Лето в деревне

      Так, в течении уже месяца каждый день ребята помогали бабушке по хозяйству,а потом уставшие, но счастливые в ожидании встречи с новыми друзьями бежали на место встречи. Федя стал совсем другим. Он больше улыбался, больше говорил и меньше читал. Это странно, но Коля и Сигма были очень за него рады. Видимо, Дазай, сумевший с ним поладить, отлично на него влиял.       –Ну и странный он стал. –Выдохнул Сигма и, скрестив руки на груди, повернулся к другу.       –Согласен, но это хорошо. Он стал таким..       –Открытым, да? Помню, когда вы только приехали, он со мной даже не здоровался. – перебил Николая парень. Он махнул в сторону шатра, на против дома.       –Да. Именно. О..что это? –Заинтересованно спросил белокурый, взглянув на указанное место.       –Там каждые выходные дискотеки проходят. Музыка, конечно не прям из современных, но там весело. Я не говорил раньше, потому что там паренек противный шастает. Но он, вроде как, уехал в город.       –Значит, сегодня там тоже что то будет, да? – Вот и жизнь налаживаться начинает. Тусовка..       –Ага. В семь вечера. Можем пойти, если хочешь.       –Ты еще спрашиваешь? Конечно хочу.

***

      Дазай был удивительным. Он умный, интересный, добрый и хитрый. Весьма хитрый. Федор, в этом ему, конечно, старался не уступать. Как же ему было с ним комфортно. И он был на все сто уверен, что это взаимно. Достоевский редко встречает людей, которые ему вообще хоть как то интересны. Был ли человек, с которым он общался больше, чем пару минут? Ну, Коля.       Как бы не хотелось этого признавать, но Достоевский прекрасно понимал, что чувствует и чего хочет. Он никогда не отказывался от того, что ему нравилось. И если нравится, значит так надо. И даже если нравится человек. Парень. Плевать. Федя просто был куда счастливее, чем раньше.       –Ты чего задумался? – с теплой улыбкой спросил шатен, склонив голову так, что его каштановые пряди падали на лицо, закрывая глаз.       –А? Да так.       –Тогда, если не возражаешь, я продолжу читать, ладно? – у Дазая приятный голос, когда он читает. До боли приятный.       –И тогда Лим осознал, что бы увидеть некоторые вещи, зрение не нужно. В тот момент он решил, что мог бы просто сказать, просто почувствовать и услышать. «–Я люблю тебя, ты знаешь? Я тебя никогда не видел, но я чувствую. Я слышу.»       Он просто читал ему книгу. Просто считывал с тонких страниц слова, написанные автором, просто говорил, просто-просто-просто. А на бледных щеках виднелся еле заметный румянец. Почему обычные строчки, вообще не адресованные брюнету, так смущают? Он прячет лицо за волосами, пытаясь скрыть весь спектр чувств, навалившийся на него.       –Все в порядке? Ты, кажется, меня вообще не слушаешь. – Ветер мягко ворошил каштановые пряди, делая волосы объемней. У Феди, как Дазай подметил, руки всегда холодные. Он уже потянулся к чужой ладони, но слудующие слова брюнета заставили испуганно отдернуть руку.       –Лиму, кажется, не нужно никакое зрение, что бы увидеть то, как она его любит, да? Это мило. Я впервые читаю..то есть, слушаю подобную книгу, поэтому немного смутился. Я люблю детективы, ты же знаешь. – Быстро оправдался Достоевский и, с привычным, почти ничего не выражающим выражением лица повернулся к шатену.       –О-хооо. Так наш Феденька смущается от банальной фразы в книге? Знаешь... – Он придвинулся непозволительно близко к чужому лицу и с улыбкой прошептал в самое ухо: – Даже в детективах такое встречается...может, ты подумал, что..       –Слишком близко.       –Все, все, друг мой. Прости. – Осаму неловко кашлянул, а потом рассмеялся, увидев, как брюнет поджал губы и нахмурился, а его очки сползли на самый кончик носа.       –Боже, иди уже домой. Я не хочу тебя потом ждать вечером час, пока ты соберешься, дубина.

***

      Гоголь всегда надевал на такие вечера крутые шмотки, не стесняясь показать, что у него достаточно денег. Сегодня он думал так же, совершенно позабыв, что находится в деревне, где каждый друг друга знает, а не в городе, где тебя примут даже в юбке.       Немного поразмыслев, белокурый решил одеться простенько, разбавив образ несколькоми аксессуарами.       На телефоне высветилось имя отца, который, видимо, решил узнать как там его сыночек. Николай, поджав губы, снял трубку.       –Привет, сын. Бабушка сказала, что ты неплохо себя ведешь. Мы с матерью думаем тебя забрать.       –О, папа...правда? Как хорошо! Думаю, я мо.. – мысли резко прервали его на полуслове. Но ведь здесь он нашел друзей и человека, который ему нравится. Разве ему нужно уезжать? Он изменился, больше не думал о том, где бы потусить и какой коктейль больше разносит. – Я подумаю. Можно?       –Конечно, сын. Даю тебе время до завтрашнего вечера. Я позвоню еще раз, и ты мне скажешь. Спокойной ночи.       –Спокойной.       Вот и выбор.

***

      –Сигма! Прости, я не опоздал? – Коля еще перед выходом так задумался, что вообще забыл о дискотеке. Поэтому бежал на столько быстро, на сколько мог.       –Явился. Немного, но ничего. Все хорошо, пойдем. – Юноша улыбнулся и, взяв блондина за руку, повел в шатер. Людей было прилично, в основном это были подростки, не так много людей возраста 20-35 лет и изредка мелькали дедушки и бабушки, которые, видимо, решили вспомнить былые времена. Музыка была комфортной, хоть и не особо современной.       –Тут классно! Я бывал в дорогущих клубах, но в них не было так комфортно, как тут. – С искренним восторгом объяснил Гоголь и побежал куда то вглубь толпы. Сигма не любил большие скопления людей, и решил подождать друга у выхода, где и стоял раннее.       На плечо резко легла чья то грубая рука. Сигма, сглотнув, обернулся, встречаясь взглядом с голубыми, наполненными злобой, глазами. Чуя уехал. Почему он тут?       –Ты разве не уехал?       –Не твое собачье дело. Что за педик там ходит? – Грубо. Сигма не на шутку разозлился.       –Катись отсюда, какого черта ты вынюхиваешь?       –Сигма, я нашел..о, ты кто? А, стой. – Блондин остановился рядом с Сигмой, ухмыляясь, словно Драко Малфой из Гарри Поттера, пробежался оценивающим взглядом по незнакомцу. – Рыжий, в какой то стремной шляпе. Чуя, да? Звучит как чихуаху..       –Иди сюда, утырок. – Накахара агрессивно направил кулак на блондина, но последний пропал из поля зрения голубоглазого. Позже, Гоголь заметил, что бежит. А потом заметил, что бежит за Сигмой. А потом заметил, что он держит его за руку. И то что он лыбится, как идиот, тоже заметил.       –Эй-эй, остановись! – Отбежав на довольно приличное расстояние от шатра, оба решили, что в безопасности. Как оказалось, они прибежали прямо к скверу.       –Нет, ты видел? Он правда на маленькую собаку злую похож. Каким образом его здешние боятся? – не переставая хохотать спросил Коля, пытаясь отдышаться.       –Ходил на борьбу какую то, вроде. В прочем, не важно, главное, что мы от него ноги унесли.       –Пойдем там посидим? А то я не хочу туда возвращаться.       И они пошли. Сигма рассказывал, что ночью тут очень красиво. А Николай, сильно впечатлённый рассказами друга, мечтал на это взглянуть.       Было довольно прохладно и сероглазый слегка дрожал, но был настроен не жаловаться и не показывать, что холодно, поэтому просто слушал очередную историю Коли, над которой они позже смеялись. Сигма был счастлив на столько, на сколько это возможно. Ему было хорошо.       –Знаешь, мне кажется, что я понимаю Осаму. – Спустя какое то время тихо сказал Гоголь, мягко рястянув губы в полуулыбке.       –В плане? – С интересом спросил Сигма, готовый выслушать его.       –Ну…смотри! – Он отвлекся от собственной речи, пальцем указывая на середину помещения. На стенах и полу рассыпались лучи просочившегося света луны сквозь дырявую крышу. Серые глаза горели восхищением от увиденного. Взгляд разноцветных глаз устремился на чужое лицо. Сигма, в свете луны выглядел невоображаемо прекрасно.              –Красиво как. – Шепетом произнес юноша, не отводя взгляда от пола.       –Да, очень. – Так же тихо прошептал себе под нос белокурый, не отрываясь от чужого лица.       Сигма вернулся в прежнее положение. Он обнаружил, что смотрит прямо в глаза белокурого. Они так сияли. Разными цветами. Чувствами и эмоциями. Не сложно было понять, что речь шла не о маленьких звездочках, рассыпавшихся по скверу.       –Ты в порядке?       –В полном. – Серые глаза налились свинцом и вот вот готовы были закрыться.       Тишину нарушал еле слышный стук сердцец. Блондин моргнул от осознания происходящего и невольно отпрянул, разочарованно выдыхая. Сигма лишь поджал тонкие губы и устремил взгляд в пол. Видимо, торопиться не стоило.