Избранные. Повод вернуться.

      Главный архивист министерства Магии Великобритании Элтон Элдерберри сейчас стоял у зеркала Еиналеж спиной к экстрасенсам, разглядывая их отражения в нём. - Не знаю, как вам, а мне жутко любопытно увидеть вас такими, - он продемонстрировал, что уже видит в зеркале их новые обличия, - с виду такие маленькие, а в глазах горят огни, в жилах искрится магия, сердца теплятся успехом.       Речь мистера Элдерберри мурчащей кошкой скользила меж девятки сильнейших. Его поведение сейчас не соответствовало строгой умудрённой годами внешности, но всё равно вызывало любопытство. Взгляд старика скользнул по старшему Шепсу, всё ещё удерживаемому Викторией, готовому первым подлететь, чтобы рассмотреть себя: - Ну же, прошу, не стесняйтесь, - он шагнул в сторону, с низким поклоном приглашая первого участника к зеркалу.       Перед взором Александра предстал щуплый мальчишка, лишь издали походивший на подростка. Чёрные ресницы невинно трепетали, огромные голубые глаза смотрели на него с впалых щёк, так по родному глядя в такие же. Тонкие костлявые руки были обрамлены всё тем же бесчисленным количеством браслетов, носимых будто для того чтобы кандалами быть прикованным к земле, не давая разрешения ветру унести это хрупкое тело. С плечей свисала тёмная мантия, на груди которой красовался фирменный знак факультета. Александр невольно дотронулся до этого места на одежде, вследствие чего мистер Элдерберри улыбнулся: - Оу, кажется, вы уже знаете, на какой факультет поступите?       Шепс в ответ мимолётно улыбнулся, понимая, что сейчас не стоит болтать лишнего, и отправился на своё место. Тот пыл, с которым он летел к зеркалу сейчас подостыл, но интерес в глазах не пропал. Александр уставился куда-то вдаль, с головой уходя в собственные мысли. «Он там явно не просто себя увидел», - Олег размышлял над переменами в поведении сиблинга, готовясь следующим проверить, что так меняет сознание. - У меня в этом возрасте не было длинных волос, - он сразу же сделал замечание, увидев себя в зеркале. Прошло всего десять лет, поэтому молодого парня не сильно поражал образ, представший перед ним. - Тонко подмечено, мистер Шепс. Я объясню, - Александр вышел из своих размышлений, в том числе сосредотачиваясь на маге, рассказывавшему его брату об этой метаморфозе, - Сейчас вы видите себя такими, какими бы хотели видеть подсознательно. Ваш образ – отражение ваших желаний, амбиций, а также самооценки. Вы можете увидеть красивого ребёнка, некое подобие ангела. А можете совсем наоборот. Но это не плохо. Это говорит о вашем желании стать лучше. Александр вновь утоп в кресле, задаваясь новыми мыслями. Олег ухмыльнулся парнишке, глядящему на него снизу вверх и отправился на своё место. - А что, никто не планирует рассказывать о своём видении? – Череватый шёл к зеркалу, задавая вопрос всем, но при этом глядя на братьев, - Мне вот скрывать нечего. - Ваша уверенность трактуется нежеланием находиться здесь, я правильно понимаю? – архивариус уточнил мотивы чернокнижника. - Ага. Давайте уже побыстрее с этим всем закончим, и я пойду. – Влад замолчал, глядя на мальчонку, по родному глядящего на него из отражения. Его нельзя было назвать маленьким, это был уже сформировавшийся юнец. Но глядя на него, Влад узнавал в нём не себя, а сына, с каждым днём всё больше походившего на него самого. - Я не вижу факультета на жилетке. Это значит, что я не собираюсь здесь учиться. Видите? Зачем терять на меня время? – Влад не знал, удивлялся он сейчас или просто констатировал факт. - Не совсем так, - маг приготовился объяснять неочевидные истины, - Ваше будущее ещё не предопределено. Также как и ваш факультет. Извините, что скажу это вслух, но в своей голове вы находитесь в смятении. Вам нужно хорошенько подумать о своём будущем.       Влад, всем нутром отрицавший всё окружавшее, всё же призадумался, закрыл глаза. Распахнув их вновь, он взглянул на мальчишку ещё раз. Тот, искренне улыбаясь, тянул к прозрачной преграде, разделявшей их, свою руку, ожидая того же жеста в ответ. Чернокнижник прислушался к демону, всё это время не подававшему признаков жизни. Тот молчал. Не найдя поводов для отрицания этого жеста, Влад соприкоснулся ладонью со своей маленькой копией и услышал его голос в своей голове: «Нам это нужно» - Вы слышали? – он посмотрел на архивариуса и коллег. – Он сказал, что нам это нужно. Лина, сама разделявшая позицию Череватого, остро нуждавшаяся в нахождении дочки сейчас рядом с ней, переменилась во мнении, решив поддержать эту мысль: - Значит, нужно действовать. Она поднялась с кресла, подходя к чернокнижнику, хлопая его по плечу. В последнее время в их прежде дружеских отношениях царил холод, но именно сейчас два молодых родителя ощущали острую нужду в поддержке таких же, как они. Лина уже стремилась к зеркалу, занимая место предыдущего, но напоследок Влад спросил: - Мистер Элдерберри, есть ещё один вопрос, - он кивнул в сторону кресла своего верного помощника. - Ааа, дайте угадаю. Вы хотите узнать больше о нём? Сам то небось не рассказывает? – старичок взглянул на демона, язвительно кивавшего в ответ, - Значит, хорошо справляется со своей задачей. Вас обязательно просвятят. Но не сейчас. В Хогвартсе, - маг улыбнулся, намекая на то, что чаша весов их размышлений всё больше должна склоняться в сторону обучения. Сколько ещё тайн им предстояло открыть о своём прошлом, настоящем и будущем, находясь на обучении здесь?       Лина стояла у зеркала, глядя на симпатичную кудрявую юную леди, смотревшую на неё. Из-под классической формы школы магии Хогвартс виднелись разноцветные гольфы, ворот блузки торчал, рукава пиджака были закатаны до локтей. Образ девушки больше напоминал Пеппи – длинный чулок, а не её самой. Лина помнила, что в детстве она такой не была, а значит, архивариус прав – увиденное являлось желаемым. Значило ли это, что Лина хотела стать бунтаркой? Это был вопрос, оставленный на полочке за конвертом с огромной надписью: «Хочу ли я здесь находиться?»       Следующей к зеркалу подошла Надежда Эдуардовна. Все замерли в предвкушении, готовые услышать, что же видит самая старшая из них. На женщину смотрела стройная черноглазая молодая ведьма. Своим горящим взглядом она могла насквозь прожигать стоги сена и сердца воздыхателей. Ехидно смеясь, девушка щёлкала пальцами, вызывая огоньки на их кончиках и меняя обличия одно за другим. Цвет волос, черты лица, одежда, телосложение – всё в этой ведьме меняло форму со скоростью звука, оставляя неизменным лишь одно – этот острый горящий взгляд. Коллективным решением следующим на осмотр было решено отправить Диму. Он хотел уступить дамам, но Марьяна и Виктория показали свою не особую заинтересованность в этом деле, пропуская молодого чернокнижника вперёд. - Ну как, под стать нашей Наденьке? – Шепс наконец-то очнулся, выходя из размышлений со свежей шуткой, - Или нам ещё предстоит побороться за её сердце? Щёки парня заалели, но многоликая ведьма тут же переключила внимание на себя, позволяя Диме спокойно рассматривать отражение: - А как иначе, Саш? Думал, сразу за тобой побегу? Конечно, будешь добиваться, бороться. И каждую неделю свежий букет цветов приносить. - Я тебе его наколдую, - Александр зашевелил пальцами на манер магов, показывая, что в её задаче нет ничего сложного.       Не обращая внимания на их дружественную перепалку, Дима глядел на почти точную копию себя, сидящую за зеркальной стеной. Если он правильно понял коллег, то их отражения взаимодействовали с ними напрямую. Человек, находящийся перед ним, не проявлял к чернокнижнику никакого интереса. Он сидел боком к юноше, колдуя палочкой перед собой. В воздухе летали склянки с краской, иглы и прочие инструменты. - Он что…бьёт тату? – Дима пытался разглядеть человека, находящегося перед клоном, но как бы он ни пытался, фон оставался пустым. Встав с рабочего места, отражение всё же удосужилось подойти к своему хозяину и взглянуть на него. На шее и руках парня начали прорисовываться свежие татуировки. - Видишь? И совсем не больно. Мы можем устроить переворот в мире искусства. Ты способен на многое. Дима не знал, как реагировать на это заявление. Его отражение не советовало ничего плохого, да и в целом было право. Но почему его голос звучал так зловеще? «Наверное, фантазия разыгралась. Всё будет хорошо.»       Дима рассказал остальным обо всём, что увидел в зеркале. Его рассказ заинтересовал Константина, надеявшегося, в том числе, увидеть свою будущую деятельность. Из отражения на осетина смотрел не лишённый брутальности молодой человек. Его лицо ещё не украшала смоляная борода, но суровый взгляд в сочетании со сдержанным поведением выдавали знакомый образ. Константин мысленно задавал вопрос, чем он может быть полезен здесь. К его удивлению, это сработало, и юноша напротив ответил: - В медицине мира магии не хватает таких специалистов, как ты. Ты можешь совершить массу открытий, став не просто врачом, а великим учёным. Соглашайся.       Наконец очередь дошла до последних двух ведьм. Марьяна, смирившаяся с тем, что отпираться уже нет смысла, первой подошла к зеркальной поверхности. - Она говорит, что я способна стать великой писательницей. Но этого я могу добиться и в своём мире, - Романова постаралась как можно быстрее вернуться на своё место. Архивариус, отметивший, что нет смысла заставлять её стоять здесь дольше, лишь ответил: - А можете и большего… Ведьма, всеми фибрами души показывавшая, насколько ей не интересна эта мысль, всё же блеснула глазами, зарывая в своих сомнениях это высказывание.       Как бы Виктория не отпиралась, ей всё же пришлось проделать тот же путь, что и всем остальным. К её удивлению, в отражении она оказалась не одна. Возле более молодой версии её самой стояли родные любимые дети. Они держали «маму» за руки, прижимаясь в бесконтактном объятии. «Ты можешь помочь не только нам», - с детскими голосами за их спинами показались сотни людей, тянувших руки к юной ведьме. «Станешь могущественной», - в голове отразились слова архивариуса, готового её больше всех остальных уговаривать остаться в этом мире. - Итак. Вы смогли увидеть свои метаформы – отражения вашего внутреннего «Я». Подумайте хорошенько, если хотите что-то изменить в своём образе, у вас ещё есть на это время. А сейчас я расскажу, что ожидает вас дальше, - архивариус уже не спрашивал, кто из экстрасенсов хочет вернуться домой, он просто ставил перед фактом. – Вас мы представим, как учеников по обмену. Обычно, когда один, два или, максимум, три финалиста прибывают в Хогвартс, они теряются на общем фоне. Но вашу девятку мы просто так спрятать не сможем, поэтому скажем, что вы прибыли из Колдостворца для обмена опытом. - Но нас же быстро рассекретят? – Олег посмотрел на коллег, всё ещё не до конца понимающих, что им вообще предстоит. - Это не проблема. Впереди у вас есть целая неделя для того чтобы подчерпнуть новых знаний о магическом мире. В остальном вам поможет импровизация и интуиция, - архимаг подмигнул медиуму, показывая свою веру в них, - А сейчас позвольте, я провожу вас в гостиницу. Трансгрессия не проходит бесследно, да и большой поток информация, свалившийся на ваши плечи…уверен, всем нам нужно отдохнуть, - мистер Элдерберри взмахнул палочкой, призывая к себе чашку свежезаваренного чая. Достав из рукава пузырёк с каким-то составом, он обронил пару капель в кружку, вдыхая сменившийся аромат. - Мистер Элдерберри, - Влад, уловив знакомые нотки аромата, обратился к старику, - Вы же сейчас просто коньяк туда добавили? – он продолжал смотреть на расплывшегося в улыбке мудреца. - Магия магией, а всё-таки есть особый шарм в ваших маггловских штучках. И ни за какими чарами их не скроешь, - пригубив получившийся напиток, покрасневший маг пригласил экстрасенсов идти за ним, провожая их в приготовленные номера.