Куда отправляются суицидники?

— Ты ведь знаешь, что те, кто совершил суицид, не попадают в рай? Увидев развернувшуюся перед глазами картину, Кан Тэхен первым делом вспомнил когда-то мельком заданный им вопрос. В памяти всплыл образ Бомгю, улыбающегося ему своей теплой, солнечной улыбкой. Они сидели на берегу реки, держась за руки, и смотрели на закат. Бомгю рассказывал о своих мечтах, о том, как хочет стать известным музыкантом, а Тэхен слушал, завороженный его голосом и блеском в глазах. В тот момент Тэхен был абсолютно счастлив, и ему казалось, что это счастье будет длиться вечно. Мозг наотрез отказывался поверить в произошедшее. Его тело, такое стройное и красивое, превратилось в жирное, режущее глаза красным пятно на асфальте. «Нет, это точно не он. Он не может быть таким. Это какая-то ошибка…» Первое, что увидел Тэхен, когда наконец начал себя хоть как-то осознавать — настольную лампу, рассеивающую приглушенный свет. Сам он сидел на неудобном стуле. А напротив него, также за столом, расположился незнакомый мужчина. Кажется, он задавал вопросы. — Уважаемый, успокойтесь. Спрашиваю ещё раз, кем вам приходился мистер Чхве Бомгю? — Бомгю? Это мой парень. А где он? Простите, мне надо его срочно увидеть — привстал отходящий от шока парень. — Сядьте! — рявкнул полицейский, ударив кулаком по столу. Тэхен вздрогнул от неожиданности. — Хватит ломать комедию! Мы не дураки. Говори правду, и, может быть, тебе повезет смягчить приговор. — Приговор? Какой приговор? — Тэхен вскочил со стула, его глаза горели отчаянием. — Вы о чем? Где Бомгю? Мне нужно его увидеть! Он ранен? Что с ним случилось? Да и разве сейчас это важно? — Важно? — с горькой ухмылкой произнёс полицейский. — Вы, мистер Кан Тэхен, собственноручно убили 5 человек, и говорите, что это неважно?! — Подождите… КАК УБИЛ? Но я же ничего не делал. Нет, этого не может быть. Я ведь только вчера виделся с ним. Верно, у меня есть алиби. Позовите Бомгю и спросите у него. — не сдавался парень. — Вы просите меня опросить труп парня, совершивший суицид 3 дня назад? Не смешные у вас шутки… А может вы невменяемы? — последние слова до парня так и не дошли. «Он умер? Он? У.М.Е.Р.???» — тяжёлая тупая боль пронзила голову, заставив Тэхена упасть на колени. — А! А-а-а-а. Больно. Больно. Больно. Больно. Больно. Помогите! — Так, либо он отлично притворяется, либо и правда невменяем. Заприте его в камере и пригласите психиатра, пусть разбирается, — раздавались приказы где-то казалось бы совсем рядом, но одновременно и очень, очень далеко. А потом наступила темнота. — Мистер Кан Тэхен, вы меня слышите? — говорил уже другой, мягкий голос с нотками печали. — А? Да? Это вы мне? — смог наконец ответить парень. — Да, отлично. — протёр руки старичок. Что вы помните из последнего? Какое сегодня число? — Эм-м-м. Вчера было 18 октября, вторник. Я как обычно поехал к своему парню, Чхве Бомгю. Понимаете, только во вторник у нас так хорошо совпадают расписания, что мы проводим вместе почти целый день. Каждую неделю живу только ради этого дня. Точно, вот и вчера я спешил к нему. Но с самого утра мне как-то не везло. Я помню, что очень сильно опаздывал. Я конечно написал ему об этом. Но он… не ответил. Это было странно. Я беспокоился и только сильнее нервничал, стоя в пробках. Да, точно. Когда я приехал, у здания его дома собралась толпа людей. Мне было некогда, я спешил к своему ангелочку. Растолкав всех этих зевак, я увидел на что они смотрели. Ай. — прервался и обхватил руками голову юноша. — Я понимаю, что вам больно это вспоминать. Но постарайтесь. — по-доброму улыбнулся мужчина. — Что было дальше? — Дальше? Я увидел кровавое пятно. Да. Это… Это меня испугало. Я как и все впал в шок. Но быстро взял себя в руки и вспомнил о нем. Мне надо было обязательно его проверить. Да, доктор. Вы же доктор? Помогите мне с ним увидеться. Я обязан. Наверное он тоже увидел то месиво. Ему нужно помочь. Он ведь у меня очень чувствительный. Молю! — Да-да, мистер Кан. Всё хорошо, не беспокойтесь. Вы совсем скоро увидитесь. Поверьте мне, он не застал тот ужас. А теперь, продолжайте вспоминать — попросил доктор. — Ах, спасибо вам. Спасибо большое! Да. Мне хотелось попасть к нему. Но входная дверь была заблокирована и никого не впускала внутрь. Из раза в раз, пытаясь войти, мой взгляд возвращался к пятну на асфальте. В один момент мой взгляд зацепился за что-то блестящее в этой луже. О-о-о-ох. Больно. Простите. — Вы молодец. Отдохните немного. Потом расскажете, что это было. — похлопал по плечу старик. Спустя какое-то время зрачки парня расширились. Он резко поднялся со стула и начал отчаянно выть. — мистер Кан, голубчик, успокойтесь, — пытался остановить его доктор. На это парень страшно зыркнул на старика, но ничего ему не сделал. Постепенно глаза обрели обречённый вид, остекленели и парень медленно вернулся за стул. — Я все вспомнил… В луже крови валялась его любимая цепочка. Я подарил её в нашу трехлетнюю годовщину. Он никогда не расставался с этим украшением. Да, доктор. Я тогда не мог принять этого, но сразу все понял. Спустя какое-то время я накинул свой капюшон и пошёл домой. Взял топор и закрепил его внутри пальто. Увлекался Достоевским когда-то очень. — усмехнулся юноша. А дальше… Дальше вы сами знаете. — В вашем деле написано, что вы жестоко убили 5 человек. — Верно. — Все они были тесно связаны с мистером Чхве. Его отец, босс, 2 коллеги и одноклассник. — Угу. — Так вы признаете свои злодеяния? — То, что я их убил — да. А то, что это было «злодеянием» — нет. — Что вы имеете ввиду? — Они это заслужили. Все эти мрази получили свое. Я поступил правильно. — Хм-м-м-м. Что ж, это ваше мнение. Но вы ведь понимаете, что будете сидеть в тюрьме за свой поступок? — Да. Таковы правила. — Спасибо. Тогда я откланяюсь — сказал «доктор» и скрылся за железной дверью. Как только это произошло, Тэхен снял свою кожанку. Почему-то он зацепился пальцами за серебряные украшения на куртке. Потом поднес ладонь к своей груди и просидел какое-то время с закрытыми глазами. Последнее, что показала камера были его слова: — Прости, что так долго, Гю. Встретимся в чистилище или аду. Экспертиза показала, что Кан Тэхен погиб от остановки сердца. Его проткнула тонкая, серебряная иголка…