Ох уж это прекрасное попадание

Оказывается, на трусики было нельзя смотреть. Кто же знал, меня заранее не предупредили. Ах да, еще и под топ нельзя смотреть тоже, а хотелось бы. Но сейчас имелись более серьезные проблемы, нежели одежда и то, что под ней. — Я не хочу обратно! — Спрятавшись за стул, выдал я богине. Не знаю, как я так ловко перепрыгнул этот предмет мебели, тело двигалось само. — Там плохо и страшно. — Но ты не можешь находиться в моем теле! — Запротестовала та. — Почему? У тебя все равно их два! — Вот ведь жадная. У меня вообще ни одного нету. — П-потому что, оно мое! Я его делала для себя! — Кажется, она сейчас заплачет. Ну вот, довел богиню до слез… чем мне это грозит? — Тогда сделай тело и для меня. — Т-такое против правил. Я вообще не понимаю, что ты такое, или кто. Но в моем теле тебе находиться нельзя! — Машет кулачками, а глазки блестят от набирающейся в ней влаги. А она милашка, стоит заметить. Хм, если у меня сейчас ее тело, я тоже милашка? Мне нравиться. Стоим, смотрим друг на друга. Богиня надулась, я прячусь за стулом. Нет, обратно мне категорически не хочется. Хочется нежиться под солнышком, щупать траву, щупать себя… да нет тут никакого пошлого контекста, это ты извращенец, если подумал что-то не то. Имею в виду, что я давно не чувствовал свое тело, а не вот эти твои больные фантазии. Но и выбора мне особо не дадут, я чувствую. Если она смогла меня призвать сюда, значит сможет и прогнать… тогда почему сразу этого не сделала? Решила поболтать? Договориться? Посмотреть на диковинного меня, занявшего ее пустующее тело? Что-то слишком много тел в тексте, но я уже не знаю, куда их прятать. О чем это я? Да забей. И все же. — Тогда почему ты меня просто не прогонишь? — П… потому что, не могу… Заняв этот сосуд, ты теперь считаешься живым. А боги не могут причинять вред живым созданиям. — Произнесла она тихим голосом, забавно съежившись при этом. Но быстро взяла руки и начала активно ими махать, приговаривая. — Поэтому поторопись и отдай то, что тебе не принадлежит. То есть, она ничего не может мне сделать? Правда правда? На лицо сама собой наползла наглая ухмылка. Я выпрямился, и начал обходить стул, чтобы снова на него усесться. Но запутался в ногах и упал. Пришлось забираться на сиденье ползком. — Я отказываюсь! — Гордо вздернув носик, выдал я этой богине. — Что? — Разинула она свой ротик, но удивление быстро сменилось гневом. Богиня замахала руками с новой силой. — Я пошлю на тебя божью кару, прокляну! Твоя удача всегда будет на минусовой отметке! Да я… я… Пока богиня бегала вокруг меня, осыпая проклятиями, я, скрестив руки на груди, с совершенно постным лицом пялился в бездонный потолок… или бескрышный? Не суть. В общем, принялся размышлять. Размышлять о том, что я хочу сделать. Я же теперь живой, и в обычном мире! Столько возможностей, столько прям ух. Так, трогать небо и смотреть на травку я уже упомянул. Что еще я хочу сделать? О, знаю, искупаться! Принять горячую ванну, понежиться в водичке, да! А еще попить, ох как же хочется снова попить воды. Самой простой. Стоп… я же тогда еще и поесть могу, каайф! Что бы мне еще такого сделать? — Уаа!.. Вот те раз, расплакалась. Просто плюхнулась на колени прямо передо мной, и завыла. Я даже как-то растерялся, не ожидал подобного от богов. Пока глядел на ревущую девушку, внутри неприятно кольнуло. Словно что-то давно утерянное, давно позабытое одной несчастной душой, вдруг из последних сил дало о себе знать. Как будто такое уже было однажды. Мне тоже почему-то захотелось плакать вдруг. — Э-эй… Ты чего? — Слегка приподнялся на стуле, но богиня не обратила на меня внимания, продолжая рыдать. Немного поколебавшись, все же упал рядом с ней, принявшись гладить ее по голове. — Вернииии… *всхлип* Ну пожаааалуйстаааа… *всхлип* — Д… я… ну верну, верну, только перестань плакать. — Все же сдался я этому непонятному, но очень неприятному чувству пришедшему откуда-то из глубин. — …п-правда? — Чуть успокоившись, неверяще посмотрела на меня богиня покрасневшими от слез глазами. Красивое. — Правда! Честное пречестное! Оно мне и не очень-то и хотелось, знаешь… — Нет, я вру, хотелось очень даже. — Только ты скажи мне, как это сделать. — А ты не знаешь? — Эм… а должен? — … у… уваааа!.. — Ну вот, что я не так сказал? Откуда я должен знать, как мне вернуть ей тело? Я даже не понимаю, как в него попал. — Ты меня обманываеееешь!.. — Да я… Ты же богиня, разве боги не могут чувствовать ложь? — Неет, боги так не умеюууут!.. — Да что это тогда за боги такие? Сделать новое тело она не может, меня прогнать не может. А что она тогда вообще умеет? Плакать? — Но я правда не знаю, как мне это сделать. Честное пречестное. Если бы я знал, то уже отдал бы его тебе обратно. — Т-ты не врешь? — Что за взгляд побитого щеночка? — Слово пионера! — Кто такой пионер, я, конечно же, вообще ни сном ни духом, но слово прикольное. Весомое такое. — Может есть еще какой-то вариант? — Ну… есть один. — Ручки в лодочку сложила, смотрит в пол. Что-то пошлое? — Тогда тебе надо у… умереть. — Как умереть? — Ну там… на земле… тогда я смогу отправить твою душу на перерождение и вернуть себе… свой аватар. — Не понял. Мне местная богиня что, предлагает суицид сделать?