грехи отцов

В какой-то степени, Годжо ожидал, что этот разговор случится рано или поздно, ожидал его с тех пор как он рассказал Мегуми какую роль он сыграл в гибели Фушигуро Тоджи. Просто… не таким образом. — Разве вы не ненавидите меня? — спрашивает его однажды ученик ни с того ни сего. Сегодня они вдвоем выполнили миссию, которая в кои-то веки оказалась простой и легкой и теперь вместе возвращались домой — также, как и когда-то задолго до Сукуны и всего что за этим проследовало. Именно спокойствие и умиротворение, что он испытывал от чувства ностальгии и прогулки, стали одной из причин того почему внезапный вопрос застал его врасплох. — А? — Годжо в недоумении смотрит на Мегуми, останавливаясь, когда юный маг делает то же самое. — С чего бы мне тебя ненавидеть? Откуда вообще взялись эти мысли? Мегуми не смотрит на него, когда он бормочет в ответ: — Из-за того что сделал мой отец. А, так вот в чем дело. Когда он наконец рассказал Мегуми правду, он ожидал, что тот разозлится, расстроится (все-таки он забрал у Мегуми и Цумики отца, какой бы сволочью Тоджи не был, и как бы равнодушно не относился к нему Мегуми). И какое-то время, юноша действительно ходил мрачнее тучи, отмалчиваясь, даже когда беспокоившиеся о лучшем друге Кугисаки и Итадори заваливали его вопросами о том какая муха его укусила, что он еще сильней стал похож на «депрессивного эмо», как окрестила одноклассника все та же Нобара, когда она и Юджи пришли к Сатору за ответами, поняв, что от Фушигуро они ничего не добьются, и их учитель уж точно в курсе происходящего. Разумеется, Годжо оценил их беспокойство, но ученика не выдал, лишь сказав, что Мегуми поделится с ними, когда будет готов. С Сатору, в том числе. И так и оказалось. Когда они снова заговорили о Тоджи с подачи Мегуми, тот сказал что ему нечего прощать. «Он сделал свой выбор», — пояснил его подопечный, когда Сатору поинтересовался причинами такого ответа, удивленный донельзя. Он-то ждал ненависть, а не прощение и принятие. — И я все равно его едва знал». Но возможно ему не стоило так спокойно принимать ответ Мегуми и быть начеку. Учителя-то он понял и принял, а вот в себе и в своей значимости в жизни Сатору мог усомниться, учитывая какую роль Тоджи сыграл в жизни Годжо и какую цепную реакцию это вызвало. Его умный, сильный ученик всегда брал на себя слишком много — последствия детства без родителей, которые даже опека Годжо не смогла искоренить. Будь то ответственность или чувство вины. Особенно там, где его вины не было вовсе, а ответственность должны были нести другие люди. Вот как прямо сейчас. А, ему нужно вернуться к разговору иначе Мегуми накрутит себя еще больше. — Мегуми, — серьезно произнес сильнейший мира магов. Услышав тон, который мужчина редко использовал, юноша переводит взгляд на своего сенсея. — Помнишь, что ты сказал о своем отце, когда мы говорили о нем на прошлой неделе? — Что это был его выбор — принять ваш бой-реванш и заказ на убийство Аманаи-сан? — в ответ на кивок Годжо, Мегуми хмурится. — Но разве вы не ненавидите его? Последовавшие за этим события подтолкнули Гето-сана к тому, что он предал мир магов. А я сын Убийцы магов. По этой логике вы должны были бросить меня, а не брать под свое крыло и спасать от клана Зенин. — Это правда, какое-то время я ненавидел твоего отца, — признается Сатору. И он ненавидел себя за то, что не заметил, как его лучший друг погружается во тьму, пока не стало слишком поздно. До сих пор ненавидит и всегда будет, но сейчас это не важно. Сейчас был важен Мегуми, а не ненависть и отвращение к себе. — Но, Мегуми, дети не несут ответственности за грехи своих отцов. Помни об этом. Кроме того, — беззастенчиво добавляет он, имея ввиду внешность ученика, — кто смог бы устоять перед этим лицом и не позаботиться о тебе, а? Смущенный румянец и сердитый взгляд появляются на лице Мегуми от этих слов, но мужчина с облегчением заметил, что напряжение покинуло плечи ученика. Отлично. Отвлекающий маневр сработал. — Вы курсе, что говорите как извращенец? — Ауч! — преувеличенно надулся сильнейший в мире магов, и заканючил в ответ. — Но я сказал правду и просто хотел подбодрить Мегуми так как ему было плохо! — Прекратите это! — был несколько резкий ответ от Мегуми, который возобновил их прогулку. Мгновение спустя он тихо добавил: — Спасибо вам, сенсей. Сатору мягко улыбается, присоединяясь к своему ученику, попутно взъерошивая непослушные чёрные вихры. Мегуми фыркает, но позволяет этот жест. — Не нужно благодарности, Мегуми, — так же тихо отвечает Годжо. Он знает, что Мегуми запомнит его слова и поймет подтекст — он важен для Сатору. Ведь они семья.