обычные

      Чайник, пожар плиты, рядом ты дрожишь       Ты, как и я, устала       Ларри крутится на стуле, и этот день кажется, продолжает выжимать его, как лимон.       Ладонь Салли случайно касается его голой пятки, и Ларри пихает большим пальцем лучшего друга в плечо. — Встань с пола, чувак.       Салли хрипло смеётся, и его смех вызывает у Джонсона мурашки, а на глаза отчего-то наворачиваются слезы.       Пожалуйста, расскажи, когда наша жизнь       Превратилась в ритуалы — Ты чего? — шепчет Салли, приподнимаясь на локтях. Ларри почти чувствует какого это — упереть локти в деревянный пол — больно даже через ткань свитера.       Салли разворачивается, встаёт на четвереньки и для опоры цепляется тонкими пальцами за колено Ларри, и его водянистые голубые глаза глядят на Джонсона с тревогой.       Как мы смогли с тобой потерять контроль       На кого мы похожи?       Ларри готов лечь перед Салли на лопатки. — Просто сейчас что-то… «Глаза что-то намокли» — отстранено думает Ларри и жмёт плечами, улыбается, защищаясь. — В глаз что-то попало.       Сал спотыкается, вставая на ноги, и неожиданно упирается руками в перила кресла. Колёсики скрипят, спинка прижимается к стене с глухим стуком. Салли смотрит прямо в душу, Ларри глотает вязкую горькую слюну, глядя в ответ.       Может, случайно, на абсолютный ноль       Кто-то нашу любовь умножил — Ты в порядке? — шепчет Сал, забираясь на колени Ларри, как ручная обезьянка. Ларри обхватывает его за спину, обнимая, и не может ответить себе на вопрос: «это чтобы Сал не свалился или рефлекторно от желания быть ближе?». ответ совсем на поверхности.       Свет в комнате мигает, что-то с лампочкой или это перебои электричества? неважно, ведь пары вспышек хватает, чтобы Сал рискнул вцепиться в волосы Ларри и упереться прохладным протезом в лоб Джонсона. сквозь прорези лица Ларри касается его тёплое дыхание, и пальцы судорожно сжимаются на ткани свитера Салли, острые лопатки впиваются ответно в ладони. и теперь это ощущается как сплав, посеребренная пальцами Ларри медь спины Фишера.       Снова выключатель, старый чайник, плита       А внутри пустота       Только бьются, как блюдца, сердца       Скажи мне, что с нами стало? — Мы можем хотя бы день прожить, не думая обо всём этом мистическом дерьме, в которое ввязались? — устало шепчет Ларри, и их дыхание смешивается. ладони Сала касаются смуглой шеи под волосами, Ларри хочет расслабиться, потому что это то, что нужно делать, когда тебя так нежно касаются, но он не может. его пробирает ужас.       Наша ночь не закончится уже никогда       Повторяй, повторяй, повторяй       Повторяй без конца       Свои ритуалы — Тебе надоело? — в этом вопросе мешается всё. вообще всё. это и неуверенное предложение «если хочешь, мы притворимся, что этого нет — на сегодня» и вопрос «тебе надоело только это или жить?».       Салли проницательный, хотя, скорее здесь вернее сказать, что у него хорошо развита эмпатия. Ларри щупает его тощие плечи и склоняет голову в бок, шутливо хватая губами прядь волос Сала. это неловко, потому что вопрос так и висит в воздухе.       Вилки, ножи и рты, стаканы и кресты       Диваны, гробы и танцы       Пропущенные звонки, букеты и венки       Молитвы и агитации       Ларри почему-то вспоминает, как рука Тревиса схватила сегодня утром Сала за воротник, притянув к себе. Ларри делает также порой, только на месте Фелпса он целует голубую макушку Салли, смеясь в его волосы. — О чем ты думаешь, Ларри-схерали?       Сал придуривается, Ларри видит это, слышит по интонации, что его хотят отвлечь, развлечь и настроить на позитивный лад. только Ларри сегодня… сломался.       Сломан, забит землёй мой компас земной       И ты не ждёшь у причала       Рука Салла исчезает с шеи и сквозь ватное ощущение в мозгу, Ларри слышит, как щёлкают два раза заклепки протеза. звук, который Ларри не спутает ни с чем. он медленно поднимает взгляд, но сфокусироваться не успевает, протез опускают между ними резкие руки Салли, а меньше, чем через секунду, Сал прикрывает Ларри глаза ладонью. холодные пальцы накрывают веки, как саван.       Сходим с ума весной, так повторяй за мной       Свои ритуалы       Губы Салли на вкус как дезинфицирующее средство и солёные крекеры. по ощущениям его касаются не губами, а пальцами, настолько кожа шрамов плотная, от того странно, но никогда не неприятно. Шрамы Салли на ощупь были скорее впалыми швами, которые зажили не так уж много лет назад. Ларри смутно помнит их расположение, если бы он был сентиментальным, он бы сказал, что Сал несёт на лице дерево, но это такая чушь. он нечаянно усмехается в поцелуй.       у Ларри тоже есть шрамы. они выделяются светлыми рубцами на его смуглой коже, Ларри всегда при ходьбе прячет руки в карманах и прижимает предплечья к телу, «чтобы не задавали глупые вопросы».       Рутина, истерики, верёвка долгов       Наше горькое море от слёз       Вышло из берегов       Скажи мне что с нами стало?       Салли сминает его нижнюю губу, сосёт до красноты и с громким мокрым звуком отпускает. Ларри тянется за вторым поцелуем, теряясь в пространстве.       «ебанный ёжик в тумане» — шепчет внутренний голос, который звучит как шёпот Салли. — помнишь я тебя спросил, скучаешь ли ты по шрамам? — а ты спрашивал? — ты сказал, что скучаешь, а Эшли поцеловала каждый шрам на твоей руке. у меня ком в горле встал, я разозлился.       признание звучит не как покаяние, звучит как будто Салли бесится. голос у него хриплый и вмазанный, Ларри закипает, как чайник, ему жарко, но тут же бросает в холод. — твой шрам, тот, который не поперёк.       у Ларри сосёт под ложечкой и стреляет в груди. — я не пытался… — оправдывается Ларри, цепляясь губами и руками за Салли. — ты хотел, — напирает Сал, но звучит так, будто Ларри говорит сам с собой. то, насколько Сал его понимает, читает и чувствует так болезненно и раздражающе, что даже хорошо.       Трагичная сказочка рассказана вновь       Нам с тобой заменили веру, надежду, любовь       Ритуалы       Сал врывается в его сердце, как спинальная анестезия в позвоночник, но отключается верхняя часть тела, включая мозг, а не нижняя. Ларри путается в словах и в распущенных волосах Фишера пальцами, целуя дрожащим ртом рубец на его подбородке.       «притворимся, что сегодня мы обыкновенные подростки, и нас волнует репутация в школе, и что надеть в понедельник» — шепчет Салли, смеясь Ларри в губы. Джонсон бездумно кивает, чувствуя, как под пальцами нагревается кожа Сала, как паяльник, который он хочет воткнуть в глаз каждому мудаку, связанному с ебучим культом.       Повторяй, повторяй, повторяй       Повторяй, повторяй, повторяй       Повторяй, повторяй, повторяй       Свои ритуалы