Двухместный

— Извините… — начал Кенши, посматривая на недоуменного американца, остановившегося на пороге. — Неужели больше нет гостевых комнат? Услужливая девушка-горничная одарила мечника обворожительной улыбкой и перевела взгляд на уходящего в номер мужчину. — Господин Лю Кан забронировал двухместный номер для вас, — мило улыбнулась она, на секунду задумавшись. — На данный момент свободных комнат, к сожалению, нет. Японец нахмурился, сжал губы в тонкую линию, не зная, как правильно реагировать на эту новость. Если это шутка, то не смешная. — Лю Кан? — переспросил Такахаши, приподнимая брови. — Именно, господин Кенши Такахаши, — кивнула горничная. Она хотела добавить что-то еще, но была грубо прервана голосом Кейджа, приближавшемся к дверям. — Самурай, хватит болтать, — Джонни очаровательно улыбается девушке и берет самурая под локоть, утаскивая в комнату. — Извините, просто мой друг боится за свою репутацию. Американец захлопывает дверь, облокачивается о нее и прикрывает глаза, пытаясь побороть накатившую усталость. Чего он ожидал от такого режима? Хотя, был и похуже в его актерской карьере. Они тогда не укладывались в график, по вине режиссера и приходилось спать по пять-шесть часов. Фильм в итоге не то чтобы удался, но главное и не провалился. Весьма посредственная кинолента… Кенши хмурится, падая в кресло и смотрит то на Джонни, то на двуспальную кровать и прокручивает слова горничной. Лю Кан специально постарался и получил для них двухместный номер? Видимо, они плохо шифруются. Да и как вообще можно скрываться, когда состоишь в отношениях с Джонни Кейджем? Следит за тем, как американец роется в своем чемодане, пытаясь найти нужные вещи. Интересно, зачем он вообще столько вещей понабрал? Тихо выругавшись, но все же найдя необходимое, удаляется в сторону ванной, вильнув бедрами и вызвав у японца легкую ухмылку. — Не хочешь присоединиться? — улыбается Джонни во все тридцать два зуба, выглядывая из-за приоткрытой двери. — Эх, многое теряешь, — с нескрываемой грустью тянет актер, скрываясь в ванной. Из умышленно открытой двери доносится шум набирающейся ванны. Кенши прикрывает глаза, мечтая расслабиться и снять напряжение, накопившееся в теле за эту ударную неделю. А горячая ванна бы с этим прекрасно справилась вкупе с Джонни. Может стоит поддаться соблазнительному предложению американца? Журчание воды стихает, Джонни медленно раздевается, словно нарочно попадая в поле зрения японца. Расправляется с рубашкой, демонстрируя перекатывающиеся мышцы рук и спины, красуясь. Кенши закусывает губу, наблюдая как Кейдж медленно стягивает брюки, а потом и белье, устраивая японцу импровизированный стриптиз. — У тебя еще есть время подумать, — ухмыляется актер, забираясь в ванну и облокачивается о бортик. — Может и приставать не буду. Ухмылочка не сходит с лица, ведь Джонни прекрасно знает, что самурай присоединится. И как его угораздило по уши втрескаться в этого мужчину? Он ладно, но вот Кенши… Кейдж никак не ожидал, что симпатия взаимна, пока в один из вечеров не заявился в комнату японца с чистосердечным желанием признаться переспать. — Над пластикой все же стоит поработать, — улыбается Кенши, залезая в воду. — Учту, господин Такахаши, — язвит Джонни, передразнивая горничную. Японец открыто смеется, запрокидывая голову назад, открывая американцу вид на манящую шею с парой алых пятен, оставшихся после недавней ночи. Залипает на двигающемся вверх-вниз кадыке и в одно движение оказывается совсем рядом. Теплые ладони притягивают к себе, завлекая в долгий поцелуй. Пальцы Кейджа скользят по плечу, опускаясь ниже в горячую воду, пока языки переплетаются, ласкают, вылизывают, проходятся по небу, очерчивают ровные зубы. Кенши мычит, чувствуя как рука Джонни скользит по животу, подбираясь к пункту назначения. Прикусывая, оттягивает нижнюю губу, оставляя легкий поцелуй в знак извинения. — Ты же сказал, что не будешь приставать? — интересуется Такахаши. Судорожно втягивает ртом воздух, когда рука Джонни, скрытая под водой и пеной проходится по головке. Медленно, благодаря воде и стараниям ухмыляющегося американца. — Я сказал «может», — по-лисьи улыбается Кейдж и убирает руку. — Но если ты не хочешь, то… Японец не позволяет договорить, тянет Джонни вниз, меняясь местами. Теперь актер оказывается прижатым к бортику. Мрамор приятно холодит разгореченную кожу. Такахаши медленно склоняется к лицу актера, мажет языком по щеке и ведет к уху, прикусывая мочку. — Ты такой нетерпеливый, — горячий шепот будоражит сознание Кейджа. Тяжело сглатывает, встречаясь с Кенши взглядом. — Продолжим в более комфортных условиях?

***

Джонни напрягается, закусывая губу и тихо шипит, привыкая к наполненности. Японец останавливается, войдя на половину. Склоняется к американцу, соприкасаясь горячими, влажными телами. Целует выступающую лопатку, ведя влажную дорожку выше, подбираясь к шее. — Двигайся, — рычит Джонни, подаваясь назад. Такахаши двигается медленно, дразня самообладание Кейджа, который нетерпеливо двигает бёдрами навстречу Кенши, стараясь быть еще ближе. Джонни и не старается себя заглушить, лишь довольно мычит, заходясь в очередном протяжном стоне, когда мечник выходит, но чтобы резко войти во всю длину. — Прогнись, — властно требует Кенши, надавливая на поясницу. — Хороший мальчик, — хмыкает японец, вызывая у Джонни смешок. — Да, господин Такахаши, — улыбается Кейдж, но смех длится не долго. Вскрикивает от неожиданности, чувствуя звонкий шлепок, который пришелся прям по заднице. Пальцы Кенши до побеления впиваются в бедра актера, где скорее всего останутся синяки. Джонни ласкает слух японца громкими стонами, лишь подзадоривая. Мечник припадает к плечу актера, посасывая влажную кожу и сжимает зубы, оставляя довольно болезненный укус. Проходится языком по следу от зубов, зализывая боль, граничащую с удовольствием. Рука японца скользит по груди актера, задевая соски, спускается ниже, проходясь по кубикам пресса, минуя впадинку. Длинные пальцы обхватывают чужой член, двигая рукой в такт собственным движениям, доводя американца до исступления. Джонни кусает опухшие губы, выкрикивая имя самурая. Его самурая. Окольцовывает у основания, не давая кончить и сам замедляется, вызывая нетерпеливое хныканье. Большим пальцем надавливает на головку, смахивая блестящую ниточку выделяющейся смазки. Мажет пальцами по груди актера, подбираясь к шее. Американец перехватывает руку, прикусывая кожу тыльной стороны ладони, оставляя след от зубов. Проводит острым языком по указательному и среднему пальцам, посасывая их и протяжно стонет, чувствуя набирающий обороты темп. Кенши двигается жёстче, вдалбливаясь в тело американца до основания. Пальцы свободной руки зарываются в мягких каштановых волосах, заставляя Кейджа запрокидывать голову назад, а слюне бесконтрольно стекать по запястью японца. Он всегда недолюбливал чрезмерное использование слюны, но с Джонни это стало нормой, а не чем-то противным. Такахаши выуживает пальцы из плена, обхватывает член актера, надрачивая резкими, грубыми движениями, сводя Джонни с ума. Двигается так же резко, понимая, что скорая разрядка близка. Пара грубых толчков и комнату наполняет протяжный стон вперемешку с рычанием. Японец изливается внутрь, не заботясь о мнении Джонни. Которому сейчас явно не до этого, ведь сам находится в полуобморочном состоянии. Кенши двигается еще пару раз и выходит, позволяя Кейджу перевернуться на спину. Несколько размашистых движений и Джонни забрызгивает тяжело вздымающийся живот, где клубок возбуждения рассыпался приятным спазмом. Пальцы на ногах свело, а перед глазами все поплыло, растворяясь в темноте. Резко распахивает глаза, чувствуя горячий язык на животе, тщательно слизывающий белесые капли. Проходится по головке, подбирая все до последней капли и ухмыляется, целуя внутреннюю сторону бедра, оставляя влажную дорожку до колена. Кейдж притягивает японца за шею, завлекая в ленивый поцелуй. Кенши мажет языком по губам, вылизывая. Отстраняется, зарываясь носом в влажных растрепанных волосах и оставляет невесомый поцелуй на виске. — Я в душ, — хмыкает Такахаши, поднимаясь с кровати. — Не хочешь присоединиться? — передразнивает актера. Джонни что-то нечленораздельное пробубнил, провожая Кенши взглядом. Глупо улыбнулся, принимая сидячее положение. Всё-таки он нашел своего самурая. Хотя, вообще-то японец сам его нашел. Не суть важно. А до душа надо добраться как-то… но одному уже, чтобы наверняка помыться.

Все идет по плану Лю Кана…