Потребитель

      Это произошло четыре года назад, когда мне было всего-навсего десять. Я тогда толком ничего не знала ни о Доме, ни о его обитателях, ни о самой себе. Вы спросите, как такое может быть? Я и сама не знаю. Иногда складывается такое впечатление, что я и не жила вовсе. Кажется, что вокруг тебя творится мировой заговор — все что-то знают, но зачем-то скрывают; сплошные недоговорки, постоянно приходится додумывать, самой искать ответы. И не понятно одно — зачем пытаться что-то утаивать, если всё равно потом всё узнаю? По-моему, меня просто недооценивают. Обидно. Почему я не имею права знать что-то? Или вы эксперимент там проводите какой, «за какое время ваш ребёнок сможет узнать ваш самый страшный секрет?!» Да, всё-таки я пока что знаю о мире слишком мало. Но это случайное обстоятельство обстоятельство расставило многое на свои места. Можно сказать, это были мои первые шаги на тернистом пути к независимости: если говорить прямо, это — первый раз в моей жизни, когда я сама приняла за себя решение. И не просто сказала себе «сегодня я буду есть кашу», нет — я нарушила одно важное правило. Даже не знаю, сожалею ли я о том, что сделала это, или наоборот. Трудно выбирать между знанием и незнанием. До тех пор, пока любопытство остаётся в тени…       В соседней квартире от нас жил очень странный постоялец. Я назвала его Аппендицит (я решила назвать его первым словом, которое произнес Феликс в прошлогоднем Новом Году). Он жил в полном одиночестве и никому не показывался на глаза. К Аппендициту никогда не приходили гости, он не заказывал доставку и не ходил на собрания Анонимного Общества Зелёных (впрочем, даже если бы он там появился, никто бы не понял, что это именно он). Доктор Хаксли говорит, что Аппендицит никогда не использует электрические светильники, а шторы в его квартире всегда задёрнуты. Я много раз пыталась допытаться у него, (разумеется, не у соседа, а у доктора) откуда он это знает и почему он в этом так уверен. Конечно же, ответа я, как всегда, не получила. Но, обычно, если человек в чём-то сильно уверен, особенно, если ему нет нужды это скрывать, он говорит правду. А как он это узнал меня касаться не должно, по крайней мере, до того момента, пока он сам не решит вскрыться. А то когда я начинаю копаться в его Памяти, нахожу много чего такого, что не приятно ни ему, ни мне (собственно, на этом и держатся наши взаимоотношения). Но, вернёмся к соседу. Особенно подозрительным мне в нём казалось то, что несмотря за свою неприязнь к свету, к нему постоянно приходят огромные счета за электричество, и абсолютно каждый оплачивался ровно в срок! Как нарочно, лишь бы некому было к нему придраться, лишь бы дальше продолжать сидеть в четырёх стенах, одна из которых наша общая.       По вечерам я часто фантазировала, кем мог быть Аппендицит. Ну, во-первых, он однозначно такой же Инопланетянин, как и Феликс — как иначе можно было объяснить его боязнь света. Наверняка, у него сверхчувствительная кожа… А вдруг по всему телу у него растут глаза? Кажется, это называется «Глазная чума», редкое смертельное заболевание, от которого до сих пор не нашли средство? Очень даже правдоподобно! Должно быть, Аппендицит очень сильно стесняется своей внешности. Он не хочет никого пугать, поэтому не выходит из комнаты и не совершает ошибку. Да, теперь-то всё сходится! Он не переносит громких звуков, изменений температуры и плохие новости (чуть не забыла сказать, его Куб помимо счетов всегда заполнен газетами и письмами, которые тот уже год не удосуживался взять в руки, будто бы кто его отравить бумагой хотел!       Но вот, мне наконец-то выдалась возможность его увидеть. Анонимное Общество Зелёных решило собраться в нашей лаборатории. Феликс остался помогать доктору наводить порядок, мне же наказали «идти на все четыре стороны». Это был первый раз в моей жизни, когда мне дали возможность выбрать что мне делать. Я была на седьмом небе от счастья — наконец-то, наконец-то я имею право покинуть свою комнату и совершать ошибки! Интересно, может, Аппендицита тоже что-то не пускает наружу? Надо срочно найти его и спасти!