Два друга шли домой

Каспелю было ужасно страшно в мешке, но страшнее было слышать через него истеричный смех, когда же через мгновение с него снимают мешковину грязные лапы разбойника. Мальчик замер, а амбал Хотценплотц начал смеяться и тыкать в него пальцами и называть Саппелем, через секунду из-за его плеча выскочил и хозяин дома. То был бледный и рябой маг, он тоже смеялся сквозь свои кривые зубы и тыча в мальчонку своими длинными страшными пальцами. Мальчик не решился, что-либо говорить, а рыпнуться и убежать было мало возможным, громила Хотценплотц стоял близко и при любом побеге мог снова схватить его за руку и сжать ее до хруста костей, а от нервозного хозяина тёмного замка, он и подавно не мог знать, чего ожидать. - И почему ты так уверен, что он мне идеально подойдет? – голос кривозубого, звучал уже не так пискляво, а вполне вменяемо. На что разбойник, замялся немного, но выдал: - Так, это, он же тупой как пробка. Настолько глуп, что даже своего имени не помнит! Смотри-ка, эй парень, как тебя зовут? - Каспель, сер. - парень сидел смирно, и даже свое настоящее имя говорить было страшно. -Ха-ха ну и тупица, видишь Цвакельманн, он все время забывает, что его зовут Саппель. Маг нагнулся к парню и хищно прищурился, осматривая лицо белокурого мальчика, а потом резко встал в свой рост - Ладно, думаю он мне подойдет, мальчик живо на кухню и почисть мне три ведра картошки. ЖИВО! Каспель быстро убежал на кухню. Чистя эту ужасающую гору картофеля, парень время от времени слышал голоса похитителей и их смех. Прошло, наверное, часа два, смех и болтовня давно закончились, наверное, разбойник ушёл, а маг к нему пока не заглядывал. И вот уже чистя, наверное, пятидесятую картофелину, руки нещадно сводило, а мысли о друге все чаще и чаще начали появляться «И как там Сапель? Боже, надеюсь ему сейчас легче чем мне…» *** А Саппель сидел уже битый час на холодном камне с прикованный одной ногой. И вот наконец вернулся его похититель, весь косматый и бухой, в одной руке он нес практически пустую бутылку джина, а в другой свежеубитого гуся. Хотценплотц кинул тушку прямо в руки мальчику: - Приготовь его. - - Но, я не умею…- очень тихо и растерянно проговорил Саппель, на что пьяное рычание разбойника переросло в крик: – Приготовь этого чертово гуся! Парень в истерике начал дергать перо за пером этого гуся, он плакал от своего бессилия, но вспомнил как его матушка, готовила курей, она сначала окунала тушку птицы в кипяток, на пару секунд и потом вытаскивала, и уже с лёгкостью дергала перья птицы. Сапель на свою удачу увидел котел с кипящей водой, что поставил себе Хоценплот. Разбойник развалился на ободранном кресле, напротив огня, он был в полусне, что-то пьяно бурчал себе под нос, но на мальчишку не обращал внимание. Саппель решил воспользоваться моментом и окунуть гуся в кипяток, секунда другая и ошпаренная птица, наконец-то поддалась. Сапель уже быстро и без труда ощипал гуся, но осталось самое неприятно, то, чего он бы никогда не стал делать, а именно потрошить тушку. Он не хотел марать руки, а потому тихим голосом и аккуратными постукивания по руке Хеценплота, стал будить разбойника. – Мистер, я ощипал гуся, выпотрошите его пожалуйста. Хоценплот резко открыл глаза - Ааа, жалкий мальчишка! - рык и отвратное зловоние отшатнули мальчика на метр от мужчины. Мужчина встал и подошёл вплотную к Саппелю, он схватил своей огромной рукой, ручку мальчика, что держала ощипанную тушку. – Смотри сюда, держишь ее так, - он уложил гуся на стол, достал свой охотничий нож. - Надрезаешь вот тут. – Разрез был у клоаки птицы, несмотря, что разбойник был пьян, он с точностью хирурга сделал эти надрезы. - Клоаку, задеть очень легко, и все дерьмо из гуся повалится, вонять будет так, как от тебя сейчас ахах. – мальчик внимательно слушал, он боялся сделать лишний вздох, что бы ему так же филигранно не сделали надрезы. - Руку просунь внутрь, и с глотки вычищай все органы до одного, и аккуратнее с кишками. -Хотценплотц улыбался сквозь свою лохматую бороду. Сапель, что-то тихо отнекивался, но рука была схвачена и протолкнута в нутро гуся. От такого парень замер и на секунду его чуть не вывернуло, гусь внутри был еще теплый, а органы склизкими, он сквозь слезы на глазах начал протаскивать руку глубже и глубже пока не нащупал сердечко гуся, но это явно было не все. Начиная с трахеи он начал потихоньку зацеплять все больше и больше органов со стенок ребер гуся, вытряхивая все больше и больше, останков, птицы на стол, тем больше был доволен пьяный медведь. Сам же шок и отвращение к происходящему у чернокудрого мальчика проходил. Постепенно «скряб» за «скрябом», он привык и отпустил этот шок, в конце концов его мать и отец, занимались таким чуть-ли не каждый день. - Хорошо, иди опали гуся от перьев, а я пока отыщу в этом адском месиве, сердце и печень, остальные органы оставим друзьям. Сапель, омыл руки в тазу и наткнув на палку гуся, начал держать над костром, опаливать он точно не умел и пытался догадаться в какой же момент нужно остановится, но на его благо к нему подошёл разбойник и сам это сделал. Тушку они омыли от крови и даже немного обтёрли ее маслом и чесноком, поставили на огонь, и через минут двадцать у них был целый ужин, но как сказать у них, разбойник все съел сам и косточки не оставил мальчику. - А как же я? Рыгая и обтирая жирные губы об рубашку, Хотценплотц похлопал по плечу мальчишке и сказал: - - Молодец Каспель, завтра сам себе поймаешь дичь, и тогда поешь, а пока спи, я встаю рано с рассветом, ты встанешь со мной и пойдешь на охоту. Ложась спать на ободранной подстилке, мальчик вспомнил своего друга Каспеля и надеясь, что с ним сейчас все в порядке тихонечко проговорил, будто тот лежал рядом – Спокойной ночи Каспель. - Сам себя не утешишь, никто не утешит. – прохрипел сонный разбойник. *** - Доброй ночи Саппель. - проговорил Каспель, лежа на вполне себе нормальной кровати, его новый хозяин был в достаточно в хорошем настроении, когда отведал, столь не малое количество картошки, что даже расщедрился на отдельную комнату в замке для своего раба. Уснуть в мрачной комнате, что наблюдалась странным глазом на стене не получалось. Как заметил мальчик, эти глаза были в каждой комнате и имели непосредственную связь с хозяином дома. И как этот чудак не сходил с ума от такого количества информации? Но, что ему до него, себя бы спасти, а потом и друга, от того Каспель смиренно лежал и ждал в надежде, что зоркий глаз тоже уснет. Меж тем ночь аккуратно перетекала в рассвет, и наконец-то каменный глаз уснул. Каспель, наконец-то получил свой заветный шанс и тихонечко прокрался к окну. Выглянув наружу, он увидел, что находится как минимум на пятом этаже. Выход был один, через окно, ведь дверь наружу исчезла, как только ее захлопнул маг. Вылезал парень аккуратно, цепляясь за все выступы и кирпичики, постепенно шаг за шагом он спускался, но предательские руки вспотели от страха и чуть ли не сорвавшись, парень схватился за самый большой выступ, держась за него он невольно вздохнул, и его спасительный выступ раскрылся одним из каменных глазниц. От испуга парень отпустил руки и начал падать, на его счастье или же несчастье, его подхватил на мантии маг. - Какого черта, мальчишка! Умереть вздумал? – лицо Цвакельманна выражала недовольство, но на миллисекунду он будто бы и сам испугался. Каспель дрожал от испуга и виновато потупил взор вниз. - Глупая твоя башка, видимо ты настолько глуп, что даже жизнью своей не дорожишь, живо спать! Завтра много работы тебе дам, что бы не повадно было! – они спустились обратно в комнату мальчишки, колдун щёлкнул пальцами и окно исчезло. -Видимо ты сам заслуживаешь темницу. - перед уходом сказал Цвакельманн, дверь захлопнулась и исчезла за ним. Каспель и правду остался в темнице без дверей и окон, очень страшно, а еще это дурацкий глаз, скорее всего он сегодня не закроется. Мальчик постарался уснуть и в целом ему это удалось. *** Каспель спал крепко, а потому на визгливые команды мага, плохо реагировал, что-то сквозь сон он бормотал про бабушку. Цвакельманну пришлось его потормошить, за плечи, и чтоб уж наверняка, о схватил своими уродливыми, длинными когтями плечо, от этого парень с легким визгом проснулся. - Крепко спишь, для самоубийцы. Пошли, дам тебе «пару» заданий. – они прошли на кухню, где колдун быстро сказал свой список дел. – А теперь повтори. Мальчик издевательски путал все, что сказал ему маг, он путал каждое слово, от чего Цвакельманн бесился, истерично кричал, много, очень много ругался и готов уже было бегать по потолку. – НЕТ! НЕТ! НЕТ! Всё не так! Почему бог не одарил тебя мозгами! Ладно сделай только ужин, я сегодня поздно вернусь. – Цвакельманн снял с себя свой синий халат, и готовый уже улететь на нем через окно, остановился при вопросе мальчишки. – Постойте, господин, я страшно голоден, где мне взять еду? – на что, маг закатил глаза. - В подвале полно еды, можешь брать все что захочешь. – не выслушав слов благодарности маг выпрыгнул в окно, на что мальчик подбежал к окну и увидел, как маг быстро летит в даль на своей мантии. - Фух, я один, наконец-то. – Каспель пнул ведро с картошкой, он не намеревался, оставаться тут на долго. Показав одному из каменных глазниц, язык, он начал бегать по замку и разносить вещи мага в беспорядке, но на, долго не останавливаясь на этом он стал быстрее добежать до кладовой, взять связку всего съедобного и желательно повкуснее, и отправится прочь из замка. Набивая карманы всем чем, только можно, он очень был удивлен, почему при всем этом богатстве вкусностей, маг предпочел именно скудный клубень. «С жиру бесится, не иначе», подумал мальчишка. Выходя из подвала, он услышал в дали женское пение, от неожиданности парень чуть не поперхнулся колбасой. Идя на голос, он пробирался все глубже и глубже в недра замка, и наконец отворив дверь, обнаружил за ней маленький пруд. А в нем сидела маленькая лягушка. Она уже не пела, а удивлённо смотрела на ребенка. - Ты кто? - спросил Каспель. - Я? Ты знаешь! - Говорящая лягушка в подвале замка мага, нет, я не понимаю. – мальчик озадаченно почесал затылок. Лягушка с подозрением прищурилась - Ладно, вроде ты не он. Как ты сюда попал? - Меня и моего друга поймал разбойник, мой друг как я понял все еще в ловушке у Хоценплота, а меня он продал этому грязному магу за бутылку джина. - Бедные дети, я хотела бы помочь, но отсюда нет выхода, возможно у твоего друга еще есть шанс, ведь разбойник глуп как пробка. А ты же в беде. Я когда-то была феей, но уже как семь лет я прибываю в этом жалком состоянии. - Ужасно! Сейчас маг улетел, я собирался покинуть, это место. - У тебя мало шансов, если ты, конечно, сам не маг. Сквозь его магию можно пройти либо с разрешения хозяина или же быть более сильным колдуном чем хозяин защиты. Каспель откусил, кусок колбаски и жуя ответил – Ну раз даже у Сапеля есть шанс, то у меня он тоже должен быть. Мальчик самонадеянно пошел к выходу, но его окликнула лягушка. - Постой! Ты говорил колдуну свое имя? - Эм… нет, точнее он знает не настоящее. А что такое? Мордочка лягушки облегчённо моргнула. – Хорошо, тогда если боги благосклонны будут к тебе, и ты сбежишь на волю, то ты должен найти волшебную траву, что появляется ровно в полночь, ее ты узнаешь по серебряному свету. – Мальчик кивнул и направился к выходу. Около замка практически не было никаких ограждений лишь небольшие арки, соединяющиеся между собой и изредка каменным забором и все с тем же вездесущим глазом. Каспель посмотрел на это все, хмыкнул и пошел к лесу, но пейзаж леса резко сменился видом на замок. Он раз за разом проходил сквозь арку и все время возвращался к исходной точке. Благо времени было еще много и день только начался. Откусив еще колбасы, он сел, напортив ворот и начал думать, как ему, пройти сквозь ворота. Он тяжело вздохнул закрыл глаза и представил, как спокойно уходит по тропинке через лес, как он идет меж еловых лап, проходит мимо речушки, находит пещеру разбойника. Там он увидел своего дорогого друга Саппеля, который собирался идти спать, он был очень уставшим и грязным, Каспель не узнавал в друге ту жизнерадостность, что светилась в личике пухленького мальчика. Каспель тихонечко подкравшись к другу поманил его за собой, но друг его не видел, от досады придуманный мир Каспля начал рушатся, а через секунду и вовсе исчез. Открыв глаза, он увидел, что день превратился в сумерки, а за спиной он почувствовал чужое присутствие. Он не хотел оборачиваться, он понимал, что его пропиливает злобный взгляд колдуна. - Ах ты бездельник! «Тунеядец и редкостная свинья!» —прокричал Цвакельманн, он взял мальчика за грудки и отвесил смачную пощечину. Каспель испуганно глядел на колдуна, и не понимал как его легкая фантазия, которая казалось заняла не больше десяти минут, привела к этому исходу. - Почему, ты ни сделал ничего, из того, что я тебе поручил!? Почему на кухне бардак! ПОЧЕМУ В КЛАДОВОЙ БУДТО АРМАГЕДДОН ПРОШЕЛ! Ты, что хочешь, чтобы я тебя превратил в маленькую мышку, которую съест Изольда!? Отвечай? – каждое слово выходило сквозь кривые зубы мага с таим гневом, Каспель дрожал и боялся, что его ударят, еще раз, слова мага про мышку, совсем будто не напугали парня. - Нет сэр…Этого больше не повторится… Не… Не бейте меня больше. – Цвакельманн отпустил мальчика, и пинком прогнал его обратно в замок, что бы тот убрал за собой тот беспорядок, что он устроил днём. Остаток вечера он убирался, и чистил эту проклятую картошку, чтобы более не получать оплеух. Когда его без слов прогнали прочь в свою комнату, он улегся на свою постель, без окон и дверей, камера узника сдавливала его. Повернувшись лицом к стене, он пожелал спокойной ночи Саппелю, и постарался как можно скорее уснуть. *** Так же к стене лежал и Саппель, он не мог думать не о чем, кроме как о сегодняшнем дне. С самого раннего утра, как и обещал разбойник, они встали на охоту. Там они долго шли через практически нелюдимые тропинки, Хотценплотц вёл его на привязи как осла. Сапель не привыкший вставать так рано, был в сумеречном состоянии, а все его мысли сейчас заключались на том, чтобы не запнуться на сучке или корне неловко. Когда Хоценпот решил, что они пришли туда куда надо, он снял с парня веревку. – Ты не сбежишь от меня, я стреляю метко. - Прошепелявил разбойник, поглаживая свой обрез на поясе. - Голодный мальчик, я сегодня хочу научить тебя основе жизни. – он достал нож и кинул его к ногам Сапеля, нож воткнулся рядом чуть ли не задев башмак ребенка. Он взял его. - Я поймаю того оленя, а ты мне поможешь его освежевать и дотащить его тупую голову. – мужчина указал на дальнее пастбище оленей, которые почему-то не замечали такого громкого мужчину. Хотценплотц достал из-за спины охотничий мушкет, нацелился на одно из оленей и выстрелил. Саппель не хотел смотреть на это и закрыл руками лицо. Его одернул разбойник, и повел за собой к следам крови оленя. Стадо убежало, а раненный олень скрылся немного в другом направлении. - Смотри за следом внимательно и иди как хищник. – Хоценплот ждал, когда Сапель проявит себя, но тот не хотел идти за раненым зверем. Тогда его подтолкнул разбойник и ещё одним взглядом напоминая про мушкет. Сапель взглотнул и пошёл по следу оленя, кровь постепенно начала впитываться в землю, от чего получил нагоняй разбойника. И он приложил больше скорости и внимательности к этой охоте. Найдя же оленя, он лежал и мычал в агонии. Его крик напугал домашнего мальчика. Охотник подтолкнул Саппеля к оленю. - Ну же добей его! - Я…я не могу! Это не мертвый гусь, которого надо было ощипать! Он еще жив, может поможем ему, умоляю! - Видимо ты недостаточно, голоден. Подумай о себе, впереди осень, а за ней зима. Глупый Каспель, не хочет себе теплую подстилку. – От этих слов, мальчик заплакал, ведь только одна мысль, о том, что он застрял с этим мерзавцем навсегда, ужасала. - Я что никогда больше не увижу своего отца и мать? – на этот вопрос Хоцемплот не отвечал, а рыдания мальчика усиливались, своей огромной рукой он притянул к себе ребенка, и прижал к себе. – Тише… Но он тут же его отпустил и снова, указал на храпящего оленя. Саппель плакал, и слезы затмевали все, что он видел, он удар за ударом, бил по горлу оленя, пока тот не издал такой пронзительный крик, что на секунду сердце мальчика остановилось. Он откинул нож прочь, закрылся руками и начал рыдать еще сильнее. Хотценплотц потрепал голову мальчишке, и сказал, что тот молодец. Немного погодя, он дал ребенку время, чтобы тот успокоился. - Да в первый раз это нелегко. Тебе повезло, что твой отец был ласков с тобой, и не учил жесткости, но твоего отца здесь нет. – Он подал снова нож Сапелю и начал показывать, как надо снимать шкуру с оленя. - Когда мне было столько же лет как тебе, мой отец, бил меня прямо по голове, при любых проявлениях слез и слабости. – Сапель слушал и опустив глаза, понимал, что ему еще повезло. Он пытался подражать Хотценплотц, чтобы снять шкуру оленя, он пытался не плакать. Он старался, но это было сильнее его. Он ничего не делал, сидел и изредка смотрел, как Хотценплотц снимает шкуру и потрошит оленя. Когда все кончилось, мужчина отрезал голову оленю и отдал Саппелю, сам же он взвалил на себя тушу зверя. Ребенка удивляла и в тоже время восхищала сила разбойника. Не без труда, но они добрались обратно в пещеру разбойника. Остаток дня они разделывали тушу, и готовили мясную похлебку из оленины и пару клубней картошки и лука. Второй день заключения был еще более травмирующим, чем первый. И уже ложась спать, он не пожелал никому спокойной ночи. *** День Каспеля начался на удивление не ранним утром, а чуть ли не в полуденное время, он проснулся за час, до того, как к нему вошёл маг. - Сегодня я прослежу за тобой, чтобы ты все сделал как надо. Проходя мимо комнат, Цвакельманн рассказывал какие комнаты тому придется прибрать, а какие трогать запрещено. Каспель запоминал каждую комнату, которую строго настрого было запрещено трогать, ведь именно они, будут первыми в посещении у парня, когда маг улетит еще куда-либо. А пока он шел кивал и иногда поддакивал, на команды хозяина. - Но сначала, ты должен сделать кое-что другое, догадался? - ухмылка мага была как всегда отвратительной. - Картошка, сэр... - Умница! Ты почти поумнел! - Цвакельманн засмеялся и отправил ребенка на кухню. Отправившись со своим первым заданием, он отправился драить комнаты. В ходе его уборки, он обратил внимание, как много в замке было книг. – Да, это не библиотека моей бабушки…- Он поднимал книгу за книгой, иногда читая названия. Самые часто встречающиеся паттерны названий, были конечно же связаны с магией. Было и немало книг с романами, но почему-то ему не хотелось думать, что такой мерзкий мужчина перед сном читает любовные романы. – Фу, какая гадость! - Что ты фукаешь? – будто из неоткуда взялся маг, Каспель даже дёрнулся от неожиданности. - Ничего сэр! Я просто…эээ пыль в нос попала, давно тут никто не прибирался. - он инстинктивно взялся за голову, боясь получить оплеуху. Но ее не последовало. Меж тем Цвакельманн наклонился к мальчишке, он взял из его рук книгу и прищурившись сказал: - Ты умеешь читать? - Нет. Такому тупице как я грамота не подвластна! - из-за всех сил мальчик пытался врать, хотя от своих же слов ему стало смешно. - Маленький лжец! - и вот оплеуха прилетела. Мужчина взял за ухо Каспеля и отвел в его комнату, он кинул ему книгу, что тот до этого держал и дал наказ ее прочесть. – Когда я вернусь, я хочу, что бы ты пересказал мне ее начало, а не сделаешь этого, полетишь из окна, и спасать тебя никто не станет! - Дверь захлопнулась и привычно исчезла. - Но тут же темно, как я буду читать? - прокричал было в след ребенок, и через секунду у него появились подсвечники, а после и свечи, на которых зажглись огни. Каспель думал, стоит ли это игра свеч, может лучше и дальше пытаться притворяться тупым, или быть скинутым из башни. Но он вспомнил тот миг как летел камнем вниз, и чудом с подхваченным практически у земли магом. Он решил начать читать. Книга была не совсем романом как он сначала подумала было скорее сборником рассказов. И первый рассказ был под названием «Соловей». Данная история была написана скорее под манеру сказки. В ней герои путешествовали на кораблях в разные страны, чтобы продавать разные товары. Главный герой истории был молодым парнем, что умел хорошо торговаться и петь, а голос его был чарующий. В одной стране он торговался с самим королем, но тот не хотел идти на уступки. Тогда главный герой предложил королю спеть ему песню на балу, чтобы гости восхитились им и королем. Тот согласился на эти условия, и когда во время бала парень спел, то в тот же миг его полюбила принцесса. Она сказала отцу, что хотела бы чтобы певец остался с ней. Главный герой отказал просьбе принцессы, ведь уговор свой он выполнил и хотел как можно скорее уплыть дальше в разные страны. Это разозлило короля и тот посадил парня в клетку. И с тех пор парень пел в своей золотой клетке для принцессы до своей скорой кончины, ведь соловьи не могут долго жить в неволе. Историю, что прочёл Каспель, весьма огорчила парня, ведь он так привык видеть хорошие концовки в книгах. Когда он был младше ему читала бабушка, и сказки были добрыми с приятными героями, а в конце всегда побеждало добро. Он отложил книгу в сторону и начал ходить по кругу своей маленькой комнаты, его живот громко заурчал. И парень решил не терпеть это, и как позвать мага к себе. Он махал руками перед глазом, но ничего не происходило. Тогда он взял книгу и кинул прямо в каменный глаз, от чего тот заморгал и бешено начал смотреть по сторонам. Через пару минут появилась дверь из нее уже вышел озлобленный маг, он выдернул, ребенка из комнаты, хотел было опять начать орать, но обошёлся гневным рычанием. – Ты прочёл начало? - Да, это история с несчастным концом. - Каспель, немного с грустью ответил. - Расскажешь мне ее за ужином. На удивление мальчика, ужин уже был готов, было много блюд с картошкой, и даже с жареной курицей. Запах был приятный, но мальчик чувствовал подвох. Он не начинал есть, пока первым не начнёт Цвакельманн. Дождавшись пока тот себе наложил разных блюд и начал есть, белокурый и сам отломил кусок курицы себе, от картошки его мутило, и потому обошёлся мясом. Пока они жевали, маг попросил рассказать то, что тот успел прочесть. Каспелю было неловко и в тоже время неприятно пересказывать это все человеку, что жадно чавкал, и будто не слушал ребенка. Он рассказывал с запинками и постоянно смотря на лицо мага, а тот даже головы не поднимал в сторону ребенка. Когда тот закончил рассказ, он не думал, что его вообще слушали. Подняв голову Цвакельманн, спросил: – И что же тебе не понравилось в этой истории? - Я не люблю плохие концовки. - Лучше привыкай к ним, в жизни не бывает счастливых концов. – и снова показались кривые зубы в ухмылке мага. – Помой посуду и иди спать. Каспель привычно уже закивал и пошел выполнять указание. Закончив все дела на сегодня, он отправился спать, в своей комнате он обнаружил черную кошку, она клубком спала в постели ребенка. Каспель был удивлен присутствием кошки в закрытой башне, но в тоже время рад, что он не одинок. Стоило ему подойти к животному как кошка вскочила в испуге на дыбилась, зашипела, а потом и вовсе превратилась в ворона и улетела через верх башни его комнаты. Как он не замечал до этого столь высокие потолки в своей темнице до этого? Смотря наверх, мальчик видел окна высоко- высоко, через них и пробивался свет. Каспель долго лежал и смотрел на потолок, его мысли уводили в такие дали, от мысли что он маленьким воробышком вспархивает в эти окна и улетает. Стучится в окошко своей бабушки и та, охая открывает окно маленькому воробью радуется птичке, будто узнает своего внука, она даже заплакала. И вот его мечты снова обрывается, и он понимает, что все это время его мечты были сном. *** Новый день, новые задания от мага. В этот раз он заставил его работать на улице. Собирать ягоды, полоть грядки, и даже немного рубить дрова. - Зачем, столь могучему магу раб, разве магией не проще? - Каспель рубил дрова, уставший от работы, он пытался умаслить мага. - Проще, возможно, но только не мается ли тебе от скуки в моих владениях. - Отпустите меня, я вам не нужен. Я никогда никому не скажу, где я пропадал. Скажу всем что в лесу потерялся. Пожалуйста… - речь ребенка, была в действительности тоскливой, и звучавшей убедительно. На минуту Цвакельманн и сам засомневался, его кривое лицо из нахального стало немного грустнее: - Возможно…- недоговорив, мага прервало карканье, на дереве сидела черная ворона. Она внимательно следила за мальчиком, а потом и вовсе за магом. - Возвращайся к делам паршивец, и не смей мне заговаривать зубы. - процедил маг, он то тут то там был тоже на городе, где он сам обирал кусты смородины, а где-то психуя, что в дюжинный раз зацепляется одеждой за ветки, он страшно ругается, процеживает заклинание и все ягоды осыпаются на землю с куста. Упавшие ягоды еще сильнее разозлили Цвакельмана и он подзывает Каспеля именем Саппеля, чтобы тот собрал с земли все. Слыша имя друга, он не сразу отзывается, но гневный крик, заставляет Каспеля вспомнить, что маг не знает его имени, он подчиняется и пару часов находясь на четвереньках собирает эти злосчастные ягоды. Каспель еле разогнулся в свой рост, спина отваливались, а ноги затекли, полные две миски с ягодами он поставил на стол перед магом, с видом «Да подавись ты!». - Хах, Молодец возьми с полки пирожок. - от слов мага, Каспель налился гневом, подошёл к Цвакельманну и плюнул ему на ботинок. За что неминуемо получил пощечину. Каспель обиженно взялся за красную щеку, и мысль, что ему до конца своих дней терпеть побои и унижения залетела в голову мгновенно. Слеза за слезой покатились из глаз, мальчишки. Он старался никогда не плакать, он был хорошим примером стойкости, для своего друга Сапеля, но не сейчас, когда все болело, а язвительный мужчина, даже слов благодарности не говорит, что уж там говорить про свободу мальчика. *** Плакал и Саппель, день от то дня ему приходилось не легче, а порой и тяжелее чем другу. Хоценплот часто давал мальцу сложные даже для юноши задачи, что уж говорить про мальчишку двенадцати лет. Единственное утешение было, что разбойник был мягким к нему и никогда не поднимал руку. Когда же разбойник напивался, то с горяча мог наорать, но даже в таком зверском состоянии он не обижал ребенка. День за днем пролетали быстро, от тяжелой работы руки крепли, а воля истощалась. Надежда, что его найдут родители растаяла, как только Хотценплотц приказал собирать пожитки. Искать новое пристанище разбойник умел ловко. Время от времени он менял свою остановку, дабы его не нашли незваные гости. Ушли они довольно далеко от старого убежища в сторону другого городка. Новое пристанище было все так же в лесу, но в этот раз не было не какой пещеры, то был полузаброшенный домик лесника. Самого же хозяина дома не было. - А если он вернется? - спросил Саппель, у разбойника, что скидывал с себя сумки. - Вернётся, пулю в лоб получит! Ха-ха-ха. — Это не смешно! Почему ты не хочешь жить честно? - Мальчишка, думает, что он самый умный? – глупое лицо амбала стало вдруг таким серьёзным, Сапель не припомнит, чтобы он видел разбойника таким. - Ты думаешь, если я пойду в другой город и начну честным трудом работать за три гроша, что-то поменяется? Или ты думаешь, что легко себя перекроить, под белую овечку, после стольких отрубленных голов? – последние слова, особенно страшно прозвучали для мальчика. - Я… я не знаю. Я подумал, может если вы бы стали честно работать и отпустили бы меня, то ваша душа была бы чище. - Отпустить тебя!? Что бы ты, что сдал меня жандармам? Ну уж нет! - Я не сдам! – но Хоценплот уже не обращал на него внимания, он разбирал вещи. Когда все успокоились, и ночь стучала в старые оконца избушки, мальчик погрузился в воспоминания о доме, о тепле и ласке родителей, о своём верном друге Каспеле, где он сейчас, жив ли вообще? - Хотценплотц, скажи, а мой друг жив? Где он сейчас? - Жив, хах, ну во всяком случаем был живым, когда его я продал. - Продал…- разочарованно произнес мальчик. – А кому? - Другу. - холодно ответил амбал, он пил пиво, что нашел в подвале этого дома. -Хорошо, а можно мне с ним увидится будет? - Не думаю, ох малец мы сейчас достаточно далеко от… моего друга. - замявшись на секунду Хотценплотц, отпил ещё пива. - А весточку можно написать ему? Я очень волнуюсь за него. Я большего не прошу ничего. Хоть мне очень хочется поговорить со своей семьей, но я понимаю, что им вы точно не разрешите. - Хм, ладно малец. Одно письмо, можно, но смотри не в коем разе ты не должен писать о нашем местонахождении и упоминать мое имя! - Да сэр! - Каспель воссиял, он не верил, что скоро сможет рассказать все своему другу, хоть и в письме. Ложась спать, он волочился в предвкушении завтрашнего дня, он много обдумывал, чтобы написать своему другу.