Послушание

С губами, потрескавшимися от морской соли,

Преследуемый пиратскими кораблями,

Разорванный между континентами Мужчина

Что я могу сделать для тебя?

      Что с ним делает эта невероятная женщина? Почему он желает её так сильно?       Эту женщину, что стоит перед ним в тусклом отблеске пламени свечи и медленными изящными движениями снимает с себя одежду. Она не смотрит на него, но он знает: его взгляд ощущает всем телом. Воздух тяжёлый, осязаемый, густой. Дышать нелегко, будто тонешь.       Как же сильно он любит её. Как жаждет. Как хочет коснуться. Но сегодня власть над Седьмым Хокаге полностью в её руках. И она играет с ним подобно хищнику, загоняющему жертву. Манит, сжимает в удушливых объятиях, а после резко отпускает. И продолжает наслаждаться реакцией.       Ему тоже нравится эта игра.       Саске сбрасывает с себя футболку, всё ещё не глядя на мужа. Пламя свечи едва колеблется, реагируя на её движение.       Она проводит пальцами по обнажённой груди. Дразнит твердеющие соски, облизывает сухие губы. И избегает сталкиваться с Наруто взглядами. А он ловит каждое её движение. Жадно, неотрывно. Словно мир рухнет, отведи он глаза.       

Путешествующий

От разбросанности к разбросанности,

Терпящий крушение в чернильных волнах, Распятый на листе бумаги Ты нужен всем диктаторам третьего мира Что я могу сделать для тебя?

      Что с ним делает эта невероятная женщина?       Наруто замирает, когда ее ладонь обводит грудь. Скользит по животу, цепляя резинку пижамных штанов. Стоит протянуть руку — и он сам сможет её коснуться. Будто прочтя его мысли, женщина вскидывает тёмные глаза.       — Разве я позволяла тебе даже думать про это, Наруто?       Она с такой особой интонацией произносит его имя, что всё его тело реагирует. Наруто ёрзает на кровати. Она опускает взгляд, с удовольствием наблюдая, как твердеет его член. Муж полностью обнажён, что позволяет Саске наслаждаться зрелищем. Довольная улыбка касается губ, и она плавно двигает бёдрами, избавляя себя от пижамы.       На ней нет белья.       Наруто сглатывает. Саске вся перед ним — та, которую он изучил наизусть. Руки сводит от желания коснуться. Но она не позволяла. А ему хочется быть покорным.       

Как в рану

Войти хочу в твою открытую сорочку,

Стать частью нервности твоей,

И обморока,

И прекрасной смерти

      Саске отвлекается от мужа, занятая собой. Ладонь скользит по животу, проходится по застарелым шрамам. Наруто мельком думает: нет ли там тех, что оставил он сам? Прикусывает губу.       Саске дразнит. Ведёт по внутренней стороне бедра. Бледная кожа в свете свечи кажется невероятно красивой. Наруто сходит с ума от этой женщины. Что она сделала с ним?..       Она возвращается к груди. Обхватывает округлости обеими руками, глядя прямо в глаза мужа. Наруто может только мечтать, как касается её сам. Как его губы обхватывают сосок, как он кусает, вырывая из горла Саске стоны. Он не думал раньше, что может желать её так сильно.       Пальцы женщины цепляют соски, и она тихо выдыхает. Неторопливо поглаживает их. Прокручивает между подушечками. Касается после совсем невесомо. Распаляет саму себя под жадным взглядом мужчины напротив.       Она не знает, отчего больше возбуждена: от собственной тягучей ласки или от того, как Наруто смотрит на неё. А может, оттого, что он подчиняется ей? Главный человек Конохи — весь в её власти. Не смеет касаться потому, что она того пожелала. Он сделает всё, что она скажет.       Это неимоверно заводит — Саске не привыкла лгать самой себе. Пусть и пользуется она этим только в постели.       Продолжая играть одной рукой с грудью, вторую она доводит до лобка. Оглаживает медленно, нарочно ведя ниже неторопливо. Но после смотрит на мужа, нахмурившись.       — Я не позволяла тебе трогать себя.       Наруто смотрит на неё с немым вызовом. Но покорно убирает руку от члена. Саске прикусывает губу. Она хочет его — жаждет так же сильно, как он. Но ещё рано.       Пальцы собирают влагу со складок, растирая. Саске сдерживает стон, с наслаждением наблюдая за реакцией мужа. Касается клитора, шумно выдыхая. Наруто сжимает ткань покрывала. Но не действует. Сейчас ей нравится, какой он послушный. Видеть его таким непривычно. Впрочем, он сам согласился на такие правила.       Она знает: он сделает что угодно.       В текущей позе не слишком удобно дразнить что его, что себя. Саске подтягивает к себе стул, развернувшись к мужу спиной, становится на мебель одним коленом. Медленно, томительно медленно вновь проводит пальцами внизу, раздвигает ноги чуть шире. Без стеснения ласкает себя. Показывает ему, как ей хорошо.       Палец входит внутрь слишком легко благодаря обилию смазки. Она добавляет второй и уже не пытается сдерживать стонов. Ей кажется, будто под взглядом Наруто она может кончить за пару движений. Тело будто пылает. Требует разрядки. Всё внутри ноет и кричит от истомы.       Саске прогибается в спине, ускоряя толчки пальцев внутри. Резко, глубоко, горячо… Она цепляет второй рукой клитор, ощущая себя слишком возбуждённой. Что тому виной — жадный взгляд мужа и его прерывистое дыхание, собственные фантазии, возможность обладать самим Хокаге? Саске не знает и не хочет сейчас думать.       Она действительно достигает оргазма слишком быстро. Всё тело содрогается, мышцы внутри сводит. Несмотря на непродолжительность стимуляции, разрядка на редкость сильная. Саске позволяет себе простонать в голос. Чёрт возьми, она не думала, что это может настолько её завести. Учиха хватается рукой за спинку стула так, что несчастная мебель хрустит под пальцами. Спустя минуту с трудом выпрямляется, игнорируя дрожь в ногах, и поворачивается к мужу.       

По краю вызова с тобой

Хочу дойти до дна безумия

До женственности дна

      Наруто сам не знает, на какой ещё воле держится. Саске поворачивается и подходит к нему. Смотрит требовательно, и Риннеган мерцает в темноте ночи.       — Открой рот.       Он подчиняется. Она требовательно подносит к нему пальцы, и он проводит по ним языком, ощущая солоноватый вкус. Обхватывает губами, прикусывает. И, забывшись, хватает её за запястье.       Саске хмурится. Отдёргивает руку и произносит недовольно:       — Как же так, господин Хокаге? Мы ведь договорились: не трогать, пока не позволю.       — Саске…       — Молчи, — она накрывает его губы ладонью. Ухмыляется и, открыв тумбочку, извлекает оттуда шёлковую ленту и презерватив. Наруто вскидывает брови, удивляясь странному сочетанию. — Ты наказан, Седьмой. Давай сюда руки, раз не можешь контролировать.       Наруто без вопросов подчиняется вновь. Жена отпихивает его на подушки, придирчиво осматривает. Кивает сама себе и, хватая за руки, привязывает запястья к изголовью кровати. Обоим очевидно: появись у Наруто желание, он легко избавится от этого «препятствия». Но суть не в этом. Саске знает: он не сделает сегодня этого без её позволения.       — Почти поверила в твою силу воли, добе, — бормочет она, склоняясь ближе к нему. Длинные волосы щекотнули его щёку. — Но ты всё равно хорошо справился. Даже дрочить не стал, как я и велела.       Пальцы проходятся по его груди, ногти слегка царапают. Он тихо стонет: тело стало настолько чувствительным, что реагировало на незначительную мелочь. Саске обводит языком сосок и прикусывает, заставляя мужчину под собой вздрогнуть. Вынуждая вновь пропустить стон сквозь зубы.       Как же он легко заводится рядом с ней. Саске всегда это поражает. Кажется, он готов всегда и везде. И безумно льстит, что только она вызывает подобную реакцию.       Когда-то ей было сложно поверить, что Наруто настолько любит и желает её. Его нелепые ухаживания того не подкрепляли. Но он не отступал. Никогда. И это восхищает Саске до сих пор.       Учиха часто слышит разговоры среди женщин. Жалуются на бесполезных мужей, не проявляющих ласки. На отсутствие секса. На холод друг к другу. На пропавшие чувства. Прежде ей было страшно, что семейная жизнь испортит их с Наруто так же. Но за плечами двое детей, долгие годы вместе, совместный быт. А они желают друг друга так же, как и когда им было по двадцать. Их любовь не угасла, разгоревшись лишь сильнее. Саске и подумать не может, что когда-то скажет о нём, что он бесполезный. Что не испытывает к ней чувств. Что он охладел. Это невозможно.       Саске скользит пальцами по животу мужа, с удовольствием ловя каждый его резкий вздох, каждый стон. Но может ли она ему так легко простит неподчинение?       — У меня есть новое поручение для тебя, господин Хокаге, — она улыбается, задерживая на себе его взгляд. — Ты ослушался меня. А потому — никаких стонов. Ослушаешься — я остановлюсь. И останешься неудовлетворённым. Понял?       Он кивает, хотя по лицу его Саске понимает, что Наруто в себе сомневается. Довольная улыбка так и не сходит с её губ.       Она наконец обхватывает ладонью твёрдый член, сползая чуть вниз. Наруто выдыхает беззвучно, опуская взгляд на собственный возбуждённый орган. На жену, которая дразнит его медленными движениями вверх-вниз. Горячие губы касаются живота, и Узумаки дёргает руками. На мгновение Саске даже кажется, что он сейчас выломает изголовье.       — Замена кровати не входит в мои планы, усуратонкачи, — она смотрит на него строго. — Будь аккуратнее.       Он сжимает губы. Саске усмехается его недовольству. Кажется, он сам уже жалеет, что согласился её слушаться. Видели бы АНБУ, насколько Седьмой может быть послушным. Впрочем… это только для Саске. И она не планирует делиться таким Наруто с кем-либо ещё.       — Если будешь хорошим Хокаге, получишь награду, — вкрадчиво шепчет она. Спускается ниже, скользит грудью по члену. Наруто невольно подаётся бедрами навстречу. — Главное — не кончай сразу, — добавляет женщина, оставляя поцелуй на животе супруга.       Саске не спешит. Проводит пальцами по головке, пачкаясь смазкой. Растирает её по длине члена. Лукаво смотрит на Наруто, а после касается кончиком языка. Сначала по головке лёгким дразнящим движением… Потом обводит проступившие венки. Заменяет язык губами. Обхватывает у основания — крепко, заставляя мужа дёрнуться. Знает, что в таком состоянии он кончит быстро. Сама его довела до предела. Но Саске ещё хочется поиграть с ним.       Губы обхватывают головку, плотно, с жадностью. Наруто приоткрывает рот, но не позволяет стону вырваться из горла. Комната наполнена лишь звуком его дыхания. Саске дразнит. Ласкает головку языком, пока пальцы проходятся по остальной длине. Проводят по яичкам, поглаживая.       Она слегка цепляет ногтями его бедро, оставляя всполохи царапин. Он любит это. И они мгновенно заживают. Наверняка Курама будет ворчать что-то о том, что ему «надоело терпеть грёбанные случки каждый день». Пусть помучается, дрянная лиса.       Наруто кусает губы, но не произносит ни звука. Ему кажется, будто он сходит с ума. Все ощущения сосредоточены на Саске. На том, как горячо и тесно у неё во рту. На том, как язык проходится по члену, а пальцы помогают, усиливая ласку. На том, как хочется дать телу долгожданную разрядку. На то, как хочется хотя бы стоном дать понять, как ему хорошо.       Но тогда всё кончится слишком быстро.       Он слабо дёргает руками, пытаясь отвлечься от неистового вожделения. Ёрзает на постели. Прямо сказать: попытки безнадёжны. Жена точно знает, как доставить ему томительное удовольствие.       Саске выпускает член изо рта и проводит языком по всей длине. Касается губами яиц, заставляя дрожать. Наруто не знает, отчего больше возбуждён: оттого, что эта прекрасная женщина творит с ним, или от осознания, что он в её власти. Человек, раздающий приказы, подчиняется воле жены. Он, который мог бы велеть ей…       Резкий укус вырывает из мыслей. Он едва сдерживает вскрик — боль смешалась с удовольствием. Этот коктейль выбивает из колеи. Саске хмыкает, проводя языком по внутренней стороне бедра — где красуется след её зубов.       — Ты молодец, — улыбается она, поднимаясь и возвышаясь над ним. — Слушался меня. Но чтобы получить награду, надо ещё немного постараться.       Саске склоняется так, что её грудь оказывается перед его губами. Он дёргается, уже понимая, что она от него хочет. Но вспоминает: она не позволяла ничего делать. Потому смотрит на нее, ожидая разрешения. Учиха довольно усмехается, а после произносит:       — Целуй.       И он целует. Играет с соском языком, всасывает, дразнит касаниями губ. Саске прикрывает глаза, и её дыхание сбивается. Тихо стонет, когда он усиливает давление языка. Когда губы обхватывают плотнее. Она буквально сидит на нём сверху, поддаваясь возбуждению, и её смазка размазывается по его животу.       — На… Наруто… — зовет она тихо, отстраняясь.       Взгляд мужа осязаем и заставляет дрожать. Саске едва ли сама может терпеть. Она тянется к презервативу, брошенному рядом. Разрывает упаковку и одним движением раскатывает контрацептив по члену мужа. Тот вновь дёргает руками.       Наруто хочет её коснуться. Это подобно муке — видеть её, чувствовать, но не иметь возможность дотронуться. Саске смотрит внимательно. Будто знает обо всём, что творится в его душе. Хотя так и есть.       — Мой Хокаге прекрасно справился со своей задачей. Теперь он может получить награду, — шепчет она, одним движением развязывая его руки. — Коснись меня, Наруто.       Она сама хватается за его запястья. Укладывает ладони себе на щёки, и он тянет её на себя. Целует с жадностью, почти животной страстью, но она охотно поддаётся. Ёрзает по его члену, желая скорее ощутить тот внутри. Она сама не понимала, насколько ей нужны его касания. Насколько привыкла к ним и насколько их хочет.       Он не отрывается от губ, но спускает руки на бёдра жены. Сам трётся об неё, дразня. Но после, помогая себе рукой, толкает член внутрь. Саске блаженно выдыхает прямо ему в губы, с наслаждением тянет стон. Доводя обоих до исступления, она даже не думала, насколько будет приятен этот момент. Как невероятно ощущать его внутри.       Она чувствует его желание. Знает, как хочется ему быть резким, даже грубым. Но Наруто всегда относится к ней как к хрупкой вещи. Будто Саске могла сломаться от незначительного движения. И потому он тянет её на себя так медленно, что ей самой впору закричать от сводящего с ума возбуждения. Вместо этого она кладёт руки ему на плечи, резким движением садясь на него целиком. Он вздрагивает. Хриплый стон вырывается изо рта.       — Я не стеклянная и не фарфоровая, усуратонкачи… — шепчет она в его губы. — Не хрупкая…       — А какая?.. — взгляд его подёрнут поволокой вожделения. Он обхватывает её руками за талию, вжимая в себя. Словно она могла исчезнуть. Словно была его сном.       Глупый вопрос заставляет улыбнуться. Как же она любит этого дурака… Дурака, который печётся о ней, даже доведённый до неукротимого желания. Не смеющего идти на поводу инстинктов.       — Твоя, — отвечает она, касаясь чужих губ поцелуем. Нежным, полным любви. — Навсегда.       Его объятия становятся только крепче. Но лишь на мгновение. После он валит её на постель, подминая под себя. Хватает за бёдра, подтягивая к себе, и плавным толчком входит вновь.       Саске вцепляется ему в плечи. Выгибается и что-то безотчётно шепчет. Просит не останавливаться — словно он собирался. Подтаскивает его за затылок ближе, кусает за губу, а после целует. И пытается вобрать в себя как можно глубже. Ощутить его целиком.       Горячие губы обжигают шею. Укусы до синяков срывают стоны с пересохших губ. Саске плавится в этих чувствах. Сжимает до боли в пальцах постель под собой. Ей хочется ещё и ещё. Чтобы это удовольствие никогда не кончалось. Наруто — весь её мир здесь и сейчас.       Разгорячённый воздух опаляет лёгкие. Заставляет теряться в себе. Утопать в удовольствии, которое ей дарит человек, которого она так безумно, отчаянно любит. Сладкий дурман окутывает сознание.       Поцелуи смешиваются с укусами. Определённо, завтра она выскажет ему всё, что думает по поводу новых синяков на своей коже. Подобно зверю он отмечал её, показывая, чья она. Будто никто не знал…       Она никогда не признается, что ей это нравится.       — Н-наруто… — она повторяет его имя раз за разом, мантрой, не отдавая себе отчёта. Что-то шепчет, изгибается, сходит с ума. Хватается за него, оставляя царапины. Знак принадлежности ей.       Дыхание мужа щекочет кожу. Он скользит ладонью по её телу, движения его порывисты, что даёт ей понять: он уже близок.       — Ты должна быть первой, — доносится до неё, а после она ощущает, как пальцы обводят клитор, массируют круговыми движениями. Саске не хватало лишь этого: она взрывается оргазмом тут же, обхватив мужа ногами и сжав внутри. На задворках сознания чувствует, как он доходит до финала, утыкаясь носом в её плечо.       Когда мир встаёт на места, Саске обнаруживает себя в его объятиях. Наруто прижимает её к себе, а она с радостью купается в тепле разгорячённого тела. Поднимает глаза и видит самодовольную ухмылку на лице мужа.       — Я победил.       До неё не сразу доходит, о чём он. Но стоило ей понять, как она его тут же пихнула в плечо, фыркая.       — Не собиралась соревноваться с тобой в оргазмах, добе.       Он смеётся, поглаживая ее по волосам. Она расслабленно утыкается ему в шею, вздыхая. Когда он рядом, ей всегда так спокойно. Порой её бесит то, как он на неё влияет. Но сейчас… Сейчас Саске чувствует себя счастливой.       — Я люблю тебя, Саске, ты знаешь?       — Правда? — с усмешкой спрашивает она, поднимая взгляд. — Я и не догадалась бы, проведя с тобой столько лет в браке.       — Это хотя бы взаимно? — на его губах расплывается дурашливая улыбка. Саске не знает: то ли она размякла так после секса, то ли придурок на неё влияет подобным образом, но её сердце приятно сжимается. Она любит эту улыбку. Она любит объятия после близости. Она любит дурацкие вопросы. Она любит Наруто.       — Взаимнее некуда, Наруто, — она кладёт ладони на его щёки и тянет к себе, чтобы поцеловать. — Я люблю тебя.       

Хочу на судна борт взойти

Не признающего портов

Ни островов

И на груди укрыть тебя

От ветра

Бури, урагана

И либо я спасусь с тобою,

Или с тобою затону.

                    — Господин Хокаге, вы уверены, что такого финансирования хватит на реновацию больницы?       Занудный мужчина смотрел на порядком уставшего Наруто, который перестал понимать все перечисления цифр сразу после того, как их услышал. Саске, верной тенью стоящая за плечом Хокаге, усмехнулась. Её муж был полным профаном в вопросах финансов. Шикамару сочувственно взглянул на приятеля и перенял инициативу, принявшись что-то объяснять и аргументировать. Наруто с облегчением опустил плечи и откинулся на спинку кресла.       Саске наклонилась ближе, коснулась пальцами шеи мужа за воротником. Увлечённые обсуждением вопроса финансов люди ничего даже не заметили. Хокаге же вздрогнул, поднимая глаза на жену. Ногти супруги царапнули кожу на шее, и Наруто тихо выдохнул и сглотнул. Саске повторила действие, только надавила сильнее. Довольно улыбнулась, заметив, как муж заёрзал на кресле. У него точно встал.       — Я отойду на пару минут, господин Хокаге, — ровным тоном сказала она. — Прошу меня извинить, — она кивнула остальным присутствующим, которые не обратили особого внимания на её слова.       В Резиденции было тихо. Собрание, проходящее сейчас, последнее на сегодня. И уже подходит к концу. Саске необязательно было присутствовать, но она решила подразнить мужа. Знает, как он с ума сходит, видя её в форме шиноби.       Подхватив бутылку с водой, Учиха думала уже уединиться в кабинете мужа, чтобы не слушать финансовую нуднятину. Но ничуть не удивилась, когда Наруто вдруг схватил её за руки и прижал к стене. Тёплый шёпот обжёг кожу около уха:       — Обсудим вопросы реновации?       Саске обернулась к нему, растягивая на губах наглую улыбку. Поправила ворот водолазки и чуть расстегнула форменный жилет. Взгляд Наруто на мгновение задержался на засосах, оставленных на шее супруги ранее.       — С удовольствием, господин Хокаге. У меня есть пара предложений по инвестициям от спон…       — Заткнись, Учиха, — он оборвал речь жены грубым поцелуем, забирая себе её тихий смех. Кажется, финансовые вопросы — действительно не сильная сторона её мужа. Впрочем, Саске это ничуть не разочаровало.       В отличие от клона Наруто, которому пришлось ещё два часа выслушивать предложения врачей из больницы, пока его оригинал обсуждал с женой в кабинете нечто более важное.              

Мне кажется, равен богам тот

Человек, кто против тебя Сидит и слушает твою речь,

Сладко звучащую рядом, И милый смех. Это мне точно В груди приводит в трепет сердце.

Ведь только на миг взгляну на тебя И сразу лишаюсь речи.