We are number one

Лера не знала, чего ей хотелось больше, сломать что нибудь к чёртовой матери или разреветься. Её раздражало абсолютно все и вся. Разумовский, в его красных шортах, Волков, с его поддавками — да лучше бы он бил со всей силы, так хоть гнев ушёл бы через боль — глупые комментарии и замечания. Волков уходит раньше — у него встреча — Макарова не знает, но судя по всему Сергей в курсе. Когда зал остаётся в распоряжении их двоих, Разумовский, предлагает: — Ну что, проверим твои способности, ма шери? — звучит даже не язвительно, просто с вызовом и Макарова не видит причин отказываться. С ним можно драться не притворяясь, так что это хороший шанс выпустить пар. Лера не отвечает, просто кивает и встаёт в стойку. Сергей бьёт первым, Валера успевает отразить удар и бьёт в ответ. Попадает. Но Разумовский сдавать не собирается, парирует в драке. Они сцепляются на равных, пока Лера, не начинает заметно проигрывать. — Сдавайся, Лерочка — Иди нахер, — Она, почти прижатая, снова бьет, уже более удачно. На сей раз пасует уже Сергей. Макарову НАСТОЛЬКО злой он ещё не видел. Девушка буквально дымится. — Что, плохой день выдался? — усмехается мужчина, ловко уворачиваясь от удара в шею. — Лучше замолчи. Я за себя не ручаюсь. — Эмоциями в драке не выиграть, нужен холодный разум, ма шери. Девушка, от очередного комментария буквально вспыхивает, ударяет поддых. — Ох, однако ж, я прав, — он, сутулясь от удара, снова усмехается. В целом, Леру раздражает сам факт того, что он чертовски прав — как всегда. Её трясёт от того, что он ещё над ней надсмехается. От того, что как бы она не пыталась, выместить весь гнев, в драке, в битье груши, в процессе разрывания бумаги, в простом человеческом крике — ничего из этого просто не помогало. Складывалась уверенность, что будь она в таком состоянии на задании- действительно смогла бы кого-нибудь порешить. Проблема в том, что она не на задании — а может и хорошо, что нет — в том, что гнев копится и никуда не девается, в том, что человек перед ней сильнее и, как бы она ни старалась, победить его не может. После очередного удара девушки, Сергей уже не думает о том, чтобы продолжить. Слишком уж она разозлилась. И если не прекратить все это сейчас — они переубивают друг друга прямо в этом зале. Он ловко перехватывает её руку, заламывая назад и прижимая девушку к себе спиной, фиксируя так, чтобы та не могла сдвинуться. — Пусти меня! — она пробует приём, которому её учил Олег, но все тщетно. Сергей держит крепко, а она трепыхается в его хватке как птица в клетке. — Успокойся, — выдаёт на это Разумовский, крепче её фиксируя. — Да отвали ты! — Макарова уже откровенно психует. Но Серёге не впервой видеть такое состояние — пика. Все — дальше уже некуда. Нужна разрядка. Он просто держит её, пока девушка не перестаёт сопротивляться, продолжает прижимать её дальше, но уже не так сильно. Макарова дышит загнанно, но больше не сопротивляется, наоборот, обмякая в сильных руках. Глаза сами собой становятся влажными, и за мутной поволокой уже ничего не видно. Она опять облажалась по всем фронтам. Солёные капли катятся по щекам, пока она сотрясается в беззвучном рыдании. — Лера, — её имя из уст мужчины звучит парадоксально спокойно и без насмешки. Макарова вздрагивает — неожиданно слышать такое простое «Лера», вместо жеманно-насмешливого «Лерочка». — Дыши. И тишина. Разумовский не говорит ровным счётом ничего, только держит её. А это именно то, что сейчас ей так необходимо. Лера понимает — отпусти он её сейчас, она упадёт и вряд ли сможет встать. Сильные руки, на её ребрах и талии кажутся такими правильными, что она всхлипывает. Сергей разворачивает её к себе, и девушка утыкается лицом куда-то в изгиб шеи, опаляя горячим дыханием. Кожа от этого покрывается мурашками и он стискивает её сильнее. Она безвольной куклой еле стоит, уткнувшись в него и уже не сдерживая рыданий. На самом деле ей хочется закричать так, чтобы сорвать голос, но эта привилегия слишком дорого стоит. Они стоят так около минуты, когда Разумовский подхватывает её, так же не отстраняя, несёт на диван и садится на него вместе с Макаровой, так, что та оказывается на его коленях. Она не понимает, почему работодатель терпит от неё все это, но сейчас становится абсолютно плевать и на причины и на последствия. За день, наконец, происходит такая необходимая разгрузка и она просто теряет силы окончательно.

~

Она приходит в себя укутанной в плед, лежа на диване. Сергея рядом не оказывается, но она отчётливо слышит стук клавиатуры ноутбука, где-то за головой. Она привстаёт, оглядываясь. Разумовский поднимает голову от монитора. — Проснулась. Чаю хочешь? Лера кивает, осознавая, что её щеки наверняка пылают ярче питерских закатов, Сергей, будто и не замечая смущения девушки, идёт ставить чайник. Они пьют чай в тишине, когда Лера наконец решается. — Спасибо. — М? За что? — Сергей вновь отрывается от ноутбука. — За сегодня, — не найдя ответа лучше, говорит девушка, опуская взгляд. — Всем иногда нужно выпустить пар, ма шери. Лера взрагивает, вновь улавливая этот спокойный голос. — Я вызову такси — Хорошо. Завтра тренировка по расписанию, — коротко отвечает Сергей и Макарова кивает. Быстро собирает вещи и почти сбегает. В такси она ещё пытается думать о произошедшем, но уставший разум отказывается воспринимать информацию. Так что она бросает все попытки и оставляет рефлексию на потом.