Лисья нора 2.0

К третьему тренировочному дню Алина окончательно перестала понимать, как «Лисы» вообще прошли отборочные в прошлом сезоне. Её догадка о внутреннем разделении команды на группы оказалась по большей части верной, однако границы этих групп то и дело смещались. Любой конфликт Элисон и Сета заканчивался одинаково: первая переходила на сторону девушек, второй прибивался к Мэтту. Золотой середины ни Сет, ни Элисон не признавали — они либо поливали друг друга отборной бранью, либо у всех на глазах взасос целовались в раздевалке. Причины этих постоянных и стремительных перепадов Алина не знала и знать не хотела. И ей даже было не завидно. Если так и выглядят здоровые отношения, то она пас. Всю первую неделю в команде не прекращались междоусобицы — шло восстановление иерархии. В роли капитана Даниэль проявляла ту же твердость, которую Алина заметила в ней в первый день. Она без колебаний «строила» Лисов, и в любом споре решение оставалось за ней. Дэн слушался даже Эндрю, хотя Алина подозревала, что Миньярда просто забавляет ее бесстрашие. В плане опыта Кевин Дэй был на голову выше остальных и вдобавок сохранял кое-какой авторитет, завоеванный за время работы помощником тренера, однако его надменность часто отбивала охоту с ним общаться, а резкая манера мешала прислушиваться даже к толковым советам, вызывая лишь желание нагрубить в ответ. Почти все склоки на этой неделе вспыхивали по его вине, и в основном это были разборки между ним и Сетом. Взаимная ненависть Кевина и Сета по силе уступала лишь отвращению, которое питали друг к другу Сет и Ники. Одна брошенная фраза — и между ними завязывалась драка. Противоборство достигло пика ближе к вечеру среды, когда Эндрю ушел с тренировки пораньше на плановую еженедельную встречу с психотерапевтом. Едва за ним закрылась дверь, как Сет налетел на Кевина с кулаками. В тех случаях, когда слов Даниэль оказывалось недостаточно, драчунов приходилось разнимать грубой силой, и эта задача ложилась на плечи Мэтта. Кроме того, травма Кевина и наплевательское отношение Эндрю автоматически делали Мэтью Бойда лучшим игроком «Лисов». Алина считала, что именно Мэтта стоило назначить капитаном, ведь если кто и стремился сплотить команду, то именно он. Какая бы кошка ни пробежала между ним и Эндрю в прошлом году, с Ники и Аароном они отлично понимали друг друга, как бы странно это нибыло, а это обеспечивало «Лисам» надежную линию защиты. Разобраться в отношениях Мэтта и Кевина было сложнее. Мастерство и ответственный подход к делу импонировали Кевину и заставляли прислушиваться к мнению Мэтта, однако зачастую полное взаимопонимание между ними сменялось открытой враждой. В этом они напоминали Алине Сета и Элисон, исключая, конечно, секс. Прошло немного времени с того момента как Ваймак назначил Кевина следить за Алиной. С того раза они больше не общались, и Алина была рада этому. Она не спешила жаловаться тренеру. Но при этом, в глубине души ждала, когда настанет возможность поговорить с ним. Как с другом. После той потасовки она поняла, что всё-же была права, но слишком длинный язык обеспечил ей много проблем. Такого конечного исхода она не хотела. Следующим ярким персонажем была Рене Уокер, неизменно находившаяся в центре событий. Она раздавала дружеские советы, хвалила и подбадривала товарищей по команде, а иногда выступала в роли примирительницы, хотя в чужих конфликтах не участвовала и ничью сторону не принимала. Рене сумела завоевать даже Эндрю: Алина несколько раз видела, как они о чем-то разговаривают в сторонке. Было ясно, что окружающие эту странную дружбу не одобряют, но оба голкипера не обращали на косые взгляды ни малейшего внимания. Делать какие-то выводы насчет них Алина затруднялась, а четкого представления о Рене и вовсе не составила, поэтому просто старалась по возможности ее избегать. Исключая, конечно, небольшую зависть, что Рене нашла общий язык с Эндрю быстрее, чем она сама. Остальные Лисы так или иначе крутились вокруг них, постоянно меняя комбинацию, причем Сет Гордон делал это чаще других. Среди Лисов он был единственным пятикурсником, поскольку все прочие участники первоначального состава либо покинули команду по своей воле, либо вылетели из универа. На поле Сет держался слишком обособленно. Его настроение менялось так стремительно, что Алина решила — без веществ тут не обходится. Непонятно только, почему Ваймак и Эбби до сих пор не положили этому конец. Элисон Рейнолдс имела в команде вес благодаря опыту и жесткой манере игры. В то же время она на дух не выносила близнецов и, соответственно, не любила работать с ними в связке. Аарон играл лучше Ники, но к экси относился с холодной отстраненностью. Ники, напротив, отдавался игре полностью, однако был склонен к позерству и больше всего любил скандалить с Сетом и Элисон. Эндрю же оставался темной лошадкой. Талант вратаря и влияние на Кевина делали его ценным членом команды, хотя на поле ему было лень лишний раз пошевелить и пальцем. Такой пафос мог бы понравиться Алине, если бы это не она пыталась достучаться до парня. Алине места в этой иерархии пока не отводилось. Партнеры по команде её практически не замечали, не удостаивая даже сомнительной чести считаться аутсайдером. Будучи неопытным новичком, она не удивлялась такому отношению, правда, от этого было не легче. Дэн по возможности старалась подключать её к общей работе и, оказываясь поблизости на поле, не забывала справиться, как у неё дела, но ей как капитану хватало и других забот. Элисон не воспринимала Алину всерьез, Мэтт вряд ли мог чем-то помочь, так как стоял слишком далеко, а обращаться к Рене Алине не хотелось. Близнецы и Хэммик держали дистанцию. Таким образом, оставались только Кевин и Сет. Обоим волей-неволей приходилось взаимодействовать с ней, поскольку все трое находились на одной линии, хотя Алина предпочла бы, чтобы Сет даже не смотрел в её сторону. Что бы она ни делала, все было не так. Как бы ни старалась, в ответ слышала лишь грубую критику и приказ не путаться под ногами. Их отношение заставляло Алину скрежетать зубами от злости, однако она твердо решила больше не срываться на глазах у всей команды. К счастью, нападающие постоянно катили бочку не только на неё, но и друг на дружку, и Алина с удовольствием наблюдала, как Кевин и Сет дубасят один другого кулаками и клюшками. Ваймак редко вмешивался во внутренние разборки. Дождавшись, пока все вволю нагрызутся, он наказывал Лисов дополнительными кардиотренировками и изнурительными упражнениями. Казалось, тренер решил, что они удержатся на плаву, только если будут яростно соревноваться между собой в этаком личном первенстве. Поначалу Алине это казалось сущим бредом, но к концу недели стало заметно, что тактика работает и Лисы постепенно уясняют границы дозволенного и место каждого в команде. К пятнице Алина страстно мечтала о выходных. Переживания из-за Кевина и Рико, злость и досада на поведение товарищей по команде, бесконечные окрики и снисходительное презрение со стороны Дэя и Гордона — все это измотало её до предела. Она чувствовала, что больше не выдержит, но деваться было некуда. Весь день она тренировалась с Лисами на поле, потом возвращалась в общежитие и видела те же лица. Она задыхалась от их присутствия и хотела только одного: смыться куда-нибудь на уик-энд. Если она не побудет в одиночестве, то просто взорвется. В суете Алина совсем забыла про уговор с Эндрю. Выйдя из раздевалки после душа в пятничную тренировку она рассчитывала, что все уже ушли. На стадион Алина ездила на машине Мэтта вместе с Элисон, Сетом и Рене, но обратно возвращалась всегда в одиночестве. Все быстро поняли, что она любит уходить последней, и с расспросами не приставали. Ждать её перестали уже на третий день. Возможно, все Лисы чуяли грань, которую не следует переходить, а потому не задавали вопросов, ответы на которые все равно не получат. Так или иначе, за это Алина была им благодарна. Однако в пятницу все вышло по-другому. Покинув раздевалку, она увидела Ники, который дожидался её в комнате отдыха с черным подарочным пакетом в руках. — Поздравляю, ты пережила первую неделю.Что скажешь, весело было? — Так все лето будет? Я уже устала, — начала хныкать Алина. Ники был хорошим парнем. Его солнечная улыбка светилась ярче всех. Девушка могла только позавидовать такой улыбке. Она тоже часто улыбалась, но только под таблетками, которые сейчас ещё действовали, так, что она была дружелюбнее, чем обычно. Алина хотела хорошо относиться к Ники. Наверно, несмотря на его гиперактивность, она бы хотела, чтобы он был её старшим братом и защищал от всего на свете. На эту роль больше подошёл бы Мэтт, но тот был немного скучнее и не такой весёлый. За то время, что они провели вместе она была рада общаться с ним, даже если их и прерывали с разных сторон команды, или вовсе не одобряли их общения. — В общем, да. По крайней мере, скучать не приходится, согласна? Алина отвернулась и чтобы не отвечать на вопрос стала искать в рюкзаке новую таблетку, так как, подсчитав, что последнюю она принимала до тренировки (тоесть примерно часов пять назад), теперь ей пора принять новую. Открутив крышку и засунув таблетку в рот она её проглотила. Отвратительный вкус. Но ничего не поделаешь. Минут через пять её накроет: цвета станут ярче, эмоции сильнее, а сила и координация движений ослабнут. Засунув банку обратно в рюкзак Алина обернулась и налетела на Ники, вдруг выросшего у неё за спиной. Алина попыталась отодвинуть его рукой и пройти, но ожидавший этого Ники тут же всучил ей пакет. — Это тебе. Эндрю сказал, у тебя нет нормального прикида на сегодняшний вечер. Он назвал твой размер, и я кое-что подобрал. Вот увидишь, шмот суперский. От изумления у Алины отвалилась челюсть. — Чего? — Ты же не забыла про нашу вечеринку, а? Держи. — Ники повесил веревочные ручки ей на пальцы. Алина уставилась на пакет, пытаясь вспомнить, когда в последний раз получала подарок. Не вспомнила. То, что этот, первый, — от Эндрю Миньярда, смущало и тревожило. Ники воспринял её колебания за подозрительность и рассмеялся. — Не ссы, никакого подвоха. Это скорее ради нас, чем ради тебя. Нельзя же, чтобы в одной компании с нами видели какую-то зачуханную бомжиху. Без обид, ладно? — Хэммик сделал паузу и только потом сообразил, что что-то не так. — Алина? — Спасибо, — выдавила Алина,— я надеюсь, это не платье. Она и сама услышала, как неуверенно это прозвучало. Ники смерил её внимательным взглядом. Алина выдержала этот взгляд, стараясь не выдать эмоций. В конце концов Ники потрепал её по волосам и сказал: — Мы зайдем за тобой в девять. До этого советую покемарить, потому что тусить будем всю ночь. И не собирайся долго, как все девчонки, ладно? Есть у нас нужные контакты, чтобы обеспечить веселье до утра. — Ники ухмыльнулся и снова взъерошил её волосы. — Кстати о контактах. Не надевай их сегодня. Я имею в виду контактные линзы. А вот и таблетка подействовала. Алина почувствовала, как в глазах пляшут яркие огни. Она оглянулась и заглянула прямо в лицо Ники. Тот улыбался. Казалось — он насмехался над ней. Всё хорошее отношение к нему куда-то улетучилось. В животе у Алины екнуло. — Закрой рот, — прошипела она. Быстрая смена настроения— побочный эффект химии в её крови. Ники с преувеличенной осторожностью огляделся по сторонам, словно проверял, не подслушивает ли кто. — Можно подумать, это большой секрет. Если присмотреться, сразу видно, что ты носишь линзы. Я, например, в самый первый день заметил. Просто я не знал, что они цветные, пока Эндрю не сказал. Только почему ты выбрала коричневые-то? Это же скучно! — Мне нравится. — А Эндрю не нравится. Сними их. — Мало ли, что Эндрю не нравится. Я, вон, тоже Эндрю не нравлюсь, и что теперь? Мне себя убрать из его жизни, что ли? — Будь хорошей девочкой, сними. Тебя кроме нас никто не увидит, а мы и так знаем, что это обман. Прошу, не надевай. — А то что? Молчание Ники прозвучало красноречивее всяких слов. Алина не могла сейчас мыслить разумно, но уже хотела отмахнуться от своих последних слов. Что-то подсказывает ей, что она делает ошибку. Против Эндрю она, конечно, выстоит, но ведь тот будет не один. Алина отправляется к чёрту на кулички вместе со всей их компашкой, и Ники искренне пытается помочь ей правильно выстроить отношения. Впрочем, не стоит заблуждаться насчет Хэммика. Ясно же, чью сторону он займет, если дело примет скверный оборот. — Значит, в девять, — повторил Ники и, не дождавшись ответа, ушел. Дав ему несколько минут форы, Алина убедилась, что братья уехали, и побежала через весь кампус в библиотеку. Пару часов она провела за компьютером, изучая новости в интернете. На обратном пути она зашла в один из трех университетских мини-маркетов, купила еды, захватила пачку слабительного. Она подумала, что братья могут её накормить, а Кевин будет никакой, так что надо что-то делать. На этот случай и есть таблетки. В комнате никого не было. Алина смутно припомнила, что Мэтт вроде бы собирался в кино с Даниэль. Где носит Сета, Алина не знала и только порадовалась, что может спокойно подготовиться к выходу. Без лишнего внимания парней. На всякий случай она проверила замок на входной двери. Спальня, к сожалению, не запиралась, а вот в ванной защелка имелась. Взяв одежду, там она и закрылась. Покончив с переодеванием, девушка накрасилась: она нанесла плотный тон и под слегка подведенными веками наклеила белые стразы. На ресницы же она обильно нанесла тушь, ресницы у неё были длинные, а с тушью выглядели просто потрясающе. Не то чтобы Алина так старалась ради парней, просто ей хотелось хорошо выглядеть, дабы не настолько сильно выделяться на их фоне. Если честно, она считала, что внешность у неё была самая обычная, а её кожа была очень плохой, всё время вылазили небольшие прыщики и акне. Это вызывало большие проблемы в бегах. Теперь же, она вообще перестала воспринимать себя без косметики. Закончив с лицом она долго рассматривала себя в зеркале, поправляя волосы. Ощущение было странное. Как бы часто они с мамой ни меняли внешность и языки, цель у них всегда оставалась одна: выглядеть скромно и неприметно, чтобы не выделяться на фоне других людей. Алина изменила эту тактику год назад. Теперь она хотела выделяться на фоне последние месяцы своей никчемной жизни. Ей понравилась одежда, которую выбрал Ники. Она полностью соответствовала её стилю и настроению. И это было даже не платье, которого она так боялась. Лёгкие черные джинсы-клёш удачно сочетались с массивными черными ботинками. Обтягивающий черный топ и укороченный тёмный свитшот. Но не смотря на красоту этой одежды, она никак не могла отделаться от чувства, что тонкая материя не скрывает её тела. Оставалось сделать только одно. Алина вынула из глаз линзы. От волнения её слегка замутило. Она поморгала, привыкая к ощущению, и смыла коричневые линзы в унитаз. Когда она посмотрела на себя в зеркало, у неё перехватило дыхание. Алина больше года не видела натурального цвета своих глаз, потому что надевала линзы сразу, как только просыпалась, так как боялась увидеть глаза отца. Глаза у неё были тёмного зелёного цвета, а тёмные каштановые волосы и одежда подчеркивали их холодную зелень еще ярче. Алина не могла долго смотреть в эти ненавистные глаза. Захватив одежду, она вышла из ванной, свернула в спальню и боковым зрением заметила расположившихся в гостиной кузенов и Кевина. Видимо, Эндрю снова вскрыл дверной замок. Алина прикинула, во что превратят физиономию Миньярда тяжёлая подошва её новых ботинок, и осталась довольна. В спальне Алина сунула вещи в нижний ящик комода — пусть будет вместо корзины для грязного белья, взглянула на банку с таблетками  — обернулась и увидела в дверном проеме Эндрю. Тот наблюдал за ней, прислонившись к косяку и скрестив на груди руки. Алина скопировала его позу. Нагло воспользовалась шансом рассмотреть незваного гостя и была поражена его непроницаемым лицом. Сегодня вечером таблеток он не пил, это ясно. Она же приняла свою последнюю при разговоре с Ники. Интересно, он понимает, чем грозит нарушение судебных предписаний? Или просто на все наплевал? Эндрю загораживал проход, поэтому Алина приблизилась к нему вплотную, ожидая, что он отойдет в сторону. Эндрю действительно шевельнулся, но не двинулся с места, а лишь протянул к Алине руку. Когда ладонь Эндрю легла ей на затылок, Алина напряглась, но оказалось, что Эндрю просто хотел поближе притянуть её голову. Чтобы не окосеть, Алина сосредоточила взгляд на скуле Эндрю и позволила тому изучить её глаза. — Еще одно нежданное проявление честности, — прокомментировал Миньярд. — С чего вдруг? — Ники вежливо попросил. Ты тоже можешь попробовать — вдруг получится? — Мы это уже обсуждали. Я никого ни о чем не прошу. — Эндрю еще раз окинул Алину медленным оценивающим взглядом и убрал руку. — Пора идти. Когда оба вышли в гостиную, Ники было оживился, но при виде Алины его радость вдруг сменилась изумлением. — Фигасе… Алина, да ты красавица! Так можно говорить или это против правил? Просто… черт. Я так рад, что не выбрал тебе платье. Аарон, не дай мне сегодня упиться. Эндрю остановился возле Ники, вытащил из кармана пачку сигарет, прикурил — нимало не смущаясь, что комнаты в общежитиях оборудованы датчиками дыма, — и сунул зажигалку ему под нос. — Не вынуждай меня оторвать тебе башку, — предупредил он. Хэммик вскинул руки в защитном жесте. — Все-все, я понял. — Точно? — Клянусь, — тихо сказал Ники. Алина ухмыльнулась. Эндрю спрятал зажигалку и в сопровождении Кевина и Аарона удалился. Напоследок бросив на Алину одобрительный взгляд, Хэммик тоже вышел в коридор. После того как Алина закрыла дверь, они молча спустились к машине. Алина оказалась на том же месте, что и в прошлый раз, — зажатой на заднем сиденье между Аароном и Эндрю. Она приготовилась к конфликту, но близнецы привалились каждый к своему окошку и задремали, едва автомобиль выехал из кампуса. Уснуть с такими соседями Алина не могла, поэтому провела целый час, прикидывая, что в этот вечер может пойти не так. Список вышел впечатляющий. Ну ладно, будь, что будет. Когда в свете фар замелькали дорожные указатели Колумбии, Ники оглянулся на Алину. — Будь добра, разбуди Эндрю, а? Только руками лучше не трогай. — Чего? — сонно спросил Аарон, разбуженный голосом Ники. — Я забыл, где нужно повернуть, чтобы срезать. Ты не помнишь? Вместо ответа Аарон перегнулся через Алину и потряс брата за плечо. Эндрю среагировал мгновенно и жестко. Аарон успел отпрянуть, а вот Алине деваться было некуда. Локоть Эндрю попытался врезаться ей под дых, но девушка смогла среагировать благодаря своей быстрой реакции и отсутствия химии в крови. Она перехватила локоть и немного потянула на себя. Тогда Эндрю уперся лицом в стекло. Аарон замер, в салоне машины наступила тишина. Алина отпустила локоть Эндрю и подняла руки в извиняющемся жесте. Тот немного поёрзал и успокоился. —Что там у вас происходит?—возник Ники. Аарон невозмутимо защелкал пальцами у Алины перед лицом, привлекая внимание Эндрю. — Где сворачиваем? — спросил он. Опершись рукой на спину Алины, заставляя её согнуться и прислониться к своим коленям, Эндрю втиснулся между передними сиденьями. Алина могла легко вывернуться, но предпочла потакать Эндрю, как-бы извиняясь за свои рефлексы. Некоторое время он вглядывался в дорогу, потом произнес: — Не здесь, дальше. Перед поворотом будет указатель «Вафли и выпечка». — Это же Южная Каролина, — усмехнулся Ники, — тут на каждом углу вафли и выпечка. Эндрю снова откинулся на сиденье и наконец убрал руку со спины Алины. Вспомнив, что могла получить под дых благодаря брату Эндрю, Алина покосилась на Аарона, который в ответ на молчаливый упрек лишь пожал плечами, потом — на его брата. Эндрю, разглядывавший собственные руки, даже не повернул головы. Он держал их перед собой, растопырив пальцы, и только когда салон на мгновение озарили фары встречного автомобиля, Алина сообразила, на что именно смотрит Эндрю. В мелькающих отблесках фар Алина заметила его трясущиеся пальцы. "Он не принимал таблеток" — вспомнила Алина. Она вспомнила и свой последний прием таблетки. На удивление, девушка чувствовала себя приемлимо. Она попыталась представить состояние Эндрю. Химии в его крови не было, а это значит, что здраво мыслить он не может. Он просто наркоман, которому требуется доза. От этого сравнения Алине стало не по себе. — Ники, — позвал Эндрю. Ники обернулся. Увидеть дрожь в темноте он не мог, однако направление взгляда понял и рванул через несколько полос к съезду с главного шоссе. — Скоро будем на месте, — пообещал он. — Тормози, — приказал Эндрю. — Мы на эстакаде. — Сейчас же. Спорить Ники не решился. Прижавшись к почти несуществующей обочине, он затормозил так резко, что Алина испугалась за свои внутренние органы. Возмущенно сигналя, мимо пронеслась машина. Эндрю распахнул дверь, высунулся из салона и начал безуспешно содрогаться в рвотных позывах. Смотря на это Алина не выдержала, и улёгшись на колени Аарона, открыла дверь с противоположной стороны, и еле успела не запачкать салон автомобиля. Аарон отвернулся. Было заметно что ему не приятно. Оно и понятно. Сидя там, он чувствовал, как Алина сотрясается всем телом. Судя по звукам, она пыталась выблевать собственный пищевод. —Фу, еще одна — сказал Аарон. —О нет! И Алина тоже не под таблетками? Да вы просто как близнецы,— сказал Ники. —Увы, близнецы у нас уже имеются,— сообщил Кевин. —Ага, и одного из них сейчас заблюют с обеих сторон! — доложил Аарон. —Не душни, я сейчас...— борясь с рвотными позывами сказала Алина. — Где твои крекеры? — осведомился Ники, когда Эндрю перестал корчиться и теперь просто тяжело дышал. Алина всё ещё прочитала свой желудок. — Он их уже съел, — сообщил Кевин. — Что, все? — ужаснулся Ники. — Господи, Эндрю. — Заткнись, — прохрипел Эндрю и несколько раз сплюнул. С третьей попытки нащупав подголовник впередистоящего сиденья, он с усилием заполз обратно.  — Эй, — Обратился он к Алине, которая тяжело дышала и боролась с рвотными позывами все также лежа на коленях Аарона. —Я...в норме, — тяжело выдавила Алина плюхаясь на своё место обратно. —Ага, конечно. Ники, просто довези уже нас до места.