Последняя ведьма

Оказавшись на улице и вдохнув чуть прохладный воздух, Лина ощутила какой-то непонятный осадок от произошедшей ситуации. Ничего более странного за всю ее жизнь с ней не происходило. Ей казалось, что прошло не менее часа и, чтобы удостовериться в этом, она достала телефон. Но, как бы то ни было, прошло, не более 10-ти минут и то, как она вышла, из здания школы. Девушка увидела пропущенный звонок от отца. Она не была удивлена тому, что не услышала его, так как постоянно держала телефон в беззвучном режиме. Она набрала номер и стала ждать такого родного голоса на другом конце. - Ало… Это была обычная американская палата: просторная одноместная кровать, диван для посетителей, шкаф для одежды и тумба для вещей. Кроме того, в палате было огромное окно чуть ли не на всю стену, задернутое жалюзи, что в прочем не мешало комнате быть светлой из-за ярко светящегося солнца благодаря тому, что палата выходила на солнечную сторону. Это была обычная американская палата, для человека, который собирался провести здесь ни один день. Молодая медсестра, которая к слову была очень красивой, но очень глупой, решила попытать свое счастье с молодым и, по-видимому, не бедным пациентом. Этот молодой пациент был высокий, стройный, с привлекательными чертами лица, необыкновенными темно-фиолетовыми глазами и черными как сентябрьская ночь волосами. В нем было что-то, что неумолимо тянуло и располагало к нему. С такой внешностью людям обычно пророчат судьбу моделей или актеров. Мужчина поступил в больницу совсем недавно, но у него в палате уже стояла ваза с белыми цветами распустившейся акации*, которые давали сильный аромат, из-за которого у людей может разболеться голова. Но мужчина, казалось, не замечал ничего вокруг. Ни цветов, ни внимательных взглядов медсестры, обращенных на него, ни яркого светящегося солнца. Он был глубоко поглощён в свои размышления. Ни вооруженным взглядом было понятно, что он принимает, возможно, одно из самых важных решений в своей жизни. Немного позже он таким же внимательным взглядом посмотрел на молодую девушку и жестом попросил ее присесть на край кровати. Щеки девушки моментально вспыхнули алым, и, опустив голову от смущения, она села рядом с молодым человеком. Он накрыл ее руку своей и, посмотрев ей в глаза сказал: - Девушка, ваш пристальный взгляд не заметит только слепой,- и подумав он добавил,- хотя я уверен, что он почувствовал бы посылаемый ему сигнал. Но я спешу вас огорчить: я семейный человек, у меня уже взрослая дочь и мое сердце уже занято самой прекрасной женщиной в мире,- при этих словах в его глазах лишь на доли секунды можно было заметить пробежавшую в них печаль. Сначала девушка удивилась, что у такого молодого на вид мужчины уже есть взрослая дочь. Насколько взрослая? Промелькнуло у нее в голове. А когда смысл его слов дошел до нее, ее сердце как будто упало с высокого обрыва, и она в слезах выбежала из палаты. Это как раз увидела подходившая к палате отца Лина. И вместо приветствия она сказала: - А ты все так же разбиваешь сердца, мой престарелый ловелас? При этих словах на лице мистера Фрая показалось улыбка, свет которой мог бы осветить Марианскую впадину. Лина уже было хотела достать из рюкзака зефир в шоколаде ручной работы, которые так любит ее отец. Но он остановил ее и попросил подождать пока он не подпишет бумаги, что не имеет претензий на больницу в случает чего, и не поедет с ней домой. Мисс Фрай пыталась отговорить его, приводила различные доводы того, почему он должен остаться в больнице, но мистер Фрай не был бы собой, если бы его удалось уговорить. И уже чрез немного больше чем час они, вызвав такси, ехали домой. Они не разговаривали в машине. Она смотрела в окно на предзакатное небо. Он тоже. Эта была их общая привычка, именно отец научил Лину замечать прекрасное в обыденном, как когда-то научили его. Когда-то именно мистер Фрай рассказывал дочери, что каждый день мы наблюдаем разный закат, и что даже самый пасмурный день по-своему прекрасен. Мистер Фрай оторвался от созерцания вида из окна машины и посмотрел на дочь. Но в глаза ему попался незакрытый рюкзак дочери, в котором, помимо зефира было то, что еще больше привлекло его внимание: письмо с такой до боли в сердце знакомой печатью. До конца поездки Лина ощущала в воздухе напряжение. Зайдя в дом, мистер Фрай пересек прихожую и, поднявшись по лестнице вверх на второй этаж, скрылся в своем кабинете. Он присел за свой рабочий стол и собирался тщательно обдумать все свои следующие действия, как в дверь постучали. В двери показалась Титуба, которая принесла поднос с чаем и тарелку с зефиром. Локи стало стыдно, что он не поблагодарил дочь за такой прекрасный гостинец и пообещал себе, что он это непременно сделает. Он все еще думал о том письме, даже не письме, а печати на нем. «Нужно все ей рассказать». – Думал он. – «А как? Начать с того, позволь я расскажу тебе одну историю? Нет, слишком много пафоса, много экшена. Или может, хочешь, я расскажу тебе сказку? Локи, ты дебил…Я же знал, что когда-нибудь ей придется все рассказать, почему не подумал об этом раньше?». Он все думал, с чего начать, а время не любит ждать. Мысли о том, как рассказать все Лине, окунули его в омут воспоминаний и он поддался ему. 1 января, 1888 год. Казалось, что эту встречу подарила ему сама судьба. Когда ему показалось, что Смерть заберет его снова в свои объятия, и он снова почувствует раскаленный жар Ада, пришла она. Он не мог разглядеть ее черты, но понял, что она что-то говорит ему, возможно, что-то спрашивает. Все тело ныло, болело адски, в прямом смысле. И он потерял сознание. Казалось, этого не могло произойти, ведь он уже испытал так много боли, что эта должна была быть не больнее укуса комара… Он проснулся, но не спешил открывать глаза. Прислушивался… В камине потрескивали дрова, а за окном пела свою песню метель. В комнате явно кто-то находился, его слух улавливал шаги. Она подошла, присела на край кровати и сказала: - Меня не проведешь, я знаю, что вы уже проснулись. Он не открыл глаза, но услышал отчетливый тяжелый вздох. Его приподняли за голову, он почувствовал горький привкус во рту. Его глаза резко распахнулись сами собой. Отстранившись от незнакомки, он выплюнул горькое, как он подумал, отвратное пойло. Он встретился с ней глазами. Не нужно быть великим экспертом в понимании человеческих чувств, чтобы понять, что она злилась. Она ничего ему не сказала, не стала его расспрашивать. Она не испытывает страха находясь рядом с ним. Может именно этого он жаждал? «Как молодо она выглядит». Вот, что он тогда подумал. Именно такой образ этой молчаливой, доброй, кроткой и в тоже время храброй девушки, он пронесет, через всю свою долгую жизнь. Прошла неделя. Он ничего не сказал за все это время, она и не заставляла. Ей было неловко говорить. Она любила молчать. Зато он не мог больше терпеть: - Как тебя зовут? – спросил он охрипшим от долгого молчания голосом. Прозвучали те самые сверчки. - Ты не боишься меня? – снова заговорил он. Она проигнорировала его очередной раз. Но на этот раз, из-за того, что ее мысли были заняты другим. Она металась по комнате, будто искала что-то. Заглядывала под стул и стулья, отрывала шкаф, заглянула даже под кровать и ушла в другую комнату. Молодой человек почувствовал, что Морфей вновь завет его в сое царство. Он закрыл глаза и почти погрузился в эту сладкую тьму, как почувствовал, что что-то небольшое сперва забралось на кровать, в которой он лежал, а потом как что-то небольшое легло ему на грудь и мелодично замурлыкало. Открыв глаза, он увидел черного кота с пронзительными, даже можно сказать по-человечески умными глазами. Он услышал, как хлопнула входная дверь. И, наконец, погрузился в столь желанный сон. Он не знает, сколько прошло времени, когда он открыл глаза. Может это был вечер, а может уже наступило завтра. Он не слышал больше мелодичного мурчания и не чувствовал никакого давления на своей груди. Он слышал только тихие всхлипы девушки, которая его выхаживала. Есть примета, а может это называется легендой, что коты лечат, забирая себе чужую боль. Именно это произошло в ту самую минуту, когда это черное чудесное создание запрыгнуло на грудь молодого человека… Именно этого кота искала девушка. Он был ей очень дорог, ведь был с ней с самого начала ее нелегкого и одинокого пути и сегодня их совместная жизнь подошла к концу. Кота не стало. У молодого человека были такие же черные волосы, как шерсть кота. И такие же пронзительные умные глаза. Кота звали Локи. Теперь молодой человек и кот делят и имя. *** Мистер Фрай вышел из-за стола. И пройдя до конца коридора до двери, достал единственный ключ, который всегда носил с собой, открыл дверь. В этой комнате всегда было темно из-за скопившихся коробок, пыльно и весь потолок и углы комнаты были усыпаны паутиной. Эх, кошмар арахнофоба. Пробираясь сквозь эти завалы, Локи подошел к самой дальней коробке и, открыв ее достал оттуда шкатулку из-под часов, на которой было выгравировано «Для дорого и любимого Марка Фрая от любящей жены Эмили Фрай с годовщиной». И дата «13.09.2003». Открыв шкатулку, он достал часы, которые остановились на времени 17:05. На времени смерти настоящих родителей Лины. С этой шкатулкой Локи и направился в комнату девушки с твердым намерением рассказать ей правду. В этом случае, конечно было бы лучше рассказать правду намного раньше, чтобы морально подготовить девушку и уберечь от всех опасностей. Но ему всегда казалось, что в ее случае лучшая защита это незнание. Как же он ошибался… Постучавшись в дверь ее комнаты, он приоткрыл дверь и увидел, что девушка сладко спит. Пройдя до ее кровати. он поцеловал ее в лоб и получше накрыв одеялом вышел. «Может завтра у меня и не будет такой решимости ей все рассказать, но я найду в себе силы сделать это…»