Зарытое с правдой.

      Имена и лица засекречены в целях безопасности. Вся информация конфиденциальная, и её передача третьим лицам является нарушением акта о неразглашении и карается.       Показания подозреваемого [3 ноября, 2:27, допрос провёл…]       Следователь: Кхм. По моей инициативе ведётся аудио- и видеозапись. Подозреваемый не возражал. Правильно?       Подозреваемый: Правильно. Не возражал.       Следователь: Тогда, пожалуй, начнём. Ты признаёшь свою вину?       Подозреваемый: Никак нет, сэр.       Следователь: Желаешь ли ты дать показания по существу предъявленного обвинения?       Подозреваемый: Хм-м-м-м… Допустим.       Следователь: Избегай неоднозначности. Нужны точные ответы, а не «допустим»! Кхм. Понимаешь?       Подозреваемый: Что за хуйня?       Следователь: Ведётся запись, которая, возможно, будет использована в суде, поэтому попрошу не выражаться и соблюдать простые правила процедуры.       Подозреваемый: Я прекрасно знаю свои права, и то, что вы делаете...       Следователь: Зачем же ты согласился на допрос, если сейчас паясничаешь?       Подозреваемый: Потому что мне отказали предоставить государственного адвоката.       Следователь: Не нашлось ни одного адвоката, который захотел бы с тобой работать после того, что ты сделал.       Подозреваемый: Вы лжёте, сэр.       Следователь: Здесь обвиняю я. Если ты сейчас же не прекратишь, отправлю обратно в изолятор. Тебе, видно, понравилось там сидеть.       Подозреваемый: Ничего мне не понравилось! Я... Ладно, я буду сотрудничать.       Следователь: Отлично. Тогда начнём сначала. Ты признаёшь свою вину?       Подозреваемый: Нет.       Следователь: Желаешь ли ты дать показания по существу предъявленного обвинения?       Подозреваемый: Желаю.       Следователь: Слава Богу, продвинулись наконец. Итак, на каком языке будешь давать показания?       Подозреваемый: А что, можно на любом?       Следователь: Ага. Не чуди и ничего не выдумывай. Не хватало ещё переводчика ждать.       Подозреваемый: По-прежнему строите из себя плохого копа, сэр, но я же знаю, что вы совсем не такой...       Следователь: Парень, не играй с огнём.       Подозреваемый: Ладно, вы по-прежнему плохой и скучный коп.       Следователь: Очень рад, что ты с этим определился. Итак, на каком языке в итоге?       Подозреваемый: Иврит.       Следователь: Пацан, ты издеваешься?       Подозреваемый: Никак нет. Я буду давать показания на иврите.       Следователь: Ты даже не еврей.       Подозреваемый: Может, и еврей. Вы откуда знать можете?       Следователь: Передо мной твоё досье. Видишь?       Подозреваемый: Вижу. И что, ни словечка про моё еврейство нет?       Следователь: Ни слова. А знаешь почему? Потому что ты не еврей.       Подозреваемый: Какая предвзятость.       Следователь: Ты не выйдешь из изолятора, пока не ответишь на мои вопросы.       Подозреваемый: Очень забавно, но угрозу с изолятором вы уже использовали. Уже не так страшно, знаете, ха? Попробуйте что-нибудь новенькое, сэр.       Следователь: Я сделаю что угодно, чтобы ты оказался за решёткой, малолетний ублюдок.       Подозреваемый: Угрозы и оскорбления — ну надо же! Стыд и срам. А как же запись, которая может использоваться в суде?       Следователь: Теперь я понимаю, почему адвокаты отказались с тобой работать. Ты просто невыносим.       Подозреваемый: Сочту за комплимент.       Следователь: Ты меня достал уже. Эй, приятель, верни этого в изолятор!       Подозреваемый: Подождите-подождите! Я буду сотрудничать. Честное слово!       Следователь: Я даю тебе последний шанс. Признаёшь ли ты свою вину?       Подозреваемый: Не признаю.       Следователь: Желаешь ли ты дать показания по существу предъявленного обвинения?       Подозреваемый: Какая же унылая процедура... Неужели это всё-всё обязательно?       Следователь: Кхм.       Подозреваемый: Да, хочу дать показания.       Следователь: На каком языке?       Подозреваемый: Английский.       Следователь: Замечательно.       Подозреваемый: Теперь я могу говорить?       Следователь: По существу — сколько угодно, парень.       Подозреваемый: Начнём с того, что я не виноват.       Следователь: Ага.       Подозреваемый: Я, наоборот, потерпевший. Меня оклеветала свободная страна, в которой я родился и...       Следователь: Какие у вас были отношения?       Подозреваемый: С трупом?       Следователь: Именно.       Подозреваемый: Я что, похож на некрофила? Вы, может, и возбуждаетесь при виде гнилых тел, но я нормальный человек.       Следователь: Нормальные дети в лагерь для трудных подростков не попадают. Вдобавок передо мной твоё досье, и ты ещё тот отморозок. Не валяй дурака, а отвечай. Немедленно.       Подозреваемый: А... Вы, должно быть, имеете в виду, какие отношения были до смерти? Плохие. Я ненавидел эту дрянь. Не меньше, чем остальных, собственно. Но я не убивал. Если бы я и убил, то это определённо был бы Кайл. Кайла я ненавижу больше всех.       Следователь: Кайл?       Подозреваемый: Кайл, который Брофловски. И жид, что очень важно. Вот он очень подозрительный. Вы должны были, в первую очередь, его допросить, а не меня. Я уверен, что это Кайл сделал. Он убил. Он, а не я!       Следователь: Какие у него тогда были взаимоотношения?       Подозреваемый: Плохие. Это я знаю точно. У нас, знаете ли, место отнюдь не дружелюбное. Все друг друга ненавидят и убить хотят.       Следователь: Почему же не убили?       Подозреваемый: А вы дальше в катакомбы пройдите. Там гора жмуриков всяких.       Следователь: Не твоих ли рук дело?       Подозреваемый: Да чё сразу я?! Мне рассказывали. Я вообще в катакомбах не хожу, потому что боюсь. Там страшно очень. Заблудиться легко. Мне говорили, что однажды туда чувак зашёл, а потом не вышел никогда. Умер там, потому что заблудился. Поэтому и закрыли на замок, чтобы туда никто не лез.       Следователь: Но всё равно ведь лезут.       Подозреваемый: Охрана, значит, у нас так «хорошо» территорию патрулирует.       Следователь: А ты бывал в катакомбах?       Подозреваемый: Ни разу! Говорю же, что боюсь пиздец. Но я знаю, что туда часто кто-то ходит. Именно из ребят, не из персонала.       Следователь: И кто же?       Подозреваемый: Я не видел.       Следователь: Ну а кто мог быть, как думаешь?       Подозреваемый: Кайл.       Следователь: Почему именно он?       Подозреваемый: Потому что только он способен на такое. Убить и убедить всех думать на меня. Очень в его стиле. Ну, в еврейском.       Следователь: А зачем ему подставлять именно тебя?       Подозреваемый: Он же ненавидит меня.       Следователь: Но Кайлу было бы проще просто убить тебя, не так ли? Почему же он этого не сделал? Почему он убил, но не тебя?       Подозреваемый: Я всё равно его главная жертва. Жид мне так жизнь испортить хочет. Но вы же не верите ему, да? Это так, понарошку, да?       Следователь: Допрос окончен. Уведите его в изолятор.       Подозреваемый: Да я же правду говорю, мать вашу!       Следователь: Отключаю запись.