Невыносимая неуверенность

*тун тун тун тун ту ту-у-ун* — Блять, — тихо прошипел подросток, увидя, что он уже опаздывает. Первый день в школе, а он уже опаздывает на линейку. В этом и есть весь Антон Шастун. Нехотя встав с кровати, Антон направился в ванную комнату, чтобы провести все необходимые по утрам процедуры. После, придя на кухню, Шастун увидел записку от мамы. В ней было написано, чтоб «Антоша» поел (ага, конечно) и не опоздал в школу. Второй пункт Антон уже не выполнил, а первый и не собирался. Он никогда не завтракает. Поэтому он лишь хмыкнул, попил воды и пошел собираться. Не изменяя своим традициям Антон напялил на себя по пять браслетов на каждую руку и три кольца. На удивление Антону, он нашел рубашку довольно быстро. Взяв с полки первые попавшиеся штаны он вышел на улицу. Начало сентября, еще тепло, поэтому он спокойно шел без куртки. Он уже опаздывал на десять минут, а идти ему пешком около семи. То есть он опоздает примерно на двадцать минут, нормально. Когда он подошел к школе, то увидел, что линейка закончилась, но пару человек из класса еще стояли на улице, пропуская в школу начальные и средние классы. Из далека (не без помощи своего роста, конечно) Антон увидел своего лучшего друга. Дима Позов — точно такой же одиннадцатиклассник, как и Антон. Он тоже опоздал, но на десяток минут меньше. — О-о-о, Антоха, — протянул друг, пожимая ладонь Шасту. — я смотрю, ты как обычно, — улыбнулся Дима, на что Антон закатил глаза, но тоже улыбнулся. У Димы просто заразительная улыбка и настроение. Но тут, либо так только у Антона или Поз волшебник. Рядом стоит вторая половина их компании в лице Оксаны Сурковой, лучшей подруги всех троих, а третий как раз Сережка Матвиенко, добрее души во всем Энске не найдете, обещаю. — Хоть что-то вечно, — улыбнулся Сережа и все хихикнули. Но тут Оксана что-то вспомнила и сделала большой вдох, округлила глаза и начала: — Вы видели? — вся компания замотала головами в отрицательном жесте, — у нас же новый классный! — все ахнули и выдохнули с облегчением. Наконец-то их старая классная руководительница ушла. Она была молодая и поэтому плохо объясняла материал, но требовала много. — Сашка ушла? О, господи! Наши молитвы были услышаны! — сказал слишком громко Сережа и вознес руки к небу. Все усмехнулись. Матвиенко — душа компании, без него всем скучно, никто так не веселит. Вообще, эта компания единое целое, как человек. Сережа — смех, радость и юмор. Дима — знания, спокойствие и уверенность. Оксана — красота, общительность и доброта. А Антон, ну что Антон — неуклюжий, смешной, но не в том плане, как остальные, и очень везучий. Сложно из этого сделать что-то понятное. И кажется, даже нельзя обобщить и сделать вывод. Антон-противоречивый-но-всем-нравится-Шастун. Сзади послышался шаг каблуков, на который все повернулись. Их директриса — Екатерина Вячеславовна, тоже очень добрый человек. Она ведет у них обществознание, на уроках — строгая, а на перемене — ангел воплоти. — Кому ты там молился? И почему вы не на уроках? — спросила директриса. Первое предложение она сказала с улыбкой, а второе сердито. — А ну на уроки! — прикрикнула она, но не сдержалась и улыбнулась. Уж слишком она любит этих четверых. — Есть, командир! — сказал Сережа, кладя одну руку на голову. так как головного убора нет, а вторую к виску, отдавая честь. Все засмеялись и разбежались. Но вопрос о новом классном был открыт. В тихую Матвиенко спросил у Окс что-то еще, но она пожала плечами, так как ничего больше не знала. Они не сильно спешили, надеялись, что их не сильно отругают, хоть и понимали, что по голове их за это не погладят. Они подходят к кабинету, стучатся и надеются, что сзади еще остались свободные места. Их встречают речи директрисы о новом классном и пара небесных глаз. В этих глазах можно было увидеть каждое «волокно». Они нечеловечески красивы, а из-за падающего солнца, они еще и отдают зеленым, но все равно было понятно, что глаза ангельские…. Антон немного залип на это. Казалось, что «ангел» смотрит только на него. Лицо обладателя глаз изменилось с удивления, что-то кто еще придет, на смятение и растерянность. Из транса всех пятерых вывел голос Екатерины Вячеславовны. — Чего встали? Проходите, — она указала движением руки на класс, и все пошли искать места. Так получилось, что Дима с Шастом сели вместе на последнюю парту у окна, Окс с ее знакомой Ляйсан, а Сережа один. Он никогда не обижался на ребят за такое — это по детски. Хотя он недалеко от «высокого» и «умного», что определенно плюс. — Это ваш новый классный руководитель и учитель обществознания. Познакомьтесь, Арсений Сергеевич, даю вам слово, — на этом она закончила и ушла. После закрытия двери Арсений Сергеевич сделал вдох (паузу) и начал говорить что-то своим бархатным голосом. Что именно — Антон не слушал. Он сидел, таял и тонул в бездонных глазах. Дима заметил это и толкнул друга с немым вопросом, на что Антон отмахнулся и продолжил залипать. Он смотрел на обворожительные глаза напротив и вдруг резко вспомнил…

Четыре года назад. Седьмой класс. Воронеж

Тринадцатилетний Антон идет домой через переулок, где почти никто не ходил. Из-за этого в нем создавалась потрясающе-волшебная атмосфера. Он шел, слушал музыку, как вдруг его кто-то схватил на рукав толстовки. Маленький Шастун испугался и растерялся, поэтому его затащили куда-то в подворотню. Как оказалось, это были шарлатаны, цыгане или что-то такое. Его завели в какой-то шалаш, в центре которого сидела красивая девушка. Человек в золотой маске, который Антона и затащил, сказал «центральной» девушке: — Олеся, такой сойдет? Олеся кивнула и мужчина удалился. После этих слов, Антон испугался еще сильнее, хотя девушка выглядела мило, его еще не ударили, не убили и не обворовали. Олеся улыбалась по доброму и Антон не видел в ней что-то плохое или злое. Он даже начал ей доверять, но одумался. Он начал оглядываться. Приглушенный свет, много золотого (или позолоченного). Олеся была одета в фиолетовое платье, примерно до колен, но так как она сидела, определить это было сложно. Чуть длиннее плеч черные волосы аккуратно лежали и не мешали обладательнице. На лице почти не было косметики, только губы были чуть-чуть подкрашены блеском. — Как тебя зовут, мальчик? — после минутного молчания наконец сказало она. — Антон, а вы Олеся? — девушка улыбнулась и кивнула. — Кто вы такие? — Я местная гадалка — усмехнулась девушка. — если так можно сказать, ты главное не бойся, тебе повезло, — девушка улыбнулась, но на этот раз это выглядело устрашающе. — Я просто выполняю свой долг, больше тебе знать не надо, — девушка подозвала ошарашенного Антона жестом руки. Чуть помедлив Антон подошел и сел перед девушкой на пол. — дай мне свою руку, — Антон протянул и стал ждать. Он сам не понимал, почему еще не убежал. Олеся около пятнадцати-двадцати минут что-то делала с рукой Антона, как вдруг она охнула, сделал глубокий вдох и начла говорить, тараторить: — Ты встретишь свою любовь, обязательно. Это случится в течении следующий пяти лет. Любовь будет запрещенной, по любым обстоятельствам. Она будет обладать небесными глазами. Не упусти свой шанс. Если ты попытаешься отвертеться от этого — не получится, от судьбы не убежишь. Но есть возможность, что твоя любовь не сложится, не отходи и не отпускай ее!— всю речь она смотрела куда-то за спину Антону пустым взглядом. После ее речи, он бежал так быстро, как никогда не бегал. Маленький Антон никому этого не рассказывал, обходил тот переулок стороной, ап оптом они с семьёй переехали в Энск и он это забыл.

***

— Блять, — тихо шепнул подросток. Он чем-то вот так уходит в мысли, и очень пугается, когда его кто-то выдергивает из этого состояния. На этот раз это был звонок с урока. «Блять» — Антон сказал громким шепотом и из-за этого Дима его услышал и вопросительно посмотрел. На это Антон просто отмахнулся и пошел. Сегодня больше не было уроков, точнее, физ-ра и литература. Для Антона и его «команды» это не уроки, но видимо не сегодня. Все четверо встретились в коридоре, так как в классе началась толкучка, ведь все спешили лично поговорить с Арсением Сергеевичем, и пройти было невозможно. Они стояли и думали: «Идти или нет — вот в чем вопрос». Решили всё-таки пойти, первого сентября и уходить с урока? Хамство. Но физ-ру никто не брал, ведь изначально, всё-таки, не шли. Ребята направились в спортзал, а пока «хвостатый» и «умный» говорили о чем-то (скорее всего спорили), Антон тихо спросил у Оксаны: — Он что-то важное говорил? — А ты что, не слушал? — Нет, — виновато ответил Шастун. — Да вроде, ничего. — Спасибо.