Зелёный ёжик

Антон не планировал теряться в лесу, вот честно. Он хотел всего лишь немного покричать, так же пишут в этих дурацких пабликах ВКонтакте. Самый лучший способ справиться с тем, что внутри. Да только вот орать надо было в поле. Когда он только приехал, лес пленил своей ярко-красной пестротой, шуршанием мха вперемешку с листьями под подошвой и узкой тропинкой, ведущей в самую глубь чащи. Сейчас хочется проклясть всё на свете, потому что тропинки уже не видно, ветер начинает завывать сильнее, и кажется собирается дождь, а Антон продолжает бродить в поисках выхода. Причём шёл он, никуда не сворачивая, а после своей своеобразной терапии развернулся на стовосемьдесят градусов и пошёл назад. Так и идёт третий час подряд. Возможно его просто прокляли. Ладно бы оры хотя бы помогли, так ведь нет. Стало ещё паршивее. И вроде бы взрослый мальчик, должен понимать, что так проблемы не решают. Но ведь нет, взял всё-таки и приехал в этот лес. И что теперь? А ничего, лишь начинающийся ливень, холод, голод, разряженный телефон и насквозь промокшая одежда. Просто класс. В момент, когда Антон окончательно потерял всю надежду на своё спасение, он видит маленькую поляну с домиком. Это удивляет. Какой, простите, дом в лесу? Всё это конечно очень романтично, но сейчас сил хватает лишь провести ассоциацию с песней « Лесник» и посмеяться то ли над своей удачей, то ли над окончательным провалом. Но выбор у него не велик, поэтому насквозь продрогший Антон подходит к двери и смело стучит в надежде, что там всё же кто-нибудь да есть. Спустя повторный стук и минутное ожидание дверь раскрывается, и перед ним оказывается парень, на вид его ровесник, с раскрытыми в удивлении глазами. Антону сейчас хочется лишь зайти внутрь, но что говорить в таких ситуациях непонятно. Хозяин дома или лесник, как окрестил его для себя Антон, быстро осмотрев нежданного гостя и обстановку вокруг, с тяжким вздохом хватает парня за рукав и тянет в домик. Он быстро протаскивает его через прихожую, как понял сам Антон. Там яблоки на кровати, из-под штор на дальней стене выглядывают банки, а сбоку пристроился огромный книжный шкаф. Антон не уверен – попал он к бабушке в детство или просто спит. – Промок? – угрюмо спрашивает лесник, разглядывая своего гостя. – Да, очень сильно. Можно у вас перекантоваться до завтра, пожалуйста. А то сегодня я уже вряд ли выберусь отсюда. – Антон старается не представлять, как он сейчас выглядит. Насквозь промокший, завалился в чужой дом и просит ночлег. Но если его сейчас выкинут обратно на улицу, то он вряд ли куда-то далеко уйдёт. Поэтому вариантов у него немного. – Хорошо, не стой, разувайся. Сейчас в душ гони, всю одежду с себя снимай, я вещи принесу тебе. – лесник берёт его за руку, проталкивая в ещё одну дверь и запихивая в проём. – Пять минут подожди, сразу тебе всё принесу. – Ага, спасибо. – успел лишь крикнуть Антон и громко чихнул. Он быстро сбрасывает с себя всё, что из тёплого, мягкого и удобного превратилось в противную и мерзкую ткань, прилипшую к коже. Когда с раздеванием закончено, Антон замечает протянутую в щель руку с одеждой и полотенцем. Кажется он нашёл своего ангела-хранителя, не меньше. Кидая всё отданное ему на стиралку, Шаст запрыгивает в ванную, быстро настраивая горячую воду. Она приятно согревает, и, кажется, он стоит под струёй не меньше пятнадцати минут уж точно. Когда Антон всё-таки вылезает из ванны и вытирается, приходит пора осмотреть принесённую одежду. Трусы с арбузами, майка со смешным принтом, тёплые спортивные штаны, ярко-жёлтый свитер и носки с бананами. Антон, привыкший к чёрной одежде, сейчас находится в смешанных чувствах, но ему тепло и удобно, а это главное. А ещё такой образ ему действительно нравится. Шаст открывает задвижку, вылезая из своей бани, и хозяин дома сразу же появляется перед ним. – С лёгким паром. Аллергия у тебя есть на что-нибудь? – Да, на рис. А зачем вам это надо? – Чтобы не отравить тебя случайно, – усмехается лесник. – Яичницу тогда сейчас для нас сделаю, и давай на ты перейдём. Нам ещё ночевать вместе. Как зовут то? Надеюсь, ты не маньяк, который пришёл меня убить. Я расстроюсь.– на лице у него впервые за весь разговор появляется улыбка. – Нет, просто заблудился. Меня Антон зовут. Можно Шаст, если сокращённо от фамилии. Шастун я. – Хорошо, я запомнил. Арсений. – лесник, теперь уже с именем, протягивает ему руку. Антон охотно её пожимает, несмело улыбаясь в ответ. – В зале чуть-чуть посидишь. Я сейчас нам еду сварганю. Тебе телефон надо на зарядку поставить? – Да, пожалуйста. – Антон вытаскивает чудокирпич из кармана, передавая своё бесполезное на данный момент чудо Арсению. Тот в свою очередь принимает его и ведёт Шаста в зал, таща парня за руку. Оставляя Антона на пороге комнаты, он уносится на кухню. Зал большой. Тут два кресла у одной стены и по дивану с ещё двух. Сбоку от входа шкаф, в углу телевизор и куча растений. Нет, правда, они везде. Расставлены по всей комнате, просто в горшках на полу, на подставках, на телевизоре и под ним, на столе в другом углу и на стуле у одного из диванов. Успокаивающе на самом деле, Антон чувствуют себя в безопасности. Из окон видно полянку и рыжий лес, а из зала за двумя шторками с разных сторон две комнаты. Дождь барабанит по окнам, а Шаст усаживается в кресле, подтягивая ноги к груди. Кажется наконец-то согрелся. Спустя десять минут его начинает клонить в сон, но кто-то тормошит за плечо, прогоняя яркие сны. – Я бы дал тебе поспать, но тогда всё остынет, и еда будет ну так себе. – Да, да, уже встаю. – тело ноет и просит либо обратно, либо чтобы его хорошенько размяли, но Антон упорно идёт за Арсением в столовую. Там маленький столик у окна, стулья вокруг и лес, притягивающий взгляд. Сбоку у стены стоят два холодильника, а с противоположной стороны шкаф с посудой. Антон садится на стул, покрытый цветной подушечкой, чуть не ударяясь при этом головой об ящик над головой. Интересно, что там лежит. Арсений садится напротив, подвернув под себя одну ногу, а вторую согнув в колене и поставив на стул. Теперь Антон может внимательнее рассмотреть найденного лесника. У него растрёпанные чёрные волосы, майка с Микки Маусом и клетчатые красно-черные штаны. Когда он устремляет на него свой взгляд, становятся заметны голубые глаза сквозь стёкла очков и кнопка нос. Антон мысленно отмечает, что Арсений красивый. И довольно уютный в куче зелени со своими смешными принтами. – Ешь давай, остынет же. – у Арсения уже пустая тарелка, а Антон к своей даже не притронулся. Засмотрелся. – Да, точно. – Шаст отвисает и пробует местные шедевры. Яйца с вкусно зажаренными кусочками хлеба кажутся лучшим блюдом на этом свете, не считая пельменей конечно же. – Спасибо, это просто великолепно. – Обращайся. – Арсений приподнимает уголки губ в подобии улыбки и несёт тарелки к раковине, исчезая в дверном проёме. Антон разглядывает капли дождя, падающие на стекло, когда слышится звук кипящего чайника. Спустя минуту появляется Арсений с двумя чашками кипятка на каждого. Поставив их на стол, он устремляется к тому самому ящику-убийце, Шаст его теперь называет только так, над Антоном. Однако, когда оттуда появляется мешочек с засушенными травами, гость быстро меняет своё мнение. После их добавления в воду, по комнате разносится запах того самого леса за окном, и кажется лучше уже не будет. – Можно достать зефирки и шоколадки в зале из шкафа, пойдём покажу. – а нет, может. В ящичке лежит десять плиток шоколадок, куча конфеток, какие-то печеньки и зефир. Останавливаются они в итоге на зефирках и «Алёнке». Почему вместо Алёнки на картинке приклеен распечатанный Пикачу, Арсений сначала объяснять отказывается, но после весёлой усмешки быстро сдаётся. – Да не я это, сестра. Не смотри на меня так, мы прикалывались. – А сестре сколько? – Двадцать четыре. Женей зовут. – Антон на это громко смеётся, заваливаясь на плечо нового знакомого. Арсений лишь тихо усмехается и улыбается тепло, как будто увидел котёнка, в закатных лучах развалившегося на заборе. – Ладно, рассказывай, как тебя в лес то угораздило. Для грибов уже поздно вроде, озеро искал? Антон чувствует, что краснеет, но что он может сделать в данной ситуации. – А я могу сохранить это в тайне? – Нет. – Тогда да, искал озеро. Оно далеко? – Не дошёл что ли? – Арсений придуривается, улыбается хитро-хитро, издевается лис. – Нет. – Антон продолжает стоять на своём, потому что говорить настоящую причину он не намерен. – Ладно, я тогда тебе завтра его покажу и к дороге выведу, а ты меня до города довезёшь. Идёт? Антон удивлён? Да, Антон удивлён, но он только за на самом деле. Если дождя не будет конечно же, а то так он не согласен выходить на улицу. А в остальном одни плюсы. Проветрится, может если не оры, то прогулка в компании совершенно незнакомого человека чуть-чуть успокоит его расшатанные нервы. А если ещё на озере красиво будет, то вообще считай, что жизнь удалась. – Идёт. Теперь рассказывай, что ты здесь делаешь? – Я на выходные приехал. Это дом моей семьи, вчера почему-то потянуло сюда, вот и решил добраться. Так что считай, что тебе жутко повезло. Обычно я тут в это время нечасто бываю. – Да вообще, такой я везунчик, ничего не скажешь. Пошёл в лес и заблудился. – Но на меня же вышел. – Арс весело улыбается. – Вышел. – Ну вот и не гуди тогда. – говорит и ворует его зефирку, кошмар. Когда первая кружка сменяется второй, ребята перемещаются в зал. Пока Антон раскидывается на диване, Арсений садится на пол, опираясь на кресло и откидывая голову на сидушку. Антон несмело начинает рассказывать о себе, но видя заинтересованность во взгляде напротив, раскрепощается и уже тупо шутит, рассказывая истории из жизни. У них тут зелёный чай из трав, разговоры обо всём, тихий смех, яркие улыбки и приглушённый свет ночника. Арсений теперь не кажется таким угрюмым и сердитым, как был в начале их знакомства. С каждой минутой он как-будто приобретает всё больше сил и энергии. Чаще смеётся, улыбается от уха до уха, шутит каламбурами, которые обычный человек не сможет придумать ни в жизнь и тоже начинает рассказывать о себе. В какой-то момент он снимает очки, приносит яблоки из той самой прихожей и залезает на диван к Антону. Шаст ещё удивляется, как можно есть вниз головой, когда ноги лежат на спинке. Оказывается можно. Антон не замечает, как Арсений притаскивает граммофон и пластики, включая музыку на фон. В какой-то момент Шаст думает, что оры привели его сюда, а значит всё-таки помогли. Он сейчас расслаблен на максимум в окружении зелени, музыки и Арсения. Тот хомячит, не переставая, всё время что-то жует и кажется совсем не собирается спать. Время час ночи. Антон уже знает, что у Арсения плохое зрение, но на улицах он всегда ходит в линзах, потому что ему не нравится такой свой вид. Шаст категорически с этим не согласен, но попытки противостоять заканчиваются провалом. Ему не нравится, когда его называют Сеня. Арсений больше всего из фруктов любит яблоки и довольно часто добавляет их в свой коронный зелёный чай. Он веб дизайнер и работает на удалёнке. В студенчестве летом был вожатым в лагере, откуда у него миллион интересных историй. Арсений любит этот лес, его летнюю яркость, зелень и тишину. Обожает есть по ночам, громко топает босыми ногами по полу и кажется не знает, что такое сон. Время два часа ночи. Арсений зовёт Антона подышать свежим воздухом, накидывая на него тёплую куртку, вытащенную из глубин шкафа. В итоге дышат сигаретным дымом Антона, потому что Арс не против и по тому, как он лезет на дым, даже немного за побыть пассивным курильщиком. Дождь закончился, и они слушают ночные шорохи и звуки природы. Дома ребята танцуют под регги с пластинки. Время три часа ночи. Антон засыпает, не замечая, как тихий говор Арсения пропадает из поля зрения и как обмякает тело на диване. Ему снился танец эльфов в лесу. Интересно, в зелёный чай помимо яблок добавляли что-нибудь ещё...

***

Антон просыпается и не сразу понимает, где находится. А когда вспоминает вчерашний день, вечер и ночь всё равно находится в недоумении. Здесь открытые ярко-жёлтые занавески и ковёр на стене. Сам он лежит на удобной и мягкой кровати, напротив него стоит шкаф и в углу у окна стол с компьютером. На тумбочке, стоящей на стуле, горшок с неопознанным кустом и вчерашний граммофон. Вместо двери на выходе занавеска. Значит это одна из комнат, вход в которые Антон вчера увидел в зале, но так и не посмотрел. Походу его сюда донесли, это смущает. Телефон, найденный на тумбочке рядом с горшком, говорит, что уже двенадцать часов, а это значит, что пора вставать. Антон выходит из комнаты, хотя кровать упорно не отпускает. Нет, сегодня Шаст на такое не поведётся. Арсения он замечает сразу же. Тот спит на диване, завернувшись клубочком в одеяло. Значит лёг всё-таки. Вопрос только во сколько. После лёгких тормашений глаза открываются, и из-под одеяла появляется остальное тело. – Просыпайся, хомяк.– Антон приветливо улыбается, глядя на такого заспанного Арсения. Он смотрит хмуро и немного настороженно. Это очень сильно напоминает их знакомство, быть может Шаст вчера его просто разбудил. – Почему хомяк?– прерывает размышления виновник мыслей. – Потому что ты всю ночь хомячил. – Антон смеётся тихо, вспоминая то, как начинался день, а Арсений лишь улыбается уголками губ и, кажется, немного расслабляется. Одеяло окончательно отбрасывается в сторону, и Антон понимает, что его хомяк спал в одних трусах. Сам он походу этого не понимает, потому что встаёт и, совершенно не стесняясь, идёт к зарядке с телефоном. Задумчиво хмыкает и, резко спохватившись, натягивает на себя штаны. – Что на завтрак? – Обед хочешь сказать? – Нет, завтрак. Мы же только проснулись. А на время плевать. Хлопья будешь с молоком? – Да, давай, конечно. – Тогда открываешь шкаф на кухне, выбираешь те, которые хочешь, из холодильника достаёшь молоко и делаешь себе блюдо дня. А я пока умоюсь. – Эй, я хотел. – Я первый. – Арсений уносится в сторону ванны. А Антону кажется, что его где-то обманули. Хотя всё правильно, если так посмотреть. Он идёт на кухню и смотрит на шкаф. За стеклянными дверцами стоят высокие стаканы с картинками апельсинов и арбузиков, чуть выше действительно лежат хлопья. Две пачки. Обычные и подушечки с банановой начинкой. Выбор очевиден, и вот в его тарелку заливается молоко к коричневым квадратикам. В холодильнике он также нашёл йогурт, который заполняет вышеупомянутый стаканчик с апельсином. Усаживается у окна на стулик со спинкой, удобно. Деревья на улице загибаются под порывами ветрами, а на кухне тепло. Надо будет попросить достать ему что-то теплее своей ветровки, если они всё ещё планируют пойти на озеро. – Я всё. А ты чего не ешь? – Арсений входит в комнату всё также без майки, но уже не выглядит таким же заспанным и растрёпанным. На счёт последнего Антон немного грустит. Он был смешным и милым со своими торчащим волосами и немного зависшим взглядом. – Задумался, пойдём на озеро? Арсений выглядывает в окно. – Дождя нет, так что можно и дойти. Там сейчас должно быть красиво. Поедим, соберёмся и пойдём. Нам ещё надо машину твою найти. Помнишь? – Помню, забудешь тут. – Антон устремляет свой взгляд на тарелку и берётся за ложку. Тихо, тепло и спокойно. Шаст не уверен, что готов расстаться с этим домом так скоро. Здесь хорошо. Можно договориться обменяться телефонами. Потому что если дом можно оставить, то найденного в нём Арсения нельзя. Он интересный, его хочется узнать лучше. У Антона давно не было такого к другому человеку. Тихое спокойствие и ощущение комфорта при нахождении рядом. Не хочется так быстро всё просрать. Ребята собираются быстро. Арсений укутывает Шаста во всё теплое, найденное в доме, а сам идёт в джинсах с дырками( кто такое носит) и без шапки. Болван. Вместе надевают высоченные сапоги до колен с рисунком цветочка на самом верху, потому что после дождя всё мокрое. Шасту нравится, красиво. Антона ведут по маленьким тропам через разноцветный лес, пока падают листья, под ногами шумит трава, и ветер завывает в ушах. Шаст лишь надеется, что его не заведут в глушь, где всё-таки убьют и закопают. Но после вчерашней ночи, он уже об этом не думает. Просто идёт за Арсением и смотрит, как в его макушке застрял жёлтый листочек. Красиво, и Антон не собирается его сейчас снимать. Пусть пока полежит, надо будет сфотографировать чуть позже. Спустя полчаса ходьбы по неведомым тропинкам невиданных зверей Арсений выводит его на озеро. Здесь пляж, над которым аркой раскинулись деревья. Мостик, недалеко отходящий от берега, чуть дальше из-под воды видны шины, с которых наверняка прыгают дети летом. На поверхности озера плавают опавшие листья. Антон замечает раскатанную дорогу для машины, значит до этого места можно добраться не только на своих двоих. А уже от этой точки прямая дорогу к маленькому домику в лесу. Нет, Шаст вовсе не думает как вернуться сюда вновь, нет, вы что. Здесь красиво. Очень, поэтому они снимают друг друга несколько раз. В итоге в их галереях много дурацких фоток со смешными рожицами и высунутыми языками. Когда бутерброды с колбасой, предусмотрительно захваченные Арсением в маленький рюкзачок, и чай в термосе заканчиваются, становится слишком холодно, и они решают отправиться обратно. Немного остывший дом впускает их в свои хоромы. Быстро собирают вещи, закидывают себе на спины и отправляются на поиски машины. Шастун может и болван, но явно не дурак. Местоположение своей крошки он вчера вечером объяснил очень точно, поэтому Арсений быстро ориентируется и спустя пару неудачных попыток выводит его к машине. Оказывается всё довольно близко, если знать лес. Вот только эти знания пока не в компенсации Антона. В машине Арсений подключается к колонке и включает свой плейлист. Тихо напевает, пока едут назад. Антон молчит и просто слушает. За окном мелькают леса и поля. Спустя полчаса появляются первые дома, виднеется железная дорога и приветливый памятник перед въездом в город. Спустя ещё сорок минут Антон заезжает во двор, указанный в навигаторе. Музыка выключается и повисает неловкое молчание. – Дашь свой номер телефона? – Антон улыбается приветливо, ведь если не сейчас, то уже никогда. Арсений колеблется и зависает немного, а потом, собравшись с мыслями, оборачивается и выдаёт на духу. – Да, записывай. Антон за эту заминку пересрался раз десять, потому что, а как иначе. Но услышав окончательный ответ, радостно улыбается и сталкивается с Арсением взглядом. Это длится несколько секунд, но не мешает полностью увязнуть в глазах напротив. Он сегодня надел линзы, поэтому Шаст смотрит в них не через стекла очков. Цепляет. Арсений отводит взгляд и быстро диктует номер, как будто боится передумать. Когда он уже открывает дверь, чтобы раствориться в темноте улицы, Антон хватает за руку и тащит обратно в машину. – Я так и не посмотрел последнюю комнату в твоём домике. – Значит это повод вернуться вновь, не думаешь? – Арсений усмехается, машет на прощание рукой и выпрыгивает из машины. Антон лишь смотрит вслед и спустя минуту заводит машину, отправляясь в противоположную сторону города.

***

Антон в следующий же день шлёт ему много мелких сообщений подряд на своём обеденном перерыве и почти сразу же получает ответ. Переписываются о фигне, но настроение поднимается на весь день. Ночью списываются вновь, но Антон быстро вырубается и в итоге идёт спать. С утра он видит у собеседника был в 4:51 и у него есть много вопросов к режиму Арсения, которые он всё же решает не задавать. Всю неделю они списываются на отвлечённые темы, узнают что-то друг о друге и даже договариваются о новой встрече. Антон настоял на том, чтобы они снова провели выходные в домике. Ничего же не случится, если они ещё раз так потусят, верно?

***

Антон заезжает за Арсением в субботу днём. Тот залезает в машину и тут же зевает. Глядит немного сонно и будто фыркает над чем-то своим. Руку пожимает и трёт глаза, залезая руками под стёкла очков. – Заедем за кофе? – Да, конечно, тут есть где-нибудь поблизости? – Антон подозревает, что Арсений проснулся минут пять-десять назад и это немного умиляет. Его режим конечно чуть-чуть пугает, ведь три часа, а в сети он был в семь утра, до этого скорее всего не смыкал глаз. Но не Шасту здесь указывать и что-то решать в чужой жизни. Довольно обидно кстати, что чужой. Арсений, по ощущениям, уже засел куда-то под кожу. Он и в первую их встречу показался интересной личностью, а в переписке это лишь подтверждается с каждым разом всё сильнее. Подкупает и затягивает. – Ага, выезжай пока, я сейчас скажу, где свернуть.– Арсений снова зевает. В кофейне они покупают американо и кокосовый раф. Антон честно не понимает, как можно пить такую сладость, но у каждого тут свои вкусы. А ещё они берут вкусную булочку, которую Шаст за рулём откусывает из рук своего хомяка, жующего неведомо откуда вытащенные сухарики. Доезжают без происшествий, поставив машину на самое близкое местечко, чтобы было удобно добраться до лесного домика. Когда впереди наконец видется их ночлег на эту ночь, Шаст радостно бежит вперёд, утверждая, что хочет рухнуть на диван под успокаивающую зелень вокруг. Арсений на это смеётся и, ускоряя шаг, достаёт из глубин кармана ключи. И вот они снова в доме. Арсений готовит яичницу, Антон валяется под тихую музыку радио, интересно, сколько ему лет. Когда с их ужином или вполне вероятным завтраком Арсения покончено, они решают выйти на улицу. Антон и в прошлый раз заметил дровницу и небольшую беседку во дворе, но тогда не сильно заострил внимание. А сейчас он пьёт на ней чай и рассказывает о какой-то далёкой поездке на море, и о том, какие там были приключения. Арсений улыбается довольно, как потягивающийся на солнце кот, и смеётся звонко над его глупыми шутками. Кажется, скоро он будет ассоциироваться у него со всеми животными сразу. Когда сидеть на улице становится слишком холодно, после перекура Антона они перемещаются в дом. Арсений против сигарет ничего не высказывает, хотя сам не курит, и Шаст немного этому удивляется. Редко такое встретишь. Дома Арсений всё-таки показывает Антону последнюю, пока незнакомую ему, комнату. Это оказывается ещё одна спальня-кабинет. Кровать у стены с кучей плакатов над ней. На полках стоят смешные статуэтки и весёлые высказывания в рамках. Стена покрыта ярко горящими гирляндами, а угол занят компьютерным столом. В его ящиках книги лежат вперемешку с тетрадками и яркими ручками, а в шкафу, который тоже для него открывают, они стопками выглядывают из под одежды. За кроватью спряталась гитара в чехле, а из окна вид на всё тот же лес. Скорее всего, сейчас уже ничего не видно, и хрен знает на самом деле. Возможно в обзор ещё входит беседка и сарай. Надо будет с утра глянуть. – Это моя старая комната. Сейчас я здесь работаю, если приезжаю сюда, а так обычно сплю в той, которую в тот раз занял ты. Она мне в последнее время очень нравится. Это на самом деле объясняет все плакаты, фигурки бегемотиков, о да, у Антона тоже была эта коллекция, и яркие разноцветные цитаты с кучей других маленьких безделушек. На Арсении сейчас футболка со Скуби-Ду и штаны с огурцами. Одежда, выглядывающая из шкафа, примерно такого же характера. Скорее всего он тщательно выбирает, какой именно наряд наденет сегодня. У Антона в этом плане всё легко, у него спортивные треники и чёрная футболка, максимально удобная для существования. – Не нравится мне, снимай. – не очень понятно, что именно не нравится и что следует снять, но Арсений уже ныряет с головой в шкаф, и Антон решает подождать. В итоге из Нарнии юный энтузиаст вылезает с ярко-жёлтой футболкой в руках. Даже без принта. – Зачем же? – Не знаю, хочется. – Арсений смущается и убирает футболку себе за спину.– Прости, не хочешь – не надевай, не знаю, что на меня нашло, ходи в чём удобно. – Арс, спокойно, давай сюда. Я хочу. Ему подаётся футболка и вот он уже не чёрная туча, не подходи, а то укушу, а маленький кусок света. И правда, на улице уже темно. – Называй меня так. – Как так? – Арс. Арсений слишком длинно. А Арс звучит круто, я люблю. – Антон скорее всего сейчас смотрит странно, но он и правда впервые назвал сокращенную форму имени. До этого старался называть так, как ему представились изначально. Арс и правда звучит хорошо и уютно. – Без б. Пойдём за чаем? – Арсений улыбается. У них впереди ночь разговоров и странных снов, день гулянок по осеннему лесу с шуршашими под ногами листьями и тихий вечер в машине перед прощальным объятием и неловким "пока" у подъезда Арса. У него спина вся в родинках-созвездиях, как на небе у них в лесу. Антон с утра заметил, когда тот ходил в одних штанах. А из окна старой комнаты действительно видна беседка.

***

У Антона на полке на кухне стоит зелёный чай в пакетиках, а Арсений не хочет вылезать из мыслей. Сонный и растрёпанный, смеющийся над шуткой Антона и хмурящийся. В голове всплывают картинки, как он лежит на диване вверх ногами и задорно рассказывает очередную историю. Антон, кажется, влюбился и он плохо понимает, что делать дальше. Это непривычно, вот так сразу тонуть в человеке, которого он особо не знает, видел два раза и с которым переписывается уже вторую неделю. Но в то же время это затягивает, а в памяти снова глаза-океаны. Арс не выходит из головы, и у Антона чувство, как будто он снова в том летнем лагере, впервые по уши влюбившись в девочку из отряда, собирается пригласить её на медляк. Вот только он уже не ребёнок, а девочка превратилась во взрослого мужчину. Влюбленность только та же, безбашенная, летящая вперёд и невидящая никаких преград. Завтра пятница, и они снова договорились переночевать в лесу. Только теперь уже на целых два дня. Антон честно не помнит, чья это была идея, но он абсолютно точно рад. Шаст посмотрит на эту ситуацию завтра при встрече. Быть может он просто через чур романтизирует те ночёвки в лесу и всё это сейчас себе выдумал, завтра приедет, а там совсем не так, как рисует фантазия. Тогда и вся проблема решена, можно будет общаться, как друзья, и не волноваться на счёт скорее всего безответных чувств.

***

Проблема не решена от слова совсем. Она провалена по всем фронтам без шанса на спасение. В машину залезает чертов Арсений, и всё то, что надумал себе вчера Шаст, кажется теперь дурацкой сказкой на фоне тяжёлой реальности. Антон конкретно залипает на его чуть смущённую улыбку, растрёпанные волосы и глаза, как у того самого озера, где они были при первой встрече. Океаны, как звал их Шаст про себя раньше, совсем не подходят для описания этого цвета. Они тёмные и покрыты лёгким холодом того места, чуть недоверчивые, но всё равно ярко светящиеся своеобразным уютом. Океаны это слишком ярко и просто, для этой необычной души глуши, олицетворением которой являются глаза. – Привет. – неловко машет рукой Арс. – Привет, я соскучился, давно не виделись, – Антон смеётся и подмигивает, чтобы его заявление не воспринимали всерьёз. Вот только это чистая правда. Он соскучился. По голосу, глазам и разговорам вживую. По запаху чая, надкусанным яблоками и зефиркам, разбросанным по дивану в зале. Вот только говорить это он пока не собирается. – Ну что, гоним? – Вперёд, юный гонщик, вперёд. – Всегда к вашим услугам. – Антон заводит мотор, пока Арсений включает музыку. До дома добираются без происшествий. Там яичница, яблоки( и как они только не портятся?) и любимый чай. Они читают в старой комнате Арса. Ну как читают, Антон держит в руках открытую книгу и залипает на Арсения, который сейчас сидит за столом, поджав одну ногу под себя, и что-то делает на своём компьютере. В свете ночника и разноцветных лампочек гирлянды. С этим определённо что-то надо делать. Желательно быстрее, иначе Арс скоро точно заметит его долгие взгляды. Антон всё же решает почитать книгу дальше и засыпает спустя пару страниц. Сегодня ему ничего не снится.

***

Шаст просыпается на том же месте, где и заснул. Только уже в положении лёжа с пледом поверх себя. На стене тёплым светом горит гирлянда, а циферблат часов на столе показывает десять утра. Антон выходит в зал. Там спит Арсений, похоже снова без одежды. В доме жара, одеяло скомкано где-то в углу, открывая обзор на звёздное небо на плечах. Антон несмело трясёт Арсения за плечо. Тот поднимает затуманенный взгляд, и Шаст просто плавится от этого. Сонный Арсений засел где-то глубоко внутри Антона и заставляет мысли визжать от умиления. Кажется в этот раз мозг окончательно поплыл, поэтому с губ срывается то, что Шаст говорить явно не планировал. – Можно тебя поцеловать? – вот так просто и глупо. Арсений оживает, сразу же подбирается и смотрит настороженно. – Ты... серьёзно? – Прости, забудь, я с дуру ляпнул. – Шаст, погоди. Ответь честно, ты правда хочешь меня поцеловать? – и смотрит будто с надеждой какой-то. Быть может все неловкие касания и смех на тупых шутках это вовсе не галлюцинации. – Да, я правда хочу это сделать. – Мне кажется, что я... тоже. Арсений поднимается к Антону и несмело притягивает того за плечи, начиная осторожно целовать, как будто его могут оттолкнуть. Шаст лишь придаёт ему уверенности, усиливая поцелуй и кладя руки на талию, даёт понять: он его теперь никуда не отпустит. Нежность сменяется дерзостью и азартом, исходящим от Арсения. Антон чувствует себя той самой зефиркой из шкафа в пару метрах от них: хорошо, легко и спокойно. Их освещает утреннее солнце, и никто не сможет им помешать...

***

Остаток выходных проводят в объятиях друг друга и нескончаемых поцелуях. В субботу днём они снова выбираются на озеро. Лежат на берегу, едят бутерброды и громко смеются с шуток друг друга. У них вообще всё прошло легко. Без лишних слов и обещаний. Они теперь просто вместе и им х о р о ш о. Они вместе делают блины. Арсений смеётся с Антона, который сжигает к чертям первый блин, а Шаст в свою очередь подкалывает его на счёт комков в блине на сковороде. Негоже такому уродцу на свет появляться. Потом сам же этого уродца и съедает правда, но это совсем неважно. Арсений откуда-то достаёт банку варенья, а Шаст делает творог. В итоге выходит очень вкусно, весело и сытно. Блинов практически не осталось, но они и не нужны уже. Антон утверждает, что поцелуи после такого обеда ему особенно нравятся. Вечером они лежат на кровати в комнате, где Шаст ночевал в первый раз, под тихую музыку из радио и разговаривают, периодически срываясь на желанные поцелуи. Долгие и чувственные, где ничто не может помешать. Засыпают в обнимку, голая спина Арса упираются Антону в грудь, а их ноги переплетены. Тепло и спокойно. Сегодня им снится лето. Одному яркое солнце, зелёная трава и бескрайние поля. Там много цветов и венки из одуванчиков. Второй видит бескрайнее голубое небо с облаками в виде глупых фигур, мост, уходящий в такое уютное и почему-то уже как-будто родное озеро, васильки и громкий смех. С утра они просыпаются под стук дождя и ещё долго лежат в объятиях друг друга, не собираясь подниматься. У них есть ещё целый день и они потратят его правильно. Гром вдалеке, тёплый чай, и сами ребята, согретые друг другом. Спустя час они снова засыпают. Толкаются во сне, по очереди стаскивают одеяло, много ворочаются в поисках удобной позы, сталкиваются друг с другом и в конце концов забываются в найденном положении. Арс, упирающийся носом Антону в грудь и крепко обнимающий его за спину, и сам Шаст, обхвативший свою находку в желании укрыть. У Арса нога залезла на Антона, а у того они переплетаются с его оставшейся. За окном дождь утихает. Просыпаются под тихий звон будильника Шаста. Есть человек, мыслящий в компании. Он аккуратно вылезает из их общей кучей и идёт на кухню ставить чайник. Когда Антон возвращается назад с двумя кружками кипятка, вернее одного кипятка для своего хомяка, а другой разбавленный для себя, Арс, уже проснувшийся, сидит с наброшенным поверх себя одеялом и затуманенным взглядом. Антон его такого обожает и быстро целует в кнопку нос. Арсений фыркает и с благодарностью в глазах принимает свою кружку. За его милые фырчания Антон в один день назовёт его ежом, и пусть не удивляется. Быстро собираются, надевают сапоги их первой прогулки с цветочками и отправляются к машине. Шаст довозит Арса до дома. Прощальный поцелуй, и вот он уже скрывается в подъезде. А Антон разворачивается и едет в другой конец города. На душе счастье и покой.

***

Они встречаются. На улицах и в маленьких кафешках. В парках, скверах и на набережной. Гуляют до ночи, много общаются и ещё больше смеются. Целуются в углах и тихих местах пока никого нет и по очереди ночуют в квартирах друг друга. Арс называет Антона своим солнцем, признаваясь, что обожает, когда на нём жёлтые свитера и футболки. Он ассоциируется у него с летним ясным солнышком, освещающим энергией и своей широкой улыбкой. Каждые выходные они ночуют в лесном доме. Едят яичницу и пьют чай, по ночам танцуют под пластинки граммофона, покупают туда яблоки, ведь их испортились совсем недавно, порой сидят у костра и греют руки, зажаривая хлеб до хрустящей корочки. В один день Арс показывает Антону свою любимую коллекцию духов. Там много ароматов, и он думал, что над ним посмеются, но Шаст лишь попросил понюхать его любимые и долго оценивал обложки и формы флаконов. Антону кажется это довольно странным, но при этом забавным. Многие люди что-то коллекционируют, духи на фоне пуговиц и марок выглядят действительно классно и необычно. Всё в стиле его хомяка. Сам же Арс говорит, что очень любит разные запахи, Антон факты запоминает и просто складывает у себя в голове. Возможно он уже придумал подарок на новый год. Лес опадает и в ноябре окончательно становится голым. Арс учит играть Антона на гитаре, и Шаст думает, что скоро им придётся добираться сюда через сугробы.

***

– Шаст, почему ты тогда заблудился в лесу? – они снова в домике в лесу, лежат на кровати, пока солнце через окно приятно греет их сцепившиеся тела. – Да там интересная история вышла. – Антон усмехается и продолжает рассказ. – Тяжело было. У меня недавно друг близкий в другой город переехал, общаемся мы до сих пор, просто порой не хватает его. Посиделок вместе, мыслей его умных не через экран телефона, шуток тупых. А после этого и с девушкой разошлись. И хорошо, что так получилось. Она девчонка классная, зажигалочка и заводила. С ней скучно и плохо никогда не было. Всегда вытаскивали друг друга. А потом она просто пришла, сказала, что прости, Антох, но мы наверное всё. Она в другого тогда влюбилась. А я... Ну отпустил просто, а когда стал анализировать, понял, что и не грустно мне. Хорошо осознавать, что это когда-то было. Просто стало очень одиноко. Потом завал на работе и усталость постоянная, дома квартира пустая и поговорить особо не с кем. Попался на глаза пост дурацкий, что поорать в лес, когда тяжело, это круто и поможет. Вот поехал кричать. Оры не помогли, а вот домик этот и хозяин его ещё как.– Антон улыбается, перебирая волосы на макушке Арса. – А сейчас легче? – Да, я в твой дом зашёл и под вечер уже не так фигово себя чувствовал. Теперь ты есть, смешной и уютный. Вроде умный, взрослый и ответственный, но с ребячеством своим и огромной и непредсказуемой планетой в голове. Дом этот тоже как-будто отдалённый от проблем и ненужных вопросов, где просто хорошо. Я сейчас им пропитался насквозь и у меня на душе уют. – Вот и отлично. – Арс обнимает сильнее и снова зарывается головой в Антона. Шаст перебирает пряди волос, а недавние проблемы кажутся маленькими и нелепыми по сравнению с тем, что он нашёл.

***

К концу осени Арс становится угрюмее, часто раздражается, спорит и порой срывается на Антона. Он всё чаще выглядит сонным, даже по ночам, когда случается пик его активности. И если раньше Антон любил его такого, то сейчас становится просто страшно. Шаст не понимает, что происходит, поэтому в один день просто спрашивает на прямую. – Арс, что случилось? – Ничего,– он подбирается весь, а потом будто сдувается и выдаёт на одном духу. – Мы не сможем видеться зимой. – Что? Почему? – Шаст в конкретном таком афиге. – По работе уезжаю, там инета не будет, далеко. – Арс тупит взгляд и весь уходит в себя. – Если хочешь, можем расстаться. – Хомяк, стой, какое расстаться? Какая работа? Ты же на удалёнке. Скажи мне, пожалуйста, правду, я честно попытаюсь понять, что не так. – у Шаста в голове тысяча мыслей смешались от страшных долгов или криминальщины до простого « ты мне больше не нужен». – Погоди, ты просто хочешь расстаться. Я тебе... надоел? Арсений в лице меняется, смотрит растерянно и непонимающе. Потом, кажется, мысль доносится до затуманенного разума и на Антона сыпется неконтролируемый поток отрицаний. Это немного успокаивает. – Я просто уверен, что ты не поверишь мне. – Да ладно, не сказки же ты мне будешь рассказывать. – Арс на этой фразе фырчит, а потом выдаёт, как ни в чём не бывало. – Я оборотень. Превращаюсь в ежа и всю зиму провожу в спячке. Не всю жизнь, это обычно длится от трёх лет до пяти-шести. В нашей семье по наследству передаётся, у отца четыре года было. У деда шесть лет. Я думаю у меня немного будет. Три года уже прошли. Никто не знает из-за чего это, быть может нас всех просто прокляли, но там уже хрен поймёшь. Это несильно мешает жизни, но нехило так её меняет. Антон думал, что готов ко всему, но это явно было ошибкой. С одной стороны всё это звучит, как чистый бред, и время рассмеяться и попросить рассказать реальную ситуацию. С другой стороны вспоминаются его ночной режим, громкий топот босиком, постоянное хомячество, плохое зрение, но невероятное обоняние и слух. Антон вспоминает, как один раз они пили пиво, и Арс отказался от добавки, хотя было видно, что ему хочется ещё, может быть в этом всё и дело. Огромная коллекция духов и любовь к сигаретному дыму Шаста. А ещё вспоминается фырчание, за которое мысленно он уже давно был ёжиком. Но всё это кажется таким бредом, что Антон просто некоторое время молчит. Не бывает, и всё тут. – А можешь как-нибудь это доказать? – Арсений выглядит удивлённым и радостным одновременно. – Я могу превращаться по желанию, но это тяжело. Обычно не экспериментирую особо, но это происходит само во время спячки. Сейчас попробую, спасибо. Антон всё ещё в шоке, но через пять минут, когда перед ним появляется ёжик, он окончательно теряет связь с реальностью. Шаст аккуратно берёт его в руки. Мех у ежа тёмно-коричневый. Антон аккуратно гладит живот, после чего получает у себя на коленях маленьких клубок иголок. Через время он раскатывается и тычется носом ему в руку. Шаст аккуратно гладит Арсения(?) и боится шевелиться. Ёж жмётся к нему и выглядит таким милым, что Антон вспоминает детство, как в один раз затащил одного такого к себе на ночь. В тот день никто в их доме не уснул. Спустя минуту на коленях снова оказывается Арс, и Антон прижимает его к себе. Кажется, он действительно верит. В эту ночь они засыпают в объятиях друг друга.

***

– У ежов спячка начинается в октябре и длится до начала апреля. – Арс сидит в восторге, потому что Антон реально ему поверил и сейчас расспрашивает его обо всех особенностях всей этой фигни. – Но так как я больше человек, чем еж, у меня это всё начинается в середине декабря и заканчивается в последние дни февраля. – А ты уверен, что в этом году у тебя будет спячка? Ты же уже три года спал, может тебе повезёт. – Нет, так как я всё ещё чувствую ежа внутри себя. – Это ты про ночной ритм жизни, плохое зрение, фырканье и так далее, тому подобное? Фырчишь ты кстати клёво, мне всегда нравится. – Арсений улыбается от уха до уха. Он вообще, когда решился впустить в дом совершенно незнакомого ему человека, не думал, что всё это обернётся именно так. Просто тот выглядел промокшим до костей, трясущимся от холода и с невероятно грустными глазами. Арсений вообще еле проснулся тогда, потому что крепко заснул под капли дождя. Вот только его всё же смогли разбудить, и пришлось в срочном порядке думать, что делать дальше. Вещи для нежданного гостя нашлись быстро. Свитер он тогда вообще закинул случайно, чтобы потеряшка, как он тогда прозвал Антона, мог согреться. Основной задачей на тот момент было приютить, утеплить и накормить. Когда он зашёл звать Антона поесть, тот уже успел задремать. Это отогнало мысли Арса на счёт маньяка и даже заставило тогда улыбнуться, хотя он всё ещё не доверял и был настороже. Вот только, когда его потеряшка со смущённой улыбкой в ярко-жёлтом свитере начала непринуждённо рассказывать о себе во время чаепития в зале, Арсений немного завис. Антон был довольно неловким и милым, хотя такую оценку он даёт в последнее время только детям. Может быть дело в том, что Шаст сам был похож в каком-то роде на ребёнка, и сначала Арс даже задумался тогда над его возрастом. Хотя дальнейший рассказ о том, что тот инженер со стажем прогнал сомнения на этот счёт. Он узнал, что Антон любит собак, но не решается завести из-за того, что не вывезет, как он сам тогда сказал. Послушав его ещё чуть-чуть, Арс был уверен, что это не так, но спорить уже не имело смысла. Антон рассказал, что любит слушать музыку, есть шоколадки и фотографировать. Сделанные снимки он обычно собирает в одну огромную папку на компьютере, а самые любимые печатает и развешивает по квартире. Антон любит играть в приставку и наблюдать за миром вокруг себя. Он рассказывал смешные истории про своих знакомых, друзей и коллег, заставляя Арса смеяться до боли в животе. Он ярко улыбался, смеялся громко и обязательно заваливался то на диван, то на самого Арса. Шаст вообще довольно часто напоминал ребёнка своими искорками в глазах и весёлой искренностью. Если не смотреть на порой мелькавшую в его взгляде грусть, задумчивое выражение лица, когда он курил на беседке, (Арс тогда удерживал себя от того, чтобы не встать под запах дыма полностью, потому что сам не курит, а природная его сторона такое обожает, для защиты кажись) и похожие моменты, то казалось будто у него нет проблем. Он в тот день отказался рассказывать, как заблудился и что вообще делал в лесу. Арс тогда закусил язык, чтобы не показаться навязчивым. Антон распалял и заставлял отпускать нервозность и недоверие. Хмурость сменилась улыбкой, а спустя некоторое время Арс сам не заметил, как рассказывал о себе уже час. Причём так открыто и без страха, что что-то пойдёт не так. Шаст напоминал солнце, и Арс уже не желал, чтобы тот поскорее смотался. Хотелось завлечь, понравится и произвести впечатление. Ночью он активнее, чем днём, поэтому немного удивился, когда увидел, что Шаст заснул, сидя на диване. Посмотрев время, Арсений удивился, что вообще начал поддерживать разговор. Теперь ему казалось, что утром над ним обязательно посмеются и скажут, что вся ночная доброта и открытость была шуткой, а Арсений дурак и повёлся. Что-то, что ему нравится это глупо и неправильно. Кажется, он слишком давно не доверял людям. Засыпал Арсений, долго ворочаясь, в тот день ему ничего не снилось. На утро он тогда проснулся от легкой встряски. Подняв взгляд, Арс заметил над собой Антона. Недоверчиво и всё ещё сонно морщась, он слышит странное прозвище и будто собирается весь. Вроде ничего такого он не говорил, а слова кажутся насмешкой. Вот только ответ Антона и улыбка на всё лицо веселит и выгоняет сомнения из головы. Не может это солнце насмехаться над людьми. Арсений сразу же оживляется, включается в беседу и улыбается в ответ. Вот только пока сам Антон не видит, залипает в стену и не понимает, как так быстро подпустил. С Антоном хорошо, они гуляют весь день, он довозит до дома, а потом всё же спрашивает номер. Глубоко в душе Арс этого ждал, но и боялся, потому что если скажет, то уже не отвяжется. Просто прилипнет, а что дальше делать с тайной под боком, которая довольно скоро всплывёт наружу, остаётся под вопросом. Арс делает шаг в пропасть и даёт свой номер. Когда они переписываются, и он получает фотки со станций и подстанций, а также самого Антона, улыбчивого и яркого, Арсений понимает, что пропал. Что делать дальше не понятно. Но он соглашается на встречу, где открывает себя ещё больше и пропадает сам в фибрах чужой души. Из дома уезжать не хочется, хотя обычно Арсений сбегает оттуда со скоростью света. В какой-то момент чай, коллекция пластинок, куча растений и зефирки перестали спасать от понимания того, что он несколько неправильный, и этот дом – прямое тому доказательство. Он будто и не помнил о существовании места, в котором когда-то души не чаял. Особенно Арс любил летние дни, проведённые здесь в детстве. Кругом успокаивающая зелень, солнце, выглядывающее из-за веток, и тишина необъятная. Подростком он катался по лесным дорогам на мотоцикле, а когда стал взрослым забыл о этой даче. Проклятие вернуло сюда спустя много лет, но из-за него же не хотелось тут находится от слова совсем. Арсений сам не знает, зачем приехал в их первую встречу в этот дом. Его просто сюда тянуло, кто же знал, что всё обернётся именно так. Когда Антон спросил разрешения на поцелуй, Арс конкретно завис. Сначала он подумал, что всё ещё спит, но быстро отбросил эту мысль. Затем показалось, будто его рассекретили, вот только смеяться над таким, Шаст бы не стал. Всё ещё сонный и ничего не понимающий Арсений переспросил, а увидев смущение и испуг, быстро зашевелил мозгами. Получается, что мечты действительно сбываются. Арс быстро ориентируется в ситуации и сам тянет Антона на себя. Он ждал его две недели, а казалось будто целую вечность. Отношения с Антоном комфортные до жути. Он обожает гулять с ним, ходить вместе в кино и засыпать в его огромных и сильных объятиях. В какой-то момент, показалось, что скоро он всё потеряет. Стал подозрительнее и более нервным. Везде видел подвох и упрек. Когда рассказывал свою тайну, душа уходила в пятки, и мозг бил красный код. Арс решил, что когда ему скажут, что это глупость, он просто превратит всё в шутку. Вот только Антон не вызвал психушку, не назвал сумасшедшим и не попросил перестать выдумывать. Он действительно задумался, а потом просто попросил доказательств. Непонятно, на что он рассчитывал, но, увидев его второе обличье, не ушёл, а остался рядом. И вот он сидит и спокойно расспрашивает Арсения на счёт всей этой непонятной фигни. Он действительно верит и готов ждать, сколько понадобится. С каждой встречей Арс пропадает в нём всё больше и больше. Кажется он слишком давно не был в таком комфорте, находясь вместе с одним человеком. – Именно. Пока я могу превращаться в ежа, активнее ночью, чем днём и люблю сигаретный дым с коллекцией духов, я буду впадать в спячку. Я чувствую вторую половину себя внутри и пойму, если что-то произойдёт. Если всё это прекратиться, то значит, что ёж умер. Но со мной останется плохое зрение, привычка фырчать и коллекция духов. Возможно режим станет лучше. А запах сигарет скорее всего вновь будет отталкивать. Раньше курил, сейчас не люблю это всё. Повисает тишина. Каждый задумался о чем-то своём. – А если пропадут спячки и все эти особенности, то ты больше не сможешь превращаться в ёжика? – Нет, это работает только эти года. – Можешь сейчас обратиться? – Зачем? – Не знаю, хочу, чтобы ты полежал на мне, свернувшись. Арсений краснеет, что-то бубнит себе под нос. И вот перед Антоном на полу стоит ёж и фырчит. Одежда валяется рядом, а обернувшись обратно, он останется голым. Это Шаст уже запомнил из прошлого превращения. Вообще в это верится с трудом, и Антон до сих пор не уверен, не очередной ли это сон зелёного дома. Но нет, прямо на нём лежит колючий клубок и тихо фырчит ему в грудь. Так спокойно, и все проблемы и вопросы уходят в никуда.

***

– Ты уверен, что всё нормально, точно? – Ёж, спокойно. Ничего не случится за два с лишним месяца, обещаю. А если и случится, то ты об этом узнаешь. Я не кину тебя. – Ага, хорошо, спасибо. У Арсения на днях начинается спячка, уже середина декабря, и они вместе приехали в зелёный домик. Пробираться пришлось через сугробы, потому что тот ярко-жёлтый лес их знакомства опал и успел покрыться снегом. У Антона в голосе уверенность и непоколебимая убеждённость в себе. У Арса свобода от работы, сонливость, а также куча страхов и мыслей в голове. Этот вопрос единственное, что он позволяет сам себе выплеснуть, потому что Антон не должен думать, что тот в нём сомневается. Вот только Арсений действительно не уверен, и предпочитает молчать и нервно заламывать пальцы. Потому что два с лишним месяца большой срок, и за это время может произойти много всего. Тем более с условиями Арса. – Приедешь, хорошо? Мне правда важно. И не заезжай сюда до момента, когда я буду просыпаться, пожалуйста. Я не хочу, извини. – Так, ты не извиняешься, и приеду конечно, что за вопросы. Не переживай, пожалуйста, Арс, я правда рядом. Если что звони. Арсений целует на прощанье как-будто дорвался: долго и с некой грустью. Обнимает сильно и получает отдачу в ответ. Антон уходит раньше, потому что Арс так попросил. Его ёж заснул на следующий день, чтобы проснуться уже в новом году.

***

Арсений чуть поднимается и осматривается по сторонам. Он уже превратился обратно, это всегда происходит в последние дни спячки. Из-за штор выглядывает яркое солнце, а в доме стоит жара. Арсений потягивается и заваливается обратно на кровать. Чужого присутствия не слышно, но в доме тепло, а это значит, что кто-то его разогрел. Форме ежа это не нужно, а вот он человек в этом нуждается. Значит Шаст скорее всего в доме. Арс очень надеется, что именно Шаст, а не младшая сестра, номер которой он дал на всякий случай. Сердце радостно подскакивает, когда он видит Антона на диване в зале. На его одежду падают солнечные лучи, на груди лежит раскрытая книга, а рот смешно приоткрыт. Арсений счастлив и немного голоден. Но это может и подождать. Он с радостью заваливается на Шаста, а тот лишь пыхтит под ним и ни в какую не просыпается. Когда в обиход идут щипки, Антон морщится и открывает глаза. Они у него как трава на солнце в летнем лесу. Не то зелёные, не то болотные. Арс в них тонет и признаёт своё поражение. Этот оттенок можно долго рассматривать и каждый раз находить новые крапинки. Походу цвет действительно болотный, потому что Арсений вязнет в этой тине без единого шанса на спасение. – Проснулся. – Антон улыбается. Когда он уходил отсюда в начале зимы, то просто не осозновал , что его ждёт впереди. А там снова была пустая квартира, одиночество и отсутствие Арсения. Шаст даже не задумывался, как же его будет не хватать. Его улыбки, смеха, объятий и глаз. Их диалогов, совместных прогулок и поездок в дом, зелёного чая, сказочных снов и успокаивающих растений кругом. Всё снова стало блеклым и серым. Спустя время Арс стал стираться, его и домика в лесу как-будто не было. Захотелось поехать туда и удостовериться, вот всё на месте, хватит выдумывать. Но Шаст свои обещания держит. Закапывается в работе, фильмах, сериалах и книгах. В других мирах и вселенных, просто пропадает. Новый год проходит в гордом одиночестве под старые фильмы на телевизоре, мандарины, яркие гирлянды и бесконечные салюты за окном. Январь тянется бесконечно долго. В середине месяца ему написала сестра Арсения, уточнить, точно ли он приедет в указанные дни в дом, и предложила встретиться. Антон с радостью ныряет в новое знакомство, находя в ней интересную личность с задорной улыбкой и крутыми историями, в которые она уже хочет втянуть Антона. Танцевать на сцене в баре Шаст явно планировал когда-нибудь не в этой жизни, но... Кто знал, что девушка окажется такой упорной в своих завлечениях. Февраль пролетает стремительно, и не успевает Антон глазом моргнуть, как уже берёт выходные на дни, когда должен очнуться Арс. Он едет в дом с горящими глазами и парящим сердцем с флаконом духов в кармане. Не замечает высоты сугробов, красоты вокруг и просто летит к дому. При входе сразу же включает отопление и бежит в комнату, где спит Арс. Там пока просто ёжик, но на душе становится так хорошо, что неважно уже вообще ничего. Спустя два дня, Арсений превращается обратно в человека. Он закапывается в одеяло и морщится во сне. Антон хочет уже быстрее смести его в свою охапку, но пока просто целует в нос и уходит из комнаты. Дом действительно успокаивает. Антон и не замечал, как сильно был напряжён, пока не приехал сюда вновь. С души будто падает камень, и все проблемы улетают куда-то далеко в другие миры. Он слушает музыку, читает и просто спит в тихой обстановке дома, и впервые за последние месяцы чувствует себя свободно. Когда его кто-то щипает в бок, он улыбается во всё лицо, не смотря на боль, и не может осознать, что дождался. Вот на нём лежит его любимый ёж и улыбается ему так тепло и радостно, что Антон готов взлететь от счастья. Он сгребает Арса в свою охапку и целует долго, не отпуская. Они лежат так минут пять, пока только что проснувшийся не сбегает на кухню поедать весь закупленный специально для него холодильник. После спячки ежи много едят. Антон лишь умиленно смотрит, как Арсений ест, не переставая, весь день без перерыва. Перед сном он целует своего ежа и, кажется,не может отпустить из своих объятий. – Теперь ты никуда не денешься. – До следующей зимы я весь твой. Сегодня им снится расцветающая весна и первые подснежники. Они наконец-то дорвались друг до друга.

***

– Арс, я тебя умоляю, не надо. – Антох, я тебя умоляю, иди сюда. Шаст в принципе не жалеет, что согласился на пикник на озере с Арсом, но его упорные попытки затащить Антона прыгать с колёс действительно пугают. Тут мелко, скользко и улиток в них миллион. Нафиг оно ему надо? – Антон, бомбочкой, давай. – говорит и скрывается под водой, кажется Шаст скоро его сам потопит. В итоге он всё же прыгает и стыдно признавать, что ему понравилось. С конца спячки прошло полгода, и сейчас они купаются на том самом озере знакомства. У Антона в волосах венок из одуванчиков, а в глазах счастье и трава леса, как говорит Арсений. У самого там скрылось и небо, и озеро это летнее, и те голубенькие цветы на полянке у их домика. Долго целуется на расстеленном пледике на пляже, они сейчас одни друг для друга во всём этом огромном лесу. – В твоих лапках держится мой мир. – Шаст, не неси ерунды. – Арсений с красным лицом затыкает его поцелуем, но оба прекрасно понимают, что он не врёт. С приходом их в жизни друг друга мир стал ярче и будто проще. Озеро рядом лишь тихо хоронит в себе ещё одну тайну.