And I choose you

однако, когда хисын приглашал джейка к себе, он совершенно забыл, что в его доме уже слишком давно никто не ночевал. хоть квартира и двухкомнатная, и диван в гостиной отлично подойдёт для гостя, почему-то совесть не позволяла оставить парнишку одного в той большой и пустой комнате. но в то же время они и недостаточно близки, чтобы спать в одной кровати. и что теперь делать? боже, столько проблем из-за этого шима... – ляжешь в моей спальне, вещи для сна я тебе дам. ты же не против? – говорил ли так строго, будто вновь почувствовал себя преподавателем, в то время как закрывал дверь на щеколду и стягивал обувь с уставших ног. – а ты? – джейк, словно маленький щенок, последовал примеру и снял кеды, буквально шагая по пятам за хисыном, который уже успел свернуть на кухню. – в зале посплю, ничего страшного, не помру, – он заглянул в холодильник, строя из себя хозяйственного, но быстро вспомнил, что джейк уже был в этой квартире, и явно в курсе, в каком состоянии находится эта кухня. – голоден? можем заказать что-нибудь, если хочешь. – нет, ни капли. ли в ответ только захлопнул холодильник с тяжёлым вздохом. сам он редко покупал еду домой, и что уж говорить о готовке, это вообще можно считать праздником. все школьные годы готовила мама, заботясь о любимом сыне, который и так упахивался в школе, в университете он вывозил на фастфуде и доставках, и теперь продолжается та же история. – ладно, что я тут выебываюсь. ты ж все видел, когда помогал мне дойти до дома в тот раз, чего это я. с едой у меня реально всё херово, нечего скрывать, – он только пожал плечами, двинулся в свою комнату, к шкафу, и стал рыскать в поисках чистого полотенца и одежды. и с первым, и со вторым не должно выйти никаких проблем, ибо чистые полотенца всегда найдутся, а телосложение у парней схоже, что облегчит поиск подходящих вещей. – иди в душ первым и ложись в моей комнате. предложения типа: "я могу и на диване" сразу отклоняются, так что топай давай. – но я правда... – никаких "но", я не позволю. держи, – хисын всучил в руки джейка найденные вещи, и развернул его за плечи в направлении ванной, указывая пальцем на дверь. – ванная там, не заблудишься.

***

как же сложно. сложно заснуть, когда в голову лезут навязчивые мысли, а спина болит от жёсткого дивана и неудобной подушки. но что тут поделаешь, сам ведь выбрал этот вариант. придется выкручиваться, как только можно. именно потому хисын просто обессиленно сел на месте и включил телефон, всё это время лежавший рядом. в глаза ударил свет, а цифры на экране отчётливо показали 3:21. сложно сказать, сколько он провалялся, мучаясь от своих же мыслей, но наверное, около часа, а то и больше. тяжёлый вздох. самая большая проблема сейчас в том, что таблетки от бессонницы, самые слабые, которые выписывали без рецепта, лежали в прикроватной тумбочке в комнате, где сейчас спит джейк. если хисын пойдет туда, то, вероятно, может разбудить гостя, чего явно делать не хотелось. но пришлось. по квартире раздались тихие шаги. парень, взъерошивая свои фиолетовые волосы рукой, осторожно прокрался в собственную комнату, боясь издать хоть какой-то звук и даже лишний раз вздохнуть. стоило шагнуть за порог, и глазам предстала милейшая картина: джеюн, свернувшись комочком, обнимал подушку, с каждой секундой все бoльше прижимаясь к ней, будто к спасательному кругу. его тихое сопение прерывало назойливый звон в ушах, и даже слегка успокаивало. обычно хисын относится к такому довольно равнодушно, ибо спящие люди, вроде как и не должны умилять, но этот – исключение. и оттого будить его не хотелось вдвойне. шорох колёсиков внутри выдвижного ящика, тихий звук бьющихся таблеток о пластиковую баночку, опять шорох колёсиков. хисын почти вылетел из комнаты, настолько сильно боялся, что разбудит. ушел на кухню, совсем в противоположной стороне от комнаты, чтоб его уж точно не было слышно. взгляд поднялся на окно. темно. даже звёзды едва видны за облаками. только месяц, такой тонкий, словно через секунду переломится, выглядывал из-за туч. завораживает. в моменте хисыну показалось, что на это можно смотреть вечно. просто не отходить от этого окна, не есть, не пить, не спать, не общаться больше с людьми, которые приносят беспокойство в его тихую жизнь, и только глядеть на месяц. он буквально выпал из реальности, по старой привычке философствуя о том, что могло бы быть, а что не будет существовать никогда. о том, почему он всё ещё живёт, и о том, хочет ли этого. к выводу прийти, к сожалению, не удалось. и не потому, что хисын не смог, совсем нет. он не успел. его прервали. руки́, всё ещё держащей в руках стакан налитой воды, который парень взял со стола, чтобы выпить таблетки, коснулась чужая, более теплая, причем очень внезапно. ли вздрогнул всем телом, почти подпрыгивая на месте. как же напугал... джейк? – боже, ты чего проснулся? – едва отходя от внезапного испуга, бормотал хисын. – я разбудил? извини, я правда не хотел... – а ты почему проснулся? – бормотал он, потирая глаза, как ребенок, только что отошедший от кровати, и стоящий перед мамой ночью. "так непривычно видеть его в собственной одежде" – пронеслось в голове, и подобную мысль хисын постарался максимально быстро прогнать, потому что начал ощущать, что находит это милым. – я и не ложился, – вновь поворачивая голову к окну, он стих, стараясь успокоить сбитое от испуга дыхание. джейк действительно до жути напугал его, появившись под боком из полной темноты квартиры. – прости, я, наверное, напугал тебя? – уже начал было извиняться парнишка, однако, стоило услышать слова хи, глаза моментально округлились. – как не ложился? совсем? сейчас уже так поздно, может всё же приляжешь хоть ненадолго? – ты думаешь, я даже не пытался? я ужасно устал. я очень хочу спать, но просто не могу заснуть, не могу заткнуть бесконечный поток мыслей. ещё и ты появился, опять тот случай из головы не выходит. я просто не могу. – прости, – не ясно было, за что конкретно он снова извинялся: то ли всё ещё за то, что напугал, то ли за то, что пробудил такие неприятные воспоминания, от которых хисын до сих пор не смог сомкнуть глаз. но в любом случае, складывалось такое ощущение, что из его глаз, которые и так на мокром месте, совсем скоро хлынут слезы. – прости меня, правда. мне жаль... – за что? боже, джеюн-а, иди спать, пожалуйста. из-за того, что ты проснулся посреди ночи, и так поспав совсем немного, у тебя состояние будет к утру никакое. пойдем. хисын убрал из рук таблетки и стакан воды, оставив их на подоконнике, и потянулся к парню, приобнимая его за плечи и притягивая к себе. но шим всё продолжал. – нет, правда, мне жаль. из-за меня ты не можешь спать, из-за меня у тебя всё под откос пошло... – дурак, хватит фигню нести. это уже мои проблемы, а не твои. просто выспись хорошенько, о большем я тебя не прошу. парень вышел из кухни, подталкивая джейка и заставляя его пойти рядом. однако тот настойчиво остановился прямо посреди коридора, продолжая настаивать на своем. – я уже проснулся, и не смогу больше уснуть. хисын, можно остаться с тобой в комнате? не хочу быть один. с тобой спокойнее. я не буду мешать, правда, просто рядом посижу, – его щенячьи глаза блестели в темноте так, будто парнишка сейчас расплачется. и даже это безумно глупое детсадовское поведение казалось милым. хисын задумчиво посмотрел в эти темные радужки, будто что-то обдумывал, хотя уже знал, что разрешит. разрешит ему всё, если он посмотрит такими глазами снова. – пойдём, боже. только не плачь опять, я не выдержу. ли перехватил чужую ладонь и свернул в зал, сдвигая с дивана в сторону свой плед, с которым безуспешно пытался заснуть, прямо к подушке у подлокотника. усадил джеюна ближе к ним, чтобы он, в случае чего, завалился спать на мягкое, а сам юноша сел рядом, хватая в руки пульт и включая телевизор, что вполне логично находился прямо перед диваном. – хочешь, ютуб включу? дораму? просто для фонового шума. – давай, включи какой-нибудь видос разговорный, – шим скромно зевнул, отворачиваясь, чем только вызвал недовольство хисына. – говорил же, иди спать. но нет, ты же специально напросился со мной. в любом случае, укройся пледом, если холодно, он рядом с тобой. – да ладно вам, профессор ли, вы уже не в должности, чтобы учить меня, – отшутился парнишка, но достаточно быстро пожалел. вспомнил, что это может задеть, и тут же прикрыл рот, накрывая непослушные губы рукой так незаметно, будто просто решил позу поменять, а не ударил по ним от отчаяния. – как скажешь, – за словами последовал тяжёлый вздох. его зацепило. это было четкое попадание в цель, учитывая, что хисын сам задумывался об этом сегодня, но теперь ему ещё и напомнили. спасибо. шим неловко отвёл взгляд в сторону. он просто хотел пошутить, а не надавить на больное, правда. однако как это объяснить хисыну, который только томно и устало листал каналы, а потом наконец вышел в интернет и включил какую-то фоновую болтовню. кажется, там, на экране, парень рассказывал про свой день и про свои размышления о своей жизни. вполне в духе хисына, по-другому и не скажешь. – прости, я не хотел тебя задеть, – наконец опомнившись, пробубнил джейк почти себе в ладони. – нормально. пора бы привыкнуть уже, – он откинул голову назад и прикрыл глаза. ужасно устал. тело почти не ощущалось как свое, будто отнималось постепенно, а голова не просто не воспринимала то, что говорил парень на экране, она отказывалась даже отдавать полный отчёт о том, где хисын сейчас находится. всё казалось каким-то странным и чужим, будто он не жил здесь уже несколько лет и не видел эту мебель каждый день. странное ощущение. – я правда не с намерением обидеть, – парнишка засуетился, видя, как ли хмурит брови, всё ещё сидя с закрытыми глазами. стало напряжно, какое-то подозрительное предчувствие чего-то нехорошего разлилось внутри. – ты... всё хорошо? выглядишь болезненно. – а? – он переспросил не потому, что не услышал, а потому, что просто-напросто не успел осмыслить услышанное. однако, ответить получилось прежде, чем джеюн начал повторять вопрос. – а... голова трещит просто, такое бывает... – у тебя нет температуры? – настойчиво протягивая ладонь к чужому лбу, парнишка придвинулся ближе. от него словно светилось, сияло что-то приятное и теплое. ли ощутил, как его рука ощутилась чем-то горячим на собственном лбу, так, будто до этого была раскалена на огне. но уворачиваться от нее не хотелось: то ли сил не было, то ли было чересчур приятно от чужой заботы. и как бы не хотелось признавать это, но выигрывал второй вариант. и джейку об этом знать абсолютно не обязательно. – ты такой холодный... не земерз? может, тебе плед нужнее, чем мне? как же это трогает. каждое его слово, каждый брошенный взгляд, полный тепла и надежды, всё это настолько приятно... сейчас даже отвечать не хочется, хочется только чувствовать это снова и снова, молча наслаждаясь. оттого хисын и не говорит ни слова, только слабо улыбается одними уголками губ, стараясь забыть абсолютно обо всем, что могло помешать его маленькому счастью. из-за джейка и голова перестает болеть в миг, и состояние будто улучшается. он молчит, а хисын постепенно чувствует, как проваливается в дрёму, и последнее, что он говорит едва разборчивой речью: – не холодно, только руку не убирай... возьми за руку, пожалуйста... и шим, растерянно хлопая глазами, слушается, осторожно обхватывает большую ладонь хисына своей, и тихонько устраивается рядом. всё, о чём он хотел поговорить, в миг забылось. будто по волшебству, ли отвлёк от беспокойных мыслей, и заставил переключиться на него. и ничего здесь не было лишним. ни холодный ветер из открытого окна, ни тихий голос парня на экране телевизора, ни свет от него. глаза закрылись сами собой, а голова упала на непривычно мягкое плечо хисына.

***

утро, хоть и безумно раннее, шокирует открытиями. ли уже хотел было начать жаловаться самому себе на то, что уснул в неудобной позе, и передавил себе всю руку и плечо, да так, что они готовы отсохнуть с минуты на минуту, ещё и шея ноет как назло, но... стоило увидеть мирно сопящего джейка рядом, всё желание бурчать пропало. господи, и кто пустил этого щенка в дом? что за крохотный золотой ретривер с растрёпанными волосами тут пристроился? хисын только улыбнулся собственным мыслям в голове и осторожно выбрался из его хватки, увиливая из-под пушистой макушки и освобождая плечо. и даже несмотря на то, что всё тело ноет от неудобной позы для сна, в голове возникло желание приготовить что-то на завтрак. хоть ли и не завтракал ровно... никогда? просто поразительно. спустя пару минут он уже стоял на кухне, и выудив пару яиц, которые оставались незамеченными вчера, принялся строить из себя шикарного повара. даже чайник поставил без происшествий, просто поразительно. осталось сковороду разогреть и пожарить яйца, только и всего. только и всего, но... хисын поставил посудину на огонь и даже капнул туда масла, уже хотел было разбивать яйца, но решил, что нужно бы их промыть под краном. так и сделал. всё шло гладко ровно до тех пор, пока ли не положил один из потенциальных претендентов на сегодняшний завтрак на столешницу, а второй не стал разбивать ножом, да ещё и мокрыми руками. мало того, что яйцо очень громко зашипело, стреляя в разные стороны и попадая на белоснежные пальцы, так ещё и капли воды с рук капнули на раскалённый металл в сопровождении аккомпанемента из треска. в голове возникла мысль, что этот шум запросто может разбудить всё ещё спящего гостя, потому хи быстро метнулся к двери, чтобы прикрыть её. и тут началось. за спиной почти в ту же секунду раздался хруст. это яйцо, что лежало на столешнице, скатилось по ней и разбилось о пол. парень только разочарованно вздохнул и полез в холодильник за новым, проделал те же махинации, что и с прошлыми, и тоже разбил в сковороду. не без скорлупы конечно, но... ли всегда знал, что поваром ему не быть. отвлёкшись на уборку разбитого ужаса на полу, он стал искать тряпку, чтобы вытереть остатки, и вспомнил, что забыл посолить. бросил все, кинулся к солонке, посыпал немного соли на недожаренную яичницу и закрыл сковороду крышкой. пока неплохо. вернулся к уборке, вытер пол насухо, и решил, что достоин отвлечься на сообщение, только что звякнувшее на мобильном. печатая ответ сону на его "доброе утро", парень почувствовал слишком сильный запах жаренного. наверное, пора бы снять с плиты. почти бегом кидаясь к завтраку, ли бездумно хватает сковороду двумя руками по глупой привычке: одной берется за ручку, второй поддерживает сбоку, чтобы не упала крышка, и пытается переставить свое творение с плиты. осознание пришло не сразу. только когда сковородка оказывается на деревянной подставке по комнате раздается громкое "блять", а левая рука начинает безбожно жечь. как говорится, дай идиоту приготовить завтрак, и он почти себя убьёт. вообще, так не говорится, но именно такая мысль возникла в голове хи, пока он пытался перебить жгучую боль в ладони холодной водой. казалось бы, хуже было бы только в том случае, если бы джеюн видел этот позор. стоит ли говорить, чьё заспанное лицо появилось в щели приоткрытой двери уже через пару мгновений? – ты чего кричишь? что-то случилось? – всё ещё не до конца проснувшись, бурчал джейк, пытаясь разглядеть, чем занимался ли. – боже, – почти подпрыгнув на месте от внезапности, он покосился на уже вошедшего парнишку и быстро выключил кран, пряча руку в полотенце, сделав вид, будто вытирает её от воды. – напугал. извини, если было слишком громко, я не хотел тебя будить. – всё хорошо, если ты встал, то и мне стoит, – он только зевнул и взъерошил волосы, чтобы они не лезли в глаза. – чего кричал-то? что-то случилось? можно было заметить, как беглый взгляд джейка пробежался по сковороде, все ещё закрытой крышкой, от которой буквально валил пар, и метнулся обратно к хисыну. и тот, между прочим, уже успел успокоить злость на собственный идиотизм и полезть за тарелками, только хмурясь от болезненных ощущений в левой ладони. – я попытался хоть что-то приготовить, и вот что из этого вышло, – он вздохнул, оставил тарелки на столешнице и стал перечислять, загибая пальцы с каждым пунктом. – разбил яйцо, чуть не спалил яичницу, обжёгся со всей дури, ну и так, по мелочи... слова об ожоге заставили джейка мигом проснуться окончательно и начать расспросы. – обжёгся? покажи, – ли только безразлично протянул пострадавшую ладонь, глядя, как шим оценивает масштабы происшествия и слегка надавливает на красные места, заставляя хмуриться. – ты как умудрился-то? обхватил сковородку рукой? боже, больно, наверное... у тебя есть аптечка? мазь какая-нибудь... – бинго, я просто забылся и схватил ее рукой, – хи хмыкнул и потянулся к верхним шкафчикам в поисках желанной белой коробочки, о которой спросил друг. – джей привозил разок что-то типа аптечки, сейчас найду... долго искать не пришлось: он быстро разглядел нужный сундучок, достал его одной рукой и передал в руки шима. тот сориентировался до невозможности быстро. устроился за столом, уже через секунду разгребая содержимое в поисках нужного тюбика. и нашел же. подозвал хисына к себе и посадил на стул рядом, хватая пострадавшую руку. спорить не было смысла: джейк в любом случае опроверг бы все аргументы о том, почему ему не нужна помощь ни в чем. – может, потом в больницу съездишь? выглядит плохо, – осторожно касаясь пальцами с холодной мазью обожжённой кожи, парень задумчиво наклонял голову вместе со своим вопросом. – будет странновато, если я пойду туда с лёгким ожогом, учитывая, что до этого спокойно обошёлся без больницы с разбитым лицом и руками, – хисын, стоило ему договорить, задержал дыхание, чтобы было легче терпеть. дело привычное. только теперь он терпит не издевательства со стороны бывшей компании джейка, а боль, которую он причиняет абсолютно ненамеренно. – да, возможно, ты прав... – заканчивая с мазью, парнишка задержал взгляд на бинтах, и быстро что-то обдумав, потянулся за новой упаковкой в аптечку. – не думаешь, что это лишнее? это просто ожог, не так серьезно же... – молчи уже, – шим только цокнул языком и принялся заматывать ладонь. – я же помочь хочу, знаю ведь, что так будет проще. меньше контакта с поверхностями. завтра можешь снять, всё равно долго не походишь... хисын только кивал, глядя на его задумчивое лицо. темные глаза так сосредоточены, а пушистые волосы то и дело падают на лоб, мешая занятию. непричесанный и с отпечатками складок от подушки на лице, он выглядел таким милым и смешным. складывалось ощущение, что такому ему хисын бы точно доверился. к слову о яичнице, джейк после своей "игры в доктора" всё же настоял на том, чтобы съесть сие творение и активно убеждал хисына, что это самая вкусная еда, которую он ел за последнее время. конечно, ли не стал верить в эту откровенную лесть, но всё же посмеялся и с удовольствием послушал похвалу в адрес своих кулинарных способностей. всё же, старания не прошли зря.