Сладких снов

      Тусклый свет настольной лампы тёплыми бликами ложился на открытую кожу, он окрашивал тёмную комнату в приглушённые жёлтые тона. За окном царила ночь, а в холодном стекле размытыми силуэтами отражалось два сплетённых воедино тела. Запах его парфюма сводил с ума. Ненавязчивый, лёгкий, он кружил голову. Его мягкие светлые волосы растворялись в бледной ладони. Немного вьющиеся кончики оплетали тонкие пальцы, они магнитились к коже, еле ощутимо пропускали разряды тока. Юнги целовал Тэхёна нежно, медленно, в их вселенной не было времени, было лишь бесконечное тёплое чувство и большие смуглые ладони на тонкой белоснежной талии. Подушечки пальцев Тэ бархатные, гладкие, не в пример грубым рукам Мин Юнги, они впивались в кожу, оставляя горячие следы. Мин выцеловывал его нежные плечи. Он медленно скользил кончиком носа вверх по шее. Смотрел с обожанием. Хотелось утопать в глубоких чёрных глазах, в томном взгляде из-под густых спутанных ресниц. А его голос… Бархатный, низкий он заставлял тонкие волоски на теле вставать дыбом. — Мне зашторить окно? — шепнул Тэхён. Горячее дыхание обожгло губы. Юнги скользил ладонями по обнажённой спине. Парень, восседающий на его бёдрах, казался чарующим. И уж точно не хотелось, чтобы он вставал и шёл к этому проклятому окну. — Оставь, — бормотал Мин. Подушечки пальцев вжались в бёдра. — За ним так темно… Тебе разве не страшно? Меня всегда пугали такие вещи. — Мне утешить тебя? — Утешь, — Тэхён улыбнулся и согнулся в спине, чтобы приблизиться к лицу парня. — Не смотри в окно, смотри на меня, — бормотал хриплым голосом Юнги. Он чувствует себя безумцем. Всему виной Ким Тэхён, прижимающийся к нему всем телом. На часах за полночь, но сна ни в одном глазу. Ему бы вот так, всю ночь провести в его больших тёплых объятиях. — Тебе завтра на работу, — усмехнулся Тэхён. Юнги скользил пальцами по ямочкам Венеры, спускался ниже, срывая с губ парня смешки. — Нет, перестань… — Я ничего не делаю, — улыбнулся Юнги. Щёки заалели. Тэхён сомкнул края зубов на нижней губе и опустил голову, чиркнув мягкой чёлкой по носу парня. Мин скользнул ладонью вниз, пальцы затерялись меж упругих ягодиц, запястье согнулось, а парень в его руках шумно задышал. Громче. Громче. Юнги прикрыл глаза и откинул голову на подушку, разомкнув губы. Тело в его руках вздрогнуло. Воздух разрезал протяжный стон.

⠎⠸⠈⠩⠨⠊⠓ ⠎⠝⠕⠺

— В детстве я так боялся темноты… — тихий шёпот его голоса касался уха, он пробирался под кожу. Юнги лежал, прикрыв глаза, готовый погрузиться в сон. Засыпать под болтовню Тэхёна было чем-то привычным, обыденным, под его сказки спалось превосходно. — Я накрывался одеялом с головой и ждал, пока мои подкроватные монстры уйдут. Даже сейчас я боюсь темноты… — Я не боюсь её. В ней всё так же, как и при свете. — Не скажи… В темноте мелькают тени, из неё как будто вечно смотрит кто-то… Не страшно, как же. Как вцепится своими когтями, как сожрёт… Юнги мягко усмехнулся и притянул парня ближе. Какой болтун, спасу нет… А фантазия какая богатая… Но Юнги точно уверен в том, что в темноте нет ничего опасного. Зачем бояться того, что не может причинить тебе вреда? — А ещё сонного паралича боюсь. В детстве, было дело, просыпался, а встать не мог. И мерещилось всякое… А может и не мерещилось! Висело над кроватью… Чёрное… Таращилось на меня… Рожа страшная… — Это был я, — усмехнулся Юнги. — Нет! Оно было ещё страшнее… Мин резко натянул одеяло на балбеса и обхватил голову парня сверху руками, пытаясь придушить. Тэхён хохотал и брыкался. Какое-то время. На секунду показалось, что тело под одеялом перестало дышать. Юнги, впрочем, не придал этому никакого значения. Уставший, разморенный приятным теплом любимого тела под боком, он засыпал.

⠎⠸⠈⠩⠨⠊⠓ ⠎⠝⠕⠺

Юнги проснулся от резкого звука. Кто-то очень неаккуратный уронил что-то рассыпчатое на пол. Парень в испуге распахнул глаза. Кромешная тьма. Не видно ничего, даже силуэты не различимы. Сердце бешено заколотилось. В чём дело? Он ведь не боится темноты, но на секунду ему стало прямо жутко. — Всё хорошо! — воскликнул знакомый голос. — Я уронил таблетки… — Тэхён, — Юнги выдохнул облегчённо. — Боже… Ты хоть бы свет включил… Убьёшься же. Тэ не ответил. Он лишь сглотнул еле слышно, его одежда зашуршала в направлении пола. Мин в нетерпении потянулся к стоящему на тумбе ночнику, привычно нащупал кнопку… Не работает. Вероятно, посреди ночи выбило пробки… Но почему темно, как в бочке? Должен же быть хотя бы один крохотный источник света… — Вы потеряли зрение, — тихим шёпотом раздалось страшное. — Попали в аварию, повредили глаза. Вдох показался болезненным. Юнги чувствовал, как сердце забилось чаще. — Шутишь? — усмехнулся парень. — Не смешно. — В ответ лишь давящее молчание. — Это не смешно. Это светонепроницаемые шторы. Всё они. Он влюбился в жестокого шутника. Юнги скинул с себя одеяло и поспешил встать на пол. Он по памяти побрёл в сторону окна, чтобы яростно вцепиться руками в штору и сдвинуть ту в сторону. Ладони скользили по стеклу в поисках ручки, хотелось открыть окно, ведь в комнате как будто было нечем дышать. Он открыл его. Вот только воздуха всё равно не хватало. Внутри всё сжалось от осознания, что он слышит пение птиц и чувствует тепло солнечных лучей… За окном утро. В глазах по-прежнему темно. — У Вас повреждение мозга. У Вас случалось, что Вы забывали что-то из прошлого… Но за последний год… Неужели Вы не помните? Юнги сделал шаг от окна и почувствовал, как земля уходит из-под ног. Его ватное тело успели поймать в метре от пола, знакомые сильные руки вцепились мёртвой хваткой и удержали. — Какая-то херня… — Юнги задыхался. — Это всё какая-то… — Успокойтесь, пожалуйста… Вы заводитесь. — Почему ты «выкаешь»? Это раздражает. — Всё хорошо… Юнги довели до кровати, усадив на край. Его мертвецки бледные щёки побелели ещё сильнее. Он был похож на недвижимую статую. Молчал и моргал так редко, что становилось жутко. Однако, ни слезинки не блеснуло в его стеклянных глазах. Мин вцепился ладонями в единственное, что могло его привести в чувства и успокоить: руку Тэхёна. В голову полезли воспоминания той роковой ночи: он за рулём, фары освещают ближний участок дороги, вокруг непроглядная тьма и, внезапно, человеческий силуэт посреди трассы, заставивший его вывернуть руль и, избежав столкновения, вылететь с трассы. А после ничего: ни боли, ни малейшего проблеска воспоминаний, лишь темнота. — Что я наделал… — его голос дрожал. Сердце забилось бешено, от недостатка кислорода закружило голову. Ему хотелось проснуться от этого кошмара. Он надеялся, что лишь откроет глаза, всё случившееся окажется страшным сном.

⠎⠸⠈⠩⠨⠊⠓ ⠎⠝⠕⠺

Юнги считал, что его жизнь кончена. А это… Это не жизнь. Мучение. Но за руку его держала большая тёплая ладонь. Пальцы Тэхёна оглаживали кожу, окрашивая бесконечно тёмный мир Юнги пусть и в тусклые, но краски. — Я не всё знаю… У Вас была авария. Вы почти не пострадали, но зрения лишились. Такая потеря… Вы наняли меня на работу. — Ты снова повторяешь «Вы»… Это шутка такая? Какая ещё работа? Мы жили вместе, спали вместе… — Что Вы такое говорите? — голос Тэхёна звучал испуганно. Парень выпустил ладонь Юнги из захвата и отстранился. Юнги укололи в самое сердце. — Я не могу себе такого позволить… Мы едва знакомы. Это невозможно. Юнги не понимал. Он не помнит своей жизни без Ким Тэхёна, он столько долгих лет смотрел лишь на него, существовал в этом мире лишь ради него. Тэхён — вся его жизнь. Он ведь буквально вчера видел его улыбку, слышал смех и эту очаровательную болтовню вместо колыбельной… Или то был всего лишь сон? Сон не может быть настолько реалистичным. А значит, нереально то, что происходит прямо сейчас. Мин щипал себя за шею, он до боли стягивал в пальцах кожу, хлестал себя по щекам, но кошмар не прекращался. Парень не слышал голос Тэхёна, умолявший его остановиться, у него в голове гудело. И в момент, когда в очередной раз он замахнулся, запястье перехватила сильная ладонь. Юнги дышал тяжело, он чувствовал, как по щекам стекают слёзы, и стыдился себя. Он жалок. — Давайте поедим? — шепнул родной голос. Юнги не мог выдернуть свою руку, не мог отстраниться. Ким Тэхён всегда был сильнее. И сейчас он до боли сжимал его запястье и всеми силами пытался успокоить. От этого становилось хуже. Мину горько осознавать, что это может быть правдой.

⠎⠸⠈⠩⠨⠊⠓ ⠎⠝⠕⠺

Его Ким Тэхён готовил отвратно… Этот парень был не такой. Его еда была восхитительной. А Юнги до безумия хотелось пересоленного риса или пресной развалившейся лапши. А самое страшное… Они сидели в полной тишине. Мин слышал, как его зубы перемалывают пищу, как неловко скрипит под ним старый деревянный стул. Как будто бы все звуки вокруг вдруг стали громче. Из-за тишины это или из-за слепоты? Но в его доме всегда было так шумно… А теперь… — Давай поговорим? — натянуто улыбнулся Юнги. — Раз мы не знаем друг друга, то почему бы не познакомиться? — в ответ не последовало ничего. Он не слышал ни шороха, ни дыхания. Молчание напрягало. — Что думаешь? — ответа не дали и спустя полминуты. — Тэхён? Ты здесь? Юнги вытянул ладонь, зашарив ею в воздухе. Никого. Он осторожно поднялся из-за стола. Пальцы цеплялись за предметы мебели, благо, обстановку в доме их хозяин знал до тошноты подробно. Слишком уж он не любил перемены, поэтому всё всегда стояло на своих местах. Вот только… Кажется, не всё. Ему казалось, что он шёл правильно, однако руки вдруг уткнулись в стену. Он перестал ориентироваться? Под подушечками пальцев рельефные обои в полоску. Всё верно. Он на выходе из кухни. Если двигаться по стенке, он найдёт проход в коридор. Здесь рядом. Это не сложно. Но сколько бы ни шёл, стена всё не кончалась. Более того, вдоль неё не стояло ничего из мебели, что бы могло подсказать ему верный путь. Паника нарастала, её апогеем стала преграда в виде ещё одной стены. Юнги дошёл до угла. Он ускорил темп шагов и побрёл уже по второй стене, но и ей было суждено замкнуться углом и новой преградой. И новой. И новой. И новой. И новой. И новой. И новой. И новой. И новой. Голова кругом. Вскоре, бесполезные попытки найти выход оборвались истошным криком. Мин схватился за волосы и до боли стянул те в пальцах, согнувшись почти пополам. У него голову ломит от всего происходящего. Хочется всё это прекратить! Где он? — Юнги? Юнги обернулся. Он слышал голос. Он идёт на голос. Медленно переставляет ноги в ожидании снова наткнуться на преграду, но её нет. Вокруг лишь пустота. Ни стен, ни мебели, ничего, что напоминало бы ему его дом. — Тэхён? — как можно громче окликнул Юнги. — Подай голос! Я немного… Заблудился. — Юнги? — звучало поблизости. Совсем рядом. Мин облегчённо выдохнул, он передвигался теперь увереннее, ведь точно знал, откуда шёл звук. «Юнги» — вдруг прозвучало где-то позади. Далеко позади. Глухой отголосок доносился издалека. Юнги прошиб холодный пот. Он замер, как вкопанный, и обернулся. Где он? Почему на всём его пути ему не встретилось ни одного препятствия? Почему воздух такой холодный? — Знаешь, чего я боялся в детстве? — любимый голос звучал поблизости. Низкие нотки в тембре пробивали до тёплых мурашек. С этой фразы обычно начиналась его болтовня на сон грядущий. Он рассказывал, как всегда, на улыбке. — Однажды отец оставил меня одного посреди широкого поля и сказал ждать. Он уехал на тракторе, чтобы собрать урожай с другого конца поля. Небо уже почти полностью потемнело, пока я его ждал. Вокруг ни дерева, ни малейшего ориентира, куда идти… И тогда я вдруг подумал, что если монстры настигнут меня здесь, в поле, я не смогу нигде спрятаться. Мне на секунду померещилось, что я увидел силуэт. Я зажмурился. А когда открыл глаза, силуэт вдруг оказался справа. И каждый раз, когда я закрывал глаза, он менял своё положение и казался ближе, ближе… — голос Тэхёна приближался, а в какой-то миг Юнги ощутил, как губы касаются его уха и жарко выдыхают: — Если бы я продолжил моргать… думаешь, оно бы добралось до меня и убило? Мин в страхе замахал руками вокруг себя. Никого. Но в голове его голос… А вокруг никого! — Думаешь, оно бы добралось до меня? — повторили шёпотом. Юнги застыл в леденящем кровь ужасе. На голени правой ноги медленно сомкнулись чьи-то холодные пальцы. Всё тело пробил озноб. Чужая рука не двигалась. Парень тоже стоял, не шевелясь, как вкопанный. Он не может видеть, оттого ещё страшнее предвкушение, когда он вдруг садится на корточки, чтобы дрожащими пальцами ощупать чужую руку… Он не хочет знать, чья она. Но разуму нужны ответы. Сердце больно сжимается, когда рука вдруг резко дёргает за ногу вниз и всё тело проваливается словно сквозь пол. Каждую косточку дробит неведомая сила. — Сладких снов, — шепчет голос в самое ухо.

⠎⠸⠈⠩⠨⠊⠓ ⠎⠝⠕⠺

Юнги кричал. — Эй, что случилось? — голос Тэхёна звучал испуганно, он легонько тряс парня за плечо и заглядывал в глаза. Рука вслепую нащупала кнопку на ночнике, комната окрасилась в привычные приглушённые тона. По щеке Юнги скатилась крупная солёная дорожка. Он прекрасно видел Тэ и мог уверенно сосчитать родинки на его лице, не смотря на тусклое освещение. На улице всё ещё ночь, а окно плотно зашторено. Он видит всё это собственными глазами. Он видит! Бледная ладонь коснулась щеки Тэхёна. Юнги поджал губы и зажмурился, не в силах остановить истерику. Он опускал голову, его трясло. Это был страшный сон. Всего лишь кошмар. Но какой правдоподобный… Он никогда не видел таких реалистичных снов. — Ну что ты… Тебе что-то плохое приснилось? — его голос такой приятный, бархатный. — Я так люблю тебя… Иди сюда. Юнги хотелось выть. Тэхён прижимал его к себе. Его ладонь оглаживала затылок, пальцы успокаивающе копались в волосах. Горячий, настоящий, он гладил ладонью по спине и тихо сопел на ухо. И сейчас, Мин не прочь остановить время, ведь это самый прекрасный миг в его никчёмной жизни. — Мне утешить тебя? — на улыбке шепнул Тэхён. — Пожалуйста, утешь меня, чтобы больше мне такой херни не снилось, — Юнги крепко обхватил парня и утопил лицо в его широком плече. Пальцы до сих пор дрожали. У него всё тело ломит, будто бы и правда та штука раздробила ему кости. Но он жив, здоров, здесь, рядом с самым важным для него человеком. Широкие ладони Тэхёна спустились вниз по спине, на мягкую кожу талии. Он выводил пальцами причудливые узоры, касался живота, цеплялся за выпирающие тазовые косточки. Юнги шумно втянул носом его запах. Аромат его кожи одурманивал, заставлял забыть всё плохое. — Тише, всё хорошо, — шепнул Тэхён, — всё хорошо, тшшшш… Тэхён скользнул ладонью вниз по ягодицам. Мин плавно закинул ногу на бедро парня и вплотную прижался к нему, вызвав первый тихий всхлип. Тэхён постанывал. Они, словно в бреду, ёрзали друг на друге, с нажимом проходились бёдрами, терзая самые чувствительные участки тела. Кожа покрывалась испариной, липла, но они всё равно цеплялись друг за друга в попытке быть ближе. Вскоре, Юнги оказался внизу. Тэхён вжал его тело в кровать и ускорил волны бёдрами. Парень под ним разомкнул губы и запрокинул голову, открыв шею. Он вдруг застонал несдержанно. Эта близость сводила его с ума. Мин ощущал, как губы Тэхёна касаются его шеи, как рваное дыхание опаляет влажную кожу. Потолок перед глазами плыл, в ушах почти звенело. Шлепки кожа о кожу разлетались по наполненной шумным дыханием комнате, они оглушали, сводили с ума. Низ живота стягивало узлом. Но вдруг всё стихло, а вес, придавливающий к кровати, начал медленно таять. Тепло на коже рассеивалось. Юнги опустил взгляд. Тэхён лежал на нём безвольной куклой. Его спина, шея, руки истончились, словно бы все кости вытащили, оставив лишь кожу. Лица видно не было, только его мягкие светлые волосы растекались по белоснежной груди Мина. Внезапно, кто-то будто бы схватил Тэхёна и медленно потащил вниз, под одеяло. Юнги оцепенел. Он винил в странности происходящего не до конца пробудившиеся ото сна глаза и плохое освещение. Когда замешательство отошло на второй план, парень потерянно приподнял край одеяла… Тэхёна там не было. Мин осмотрел комнату тщательно, даже самые тёмные её углы… — Тэхён? — его голос звучал испуганно. Не бывает так. — Тэ? Люди не исчезают вот так просто. Юнги бросил взгляд на тёмные участки паркета возле кровати, он свесился чуть вниз и медленно поднял край свисающего одеяла, чтобы заглянуть под кровать. Мин висел вниз головой и всматривался в кромешную тьму. Что он хотел там разглядеть? Что он высматривал так долго? Еле различимые очертания закинутых под кровать вещей, принимающих форму человека? Это всего лишь вещи. — Пожалуйста, не шути надо мной… Мне не нравятся такие шутки… Нехорошо так поступать со мной… Юнги спустил ноги с кровати. Босые стопы коснулись холодного паркета. Парень побрёл к зашторенному окну. Там, в складках шторы, виднелся человеческий силуэт. Шутник хотел его напугать, поэтому спрятался… Но Мина не проведёшь. Он уже нашёл его. И спешит разоблачить наглеца. Рука дёрнула штору в сторону, на лице отразилась победная ухмылка, однако как быстро она появилась, так же быстро и сошла. За шторой пустота. Юнги напряжённо огляделся. Теперь комнату заливал довольно яркий свет от вышедшей на волю луны. Да, так определённо не страшно… Но от чего была та тень? Ему показалось? Рука медленно вернула плотную ткань обратно. Сердце бешено заколотилось. Перед ним, в считанных сантиметрах, за шторой снова возвышался человеческий силуэт. Вблизи довольно чёткий. Руки задрожали и неуверенно потянули в сторону. Совсем немного. Силуэт теперь виднелся лишь наполовину, но за шторой никого не было, как и за окном. — Тебе кажется, будто там что-то есть? — он слышал голос Тэхёна, но не понимал, откуда идёт звук. От окна? Парень сделал шаг вперёд, он пытался разглядеть в холодном стекле очертания парня, но видел лишь непроглядную тьму и себя. — Что ты хочешь там увидеть? Своё отражение? Оно покажется тебе чудовищным в темноте. — Юнги, как зачарованный смотрел на силуэт своего отражения, хотелось отвести взгляд, но что-то будто не позволяло этого сделать. — Ты будешь приглядываться к холодному чёрному стеклу, к пугающе-размытому силуэту, будешь намеренно искать в нём нечто демоническое. И в момент, когда оно начнёт обретать форму и двигаться отдельно от твоего тела, ты поймёшь, что не один. Ты никогда не был один, Юнги. Нечто всегда смотрело на тебя в окно. — Да что за хрень? — одними губами бормотал Мин. В ту же секунду его отражение изменило положение руки, а Юнги отпрянул от окна, как от огня. Он попятился назад, к кровати. Хотелось залезть и, как в детстве, укрыться одеялом с головой. Вот только взгляда от пугающего силуэта было не оторвать. Парень медленно пятился назад. Тёмное пятно за стеклом становилось крупнее, оно приближалось. Внезапно, тихое шуршание стоп по паркету разрезал громкий стук в окно. Юнги вцепился глазами в мглу за стеклом. Он готов поклясться, что нечто прислонило ладонь к окну и смотрит на него. Не шевелится. Оно видит его. — Не бойся, оно ведь снаружи, — послышался голос Тэхёна прямо за спиной. Юнги резко обернулся, но никого не было. Он в ужасе осмотрел пустую кровать, включенный на тумбе ночник, темноту под кроватью. Взгляд судорожно носился по комнате. — Я всегда думал… — шёпот обжёг его ухо. Еле слышный, он напугал Юнги до чёртиков. — Что будет, если перестать смотреть на то, что за окном… Что будет? Юнги развернулся к окну и шумно вобрал в грудь воздух. За стеклом пусто, ни намёка на чей-то силуэт. Ему стоило смотреть… Нельзя было отвлекаться. Теперь же, он понятия не имеет, куда двинулся тот чёрный силуэт. Парень слышал стук собственного сердца, он чувствовал, как внутри всё сжимается от ужаса, когда взгляд вдруг зацепил собственную тень на противоположной стене, а затем и тень того, что приближалось к нему. Он не слышит шагов. По правде говоря, у него так гудит голова, что он ничего сейчас не слышит. Чужая тень расставила руки и заключила его тень в объятия. Ничьих рук парень на теле не ощутил, зато почувствовал, как нечто сжимает его с такой неведомой силой, что дышать невозможно. Юнги дрожал. Перед глазами всё темнело, но не от потери сознания. Он чувствовал жжение в глазах и понимал, что краски в окружении комнаты угасают пятнами. Кто-то забирает у него возможность видеть.

⠎⠸⠈⠩⠨⠊⠓ ⠎⠝⠕⠺

Юнги разомкнул глаза снова в кровати. В кромешной тьме. Сердце сжалось. Он не верил. Нет. Нет. Нет. — Очнулись, слава богу, — обеспокоенно вздохнул Тэхён. Он снова здесь. И снова слепой. Беспомощный. Разве это не было сном? Что он снова здесь забыл? Где его реальность? Где его жизнь? — Вы так долго не хотели просыпаться, я будил Вас… Вам нужно поесть. — Это не я… Не я… — Юнги стиснул лицо в ладонях и шумно задышал. — Это не моя жизнь! Не моя! — Мин Юнги… — взволнованно вклинился голос. — ЭТО НЕ МОЯ ЖИЗНЬ! ЭТО СОН! ЭТО КОШМАР! В ЖИЗНИ ТАК НЕ БЫВАЕТ! Я ВИЖУ И ЧУВСТВУЮ ТО, ЧЕГО В РЕАЛЬНОСТИ НЕ БЫВАЕТ! ЗНАЧИТ ЭТО СОН! — Вы снова чувствуете что-то странное? Боже… — голос Тэхёна звучал взволнованно. — Доктор предупреждал, что если это повторится, нужно будет удвоить дозу. — Что ты несёшь? — растянул губы в кривой усмешке Юнги. — Не поступай так со мной, это жестоко… — Вы видели галлюцинации? — Я НЕ ВИДЕЛ НИКАКИХ ГАЛЛЮЦИНАЦИЙ! — Не кричите, — строгим тоном бормотал Тэхён. — Я здоров, — с губ сорвался нервный смешок, по щеке скатилась солёная дорожка, но Юнги поспешил стереть ту с лица. — Тогда что Вы видели? — Сон… Нет. Это сон. А там… Мои глаза видели. И мы с тобой там были вместе. Там было всё реально. — Реальнее, чем здесь? — Да. — И там не было ничего странного? Того, что сбивало бы Вас с толку? Там было всё идеально? Юнги вздрогнул. Нет. В той реальности тоже хватало странностей… Но там было лучше. Зрячий. Любимый Тэхёном. Это и есть реальность. — Там было идеальным всё, — тихо прохрипел его голос. — А здесь… — Вам страшно? — Да. Мне страшно. — Тогда… Может быть, мне утешить Вас? Юнги вздрогнул. Под кожу закрался неприятный холодок, но тёплые руки быстро привели всё в порядок. Ладони Ким Тэхёна скользили от ключиц до груди. Он чувствовал, как парень неспешно седлает его живот, как ведёт подушечками пальцев вверх по шее, огибает кадык, оглаживает линию подбородка. — В том мире… Я делал так? — завораживающе-мягко шептал парень. Грудь Юнги вздымалась. Он, не в силах сопротивляться, жадно ловил каждое прикосновение к своей коже. — Вы бы приняли всё происходящее, если бы изменилось только это? Если бы я был Вашим… Если бы я… — Тэхён согнулся в спине и мягко коснулся приоткрытых губ Юнги своими. Мин не стал думать. Он подался навстречу, чтобы ответить на каждое из касаний желанного Ким Тэхёна. Его руки на шее заставляли кожу покрываться мурашками, Юнги больше не думал ни о чём. Он забыл о слепоте, о всех странностях, для него сейчас были только эти губы, только его прикосновения. Но внезапно хватка пальцев на шее Юнги усилилась. Парень выпустил чужие губы из захвата и широко открыл рот. Тэхён сжал его шею, полностью перекрыв доступ к кислороду. Он давил сильнее. Мин не мог издать и звука. Он царапал короткими ногтями кожу чужой руки. У Тэхёна хватало сил сжимать его горло всего одной ладонью. Давление увеличивалось, а Мин в отчаянии размыкал губы и ёрзал ногами, но все его попытки выбраться были тщетны. Юнги совершил последнюю попытку и поднял руки вверх, вцепившись пальцами в лицо парня. Но сил уже не было. Он почувствовал хруст в шее, всё тело разом онемело и обмякло.

⠎⠸⠈⠩⠨⠊⠓ ⠎⠝⠕⠺

— Ах, Юнги, мне страшно, — усмехнулся Тэхён, прижавшись лицом к плечу парня. Всё было очень привычно. Юнги открыл глаза. Он видел потолок своей комнаты. Там мелькали причудливые тени от тёплой настольной лампы. Голова кружилась. Мин чувствовал слабость. — А знаешь, что такое сонный паралич? — Тэхён балаболил без умолку. Его тёплые руки шарили по груди Юнги, который голос парня слышал как будто со дна бочки. Он всё ещё не может отойти от того, что видел, что чувствовал. — Это когда твой разум проснулся, глаза открыты, но тело не двигается. Юнги лишь сейчас с ужасом осознал, что не может пошевелиться. Он дёрнул руками, но отклика в теле не последовало. Ноги тоже не слушались. — А что, если в момент, когда ты не можешь пошевелиться, что-то произойдёт? — голос Тэхёна вдруг исказился до безобразного. Юнги больше не слышал те привычные бархатные нотки, теперь это был скрип, переходящий в нечеловеческое рычание. Некто приподнялся рядом с Юнги, но это не было похоже на того, кого он знал. Черты отдалённо напоминали Тэхёна, но лицо было искажено, оно принимало неестественные очертания: вытянутый подбородок, растянутые в ужасающей улыбке губы, глаза-зияющие дыры. Мин видел, как существо наползает сверху, чувствовал десятки его конечностей и понимал, что тело это не человеческое: несколько пар рук, длинная неестественно изогнутая шея. Чудовище смотрело пристально, оно приближалось к лицу, чтобы заглянуть в глаза. Кожа его темнела, черты лица смазывались, пропадали, вскоре остался лишь чёрный силуэт. Юнги утопал в этой темноте, будто бы существо поглощало его, затягивало в себя. Десятки рук превращались в сотни, Мину казалось, что нет места на его теле, где бы монстр не касался его… Но пошевелиться Юнги не в силах. Это не реально. Ему нужно проснуться. Это всё не по-настоящему. Чтобы проснуться, ему всего-то и надо, что перестать верить во весь этот бред. А ещё, разве он не должен перестать бояться? Его никогда не пугали ни монстры, ни темнота. Он ничего не боялся! — В детстве я очень боялся темноты, — его голос звучал в голове. Голос Тэхёна. — Замолчи… — шикнул Юнги. — Юнги, что с тобой? — голос звучал растерянно. — Заткнись… Мрак отступил, сменившись видом обычного потолка с тусклыми оранжевыми бликами от настольной лампы. Юнги осознал, что может двигать телом и поспешил воспользоваться моментом, чтобы встать. Однако, повернув голову, он увидел Тэхёна, лежащего на другом краю кровати. Парень не шевелился. Лёжа на спине, он смотрел в потолок недвижимым взглядом. Юнги не видел, чтобы Тэ моргал, даже не замечал, чтобы его грудь вздымалась. Он медленно подобрался к телу и коснулся чужой щеки ладонью. Тэхён моргнул, положение его глаз изменилось, теперь он смотрел на Юнги. Мин перекинул ногу через бедро парня и уперся локтями по обе стороны от его головы, нависнув сверху. Тэхён вопросительно выгнул бровь. — Что-то случилось? — тихо спросил он. — Выглядишь странным… — Кто ты? — шепнул Юнги. — В смысле? — усмехнулся Тэхён. — Кто ты такой? — повторил вопрос Мин. — Ким Тэхён… — Я помню твоё имя, — цокнул языком Юнги, — помню, что мы с тобой живём вместе. Помню, что люблю тебя… Но дальше этого — ничего. Я без понятия, кто ты, чем занимаешься, понятия не имею, как и когда мы познакомились. Даже о твоей личности я знаю лишь урывками… Зато я помню всё, что связано с твоими страхами. Все те истории, что ты мне перед сном рассказывал… — Тэхён в ответ молча хлопал ресницами. В его тёмных глазах Юнги не находил ничего, что могло бы направить его, помочь всё вспомнить. — Ты ведёшь к тому, что я причина твоих страхов? — Это так? — Мне уйти? — Просто ответь. — Да, это я пугаю тебя. Ты не можешь проснуться, пока кошмары мучают тебя. Тебе легче от моих слов? — Тогда прекрати это. Прекрати! Юнги вдруг ощутил, как тела под ним не стало. Он потерянно осмотрелся. Он ждал час. Ждал два. Ничто его больше не пугало. Неужели он победил? Он не боится. Так где же пробуждение? Ким Тэхён его обманул? ПОЧЕМУ ОН НЕ МОЖЕТ ПРОСНУТЬСЯ?! Потому что остаться одному, без Тэ, тоже для него сродни кошмару? Да, пожалуй, это было куда страшнее всего того, что он видел ранее… — Я не боюсь, не боюсь, — Юнги шептал, как заведённый. Он обнимал свои колени и раскачивался на кровати, всматриваясь в темноту. Ему хотелось увидеть там леденящий душу силуэт, услышать скрип половиц, почувствовать на своей коже пугающее прикосновение… Ведь это могло означать то, что Ким Тэхён рядом. Ему страшно.

⠎⠸⠈⠩⠨⠊⠓ ⠎⠝⠕⠺

Больничный коридор содрогался от топота. Отделение интенсивной терапии, не смотря на обилие не шибко разговорчивых пациентов, по вечерам выглядело довольно оживлённо и даже шумно. Молодой мед персонал после завершения часов посещения буквально сходил с ума, отовсюду слышался гогот и громкие разговоры. Парочка интернов, прогуливаясь вдоль по коридору, вдруг, замерла возле одной из палат. Взгляды устремились сквозь застеклённый проём в двери. Там, посреди комнаты, стояла койка с больным по имени Мин Юнги, а рядом с кроватью сидел милой наружности юноша. Смуглая кожа, светлые чуть вьющиеся волосы, идеальные черты лица. Он держал больного за руку. — Видишь этого? — тихо бормотал интерн. — Вот про него хотел тебе рассказать. В мою смену было, ночью, сижу я, значит, в отделении, меняю капельницы, и тут завозят тело... На машине разбился. А этого парнишу, как я слышал, наш Мин Юнги чуть не сбил, но съехал с трассы. Я уж не знаю, в благодарность или потому, что втюрился, этот красавчик оплатил ему палату и ходит теперь каждый день, сидит вот так. — Какая жесть, — вздохнул парень. — Если однажды он выйдет из комы, хочу знать, чем закончилась эта история… — Цыц! — шикнул интерн, легонько ударив второго по затылку. — У нас в отделении нельзя говорить слово «Если». Говори «Когда». «Когда этот парень выйдет из комы»… — интерны неспешно удаляли от палаты. — Прогнозы хорошие, повреждения на его теле затягиваются, как на собаке. Мозг в порядке. Странно, чего не просыпается…? Тэхён сжимал в широких тёплых ладонях руку Юнги. Он оглаживал пальцами бледную кожу и заворожённо следил за умиротворённым лицом парня. Губы растягивались в улыбке. Его плечи еле заметно сотрясались от смеха. — Боже, ты такой… — Тэхён тихо бормотал. Его голос звучал убаюкивающе. — Милашка, — щёки парня порозовели, он сжал ладонь спящего сильнее. Его страхи восхитительны. Это самые вкусные страхи из всех, что Тэхён пробовал. То, что в ту ночь, на трассе, он выбрал именно его, точно было судьбой. Он ещё никогда не чувствовал себя таким сытым… Юнги бесподобен! А какой красивый… Тэхён бы не ложился с этим парнем прямо посреди ночного кошмара, если бы Мин не был таким великолепным. Тэхён поднял чужую бледную ладонь и погрузил его длинный указательный палец в рот, аккуратно сомкнув на мягкой подушечке острые белоснежные зубки. Он прикрыл глаза и с наслаждением вздохнул. Длинные реснички задрожали, чудовище с упоением заглотило палец до конца. Пока он находится рядом, пока регулярно держит за руку и потягивает его страх, как Шато Лафит, Юнги не проснётся, как бы не хотел. Если бы хоть один человек заглянул сейчас в палату, то наверняка бы заметил, как недвусмысленно облизывает чужие восхитительные пальчики Ким Тэхён, как сияют его глаза, как тень его меняет форму и, внезапно, пропадает, погружаясь в чужой нерушимый сон. Они давно не виделись лично. Самое время. — Сладких снов, Мин Юнги…