Новый мир

      Как давно это было-то? В прошлой жизни, скорее всего. О чем я говорю? Да о смерти, о чем же еще. Мне посчастливилось сохранить память о прошлой жизни и заново родиться в новом мире. Как мне казалось, это повод радоваться.       Совершенно не важно как я умер. Как мне казалось, ничто не сможет омрачить моё настроение. Так думал, пока был младенцем. Через какое-то время, где-то полгода, научился ходить и примерно понимать о чем говорят окружающие люди. Все это время за мной ухаживали разные женщины, вполне привычного вида. Ну, за исключением того, что все они были в весьма экстравагантных одеждах. Впрочем, это не вызывала особого интереса, поскольку в доме, где мы жили было всегда тепло, да и в саду при доме, куда меня иногда выносили погреться под солнцем тоже. Когда же я научился ходить и не падать, мне открылась шокирующая правда. Это случилось, когда мне исполнилось два года. Меня, и еще нескольких детей провели к маленькому пруду на территории участка и разрешили поплескаться на мелководье. Собственно в чём удар заключался? В отсутствии некоего отростка, обычно находящегося между ног. В общем, угораздило родиться девочкой. Кое-как придя в себя после такого известия через месяц, все-таки примирился с таким положением дел, да и новая жизнь того стоила. Вторым шоком стало то, что в этом мире есть нечто, что идеально подходит под понятие магии. Узнал об этом я на свой четвёртый год жизни. Весьма прозаично узнал. Нас, всех детей, позвали в большой зал на первом этаже, где странно выглядящая женщина нанесла нам всем в районе сердца татуировку в виде круга со вписанными письменами. Причем, нанесла светящейся рукой. К этому времени все дети умели нормально говорить и нам объяснили, что это показывает наше место в жизни. Конечно, объяснение не очень, но на все наши вопросы отвечали, что мы сами поймём.        С этого дня начались наши тренировки. Причем, из нас не делали бойцов, скорее гимнастов. В тренировках использовались какие-то зелья, обмотки и припарки. Хотя, из-за приема зелий нам после каждой недели тренировок устраивали промывание кишечника. Так продолжалось довольно долго, почти до двенадцати лет. Нас нагружали не слишком сильно, было свободное время. Нам, кроме физических нагрузок давали и умственные. Была математика, естествознания, география. Много всякого нам преподавали, короче. Исходя из объема и вида информации мне так и не удалось сделать однозначный вывод на счет будущей работы. В двенадцать начался новый этап обучения. Все началось с того, что нас расселили по разным комнатам. А на следующее утро нам выдали новую форму. Она представляла из себя странную помесь закрытого детского купальника и корсета. А пока я пытался прийти в себя, в комнату вошла воспитательница.       -Ты еще не оделась, Тила? — не успел я ничего сказать, как меня избавили от ночнушки и быстро втиснули в этот костюм. А когда я попытался что-то сказать, воспитательница сильно стянула края корсета, после чего те просто соединились, при этом у меня даже дыхание сбилось. После этого, на меня быстро надели узкие, тугие шорты, которые плотно прижались к моим ногам. Эта, с позволения сказать, форма, стала обязательным атрибутом физических тренировок. А потом и простых занятий. В четырнадцать к ней прибавилось подобие чулок, выше колен, которые крепились к шортам так же, как скреплялись края корсета и перчатки, работающие по схожей системе. К середине четырнадцатого года, добавились туфли с каблуком, который постоянно удлинялся. К пятнадцати годам мы все могли пробежать кросс на десятисантиметровых шпильках. Я тогда даже думал, что из нас готовят что-то вроде элитного отряда ликвидаторов, но в это не вписывалось отсутствие подготовки с оружием. Самое странное, что у меня пока не начались "эти самые дни", а спросить у кого-то значит засветиться.        А в шестнадцать я, наконец-то, понял к чему нас готовят. Уставший после тренировок, я поднялся в свою комнату, разделся и прошел в душ. В душевой, висело ростовое зеркало. Оглядев себя и не найдя отличий от того, что там было вчера, а именно уже сформировавшаяся девчушка с рыжими волосами на голове и полным отсутствием тех самых волос ниже шеи, по давно выработавшейся привычке сделал промывание, поскольку очередная неделя тренировок подходила к к концу. Придя же в комнату несколько удивился, увидев воспитательницу.       -Проходи, Тила, и сядь, — так я и поступил сев на свободный стул.- У меня для тебя подарок, но это сюрприз, поэтому, я хочу, чтоб ты через десять минут была у входа в восьмую комнату на третьем этаже. Оденься и приходи.       После этого она ушла, а я, собственно, достав новый комплект формы, принялся одеваться. Покончив с этим вышел из комнаты и отправился на третий этаж. Постучав в дверь, дождался пока отроют. Воспитательница, выйдя в коридор повязала мне повязку на глаза, со словами про сюрприз. Подчинился и этому. После чего меня провели в комнату, определил я это по звуку закрывшейся двери.       -Так, стой тут и подними руки вверх. Расставь ноги чуть шире, — по мере поступления указаний я их исполнял, — теперь стой так.        Убедился, что тут что-то нечисто, когда вокруг запястий со щелчком захлопнулось нечто . Попытался опустить руки, но ничего не получилось. Послышался еще пара щелчков снизу. А потом, что-то обхватили мою шею. Когда же я попытался что-то сказать, мне в рот проникло что-то продолговатое, но приятное на вкус.        -Не беспокойся, Тила, это последний этап тренировок. Скоро вы будете готовы, а пока расслабится, и попытайся получить удовольствие.        Пока говорила, она обошла меня сзади и обняла за талию. А потом её правая рука поползла вниз и остановилась на промежности. Левая пошла вверх, но не останавливаясь на груди, прошла вверх, чуть сдавила шею, а потом пропала. Послышался звук, как-будто бы что-то сжали и мне в рот потекла сладковатая жидкость.        -Пей-пей, тебе понравиться это зелье. Оно поможет тебе. И мне.        Правая рука начала массировать мне промежность и с каждым движением внизу разгоралось пламя. Конечно, мне приходилось раньше баловаться таким образом, чисто из интереса, но в этот раз огонек разгорался слишком быстро, слишком мощно. Буквально через минуту поглаживаний меня накрыла первая волна. Удержался на ногах лишь благодаря прикованным рукам. Воспитательница отошла и вернулась через пару минут, после чего я ощутил, как она начала массировать мои дырочки чем-то округлым. Потом она начала стягивать шортики и я попытался увильнуть. Зря. По моей попке пришелся удар, слабый, скорее как предупреждение, но я не внял. Тогда, эта тварь начала шлепать меня со всей силы. Из глаз потекли слезы, булочки горели от нестерпимой боли. Я мычал, а ее это похоже не только веселило, поскольку я слышал легкие смешки, но и возбуждало, почему-то мне так казалось. Через пару минут она остановилась, и снова начала снимать шортики. Я же, помня об предыдущем опыте, даже не пытался сопротивляться. Наконец, чуть их припустив так, чтоб была видна моя промежность, она заговорила.        - В общем, я хотела сегодня обойтись без этого, хотела лишь поиграть с тобой, но раз ты такая неблагодарная, то будет тебе полный объем тренировки, даже сверху добавлю, по доброте душевной. - При этих словах я почувствовал, как к сжавшемуся анусу прижимается что-то большое и влажное. Попытавшись опять увернуться я добился того, что на спину надавили, заставив сильно прогнуться вперёд. Двигаться в сторону почти не мог. А что-то, причиняя боль, пыталось в меня влезть. Наконец преодолев страх, я принял решение расслабиться, чтобы не было так больно. Когда расслабил кольцо, предмет все еще причиняя боль, хоть куда меньшую, начал проникать внутрь меня. Слезы брызнули из глаз, было мерзко и обидно, стыдно, но что поделать - я связан и беспомощен. Скоро весь дилдо оказался внутри меня и, несмотря на боль, я поразился новым ощущениям - было довольно приятно ощущать его внутри себя. Когда он внезапно начал увеличиваться, я уже не удивился. Через пару секунд я уже вновь мычал и дергался от боли и хоть это не остановило экзекуторшу, но чисто психологически помогало.       - Тебе понравилось, Тила? - На этот вопрос я мог только мычать. - Не бойся, у нас вся ночь впереди, ты успеешь полюбить это прекрасное чувство наполненности. Говорила она это мне прямо на ушко, а закончив, начала его нежно покусывать и полизывать, при этом начав стравливать воздух из дилдо. Скоро он вернулся в изначальное состояние. А потом начал раздуваться вновь. Не знаю, сколько эта пытка продолжалась по времени, моё сознание плавало на грани безумия, и вот, в один прекрасный момент, я вдруг почувствовал, как дилдо последний раз сдувшись, покидает мою измученную попку.       Я опять услышал, как поцокали каблучки воспитательницы в сторону, а потом вернулись. Что-то слабо дернуло за ошейник, и легло на плечи. Раздался сверху щелчок, и я смог опустить левую руку, но из-за слабости не смог сопротивляться, когда ее завели за спину и привязали к чему-то. Вскоре за левой последовала и правая рука. Больно не было, так как на тренировках нас и в не такие узлы завязывали, причем в прямом смысле. Воспитательница тем временем стянула руки вместе, и складывалось такое ощущение, что натянула на них какой-то резиновый мешок, поскольку чувствовалось слабое давление. Потом она пропустила ремни крест-накрест от ключиц, между холмиков грудей, до подмышек, просунула как-то ремни под руками и, скорее всего, привязала к ошейнику.       - Ты сегодня спишь у меня, милая. Впрочем, как и все последующие дни. - Слова воспитательницы не стали сюрпризом, но всё же были не очень приятны. – И да, с этого момента, когда твой прелестный ротик будет свободен, ты будешь обращаться ко мне “Хозяйка”, иначе сегодняшняя порка покажется тебе лёгким, нежным поглаживанием. – Говоря это, она подняла мои шортики, при этом помяв мою ноющую попку, а потом нагнулась и отстегнула мои ноги. Всё еще не видя ничего из-за повязки на глазах, я сделал несколько шагов направляемый твёрдыми руками воспитательницы. А через десяток шагов, пройдя, по ощущениям, через пару дверей, она меня остановила, как я понял в ванной комнате. – Тебя надо помыть, малышка. – С этими словами, она начала меня раздевать, сначала туфли и чулочки, потом шортики. А когда на мне остались лишь верх и перчатки, не считая приспособлений для бондажа, она просто срезала с меня купальник.       Я уже испугался, что сейчас начнется второй раунд моих унижений, но она всего лишь хорошенько меня полила из душа, а потом насухо вытерла мягким полотенцем. Позже, она отвела меня обратно в комнату, и , так и не развязывая мне ни глаз ни рук, и даже не вытащив кляп изо рта, уложила на кровать и укрыла чем-то лёгким. Напоследок, прикусив мне ушко еще раз, пожелала спокойной ночи и удалилась.