Голубой - его цвет.

Голубой шарф. Голубые оправы очков. Голубые васильки. Почему все это так знакомо? Почему каждый раз эти цветы напоминают его? А кого его? Кому принадлежит та улыбка что приходит ко мне во снах? Я не знаю. Но каждый раз когда вспоминаю хочу снова их увидеть. Увидеть ту уставшую, но мягкую улыбку. Кудри цвета шоколада. Зарыться в меховой капюшон крутки этого знакомого незнакомца. «Ты слишком много взваливаешь на себя, Фран. Может отдохнешь?» — этот голос. Такой нежный, хриплый и приятный. Я хочу снова услышать его. Хочу. Хочу снова почувствовать те маленькие шрамы на его руках. Хочу снова зарыться руками в эти кудри. Хочу снова смотреть в эти глаза цвета океана. А они были такими?.. О ком я вообще… Кажется молодой эльф совсем задумался. Выйти из этих мыслей ему помогла Фарагонда, что только что вошла в кабинет. -Франческо. Ты идешь? -Ох… Фарагодна… Наверное нет. Пока что останусь тут. Нужно сделать еще парочку дел… Солнечный свет проник в комнату, освещая белоснежные локоны юноши и цветы, что он держал в своих руках. Новая неделя — новый букет цветов. Это уже стало традицией, которой Фран придерживался много лет. Может даже столетия? Он и сам толком не помнит, но голубой цвет всегда ассоциировался с чем то родным, приятным. С конкретным человеком, которого он даже не знал, но видел один раз. Один единственный раз, что всплывает до сих пор. -Мне кажется ты слишком много думаешь о том чего не происходило, Франческо Женщина подошла ближе к блондину и положила руку на его плечо. -Научись отпускать, юноша. Тем более что тот о ком ты думаешь все это время не то чтобы… И реален. Один из голубых бутонов оказался в морщинистых руках. -Не могу… Все это так странно. Я… Я правда хочу, но он… Он как будто так близок мне… Эльф сделал пару шагов в сторону и встал в центр кабинета. Он не хочет мирится со всем этим. Не хочет. — Это весь все было взаправду… И если есть этот «Бог-Фараон», то есть и тот… Юноша, что был с ним. Фран стоял лицом к свету. Он надеялся, хотел верить до конца. Все что всплывает в его памяти ведь правда? Все те приключения. Все те эмоции. Чувства. Вечера у камина под меховой курткой. Все ведь было именно так, да? — Франческо, я скажу прямо. Ты не знаешь того человека. Ты не знаешь, что он мог творить. Он может оказаться преступником, убийцей, кем угодно. Таких людей любить нельзя. Они сведут тебя в могилу. -А если не так… Если он герой. Если он спасал миры, людей. Меня… -Фран… Эльф уже не мог сдерживаться. Он хотел плакать. Хотел рыдать от своей беспомощности в этой ситуации. А если этот человек и вправду злодей? Преступник? А он, придурок, влюбился в образ, что себе надумал. Образ прекрасного и доброго человека, что всегда поможет, утешит. На сколько сильно разобьется этот образ, если они встретятся? На сколько сильно он разочаруется узнай какая гниль может таиться в таком образе? Он не хочет знать. Ведь приятно жить в мечтах, правда же? -Перестань жить в мечтах. Они погубят тебя… — Василек положили обратно в вазу. Шаги раздались по пустому кабинету, пока не дошли до выхода. -Я… Лишь надеюсь, что ты понимаешь, что твои мечты не сбудутся Франческо. Ты должен принять это. А тот… Лололошка… Даже если он и хороший человек, у него уже есть та, что любит его. Прими это и живи дальше. Дверь закрылась, оставляя за собой тишину и Франа вместе. Руки слегка тряслись. Парень судорожно глотал воздух. Оперевшись о подоконник он смотрел на улицу. На город, покрытый золотым свечением солнца. На людей. А самое главное — голубой. Голубые цветы. Голубые одежды. Голубой. Голубой. Голубой. Закрыв глаза, эльф скатился вниз по стенке и прикрыл глаза руками. Как же неприятно. Неприятно осознавать правду. Неприятно осознавать, что все сказанное наставницей и коллегой может обернуться правдой. А что если он не хочет? Он хочет чтобы его мечты и надежды сбылись. Он хочет снова сидеть с шатеном в кресле и наблюдать за тем, как горит огонь в камине и как он отражается в чужих глазах. Думать об этой шоколадной макушке, что мелкается повсюду куда не взгляни. Почему это не может быть правдой? Почему он не может быть счастлив. Голова начинала болеть от всех накатившихся мыслей. Боль в затылке усилилась. Горячие слезы потекли по щекам, оставляя мокрую дорожку после себя. Они катились по розоватым щекам и падали на черную рубашку оставляя еле заметные следы. Кажется сам эльф и не понял, как начал плакать. Не понял когда стало так больно и тоскливо на душе от осознания происходящего. Почему? Почему? Почему он такой дурак, что влюбился в образ. В образ, что давно утерян и никогда уже не будет с ним. Там другой человек. Он не тот. Солнце так и зайдет за горизонт, а Фран так и останется в кабинете перебирать голубые васильки, что разбросал по полу. Солнце так и зайдет за горизонт, а шатен так и будет наблюдать, как лилии у его окна будут медленно вять.