Еще не поздно

Еще не поздно, думает Теон. Он умеет сражаться. Его стрелы бьют без промаха — он один из лучших стрелков Севера. Его руки крепко держат меч. Он побеждал в тренировочном бою даже Джона Сноу. Только Роба не победил бы — но разве можно победить наследника Старков? Он Грейджой, единственный наследник своего отца. Старки убили его братьев. Старки вырастили его самого. — Хочешь, чтобы твой отец преклонил колени перед другой твоей семьей? — Они мне не семья! И снова набатом, слова Роба: — Это не твоя семья! Семья, родившая его. Семья, воспитавшая его. — Мой меч за тебя — в победе и в поражении. Отныне и до конца моих дней. Теон Грейджой не хочет выбирать. Остановить Яру и отца — немыслимо. Сражаться против них — немыслимо. Грейджой не предаст семью. Грейджой не предаст Роба Старка. Выбирай сторону, и поскорее. Теон отправляет Робу письмо с предупреждением и седлает коня. Джон Сноу как-то сказал ему: только на Стене я могу быть собой. Теон тогда не понял. Благородный Джон, что с него взять? Теперь Теон понимает, как никто другой.

***

Мчась к Стене на всех порах, Теон думает, что отец был прав: он слишком долго воспитывался среди Старков. Для него честь — не пустой звук. Он не может ударить Роба Старка в спину. Но сражаться против Яры и отца он тоже не может. Загоняя своего коня, Теон думает, что ему не стоило так много общаться с Джоном Сноу в детстве. Если бы не это, Теон черта с два сейчас бы направлялся к Стене и был бы готов облачиться в черное. Но чертов Снежка с его чертовыми моральными принципами! Теон только надеется, что Джон Сноу все еще помнит, кто был его самым близким другом в Винтерфелле. Грейджой гонит коня. Но все равно не успевает.

***

— Я Теон Грейджой! — Тем хуже для тебя. Рамси Болтон мягко улыбается, растягивая Теона на дыбе. Теон знает, что это вовсе не улыбка — оскал. Если бы он только успел добраться до Стены! Яра грабит владения Старков; Рамси, как верный вассал, захватывает ее брата. Вот только Теон знает: Яра не придет за ним. Никто за ним не придет. Одна лишь мысль позволяет ему оставаться собой, когда бастард Рамси бьет его, ломает ему пальцы, издевается над ним: Он не виноват. И он не заслужил этого.

***

Когда ему удается сбежать, Теон может думать только о том, чтобы облачиться в черное и погибнуть в бою — большего ему не нужно. Он добирается до Стены, каким-то чудом не угробив сворованного у Рамси коня. Руки его кровоточат от старых ран. Его ноги едва держат измученное тело. Каждый шаг отдается болью, но он знает, что Он все сделал правильно. Упасть в объятья Джона Сноу как драматичная девица — поступок, недостойный Теона. Поэтому он падает, не дойдя до брата всего пару шагов. И мир меркнет над ним.

***

— Ты дурак, — сообщает ему Джон, едва Теон открывает глаза. Он лежит на мягкой постели. Он видит отблески огня и чувствует тепло. Джон сидит рядом. — Знаю, Снежка, — фыркает Теон. Потом шевелит пальцами на руках и ногах — они слушаются, пусть и нехотя. Хорошо. Значит, он сможет держать меч. — Тебе нужно выздороветь, — говорит Джон. Взгляд у него серьезный, и Теон не разумом, нет, но нутром чувствует: что-то не так. Но из Джона и слова не вытянешь, если он этого не захочет.

***

Теон поправляется за семь дней. Джон дает ему в руки меч, и Теон с наслаждением ощущает тяжесть метала. Он так давно не держал оружие в руках, что почти забыл самого себя. Сноу не дает ему даже поднять оружие — болезненный удар его клинка обрушивается прямо на плечо Теона, и ему приходится сдерживать крик боли: впрочем, он давно к ней привык. И он бросается в атаку. Мышцы, одряхлевшие за долгие месяцы плена, слушаются неохотно, но в конце концов к Теону возвращается старое чувство боя, и он словно бы вновь во дворе Винтерфелла, сражается с бастардом Сноу, а Робб Старк где-то неподалеку делает ставки, кто кого одолеет. В глазах Сноу Теон видит отголоски тех же воспоминаний. Джон все-таки выбивает у него меч из рук, и приставляет клинок к его шее, и Теон ухмыляется: — Достань мне лук и стрелы, и я уделаю тебя, Снежка. Когда губы Джона помимо его воли расплываются в улыбке, Теон чувствует: в этом поединке он все равно победил. Мышцы приятно болят после долгого боя, и Теон с наслаждением вытягивается на скамье. Сноу толкает ему кружку подогретого вина. Раньше бы Грейджой уже мечтал о девушке с умелыми ручками и о беззаботной ночи, длящейся до самого утра. Но после плена у Рамси Теон думает, что сидеть вот так, в полутемном зале, пить горячее вино и знать, что здесь имеет значение только его умение держать меч — может быть, это тоже неплохо. Джон со стуком ставит кружку на стол, делает короткий вдох и говорит: — Роб и леди Старк были убиты. И мир Теона летит в тартарары.

***

Джон Сноу удерживает его от того, чтобы немедленно броситься в атаку. — Это не наша война. Мы дали клятвы. — Ты дал клятву, — рычит в ответ Теон. Если Роб Старк мертв, зачем ему оставаться на стене? Зачем ему сражаться вместе с Джоном Сноу, когда он может уйти и отомстить всем, кто посмел поднять руку на его брата? — Здесь нас ждет настоящая война. Мы должны остаться. Мы должны защитить всех. Теон ненавидит, когда Джон оказывается прав. Теон Грейджой не верит в старых и новых богов. Но идет вместе с Джоном к роще. И приносит клятву. И облачается в черное. Еще не поздно, думает Теон. Еще не поздно.