** Это становится новым пунктом в расписании остальных достаточно быстро. После приёмов пищи, если у них нет официальных планов, они стараются занять этих двоих. Водят их вместе с собой на студию, на прогулку, в свои комнаты, стараются не оставлять одних. Это не было каким-то строгим распорядком или очередью, просто возможности и удобство. Поэтому когда всё чаще только двое людей проводят с Хёнджином и Феликсом своё «свободное» время ни у кого не возникает вопросов. ? -К чёрту психологов, Хан, в чём смысл если помощь имеет силу только от вас всех? Ликс сидел рядом с Ханом в студии уже некоторое время, прослушивая его записи и текста, иногда вставляя свои комментарии. А иногда вот так вкидывая свои мысли. -Ликси… Всё не так просто. Никакую болезнь нельзя вылечить без доктора, а твою нельзя вылечить за короткие сроки. Мне жаль, милый, но тебе это нужно ровно так же, как и наша поддержка. Джисон спокоен и уверен, говоря это. Он знает это недоверие к психологам. Он был там. И мемберы были с ним тоже. Поэтому он продолжал ходить и в какой-то момент всё-таки осознал и принял эту помощь специалиста. Пусть и в другой ситуации. -Ты поймёшь в чём важность посещения, через какое-то время, но поймёшь. Всё наладится, Ликси. И Феликсу хочется верить. И хочется вылечиться. Он, кажется, осознает это впервые. Понимая, насколько хуже стала его жизнь, насколько труднее стало делать любые дела. Он скучал по своим друзьям, по их времени вместе, по их шуткам и смеху. И возможно, по человеку рядом с ним скучал даже больше. Но сейчас не об этом. Прежде чем полюбить другого ему нужно сначала полюбить себя. ? Хёнджин пытается. Честно пытается. Ответственно ходит на все сеансы, разговаривает с ребятами, постепенно пытаясь вернутся в обычную и здоровую, на сколько это возможно будучи айдолом, жизнь. Вот и сейчас они лежат с Сынмином в его комнате и разговаривают обо всём подряд. -Сынминни… ты когда-нибудь думал о звёздах? Почему они так далеко, но в то же время кажутся такими близкими? И Сынмин действительно задумывается. За всё время, проведённое с Хёнджином, он уже привык к таким неожиданным вопросам и темам. И каждый раз Ким с интересом слушает и если есть что сказать, без стеснения говорит. -Нет, Хённи, не думал. Расскажи мне свои мысли. И Хёнджин рассказывает. Говорит, иногда сбиваясь, замолкая, но продолжая снова. Время от времени крепче сжимая руку Сынмина. А тот слушает. Слушает внимательно, задаёт вопросы и сжимает руку Хёнджина в ответ. -Знаешь, а ведь самые яркие звёзды ближе всего. Вы, Минни, мои звёздочки. Светите, дарите тепло и появляетесь вокруг моих шрамов. -Хённи… ты тоже наша звёздочка. Мы все хотим чтоб ты снова сиял.. Хёнджин лишь улыбается в ответ и жмётся ближе. Разговоры прекращаются и Сынмин слушает его дыхание на своей груди. Он дышит, он живой и это самое главное, со остальным они обязательно справятся. Если его присутствие это то, что нужно Хвану для того, чтобы ему стало лучше, он будет с ним рядом постоянно. Будет слушать и про звёзды, и про море, про всё на свете. А Хёнджин будет говорить. И когда-то скажет что-то на совсем новую тему, ещё неизведанную ими. И оба будут много говорить. Но это не сейчас. Прежде чем полюбить другого ему нужно сначала полюбить себя. ❣️