Rising Sun

За окном глухая ночь. На часах три часа ночи. Два парня мирно спят на своих кроватях. Феликс ворочается в своей кровати, откидывая все подушки и любимую мягкую игрушку на пол. В один момент что-то заставило его проснуться. Первое, на что обратил внимание сонный омега, который только что открыл глаза — луч яркого света луны, падающий прямо на лицо старшего, которому, казалось, всё равно на это. Ликс сонно потёр глаза, осматриваясь вокруг и только подумал, что уже пора засыпать, когда в голове всплыли воспоминания. «Будь моим парнем, Ликси.» Проносились из раза в раз в светловолосой головушке. Сколько бы Ликс не пытался, всё никак не получалось дать ответ «нет». Обдумав всё ещё минут пять, Ликс всё же решился… — Ну что, была, ни была! До утра ждать не хотелось, от слова совсем. Хотелось как можно скорее присвоить старшего себе, вновь почувствовать его рядом, прижаться в объятиях и просто окунуться с головой в чувства. Окно в комнату было приоткрыто. Слегка прохладный ветерок задувал в комнату, занося вместе с собой запах прошедшего дождя, глины и травы. Парнишка вылез из своего тёплого логова, ступая на холодный пол, и аккуратно пошёл к дивану, стоящему неподалеку. Хёнджин мирно спал, слегка посапывая. Он спит очень спокойно, но почему-то именно сейчас ему захотелось перевернуться на другой бок, слегка причмокивая губами. Всё было бы хорошо, если бы младший не испугался этого, словно увидел призрака. Ликс сделал глубокий вздох и всё-таки дошёл до дивана. Аккуратно отодвинув одеялко, он залез к парню, аккуратно и бережно обнимая его сзади. Почувствовав мягкое прикосновение на себе, Хёнджин резко проснулся, боясь, что с его маленьким чудом что-то случилось. — Что-то случилось, Ликси? — Сонным, но встревоженным голосом спросил старший, немного разворачиваясь к омеге. — Я подумал… — Проговорил Ликс, пока его личико заливалось ярко алой краской. Благо, в темноте этого не видно. — О чём? — Не понимая, поинтересовался Хван. — Развернись ко мне, пожалуйста, Джини. Хёнджин без возражений выполнил просьбу парня, развернувшись к нему лицом и пытаясь что-то рассмотреть впереди себя. — И о чём ты подумал, маленькое чудо? — С интригой спросил парень, разглядывая силуэт перед собой. Но вместо ответа младший аккуратно привстал и довольно медленно приблизился к личику, прошептав в самые губы: — Я не могу отказать тебе, Джини. Я хочу быть с тобой. Давай начнём встречаться. Прошептав это в самые губы, Ликс наконец-то прильнул к манящей сладости, соединяя обеих в поцелуе. Хёнджин опешил, но сразу пришёл в себя, испытывая неимоверное счастье. Он осторожно переместил одну ручку на спину Феликса, быстро перетягивая на себя для большего удобства, начиная слегка поглаживать по спине, а второй ручкой зарылся в волосы, аккуратно перебирая их в дополнение к поцелую, но каков был шок, когда на такого рода прикосновения с уст Феликса слетел столь сладкий стон прямо в губы Хёнджина. Боясь навредить меньшему, Хван решил остановиться и отстраниться от вишнёвых губ. — Прости пожалуйста, у эльфов очень чувствительная кожа головы, можно сказать, эрогенная зона, я не сдержался. — Пытаясь оправдаться и одновременно отдышаться, тихо говорил младший. — Это прекрасно, Ликс, это лучшее, что я слышал в своей жизни. — Проговорил парень и чмокнул того в губы коротким, но до безумия нежным поцелуем, пытаясь успокоить меньшего. — Ты правда теперь мой парень? — Угу, твой, да и мы истинные за нас уже всё решила судьба. — Слегка улыбаясь ответил юноша с ушками. — Я счастлив, до безумия счастлив, Феликс! — говорил Хван, смотря на меньшего по дурацки влюблённым взглядом и не менее дурацкой улыбкой. Вот то самое чувство бабочек в животе, о котором было написано во всех сопливых романах. Вот то учащённое сердцебиение и осознание того, что перед тобой лежит твоя судьба, твоя любовь, твой Феликс. Прекрасное чувство, словно весь мир теперь у твоих ног, словно ты самый везучий человек во всей вселенной. Оба лежали, разглядывая силуэты лиц в абсолютной тишине, влюблённо и так глупо смотря на друг друга. Даже сквозь темноту было видно сильный румянец обоих. Всё было просто превосходно, если б не скрип окна. Из-за него пара слегка испугалась. Феликс прижался к Хёнджину по сильнее. Но вместо ожидаемого монстра из окна стали залетать голубые бабочки, много, неоновые и с прекрасными крыльями и небольшим голубым свечением, прямо как те в лесу благодаря которым Хван и попал сюда. Испуг сразу сменился удивлением и восхищением. Эти прекрасные существа облепили почти всё вокруг, их были сотни, но к двум они близко не подлетали. Хван аккуратно взял Феликса за руку, стараясь полностью успокоить парня своими действиями, словно говоря: «Я рядом, всё хорошо». Но парнишка уже и без того был спокоен, рассматривал этих прелестных созданий и мысленно восхищался. Две самых ярких бабочки подлетели ближе к Ликсу и Хёнджину, садясь на их руки, скреплённые в замочек. Парни не собирались прогонять этих беззащитных и безобидных существ, они лишь наблюдали, как в миг свет двух крылаток стал ещё ярче, а на их больших пальцах стали вырисовываться, словно светящиеся колечки тоненькие как ниточки. Оба в шоке, но чувство, что так и надо, что так правильно. Свет бабочек освещал всю комнату. О, боже, каким же красивым показался Феликс Хвану в этот момент. Не то, чтобы он его таким не считал, но в тот момент он стал ещё красивее. Посмотрев один раз на Ликса, Альфа не смог отвести от него взгляд, несмотря ни на бабочек, ни на весь мир. Перед ним сейчас лежит богоподобный мальчик с россыпью веснушек, что собой составляли созвездие под именем Феликс. Очаровательно и прекрасно, белые, даже не белые, белоснежные волосы, подстриженные в малет, который уже немного отрос и был почти по плечи — сказочно, невообразимо, невероятно, это всё описание одного омеги, Феликса. — Я люблю тебя. — Прошептал Хван, оно вырвалось само по себе. С каждым днём для него открывалось всё больше и больше новых эмоций и чувств, которые он не испытывал в мире людей, поэтому Альфа решил просто жить, жить как карта ляжет. В это же мгновение две бабочки взлетели с рук и вылетели в окно, оставив за собой лишь след на руках влюбленных, словно золотое тату. За теми крылатыми существами стали вылетать и остальные. А Феликс уже словно и позабыл о них. В какой-то момент посмотрел на Хёнджина и не смог больше не на что другое смотреть, разглядывая каждую его деталь, пухлые губы, родинку под глазом, темные волосы. Всё это создавало невообразимо красивую картинку. — Я тоже люблю тебя, Хван Хёнджин, человек, и по всей видимости, любовь всей моей жизни. — Тихо проговорил Феликс и медленно прильнул у пухлым губкам, неумело начиная целовать, но нежно, словно смакуя этим прекрасным лакомством. Новые кольца на их руках вспыхнули довольно ярким золотым свечением. Отстранившись от губ друг друга, взгляд коснулся новых колец. Джини попытался стереть своим пальцем кольцо Феликса, но как и ожидалось, ничего не вышло. Осознание пришло быстро, теперь это с ними навсегда… Оба решили об этом и обо всём, что произошло, подумать утром, так как уже виднелся за окном рассвет. Улёгшись поудобнее рядом друг с другом, они уснули в объятиях. **** До чего же сказочное утро. Хоть за окном идёт проливной дождь, но в душе светит солнце, и птички поют. И вновь Феликс проснулся первый, пытаясь не засмеяться от сего умилительного зрелища. Хёнджин почти раскутавшись из одеяла, тихо посапывал, пока по его щеке немного стекала слюна — видимо, спится ему сейчас явно хорошо. Будить старшего он не собирался, лишь вновь рассматривал его прекрасное личико. И, достав из кармашка небольшой белый платочек, аккуратно вытер стекающую слюну. Комната была наполнена запахом свежести и дождя, в перемешку с их природными запахами — прекрасно. От ночных происшествий не осталось ни следа, кроме двух золотистых окружностей на пальцах обоих и недавно зарождённой палкой любви в их сердцах. Ликс хоть и прожил тут всю свою жизнь, но никогда такого не видел и не знал об этом, но в целом был не против такого украшения. Время шло, на часах уже было ближе к одиннадцати утра, поэтому решение было незамедлительным — надо будить Хёна. Младший стал аккуратно поглаживать по руке старшего, шепча почти на самое ушко: «Джини, пора вставать.» Хван стал постепенно пробуждаться, а на лице вырисовывалась лёгкая улыбка от осознания того, что прямо сейчас рядом с ним лежит человек, который за столь короткий срок сумел подарить ему любовь. — Доброе утро, Ликси. — Сонным голосом проговорил Хван, заметив непослушную прядь на лице парня, лёгким касанием упрятал её за ушко. — Доброе, Джини. — ответил Ликс, улыбаясь, как самый настоящий влюбленный дурачок. Это улыбка, как она сводила с ума, как она манила к себе Хвана, и он, не раздумывая, стал медленно приближаться к его губам. Утренний поцелуй — залог хорошего дня. Омега не был против этого, он расслабил губки и перекрыл глаза, ожидая желанного поцелуя. Хёнджин его не разочаровал, он осторожно прильнул к сладким губам, начиная их нежно сминать, словно на том поле, где они впервые поцеловались, совсем не заметив, что на их руках снова засветились золотистые колечки. Но как только он отпрянул от губ, Ликс его озадачил. — Нам нужно рассказать бабуле о том, что мы вместе. — Ликси, можем ли мы это сделать позже? — Ответил Хёнджин, боясь реакции бабули на эту прелестную новость. — Нам нужно это сделать сейчас. Ты человек, ты мало знаешь о наших сущностях альф и омег. Поэтому нам нужно узнать всё у старшего человека. — Хорошо, пойдем. — Сказал Хёнджин, слегка улыбнувшись и взяв за руку Феликса, поднялся с кровати, за ним сразу последовал младший. Из кухни доносились звуки, бабуля, похоже, вновь что-то готовила, напевая себе что-то под нос. Парни тихо прошли в кухню, но не смогли скрыться от взора бабули. — Ой, вы уже проснулись, сейчас буду вас кушать насыпать. Садитесь. — Сказала бабушка, доставая тарелки и насыпая на них пару поджаренных яиц. — Бабуля, нам нужно тебе кое-что рассказать. — Сказал Ликс, чувствуя себя робко. — Ты опять что-то разбил, Ликси? Нужно быть аккуратнее. — Говорила женщина, наливая в кружки малиновый чай, не задумываясь о чем-то более серьёзном, ведь Феликс всегда был послушным мальчиком. — Нет, я ничего не разбил. — Сказал Феликс, садясь за стол вместе с Хёнджином. Хван чувствовал, что младший нервничает, поэтому начал поглаживать его по руке большим пальцем. — Что же тогда? Рассыпал мою ромашку, которая сушилась на окне? — Перебирала варианты старушка, пока ставила на стол еду. — Или… — Не успела договорить женщина, как её перебил Хёнджин, видя, что младший не в силах сказать. — Мы с Феликсом вместе! — Выдал он, заставляя бабулю ахнуть. — Что? — Переспросила она, думая, что это ей послышалось. — Мы с Феликсом вместе. — Повторил Хван, пока Фел нервно сжимал его руку. Но у Хёнджина тревога и страх не исчезали — к сожалению. — Ликси, это правда? Ты же искал истинного, неужели влюбился в него? — спросила бабушка, садясь на стул. — Да, это правда, я влюбился в Хёна, и мы оказались истинными. — ответил парень, бегая взглядом по комнате. — Что ж, раз так случилось, я рада за вас. Но сегодняшний день вы проведёте, читая книги о вашем строении и о том, как строить отношения между альфой и омегой. — Выдохнув, проговорила бабушка и немного расслабилась. — А теперь кушайте. **** Парни сидели на кровати, а бабушка принесла им стопку пыльных книг. Послушав лекцию о том, что именно читать, она поспешила оставить влюбленных наедине. — Пойдем к окну? — Спросил Феликс, указывая на широкий подоконник, на котором были разложены одеяла, плед в клетку и подушки в пёстрых наволочках. — Хорошая идея! — Воскликнул Хван и, взяв пару книг, направился туда, усаживаясь на тёплые ткани. На улице продолжал идти дождь, капли падали на листья и козырёк над окном, создавая особую мелодию, комфортную и приятную. Жёлтый свет в комнате усиливал атмосферу. Оба уселись на подоконник поудобнее и прикрыли полупрозрачную шторку грязно-зелёного цвета, отделяясь от основного помещения. Осознав, что читать отдельно будет неудобно, Феликс уместился между ног Хвана, укрываясь пледиком. Хёнджин аккуратно обнял его за талию, укладывая свою голову на его плечо. Так они начали читать. Содержание было не очень интересным, научное и с замудрёнными словами. Но, когда они были рядом, даже одно слово становилось для них самой интересной историей. Так прошли часы, страница за страницей, книга за книгой. Прерывать чтение не хотелось, ведь сидя рядом друг с другом в объятиях, это доставляло огромное удовольствие. Дочитав последние странички первым, Хёнджин не удержался от соблазна и уткнулся в шею Феликса, в ту самую железу из которой исходит самый сильный запах, вдыхая этот приятный аромат. Он стал нежно покрывать шею Феликса ели ощутимыми — невесомыми поцелуями. — Джинни, мне щекотно! — Тихо смеясь проговорил Ликс захлопнул книгу, тут же чихая от пыли. — Будь здоров, маленькое чудо. — Лучезарно улыбнувшись, сказал Хёнджин, а Феликс заметно покраснел. **** Дочитав все книги, бабушка уже спала, за окном ночь, время пролетело незаметно и впервые такая «учеба» показалась Хёнджину настолько увлекательной. — Пойдем спать… — Хныкая проговорил Ликс. — Давай, мой маленький. — улыбнувшись, ответил Хёнджин и согнул с подоконника, чтобы вмиг подхватить Ликса на ручки. — Эй, отпусти меня! — Посмеялся Феликс и кулачком слегка постучал по плечу. — Нет! — Смеясь сказал старший, слегка подкинув младшего, чтобы ухватиться удобнее. Удивительно, Ликс уже полностью доверял Хёнджину, поэтому был расслаблен и податлив. — Ладно-ладно, так уж и быть, отпущу. — с яркой улыбкой продолжил старший и аккуратно положил меньшего на кровать, уже собирался уходить на свой диван, как Ликс потянул его к себе так, что парень теперь лежал рядом. — Поспи со мной, пожалуйста. — Ладно-ладно, ложись. — утвердил Хван, укутывая Феликса в плед, так как от дождя, который шёл весь день, заметно похолодало. Хёнджин нажал на выключатель возле кровати, и свет сразу погас. Он лёг сзади омеги, обнимая его и облегчённо вздохнул, закрыв уставшие от чтения глаза. — Сладких снов, мой Ликси. — Сладких снов, Джинни. — еле произнёс парнишка, проваливаясь в сон.