Щенок

Их мир немного другой. Ну, не немного, но отличается от вашего. У них собачки живут не во дворе, а дома — на кровати, едят за одним столом, моются теми же средствами и работают руку об руку, проще — оборотни. Вампиры не в фильме «Сумерки», а в богатых особняках или домах; они не убивают людей, иссушая их досуха; потомственные вампиры славились больше, чем другие монстры. Есть ещё гибриды животных, типа пришельцы, русалки, мифические существа, ну и люди. Последние пугаются тех, кто не похож на них, но, заключив мирный договор, с недовольством привыкали к ним. Ли Минхо — оборотень: у него от природы красивые волчьи ушки, подстать глубоко чёрным волосам и густой хвост, красивые кошачьи глазки и выразительная улыбка. Он родился в лесу, вместе с сёстрами и братьями: добрая сестренка Минджи, смелый братик Чонсу и близняшки Джимин и Чимин. Его родители были изгнаны из деревни, не смотря на их доброту к людям; они сбежали в лес, скрываясь от верной смерти. Но охотники нашли их, когда Минхо в первый раз вышел на охоту; он не далеко отошёл от уютной берлоги, в которой осталась болеющая мать и отец, что хотел уже пойти за сыном. Но охотники нашли их. Его подобрала семья с отцом-военным, он тренировал и делал из парней мужчин в армии. Больно им понравился подросток-оборотень, из которого можно сделать «машину для убийств». Ха, как в песне Алёны Швец. Но из-за неудачного случая беременности приемной матери сразу откинули эту мысль. Детей у них не будет, а из Минхо, потерявшего всю семью оборотня, делать убийцу, который пригодится в будущем не стали. Невыносимо смотреть на безразличное на мир лицо. Приемная мать хорошо относилась к нему, а отец был чуть строже, но понимал его чувства. Он долго тренировал Минхо, выработал из обычного оборотня в идеального самца. Альфу. Приёмные родители дали ему среднее образование, а потом отправили в университет — учиться. После прочтения, сложной для его возраста, книги Минхо резко решил — ему надо стать психологом. Эта мысль была не обдумана, но крепко на-крепко засела в его голове, и помня своё без эмоциональное лицо — становилось противно от его разрушенности. Его жалели. Детский психолог — вот кого видел в себе он. Очень хочется помогать таким же сломленным и невинным детям; хранить их секреты от родителей, которые привели сюда своих детишек «от балды»; видеть в них не ребёнка, что пытается привлечь внимание, а взрослого человека, что не по-боялся рассказать о всех переживаниях. Минхо сразу же завёл себе в друзья вампира Хёнджина — будущий хирург, гибрида зайчика Чанбина — стоматолог, и такого же оборотня Чана — учителя английского языка. Они буквально пережили огонь и воду (Хёнджин их чуть не спалил на пикнике, а Чанбин облил их всех водой потом), первые серьёзные отношения и разрыв Криса, дрочку друг с другом из-за того, что возбудились на одного парня и резкие выпады в депрессию из-за сессий. Они даже клялись поклялись на крови, что если предадут друг друга — распустят страшные слухи. Не, про слухи шутка, но предательство они никогда не простят. В первые Минхо увидел Джисона на третьем курсе. Его просто очаровал первокурсник, который мастерски всех отшивал и ходил всё время со своим другом — Ли Феликсом. Он был одет в невероятной рубашке с рюшами и джинсах клёш с высокой талией, пухлые губки подведены тинтом, а глаза чёрным карандашом. У него чёрные как смоль волосы и такие же зачаровывающие очи, маленькая родинка на левой щёчке, как у квокки и улыбка-сердечко. Худые плечики и тонкая талия, тощие бедра и маленькие ножки. Ну, куколка, а не парень с первого курса. Минхо никогда не влюблялся в кого-то так сильно. Он долго рассматривал его в столовой, за что получал оплепуху от Хёнджина, который что-то яро рассказывает о новой пассии (он хороший, правда). Старался сесть ближе на общих парах, как оказалась Джисон будущий сексолог и семейный психолог. Минхо однажды словил ответный взгляд от него и короткую улыбку. Он, кажется, никогда так не краснел. Джисон всё время общался только с Феликсом, и Минхо неожиданно начал чувствовать ревность, хоть и понимал, что так нельзя. Они ведь даже не знакомы! Были незнакомы до того, как Феликс не подошёл к Чанбину с предложением познакомится, он краснел перед ним, но был уверен в себе. Гибрид позвал их с Джисоном в столовую, вместе пообедать, радостный Ёнбок убежал к другу. Чанбин мило улыбнулся, когда первокурсники подошли к ним с подносами, а Хёнджин и Кристофер удивлённо на них посмотрели. Про Минхо можно вообще промолчать. Его щёки зажглись ярко красным цветом, речь заплеталась, а пальчики на ногах поднимались, хвостом он махал туда-сюда, что полностью выдавало его. Минхо пристально смотрел на Джисона и отводил взгляд, встречая ответный. Феликс оказался потомственным вампиром, весь его род состоит из сильных вампиров, а сам Граф Дракула двоюродный брат его прапрадеда! Он не любит этим как-то хвастаться, но очень гордится своей семьёй. Джисон — обычный парень, человек. Его родители защищали и не разрешали даже перекинуть пару слов с «этими ужасными монстрами», поэтому он поступил в университет, где «эти ужасные монстры» были как в родном доме. Здесь учится всего пара человек, их по пальцам пересчитать можно! Ещё больше Минхо и Джисон сблизились на одной из многочисленных посиделок у Криса, он часто их проводит. Парни сидели рядом на одном диване, попивая грейпфрутовое пиво так, как его почти никто не пьёт, и смотрели на Чанбина, Ёнбока и Хёнджина, которые играли в «Твистер». Это было очень смешно, а потом Джисон случайно отключился на плече Минхо, он жутко краснел тогда, только потом сам заснул, обнимая того за талию. Спустя много гулянок вместе, ночёвок и обедов во дворе, Минхо пригласил его на свидание, жутко краснея и виляя чёрным хвостиком. Джисон сначала удивился, его ещё никакой «ужасный монстр» не приглашал на свидание! А потом покраснел, его ещё никакой красивый «ужасный монстр» не приглашал на свидание! Он согласился, говоря, что от свидания именно с Минхо он не откажется. На первой встрече они жутко смущались, пересказывали как прошёл день, и только к концу свидания взялись за руки. На второй всё прошло менее смущающе: Джисон побольше рассказал о своей семье, а Минхо о своей, неожиданно для него, Джисон коснулся чувствительных ушек, они мило отреагировали на касания, когда Джисон уже хотел убрать руку — голова непроизвольно потянулась в направлении чужой ладони. Свидания повторялись и повторялись, а потом, на очередной посиделке у Чана, они пришли смущенные и с опухшими губами. Компания подозрительно косилась на парочку, что постоянно сидела слишком близко для обычных друзей, а потом выпытала из них правду: они встречаются.

///

Прошло чуть больше двух лет с начала их отношений, они прекрасно проводили время с друг другом, не давая усомниться в своих чувствах. Уже как три месяца они живут вместе — в квартире Минхо, небольшая двушка с котиком Дуни. Его оставили предыдущие хозяева, не зная, что делать с ним, а Минхо, ака пиздец добрая душа, приютил сразу же. Джисон совсем не против жить с ним, два пушистика под боком — настоящий рай. Пара сразу же распределила свои обязанности по дому — ссориться из-за бытовухи они явно не хотят — Джисон убирается, создаёт уют в квартире, а Минхо, как самый настоящий самец, больше работает для их семьи. Оборотни оборотнями, но инстинкты никто не отменял! На работе у Минхо корпоратив, поэтому его сегодня можно не ждать, наверняка переночует у коллеги. Джисон не запомнил, что они отмечают, но точно помнил, что Минхо обещал прибраться перед уходом. Джисон всё ещё учится в университете, на третьем курсе, но устаёт так, будто работает сверхурочно все эти три года! Он проходит в коридор, закрывая за собой входную дверь, устало вдыхающий Джисон как обычно сканирует квартиру, замечая упавшие цветы: их подарил Минхо просто так, сказал, что заметил эти лютики и вспомнил, что давно ему ничего не дарил. Дальше он замечает рубашку самого оборотня — он в ней на работу ходит, Минхо всё время закатывает рукава на предплечьях, открывая вид на струящие, словно ручеёк, вены. — Минхо? — Джисон предположил, что он всё таки пришёл домой, но прежде, чем обрадоваться лучше перепроверит. Он прислушивается и слыша тихий храп, облегчённо выдыхает. Идя к ванне, чтобы вымыть руки, Джисон замечает грязные салфетки, а потом и облёваный туалет. Честно, от этого воротит, и он уходит на кухню; там гора немытой посуды, которую должен был помыть Минхо. Голова кипит от злости на своего парня, неужели он просто наплевал на его слова? Парень проходит в спальню и видит мирно спящего оборотня, хвост немного подрагивает из-за, наверное, бурного сна. Минхо голый, а это значит, что он мылся. На том и спасибо! Джисон подходит к окну, наблюдая за погодой на улице: сезон дождей налёг на город, и хвастаться новыми покупками платьев или туфелек девушки не могут. Он открывает форточку, впуская свежий воздух в комнату. Парень так же подходит к комоду, который пара вместе выбрала, ведь шкаф для них слишком высокий, и начинает переодеваться в домашнюю одежду: футболка Минхо и свободные штаны. Джисон пилит взглядом последнюю полочку, где хранились игрушки и атрибутика для секса; он вспоминает, что у них давно не было из-за учебы и работы, и Джисон так соскучился по его члену в заднице и смущенному лицу. Почему смущенному? Потому что Джисон главный в постели. В голове парня всплыли воспоминая об их первом разе: долгая растяжка, небольшая паника (потому что член оборотня довольно большой) нежные поцелуи и ласковые слова, глубокие толчки. Мысли о сексе с Минхо накатывают нехилое возбуждение, а голый парень на кровати — ещё больше. Джисон берет верёвку из ящика, которую они часто использовали, и нависает над оборотнем. Поиграем?

///

Минхо слышит рядом с собой протяжные вздохи, которых не даже пытаются скрыть, он хочет перевернуться, посмотреть на этого бесстыдника, но что-то крепко держит руки в одном положении. Оборотень поворачивает голову, натыкаясь на Джисона — его самого любимого, самого горячего парня. Его пухлые щёчки горят от смущения, бёдра немного подрагивают, а руки находятся у пятой точки: он растягивает себя, держа вторую руку у основания члена, чтобы не кончить. Уши Минхо стоят торчком, так же, как и пенис — он всегда с пол оборота возбуждается, особенно рядом с Джисоном. Хвост заинтересованно махает, отбиваясь от светлого постельного белья. Оборотень пытается пошевелить руками, чтобы взять своего парня в свои большие ладони, но верёвка мешает; она давит на запястья, из-за чего из Минхо выходит скулёж. — Ханн-и, — скулит он, привлекая внимание — активно вбивающего в себя пальцами — Джисона. Парень надменно смотрит на него, продолжая дрочить, но медленнее. — Чего тебе? О-да, этот суровый голос, который возбуждает Минхо ещё сильнее! Его член начинает ныть от отсутствия стимуляции, а капли природной смазки капать на пресс. Джисон медленно приподнимается, надвигаясь на оборотня, он усаживается на его бёдрах, которые невероятно манят. Тёплая кожа встречается с разгорячённой, кажется, что от неё скоро пар пойдёт, если не уже. — Щеночек плохо себя вёл, — Джисон пристально наблюдает за капелькой пота, что стекает к накаченной груди, он переводит свой взгляд прямо в — по-странному для оборотня — кошачьи глаза. — Я должен его наказать. Минхо толкается бёдрами в чужие, пытаясь получить желанное трение члена о задницу, но Джисон сильно бьёт по ляжкам, выбивая любимый скулёж и останавливая движения. Он натягивает в своих пальцах чёрные, как смоль волосы, второй проводит к шее с ярко выраженным венами, чуть сжимая. Минхо тихо простонал и попытался толкнуться бёдрами ещё раз, но его шею лишь повторно сжали немного сильнее. — П-пожалуйста, — умоляет Минхо, с каждым разом он делает это лучше, как будто песня ангелов специально для него. — Ханн-и! — Что «п-пожалуйста»? — с пародировал Джисон его, пристально наблюдая за красными от смущения щечками. — Щенок должен получить своё наказание. Рука с шеи переходит на накаченную грудь, сжимая вставшие от возбуждения соски. У Минхо невероятное тело: сильные руки, крепкий торс, массивные бёдра и упругая, чувствительная грудь; на ней растёт целый кустарник из волос, который оборотень не может убрать, но Джисон не жалуется — это выглядит очень сексуально. Волосики щекотят его щёки, когда они в выходной вместе лежат, нежась в кровати. Джисон неожиданно кусает его за ключицу, оставляя след от зубов. — А ведь в первое время у меня такие же были... — задумчиво произносит он и кусает ещё раз, парень оставляет кучу засосов, помечая Минхо, который стонет от сладкой пытки. Оборотень ещё раз толкается бёдрами, пока Джисон не встаёт с него, он укладывает Минхо на подушку, садясь на чужую грудь. — Ханн-и? — член парня находится прямо у его лица, предэякулят капает на подбородок, оборотень кидает взгляды на него, намекая на минет. — Не-а, щеночек. — он пристально смотрит в чужие глаза, и Минхо замечает нежность, которая совсем не стоит рядом с его «садисткими кинками». Джисон приподнимается над ним и аккуратно берет его за подбородок чуть приоткрывая его рот. У Минхо невероятные губы, их приятно целовать, кусать, посасывать. — Открой ротик, закрой глазки. Оборотень слушается и перестаёт ощущать своего парня, а потом чувствует его на... своём лице?! Губами он чувствует опухшие края его ануса и вишневый вкус смазки; Минхо проводит языком по дырочке, покусывает её, а потом входит, выбивая протяжный стон. — И так в-всегда... — выстанывает Джисон, — твой язык всегда в заднице, когда надо отвечать за свои д-действия. Джисон всегда падок на римминг, он качает тазом, пытаясь насадиться на язык ещё сильнее. Парень ощущает в себе горячую слюну, которую размазывают по податливым стеночкам и скулит. У Минхо, конечно, не длинный язык, ведь член по длиннее будет, но этого достаточно для достижения экстаза. Он кончает, а сперма попадает на его живот и чужое лицо. Джисон встаёт с Минхо, наблюдая за тяжело дышащей грудью и подрагивающими ушками. Парень тянется к чужим запястьям и развязывает верёвку, давая оборотню свободу действий. — Ханн-и, Джисон, — тихо зовёт он. Его парень вяло смотрит, после оргазма он всегда вялый. — Всё хорошо? — Мг, — так же шёпотом соглашается он и пересаживается на его бёдра, обращая внимание на большой член, лениво водя по горячей плоти, пальцами он кругами водит по красной головке, выбивая стоны из оборотня. Руки Минхо находят место на ягодицах, немного их сжимая. — Только посмей своевольничать, я сам всё тебе дам. — Я хочу оказаться внутри тебя, — он еле слышно поскуливает, стараясь не толкаться в его пальчики. — Пожалуйста, Ханн-и! Парень без лишних слов садится на член, который, кажется сейчас бы взорвался, если не окажется окружён тёплыми стеночками ануса. Джисон стонет от растяжения — четыре пальца достаточно, но только не для пениса Минхо. У него не раз проскальзывала мысль, типа, а у других самцов тоже большие члены? С каждым проникновением и ударом по простате у Джисона в голове все мысли улетают далеко и надолго. Он медленно насаживается, а оборотень лишь скулит от нехватки нужной стимуляции. — Пожалуйста, больше, Ханн-и! — он пытается толкнуться вместе с парнем, но его останавливают так же, как и действия Джисона. — А тебе мало? — он усмехается. — Мало дырок? Вам, самцам, надо больше растанутых дырок, чтобы получить наслаждение, так ведь? Перед первым разом Минхо сказал, что получить больше удовольствия он сможет, если он будет в Джисоне, а тому было всё равно — он и так и и так получит нереальный оргазм. — Н-нет, Ханн-и, — ох, ему так нравится унижаться перед ним. — Только ты. — Правильно, — он возобновляет движения ещё с большей интенсивностью, вбирая в себя чужой член. — Только я, Минхо, ты именно передо мной так унижаешься. Комнату наполняют шлепки бёдра о бёдра, громкие стоны и тихие удары хвоста о постель. Пенис входит максимально глубоко, натягивая кожу животика и давая о себе знать ещё больше. Джисон возбудился по-новой, член стоит колом так, будто он таким был изначально. Хочется ещё больше. Его ноги-палочки быстро устают от интенсивности толчков. — Трахни меня. Эти два слова для Минхо, как гон, в котором хочется долбить любую дырку, чтобы принести удовольствие только себе. Он хватается за чужие, тонкие бёдра, начиная таранить задницу парня до красных отметин. Стонов больше, а оргазм ближе. Джисон редко передаёт контроль в сексе, но оборотню безумно нравится видеть его такого от пота влажного, с слипшимися от удовольствия глазами и усердно сидящего на его члене, при этом разбрасывая унижающие и грязные словечки прямо в чувствительные ушки. Разгоряченная кожа бьётся друг о друга, шлепки отпрыгивают от стен на другую. Минхо тихо поскуливает, смешиваясь со всхлипами Джисона. Пенис идеально проходит по простате и дальше. Парень еле держится за оборотня, в попытках не упасть с кровати. С такой силой его трахают, что Джисону уже думается, что первые дни сидеть нормально он не сможет. Парень неожиданно кричит, зажмуриваясь сильнее обычного. Сперма обжигает, попадая на их животы и грудь. Минхо ещё быстрее вбивается в него, чувствуя опухшие края дырочки, которые сжимаются после оргазма. Он кончает следом, заполняя его полностью. Пара сидит не шевелясь, пытаясь отдышаться. Джисон утыкается влажным носиком в не менее влажную шею, покрывая поцелуями-бабочками, потом тихо проговаривает своим охрипшим от криков голосом: — Сегодня спишь на диване.