С поля лютиков

Пустая темная комната, состоящая только из одной тьмы, не имеющая границ, но в тоже время очень тесная. В ней различаются два силуэта, две девушки, очень схожие между собой, но очень разные характерами и какими-то чертами. У одной каштановые волосы, подстриженные под каре, золотые, словно лютики, глаза и носит она синий свитер с двумя розовыми полосками. Девушка смотрит на свою собеседницу тепло и с заботой. Её звали Фриск. У второй тоже каштановые волосы подстриженные под каре, но уже красные, будто рубины, глаза и носит она зеленый свитер с одной жёлтой полосой. Взгляд её холоден и враждебен. Она явно не настроена на разговор. Её звали Чарой. — Ну и зачем ты пришла, Фриск? За очередным пустым разговором? Меня отсюда невозможно вытащить. Я мертва. Смирись уже! У всех вас есть счастливый конец, так что хватит цепляться за меня! — В этот раз я настроена серьезно. Мы смогли вернуть Азриеля, так почему не сможем тебя? — С ним было легче из-за того, что он монстр и был в теле цветка. Со мной же всё сложнее. Для того, чтобы полностью вернуться, мне нужна настоящая душа, а не искусственная, как у Ази. — А что если у тебя будет половина души решимости? Санс говорил, что это может сработать, но таких экспериментов не было никогда, поэтому только в теории. — Это бред. Что комик вообще знает о душах? Правильно, ничего. Оставь эту затею и живи счастливо дальше. Перед Чарой появилась половина красной души. Та с недоумением смотрит на свою собеседницу и, немного колеблясь, берет душу. — Я всё равно считаю это бредом. Комната озарилась ярким светом и девушки оказались в комнате Пацифиста, где их ждал Азриель. — Ази? Неужели это сработало? Я снова жива. — Чара! Ты не представляешь, как я скучал! Названные крепко обнялись, не желая отпускать друг друга, за этой милой картиной наблюдала и Пацифист. Внезапно раздался стук в дверь комнаты, который заставил всех испугаться. За ним последовал нежный, обеспокоенный голос Ториель. — Азриель, Фриск, у вас там всё хорошо? — Да, мам, всё отлично. — Тогда надеюсь, что вы не будете против, если я зайду. Лицо Чары выражало беспокойство, так так девушка не была готова к встрече с матерью. Когда дверь открылась и Ториель зашла, выражение её лица сменилось на удивление и по щекам невольно побежали слёзы. Бывшая королева обняла свою дочь и та ответила ей тем же. — Привет, мам. — О боги, Чара, я так по тебе скучала! Но как ты тут оказалась? — Я тоже скучала. Мне Фриск помогла вернуться. Теперь всё будет хорошо и я никуда не уйду. — Хорошо, тогда я пойду по своим делам. Веселитесь милые. — Пока, мам! Дверь закрылась, ребята переглянулись. Они слегка были сбиты с толку и у каждого было что-то своё на уме. — Ну, что будем делать? — Может сходим на поле лютиков тут неподалеку и устроим пикник? — Давайте! Только нас наверняка одних не отпустят. — Тогда кто сейчас здесь и сможет с нами пойти? — У Андайн и Папируса тренировка, Альфис в лаборатории, папа в саду занят, мама ушла по делам. Остаётся только Санс. И нам ещё нужно ему рассказать об успешном эксперименте. — Иди, Ази, мы тебя догоним. Что-то случилось, Чара? - обеспокоенно спросила Фриск, заметив замешательство и печаль подруги. Азриель, ничего не подозревая, ушёл искать комика. — Просто я не уверена, нам обязательно ему об этом говорить? — Да, а что не так? — Просто, вдруг он меня не простит за прошлые таймлайны? Что если будет так? Сколько раз я убивала его друзей. Уж чего, а его милосердия я не смогу заслужить. — Я уверена, что он не держит на тебя обиды. Да и устраивала геноциды совсем не ты. Так что не вини себя. — Да, малая права. Я уверен, что этот мешок костей не держит на тебя обиды, тем более ты можешь всё спокойно ему объяснить. Он поймет, просто попробуй. — Да, хорошо, стоп, комик?! Что ты здесь делаешь?! — Азриель что-то бормотал по поводу прогулки и меня, вот и решил уточнить у вас, девочки. А то принц уже убежал во двор. В комнате из ниоткуда появился обсуждаемый и решил довольно нестандартно поддержать диалог и подтолкнуть бывшего демона к разговору. — Слушай, обиды я давно на тебя не таю, малая. Мы с Фриск спустя пять где-то геноцидов всё обсудили. Да и если бы какая-то злоба на тебя была, то я бы не стал помогать ей вернуть тебя к жизни, принцесса. Может, забыть обиды сложно, ведь всё плохое оставляет шрамы, что напоминают нам об этом. Но как говорил мой брат: "Каждый может измениться, если только попытается. Я в тебя верю." — Значит, мы можем стать друзьями и забыть об этом всём? — Да, так что вы хотели? — А! Точно! Санс, можешь с нами сходить на поле лютиков. Мы хотим устроить пикник, а из взрослых свободен только ты. — Окей, собирайтесь, я вас перенесу на это ваше поле. — Нет! Мы все пойдём вместе, без твоих коротких путей. — Может проще и быстрее воспользоваться коротким путем, малая? — Согласна с Сансом, лучше воспользоваться ими. — Ну нет. — Ребят, кажется, Санс тоже ушёл. Санс! Я тебя повсюду ищу. Ты где был? — Ну сначала на первом этаже, ты мимо меня пробежал с разговором про пикник. Я решил уточнить у Фриск и Чары. — Ты знал про Чару? — Естественно, я малой и подкинул идею с половиной души. — Кстати. А откуда ты об этом знаешь? Раньше таких экспериментов ведь не было, и даже если бы у тебя был доступ к архиву, то и там такого нет! — Раньше я был помощником королевского ученого до Альфис. Звали его В.Д. Гастер. А я был его стажёром. Вот только Док был стёр из этого мира по своей оплошности. Он упал в собственное творение — ядро. О нём все забыли, кроме меня. Даже Папирус его не помнит, что довольно печально. Он тоже был скелетом. Но давайте не будем о прошлом. Я вас жду внизу.

***

На небе ярко светит солнце, красиво расцвечивая поле, устланное золотыми цветами — лютиками. Они обволакивают своим ароматом очень нежно, слабее, чем привычные розы. По этому полю идут четверо людей, хотя точнее надо было бы сказать двое людей и двое монстров. Тишину разрывают оживлённые разговоры, шутки про кости, что бывают порой неуместны и звонкий смех после них. — Вот уж не думал, что принцесса окажется любителем моих шуток. — Она всегда от них смеялась, даже когда мы их слышали в тысячный раз. — Фриск! Зачем рассказала? — Да ладно тебе, Чара. Специально для своей слушательницы, в следующий раз я подготовлю больше окостинительных каламбуров.

***

Еда уже давно съедена, сейчас трое плетут венки из лютиков. У Азриеля совсем не получается, у Фриск всё идёт довольно медленно, а Чара уже доплетает четвёртый, пока три других венка покоятся на их головах. — А кому четвертый? — Нашему спящему комику. Чара тихо подошла и положила готовый венок на голову беззаботно спящего скелета. — Я, конечно, понимаю твою лютиковую идею, но нам уже пора возвращаться. Ториель звонила и волнуется за вас троих.