Игра света и тени

Тихий шорох, половиц скрип. Тени танцуют в углу. Может то морок, света игра. А может в комнате ты не один.

***

После неудавшейся попытки Халбранда заполучить власть над незримым миром и душами мертвецов, великим и мудрым Гиль-Галадом было решено, что Халбранду всё же дозволяется заниматься его любимым делом — исцелением Средиземья — но лишь под пристальным контролем Галадриэль. Для оказания надлежащего почтения и уважения к гномам, а также к радости Бофли (он же Тихоня для своих) Халбранда в первую очередь отправили устранять разрушения, устроенные им в Мглистых горах (об этом подробнее в предыдущей истории «Мгла гор»). Днём Халбранд помогал расчищать завалы, также занимался проектом новой кузни, а затем он с гномом Тихоней до ночи (а иногда и до рассвета) занимался исследованиями и экспериментами с металлами, минералами и взрывательными смесями. Чем была очень недовольна дама Тихони — Донья. Галадриэль же сначала заметно беспокоилась о возложенной на неё миссии наблюдать за Халбрандом и удерживать его от тёмной стороны. Но по прошествии времени жизнь упорядочилась, и их дни проходили по выработанной рутине. Иногда Галадриэль даже оставляла Халбранда под контролем гномов, чтобы отлучиться на собрания в Линдон. Этот день был одним из таких. — Так ты уезжаешь? — повернулся к ней Халбранд, весь перепачканный в саже, но счастливый. — А зачем тебе так много вещей с собой? Халбранд указал на мешки и ящики, стоявшие в прихожей дома гнома Тихони. — Да, Гиль-Галад получил очередные тревожные известия от Кирдана, поэтому созывает собрание, — ответила Галадриэль. — Кстати, это не мои ящики, а подруги Тихони. И вроде бы она просила их разобрать и распаковать. — Не помню такого… Тихоня! Ты помнишь про мешки в прихожей? — А? Да! — прокричал Тихоня из комнаты, которая, видимо, изначально планировалась как столовая, но сейчас больше напоминала мастерскую, как и весь дом. — Их надо было разобрать и аккуратно расставить вещи. Донья просила. Но я забыл. Она сейчас затеяла ремонт у себя. По последней моде, многое покупает в Уилкадаре (ближайшее поселение людей), это как раз и привозят мне. — А почему тебе, если ремонт у неё? — Она сказала, что ей эти ящики и мешки будут мешать, а я у себя даже и не замечу. — Хм, справедливости ради, мы и не заметили. — Сегодня, вроде, привезли последнее. Напомни мне, чтобы я разобрал эти вещи, — сказал появившийся в прихожей Тихоня. Не менее перепачканный и не менее счастливый. — Обязательно, друг мой, кстати о напоминаниях, ты помнишь, нам твой двоюродный брат обещал новый эль принести, но так и не занёс, и ты просил напомнить, чтобы мы зашли к нему? — Обижаешь, друг, я уже сходил к нему и напомнил. Сегодня к вечеру будет нам новый эль! Как раз успеем завершить опыт. Я там рассчитал новую пропорцию, пойдем, скоро начнется реакция! — Про эль вы значит не забыли. А вы прям тут собираетесь…а, ладно, я пошла. До встречи! — До встречи! Береги себя! — сказал Халбранд и крепко-крепко обнял Галадриэль. — Хааал… — Галадриэль пыталась говорить, но в кольце сильных рук Халбранда это было сложно. — Прости, прости… Ой, перепачкал тебя, давай отряхну. — Не надо, не надо, — проворчала Галадриэль, убирая руки Халбранда со своих женственных изгибов (которые не были испачканы), — я сама. Всё, пока. Я очень тороплюсь! — Ладно, счастливого пути! — Пока, мой камушек, возвращайся быстрей! — с этими словами то ли обнял, то ли врезался в Галадриэль Тихоня и, развернувшись, скрылся в глубинах своего дома вместе с Халбрандом.

***

До позднего вечера Халбранд вместе с Тихоней были заняты проведением опытов. — Хм, Тихоня, ты уверен в этой смеси? Я бы ещё раз перепроверил расчеты. — Доверься мне, я — профессионал! После этих слов Тихони что-то пошло не так, и взрыв получился гораздо более сильным, чем было запланировано. Дым заполнил весь дом. — Кхе-кхе, уххх, как рвануло! — кашляя, пытался говорить Тихоня. — Кха! Возможно твоя подруга права, Тихоня, и подобные опыты лучше проводить в помещениях побольше. — Возможно, только не говори ей этого, Хал. Так, надо бы проветрить, а то можно и задохнуться. Решив, что на сегодня хватит, друзья решили отдохнуть и приступили к позднему ужину. — Ага, смотри, у нас есть еще немного вяленого мяса! И краюшка доброго хлеба. — Кажется, у нас ещё и овощи есть, и пара початков кукурузы, — добавил Халбранд. — Но главное — мясо! — Бесспорно, — с улыбкой сказал Халбранд, открывая бочонок эля. — Эх, блаженство, когда вот так славно поработал, а потом с другом за кружечкой эля проводишь вечерок. — Кружечкой? В твоей кружечке воды бы уместилось столько, что ей можно было бы помыться, — проговорил Халбранд, раскладывая овощи на решетке перед огнем. — Фи, в этой кружке никогда не было воды! — Ладно, ладно, — смеясь, произнёс Халбранд. Тихоня тоже засмеялся, а потом, наливая себе вторую кружку эля, сказал: — Хороший отдых тоже нужен. Я не могу, как ты, не переставая работать. Иногда и расслабиться нужно, — проговорил Тихоня, отрезая огромный ломоть мяса сначала гостю, Халбранду, а затем и себе. — Кстати об этом. Я сегодня ещё поработаю? Надо подумать над расчётами и ещё раз просмотреть схемы кузни. Ты ведь не против? — Нет, конечно. Ты не мешаешь, сиди себе сколько хочешь, — после небольшой паузы Тихоня продолжил, — Хал, я и все гномы ценим твоё рвение, да и Галадриэль тоже его заметила, мы это обсуждали. Ты можешь себе позволить немного отдыха. Халбранд вздохнул, перевернул овощи на решётке перед огнем и, немного подумав, ответил: — Знаешь, я так работаю не только для вас, но и для себя. — Хм, понятно, пытаешься уйти в работу, позабыв о невзгодах? Но, Хал, если так подумать, та ситуация с кольцами и драконом в итоге закончилась для всех наилучшим образом. Или тебя беспокоит другое? — Да, та ситуация… Прости, пожалуйста, еще раз. — Да брось! — Нет, правда, я тогда наломал дров. — Халбранд методично разложил чуть подпаленные, ароматно пахнущие овощи по тарелкам, посолил горячую кукурузу. — Но я искренне хотел как лучше. Как всегда хотел. И у меня тогда был план. Хоть и безумный, но план. И когда я работал на Моргота, тоже был план. И цель. А теперь ни цели, ни плана. — Вроде, как ты рассказывал о том, что когда встретил Галадриэль, то был на плоту посреди моря … — Да, но тогда у меня была сила, чтобы воплотить все мои замыслы и цели, когда они появятся. А сейчас ничего нет. В том бушующем море я тверже стоял на ногах, чем сейчас. Вот я и пытаюсь сосредоточиться на работе. Чтобы не думать о том, что у меня теперь нет ни сил, ни цели, и вообще никаких планов на жизнь. — И как? Помогает? — Временами… — Послушай, в отличие от времен твоего отважного путешествия по морю на плоту теперь у тебя есть друзья. — Друзья? — Нууу, ладно, может, я — твой единственный друг. Но Галадриэль вроде больше не пытается тебя убить, да? Уже прогресс! И остальные эльфы и гномы тебя…терпят. Принцесса Диса к тебе лояльна и, как я слышал, это она уговорила короля включить тебя в работу над проектом новой кузни. Халбранд повернулся к Тихоне и положил ему руку на плечо. — Тихоня, я бы мог назвать тебя своим братом. — Халбранд, ты мне тоже как брат, — сказал Тихоня, положив свою руку на плечо Халбранда, при этом усиленно моргая (потому что в доме все ещё было дымно, а не потому, что слёзы). — Ладно, утро вечера мудренее. Пойду я спать, горы любят сильных, поэтому надо набираться сил. — Спокойной ночи. Но ночь эта не была спокойной.

***

Халбранд, чтобы не мешать Тихоне, перебрался в дальнюю комнату. Комната была хоть небольшой, но вмещала огромный стол, на котором можно было разложить все чертежи. Склонившись над ними при свечах, он внимательно изучал каждую деталь, каждый винтик. Постепенно его мысли вернулись к разговору за ужином. От глубокой задумчивости и, надо признать, неприятных мыслей, его отвлёк шум. Вернее, гул. Как если бы вьюга была за окном. Но ведь он был в горной пещере. Гул этот то усиливался, то стихал. Странным был этот гул, завывающим. Может, это просто ветер? Но разве может ветер быть таким пронзительным, отбирающим всякую надежду? Пробирающий до души и грустный, ветер как бы вторил настроению Халбранда. Халбранд встряхнул головой, пробурчал про разность температур и попытался сосредоточиться на чертежах. Через некоторое время, он, кажется, нашёл расхождение в длинах одних и тех же балок, но на разных чертежах. Решил перепроверить и потянулся за линейкой. Тут краем глаза уловил мелькнувшую тень. Халбранд резко развернулся. В тусклом свете свеч практически ничего не было видно. И сначала ничего не бросалось в глаза, но в углу одна тень резко переместилась. Халбранд схватил свечу и осмотрел угол. Ничего не было. Он обошел всю комнату со свечей, но ничего не нашел. «Игра света и тени», — подумал Халбранд и вернулся к работе. Но что-то не давало ему покоя. Ему всё казалось, что в комнате кто-то есть. И этот кто-то или что-то смотрит ему в спину. Халбранд затих и прислушался. Было тихо, лишь только свечи потрескивали. Но тут стал различим новый звук. Осторожный, скребущийся. И источник звука был около двери. За дверь что-то гулко упало. Халбранд вскочил, быстрым шагом преодолел комнату, открыл дверь нараспашку. Никого. Он вгляделся во тьму и вдалеке заметил маленькие тусклые огоньки, которые то появлялись, то исчезали. Огни эти были в той комнате, где он вечером ужинал с Тихоней. Бесшумно и молниеносно Халбранд подбежал к столовой. Спрятался за дверным косяком, а потом стремительно и с победным кличем вбежал в комнату. Чем очень напугал Тихоню. — Гномья борода, Халбранд! Что ты делаешь? — прокричал Тихоня, размахивая ножом. — А ты что тут делаешь? — воскликнул Халбранд, указывая на нож в руках Тихони. — Ночной дожор, — немного успокоившись, Тихоня ткнул ножом в мясо. — Видимо, нарезкой этого мяса он и был увлечён, когда его застиг врасплох друг. Халбранд рассмеялся, оглядываясь. Странные огоньки оказались отблесками свечи в поставленном на ребро подносе. — Эх, дружище, тебе и правда нужен отдых. — Да, наверное, ты прав. И тебе славного отдыха. — Шпасибо, — сказал Тихоня, довольно пожевывая мясо. Халбранд вернулся к себе. Тихоня, рассудив, что спокойнее будет завершить перекус у себя, набрал на поднос еды и тоже удалился к себе. Больше в ту ночь Халбранда ничего не беспокоило, а для Тихони всё только начиналось.

***

Удобно устроившись в кресле, в одной руке держа кусок вяленого мяса, в другой кружку эля, Тихоня сам и не заметил, как уснул. Но ненадолго. Вздрогнув Тихоня проснулся от шорохов в своей комнате. Не понимая, что происходит, он огляделся. Кружка эля все еще была руке, но стояла на подлокотнике кресла, поэтому эль и не расплескался. А вот мясо исчезло. Может съел его, а может упало. Наклонившись на один бок, Тихоня пошарил рукой в темноте под креслом. Мясо не нашлось, зато рука поцарапалась о нечто острое. Видимо, права была Донья, и в доме действительно надо убраться. Ворча и спотыкаясь, Тихоня перебрался на кровать. Сладкая дрёма уже была готова заключить его обратно в свои объятья, но тут послышался шум. Совсем рядом. Тихое сопение и скрип половиц. Сев на кровати, Тихоня зажег свечу и медленно поводил рукой, методично освещая комнату. Ничего не было. Вдруг звуки появились опять. Звуки напоминали шаги, но очень странные, непривычные. Тихоня встал и со свечой обошёл комнату полностью. Опять ничего. Он задул свечу, решив, что ему показалось, и это были звуки из другого конца дома (бывает такое, что звуки из дальних комнат слышатся более отчётливо, чем звуки рядом). Там, где Халбранд, который обещал отдохнуть. Но, видимо, тот не отдыхает, а продолжает работать. Интересно, когда он поймет, что в работе от проблем не убежать. Донья рассказывала ему, что, будучи маленькой, она наслушалась от старшего брата страшных историй, и боялась спать одна. Родители сделали ей ночник. Малышка начала спать, но засыпала всегда лицом к ночнику, боясь, что в тёмных углах могли еще остаться монстры. Странно, подумал Тихоня, услышав эту историю. Если отвернуться и смотреть в другую сторону, монстр от этого не исчезнет из твоей комнаты. Но если работа помогает другу — что ж это не самый плохой способ забыться. «Некоторые люди, например, забываются в эле. М-да, надо быть осторожнее с элем, а то мерещится всякое», — думал Тихоня, засыпая.