***
20 октября 2023 г., 12:13
— Ужасно неуклюже, Пиетт. Не слишком подходит для имперского флота.
Они засмеялись, хлопая друг друга по спине, и ушли.
До его ушей донеслось бормотание типа «внешний отброс» и «хорошо, что мы носим перчатки», когда он осторожно перекатился на четвереньки, а затем воспользовался переборкой, чтобы подняться на ноги.
Каркова преисподняя.
Помимо всего прочего, это как раз то, что ему было нужно. Сломанное ребро. С синяками он мог справиться, но это…
Меткий толчок в спину заставил его скатиться по семи твердым ступеням из дюрастали с далеко не идеальными результатами.
Пиетт сделал несколько мелких вдохов, чтобы выяснить, насколько глубоко он может это сделать без жгучей боли. Затем он отряхнул пыль со своей формы и поправил кепи.
Оззель приказал ему спуститься на поверхность планеты, чтобы облегчить отступление армии и погрузку ее снаряжения. Пиетт был уверен, что для чего-то подобного между армией и флотом должны быть налажены более гладкие коммуникации и сотрудничество, но поскольку он получил назначение на «Палач» всего через два месяца после того, как был завербован из аксиланского флота, то не знал всей истории.
И выбор его из всех людей для организации довольно грандиозной задачи был просто еще одним способом для адмирала проверить, сможет ли он сокрушить Пиетта.
Мужчина вздернул подбородок.
Едва ли. Галактика была неумолимым и сложным местом и до этого назначения — Оззель не был особенным.
Но, выходя из шаттла на истерзанную войной поверхность планеты, Пиетт задумался, не настал ли именно этот момент.
Не является ли это его концом.
Никто не сообщил ему, что он будет подчиняться непосредственно лорду Вейдеру. Пиетт предполагал, что «наземным командиром», с которым ему предстоит поговорить, может оказаться полковник Трэвис. Возможно, сам генерал Вирс.
Ни за что в галактике он не понимал, что Оззель отправляет его непосредственно к Вейдеру.
Очень хорошо. Если ему суждено было умереть от руки лорда ситхов (в буквальном смысле), то он хотел, по крайней мере, сделать все возможное, даже если потерпит неудачу.
— Милорд, — сказал он, резко отдавая честь. — Капитан Пиетт. Меня послали устранить трудности с транспортировкой наземного оборудования обратно на наш флот.
Последовала долгая и чрезвычайно неловкая пауза, пока черная маска оценивающе смотрела на него.
Затем…
— Оззель прислал вас? Аксиланского капитана, всего два месяца находящегося на борту?
Замечательно.
Вейдер и так был недоволен. Справедливости ради — Пиетт тоже был бы, если бы кто-то отправил ему зеленого новобранца для планирования миссии против картеля хаттов.
Похоже, на самом деле.
— Да, милорд.
— Понятно.
Пиетту стало интересно, что именно тот понял.
— Ладно, капитан, — сказал лорд Вейдер, лениво взмахнув черной перчаткой. — Уладьте все. Доложите полковнику Трэвису.
Пиетт поклонился, признавая, что эта задача ему вовсе не по силам. Понимая, что он потерпит неудачу или упадет в обморок от истощения — что, в конце концов, было одним и тем же.
Пиетт лишь немного споткнулся, когда отправился на поиски Трэвиса, но ему действительно хотелось, чтобы его конец был среди звезд, а не здесь, на земле.
**************
Вейдер смотрел, как низкорослый капитан уходит, изо всех сил стараясь скрыть свою травму и истощение.
Интересно.
Вейдер сам выбрал его из списка рекрутов, который ему дали — императору нравилось подобным образом заставлять различные системы думать, что ему не все равно, — отобрать несколько их лучших офицеров для имперских сил.
На самом деле, конечно, это ослабляло независимые флоты, когда их лучшим и талантливейшим оказывалась такая «честь».
И поскольку Вейдер страстно ненавидел своего учителя, а также большую часть высшего руководства имперских сил, ему нравилось выбирать менее известных кандидатов или представителей Внешнего Кольца.
Пиетт был одним из таковых.
Он выбрал его из чистой злобы, но чувство решимости и явного упрямства, исходящее от этого человека, еще больше его заинтриговало.
Вейдер зашагал прочь, чтобы найти своего нового генерала, который пытался обуздать раздражение всей ситуацией.
— Генерал Вирс, — произнес Вейдер, и мужчина смягчил выражение лица, становясь на глазах Вейдера «Железным генералом». — Адмирал отправил связного поработать над проблемой погрузки. Некого капитана Пиетта.
Вирс слегка нахмурился.
— Я... не знаю этого человека, милорд.
— Нет. Он — недавнее приобретение. Я отправил его к полковнику Трэвису за инструкциями. Мне... любопытны его способности. Проследите, чтобы ваши люди не создавали ему препятствий.
Генерал открыл рот, но Вейдер поднял руку.
— Я хорошо осведомлен о чувствах между флотским и армейским персоналом на моем корабле, генерал. Мы с вами оба знаем, что для адмирала это способ еще больше вбить клин. Позвольте этому капитану добиться успеха или потерпеть неудачу в зависимости от его собственных заслуг при равных условиях.
Вирс закрыл рот, и хотя Вейдер чувствовал, что ему не нравится, что Оззель послал для такой масштабной задачи кого-то совершенно нового, он был слишком профессионален, чтобы сказать об этом лорду Вейдеру.
— Да, милорд.
С этими словами Вейдер развернулся, чтобы оценить остальную часть поля боя.
***************
Полковник Трэвис оглядел Пиетта с ног до головы с нескрываемым презрением, но, что бы он ни подумал, у него, по крайней мере, хватило такта не высказать это вслух.
— Очень хорошо, — холодно сказал он. — Адмирал постановил, что он не желает, чтобы «Стадо» хранилось на Леди. «Опустошитель» получил несколько неудачных попаданий, из-за которых он не может открыть противовзрывные двери в три своих самых больших отсека. Нам нужно покинуть планету через шесть часов, а ни один из AT-AT еще не был перевезен.
Пиетт стиснул зубы.
Действительно, очень большая проблема.
— Сколько у нас имеется «Гозанти»? — спросил он.
— Я знаю, что у нас во флоте их двадцать четыре, — ответил Трэвис. — Все ли они на данный момент доступны, в настоящее время остается загадкой благодаря нашим друзьям из военного флота.
Пиетт слегка нахмурился: — У них что, нет данных после боя? Отчетов о повреждениях?
Трэвис пристально на него посмотрел: — Еще раз, какова ваша должность, капитан?
Пиетт внутренне вздохнул, зная, что ответ мужчине не понравится.
— Я — начальник отдела связи на Леди, — сказал он, заложив руки за спину и пожалев об этом, когда запротестовало сломанное ребро.
— Будь я проклят, — пробормотал кто-то за спиной Пиетта, и Трэвис бросил туда резкий взгляд, прежде чем снова перевести его на капитана.
— И... ранее вы не работали с наземными штурмовыми машинами? — спросил он, едва сдерживая неудовольствие.
— Нет, — честно ответил Пиетт. — Но я сделаю все возможное, если кто-нибудь из ваших сотрудников захочет объяснить некоторые аспекты, о которых я должен знать при рассмотрении вопроса об их транспортировке и хранении.
— Мы точно пропустим окно, — простонал рослый сержант.
— Нет, если вы все приложите все усилия, чтобы помочь капитану Пиетту, — произнес новый голос, и Пиетт понял, что смотрит ни на кого иного, как на генерала Максимилиана Вирса. Откуда мужчина уже знал его имя, оставалось загадкой, но над ней Пиетт задумается после того, как в течение шести часов потерпит неудачу или добьется успеха.
— Лорд Вейдер желает, чтобы наши усилия проходили как можно более гладко, — продолжил Вирс, впиваясь в каждого из своих подчиненных пронзительным серым взглядом. — Поэтому мы оставим наши личные чувства по поводу военного флота при себе. Я надеюсь, капитан, — сказал он, поворачиваясь к Пиетту, — что вы сможете сделать то же самое?
Пиетт слегка наклонил голову.
— Поскольку я всего два месяца служу в имперском флоте, сэр, у меня нет никаких убеждений на этот счет.
Вирс мгновение его изучал.
— С вами все в порядке, капитан? Простите, но вы выглядите...
Пиетт вздохнул.
— Да, сэр, я понимаю, что выгляжу не лучшим образом. Несколько, эм… поздних ночей.
Это даже не начало раскрывать суть, но будь Пиетт проклят, если он собирается ныть перед представителем старшего генералитета.
— Хммм, — отозвался Вирс, но не стал настаивать. — Ну, что ж. Давайте перейдем к делу.
Трэвис провел Пиетта к своего рода рабочему месту, оборудованному на нескольких больших ящиках с оружием. Фирмус вздохнул, пытаясь притвориться, что он отчаянно не жаждет чая и обезболивающих, и приступил к работе.
Хотя он полностью осознавал, что командование не считало связиста высокой или ключевой должностью, это все равно было очень важно, и, как и со всем остальным, Пиетт намеревался действовать в меру своих возможностей.
Итак, он начал с того, что переговорил со всеми главными офицерами связи флота. В скором времени у него был очень полезный набор схем палуб, и он действительно смог поговорить с некоторыми инженерами на нескольких звездных разрушителях.
В какой-то момент рослый сержант (очевидно, Хэвелл) принес еще один ящик, на который Пиетт ошеломленно уставился.
— Чтобы на него сесть, сэр, — проинформировал его Хэвелл. — Простите меня, капитан, но вы, сэр, слегка покачивались, как корабль в бурном море.
Он не ошибся.
Пиетт сел и продолжил проводить эту операцию. Ему было необходимо плавное перемещение, и никто не оценил бы столкновения со всеми кораблями, взлетающими и опускающимися в атмосфере, уже заполненной обломками после их стычки с мятежниками.
Прошло два часа, и Трэвис выглядел немного менее напряженным, чем изначально. Конечно, атмосфера вокруг Пиетта стала более дружелюбной.
Проблема была в том, что ему все больше не хватало сосредоточенности и энергии. На самом деле, у него их не было с самого начала, и в настоящее время его удерживала на ногах лишь собственная упрямая гордость.
Хэвелл подошел, чтобы спросить его кое-что о палубных опорных балках на «Мстителе», и Пиетт дал ему понять, что да, тот действительно сможет справиться с четырьмя AT-ATами без прогиба палубы, поскольку AT-ATы без личного состава и большей части полезной нагрузки были намного легче.
— У вас, э-э, просто были эти знания, капитан? — спросил его Хэвелл. Он был грубоватым и открытым человеком и казался очень добродушным, несмотря на то, что один только его бицепс был толщиной примерно с ногу Пиетта.
— Нет, сержант, — ответил Пиетт, нажав на подтверждение загрузки и слегка ему улыбнувшись. — Я посмотрел.
— Не представлял, что военный флот даже знает, где искать эту информацию, — прокомментировал генерал Вирс, снова появившись.
Пиетт склонил голову, понимая, почему все эти топтуны грязи так себя чувствовали под началом адмирала флота, подобного Оззелю.
— Ну, да. Некоторые из нас даже научились читать, — ответил он, и Вирс действительно рассмеялся.
В какой-то момент у его локтя появилась чашка горячего кафа и обычный сэндвич. Пиетт не любил каф, но не собирался отказываться от встряски, которую тот мог обеспечить. Капитан проглотил сэндвич и поблагодарил в пространство, одновременно нажимая на три разных монитора с пятью различными каналами связи, открытыми для его коллег на других кораблях.
— Я должен спросить, — сказал полковник, вернувшись после очередной консультации с погрузочной командой «Гозанти». — Кажется, вам ужасно комфортно координировать что-то подобное.
Губы Пиетта слегка изогнулись.
— Уверяю вас, мне некомфортно, полковник, — ответил он, потирая затылок. Карк, казалось, что тот трещит по швам. — Но в аксиланском флоте мы были довольно ограничены в отношении офицеров. Необходимо было лучше ознакомиться с тем, как работают наши наземные войска, и какое им требуется снаряжение.
— О, да? — спросил Трэвис, явно заинтересованный. Было очень приятно не слышать никакой снисходительности или насмешки. На самом деле, армейский персонал был гораздо более дружелюбен и внимателен к Пиетту, чем кто-либо из военного флота с момента присоединения к «Эскадре Смерти».
— Да, сэр. И наш флот — сплошная мешанина. Поэтому у каждого корабля были свои грузоподъемность и весовая категория. На самом деле это... более логичная, хотя и все еще огромная задача.
— Что ж, — ответил Трэвис, устало улыбнувшись в ответ. — Вы на удивление хорошо с этим справляетесь. Я бы работал с вами в любое время, капитан.
— Мне бы это понравилось, — сказал Пиетт, и теплота наполнила его при этих словах. Он решил немного поднажать. — Сэр... могу я попросить...
Он сделал паузу, не желая показывать слабость, особенно после того, как полковник был так великодушен.
— Да, Пиетт?
— Могу я попросить укол стимулятора? — спросил тот, делая решающий шаг. — Прошу прощения, но если мы хотим это закончить, не думаю, что справлюсь без него.
Трэвис приподнял бровь и оценивающе на него посмотрел. Пиетт изо всех сил старался держаться непринужденно, но у него было ощущение, что сейчас он выглядит немногим лучше трупа.
— Я сделаю кое-что получше, — ответил Трэвис, нажимая на кнопку своего комма. — Я собираюсь попросить Бракстона на вас взглянуть. Я знаю, как люди держатся, когда у них сломано ребро, Пиетт.
Того захлестнула волна страха.
Если его осмотрит врач, может возникнуть целый ряд проблем.
— В остальном я в порядке, — быстро сказал он. — Просто устал, полковник...
— Вы оказываете нам услугу, капитан, — твердо сказал Трэвис. — Я думаю, армия может ее вернуть.
************
Вирс нашел Трэвиса, когда последний из «Гозанти» взлетел с последним AT-ATом, получившим наибольшие повреждения. У них оставалось сорок пять минут до истечения установленного срока, и он хотел поздравить Пиетта.
Но когда он добрался до этого района, там не было никакого флотского капитана.
Возле одного из войсковых транспортов Трэвис разговаривал с сержантом Хэвеллом, и Вирс к нему подошел.
— Капитан вернулся на «Палач»? — спросил он, а затем сделал паузу, поскольку оба мужчины внезапно стали выглядеть слегка виноватыми. — Скажите мне, что вы не потеряли его во всем этом. Были ли проблемы с сотрудничеством?..
Он надеялся, что нет. Вирс был заинтересован не только из-за желания Вейдера, чтобы капитану дали равный шанс себя проявить, но и потому, что в глазах Пиетта появился особый упрямый блеск. Мужчина уже выглядел полумертвым, но Вирс не упустил, как выпрямился его позвоночник при их встрече. Макс открыл имперское досье на Пиетта и провел несколько минут за изучением.
Учитывая аксиланское происхождение, Вирс мог бы сделать достаточно верное предположение относительно причин изможденного вида Пиетта. Оззель не был известен своей добротой или милосердием к подчиненным, которые не соответствовали его идеалам.
Пиетт был именно из тех, от кого у ублюдка задергались бы усы.
— Вовсе нет, сэр, — сказал Трэвис, еще раз искоса взглянув на Хэвелла. — Если бы я не был армейцем до мозга костей, то сказал бы, что мне было приятно работать с компетентным флотским офицером.
Вирс слегка улыбнулся своему заместителю: — Я думаю, вы можете сказать это и сохранить достоинство, Трэвис. Итак, почему у вас обоих такой вид, как будто вас застукали за курением в освежителе?
— Ну, видите ли, сэр, — начал Трэвис немного застенчиво. — Я попросил Бракстена его осмотреть. Капитан попросил сделать ему укол стимулятора, и, учитывая его состояние, я подумал, что нам нужно медицинское заключение.
Беспокойство шевельнулось в животе Вирса.
— И?.. — подсказал он, сурово приподняв бровь.
— Что ж, сэр, Бракстен одобрил укол, если капитан поклянется отдохнуть после этого задания, генерал. Однако Пиетт сказал, что он не думает, что его график действительно это позволит, но с ним все будет в порядке.
— Переходите к делу, полковник, — приказал Вирс, скрестив руки на груди.
Трэвис и Хэвелл снова переглянулись.
— Сэр, Бракстен сказал, что он был критически истощен, а также у него сломано ребро, которым никто не занимался. Я, эмм… Я взял на себя смелость попросить капитана помочь нам в нашей работе в течение следующих восьми часов, генерал. Адмирал это одобрил.
Конечно, он это сделал.
Критически истощенный офицер Внешнего Кольца? Приказано работать больше? Оззель был бы только рад.
Но Вирс знал своих людей.
— Что происходит на самом деле? — спросил он.
— Сюда, генерал, — сказал Хэвелл, и теперь, когда Вирс, казалось, соглашался с ситуацией, они оба выглядели более обнадеженными.
Его отвели в пустой войсковой транспорт.
Ну...
Не совсем пустой.
В дальнем конце корабля был разобран один из медицинских отсеков, и в нем Вирс обнаружил пропавшего капитана.
Совершенно очевидно, что он был мертв для галактики — такая обмякшая бескостность, которую мог принести только очень глубокий сон.
Кто-то, несомненно, застенчивый сержант рядом с ним, укрыл его одеялами для экстренной помощи, и было ясно, что Бракстен действительно серьезно относился к здоровью Пиетта, судя по капельнице, прикрепленной к одной руке.
— Мы подумали, сэр, эм, полковник и я, что этот транспорт никому на самом деле не нужен из-за перетасовки персонала, поэтому, когда он отправится на Леди и причалит...
— Вы собираетесь просто оставить его спать в ангаре, — задумчиво закончил за него Вирс.
Темные круги под глазами капитана были чрезвычайно заметны.
Треснувшее ребро…
— Как он получил травму? Бракстен сказал? — поинтересовался он.
— Капитан сказал, что упал, сэр, — ответил Хэвелл. — Несчастный случай.
— Конечно.
Сержант и генерал долгие секунды смотрели друг другу в глаза в полном понимании.
— Ну, что ж. Очевидно, вы с Трэвисом решили усыновить офицера флота, без спроса, могу я добавить… — он поднял руку, когда Хэвелл открыл рот. — ...но, поскольку подобное соответствует личным приказам лорда Вейдера, я закрою на это глаза. Сообщите капитану, когда он проснется, что я желаю его видеть, хорошо?
— Да, генерал, — Хэвелл выглядел нерешительным, затем собрался с духом. — Это была не его идея, сэр. Бракстен, полковник, и я все...
Вирс вздохнул и поднял глаза к потолку.
— Да, спасибо, сержант. Я достаточно хорошо во всем разбираюсь. Я не собираюсь наносить ущерб нашему флотскому приобретению.
Он отмахнулся от Хэвелла и обратил внимание на спящего человека. В Пиетте было что-то особенное. Вейдер, вероятно, тоже так думал, поскольку их верховный главнокомандующий хорошо разбирался в талантах. Вирсу было бы любопытно узнать Пиетта получше. Но сейчас он может присоединиться к своим людям и подарить капитану сон.
