Мирные деньки графства Хенитьюз

Утренний покой в доме семьи Хенитьюз заканчивался тогда, когда просыпалось маленькое чадо графа и графини Хенитьюз. Кейл Хенитьюз был единственным и горячо любимым ребенком Дерута и Джур, но все же это не отменяет факта того, что он был любопытным ребенком, который любил внимание своих родителей. И бывали моменты того, когда личный слуга Кейла, Рон Молан мог позволить своему молодому господину нарушить покой своих родителей, чтобы провести время с родителями. Джур прекрасно понимала, почему Рон иногда мог позволять такие вольности своему ребенку, так как отчасти, Рон немного, но все же заботился о Кейле, и потакал его желаниям. Ну, она не могла винить Молана-старшего, так как ее любимый сын действительно мог убедить кого угодно, просто посмотрев на него своими большими глазами. Красноволосая прекрасно видела, каким же милым мог быть ее сын, даже когда он будил ее и Дерута в пять утра, чтобы показать им то, как он нарисовал свой рисунок с ними. И хотя она не должна была одобрять его текущее поведение, так как он же будущий наследник графства Хенитьюз, но ей было все равно, так как она видела, каким же счастливым выглядел Кейл, когда она похвалила его рисунок, хоть он и был сомнительного качества, но нужно было учитывать, что он был ребенком, и для его возраста, это рисунок выглядел абсолютно замечательно. Вот и сейчас, Джур увела сына из их комнаты, чтобы Дерут смог немного поспать, так как ему через пару часов нужно будет пойти на какую-то встречу, а потом разбираться с документацией территории. Хоть с документами она и могла ему помочь, но Дерут действительно отказывался от ее помощи, говоря про то, чтобы она была рядом с Кейлом. От дальнейших размышлений ее оторвал Рон, который с вежливой улыбкой поприветствовал их, и пригласил на ранний завтрак. Джур с улыбкой пожелала мужчине доброго утра и повела сына за руку, следуя за Моланом. Они прошли в малую трапезную, где уже накрыли на стол. — Спасибо вам, Рон, если вы не против, то не могли бы вы с вашим сыном присоединиться к нам? — с дружелюбной улыбкой поинтересовалась женщина, отмечая, как напрягся мужчина, но внешне не показал никаких признаков дискомфорта, все так же с улыбкой смотря на них, — Что думаешь, Кейл, ты хотел бы позавтракать с Роном и Бикросом? Более ласковым тоном поинтересовалась графиня, на что ребенок ярко улыбнулся и посмотрел на Рона, который спустя пару мгновений отвел взгляд, не совсем привыкший к такому выражению лица. — Конечно, Рон, вы ведь не против позавтракать с нами? Мне интересно узнать мнение Бикроса на счет десертов, которые я хотел бы ввести, — с широкой, но очень яркой улыбкой произнес Кейл, — Он ведь учится на повара у нас, так что ему лучше знать некоторые тонкости готовки. Продолжил говорить Кейл, не замечая то, как смягчился взгляд Джур, и то, как немного потеплели глаза Рона, когда речь зашла о его сыне, которого хоть косвенно, но хвали. Хоть ему и не нравилось скрываться и быть слугой, но это было достаточно безопасно, им еще повезло, что после того, как они сбежали на Западный Континент, получить место среди слуг графства Хенитьюз, так как здешние условия были гораздо лучше, чем у многих дворян, да и свободы действий у них было гораздо больше. Быть личным слугой этого маленького ребенка, которого графиня Джур после рождения доверила ему, было не так уж и плохо, так как молодой господин Кейл был относительно спокойным и не капризным ребенком. — Конечно, молодой господин, Графиня Джур, — мужчина вежливо склонил голову, — Я предупрежу своего сына, чтобы он подошел сюда на трапезу. Молан действительно был отчасти привязан к ребенку, который был практически самым милым и ярким ребенком, которого ассассин когда-либо видел. Он все же отвел взгляд, когда заметил, что улыбка ребенка стала еще счастливей, не совсем понимая, как кто-то мог радоваться таким простым вещам, порой дети были действительно самыми искренними существами, такими доверчивыми со своей привязанностью, что было пугающе просто заслужить их доверие и любовь. Рону отчасти было грустно, что его сыну пришлось пожертвовать своим детством, но это было сделано для того, чтобы они могли выжить. Сейчас его сын проходил обучение у местных поваров, ему уже доверяли готовить простые рецепты, на подобии салатов, или же десертов, которые не требуют того, чтобы приближаться к плите. Его сын уже не спал, когда он зашел в их комнату, он внимательно наблюдал за ним, оторвав взгляд от книги, которую он изучал, Рон подметил, что это была поваренная книга, которую Бикросу дали пару дней назад, чтобы он выучил оттуда пару рецептов. — Доброе утро, сын, — более тепло поздоровался Молан-старший, на что Бикрос тоже поприветствовал его, и вопросительно посмотрел на него, ожидая, что тот продолжит, так как был уверен, что Рон пришел не просто так, — Молодой Господин, и Графиня, хотят провести трапезу с нами, так что думаю, что стоит быстрее собраться, да и Молодой Господин хочет посоветоваться с тобой по поводу рецептов. Бикрос подавил на лице слабую улыбку, которая возникла от того, что молодой наследник графства Хенитьюз хочет его совет, но его отец все равно это заметил, но ничего не сказал по этому поводу. Спустя пару минут отец и сын семьи Молан сидели рядом с дуэтом сына и матери Хенитьюз, Бикрос немного неловко отвечал довольно энергичному ребенку, почему не стоит есть сырые ингредиенты и почему Кейла не допускают на кухню, чтобы экспериментировать с готовкой без присмотра взрослых. А так же довольно серьезно пообещал тому, что проверит некоторые рецепты, которые предложил Кейл, чтобы узнать, насколько же вкусным выйдет сочетание некоторых продуктов. За своим разговором они и не заметили, какими взглядами на них смотрели их родители. Они были поглощены разговором настолько, что даже не слышали, что взрослые сами начали свою беседу. — Это ведь приятно, видеть, как дети могут просто спокойно поговорить, на темы, которые им интересны, так ведь, Рон? — улыбалась графиня, открыто смотря на детей, Кейл довольно ярко улыбался, даже начал что-то жестикулировать, поясняя свою точку зрения, Рон тоже подметил, что его сын выглядел более расслаблено, чем обычно, он даже не скрывал легкую улыбку, которая возникала на его лице, когда дело зашло о готовке, да и он не слышал ранее, как Бикрос высказывает свое мнение так открыто с другими слугами. Да и Рон был рад видеть, что Кейл внимательно слушал его сына, чем поднимал тому настроение, так как не каждый человек, не включая, конечно, Рона, мог слушать болтовню Бикроса о готовке, и о том, как нужно нарезать ингредиенты, чтобы блюдо вышло более сочным. Но Кейл справлялся с этим довольно неплохо, внимательно слушая, и при этом задавая вопросы, показывая, что тому это действительно интересно. — Да, это действительно приятно наблюдать, графиня Джур, — более мягко ответил Молан, наблюдая за выражением лица сына, отмечая, что его глаза почти блестели, да и выражение лица стало более оживленным, когда он понял, что Кейл действительно интересуется его мнением, и задает свои вопросы, чтобы узнать больше. Отчасти Молан хотел, чтобы Бикрос чаще имел подобное выражение лица, чтобы его сын был счастлив. И если отклониться от темы, Рон уже довольно давно заметил, что Граф Хенитьюз довольно часто отсутствовал, не проводил время со своей семьей так часто, будучи занятым с документами и встречей с другими аристократами. Хоть это и не было его делом, но все же это вызывало определенные вопросы у него. После того, как они позавтракали, Кейл буквально соскочил со своего места, и схватив Бикроса за руку, уволок того из комнаты. Рон даже позволил себе улыбнуться от удивленного взгляда его сына, который не ожидал, что его утянут на поиски приключений с Кейлом за компанию. Все же этот ребенок был не так уж и плох, так что небольшая привязанность к этому ребенку не может быть настолько плохой? По крайней мере, если он не собирается каким-нибудь образом вредить его сыну, или обижать его.