Драбблы по СП)

Квартира пахла свежей краской, пылью и чем-то ещё – новым, своим. Газеты шуршали под ногами, коробки стояли вдоль стен, а посреди комнаты, будто на поле боя, лежали рулоны обоев, ведро с валиком и открытая банка краски, которую Влад клялся, что взял «точно такого оттенка, как мы и договаривались». Варя смерила эту банку презрительным взглядом, будто та перед ней провинилась. — Это… — она медленно выдохнула, — не тот цвет. — Но это почти тот, — устало возразил Владислав, откидывая назойливые волосы со лба. Они уже давно перестали лежать как надо и торчали кто куда, подчёркивая его раздражение. — Знаешь, при том освещении… — Влад, — перебила она вздыхая, — мы обсуждали этот момент. Тёплый оттенок, а не холодный. Этот вообще серый… мёртвый. — Он не мёртвый! — вспыхнул парень. — Просто строгий. — Он угнетающий. Они уже час как пытались не ругаться. Сначала лишь смеялись, шутили, Варя даже сказала, что 《ну зато будет, что потом вспомнить》, а Влад рассмеявшись и поддавшись порыву неждно поцеловал её в висок. Но теперь, накапливающаяся усталость, запахи, шум, и навязчивое ощущение, что ничего никогда не получится так как им обоим бы хотелось, — всё это медленно, но верно подтачивало общее терпение. А ещё вдобавок пришёл внезапный звонок. Варя ушла в коридор, прикрыв за собой дверь. Влад совершенно точно не собирался подслушивать. Просто… стены тонкие. — Мам, мы ещё не закончили… Пауза. — Нет, всё нормально, просто ремонт… Ещё пауза, но уже длиннее. — Я знаю. — по голосу девушки понятно, она злится, но сдерживается. Тишина, а потом приглушённое, напряжённое: — Мам, прошу. Давай не сейчас. Влад сжал губы и отвернулся, решил взяться за обои. Те самые, которые ему показались совершенно безвкусными, но Варя выбрала именно их и он не стал спорить. Парень решил 《пока она говорит》 попробовать примерить полотно — и, конечно, перепутал верх и низ, но не заметил этого. — …у нас всё хорошо, — голос Вари дрогнул. — Я счастлива. Он услышал это, мысленно послал тёще пару крепких слов за то что постоянно названивает и треплет нервы Варе. А потом.. услышал также и другое – обрывки, их оказалось предостаточно, чтобы понять: 《могла бы》, 《блестящее будущее》, 《зачем тебе он》, 《без рода, без семьи》,《бросит и глазом не моргнёт!》. Когда Варя вернулась, её лицо было напряжённым. — Влад, — сказала она резко, увидев обои. — Ты серьёзно? — А твоя мать серьёзно? — сорвалось у него с нервным смешком. — Может, скажешь уже своей матери, что я не временная ошибка? Или это лучше сделать мне? Она замерла. — Ты.. подслушивал? — Невозможно не слышать, когда твоя мать так кричит. — Не говори так о ней! Ты не знаешь её.. Слово за слово, они распылялись всё сильнее и сильнее. Громче, больнее били в лицо высказывания, но легче конечно же не становилось. Они оба были злы, уставшие, с перепачканными руками и головами, полными чужих ожиданий. — Почему у нас всегда так?! — вырвалось у Вари. — Почему именно сейчас всё рушится?! — Потому что ты и твоя мать хотите идеал, а жизнь – это не чертёж! — крикнул он в сердцах. Она резко развернулась, глаза её мгновенно наполнились слезами , вот она шагнула прочь – и нога поехала по газетам. — Ай! Мир качнулся. И в следующий миг сильные руки обхватили её сзади, удержали, прижали к себе за талию. Варя охнула, инстинктивно вцепившись в его запястья, и обернулась. Лицо Влада было всё ещё красным от ссоры, но сейчас побледнело. Голубые глаза смотрели тревожно, почти испуганно. — Цела, Колючка? — выдохнул он, осторожно поставив её на ноги. Варя неловко отвела взгляд. Тишина повисла неловкая, густая как кисель. — Прости, — сказали они одновременно. Она подняла глаза. Он тоже. И вдруг всё напряжение будто исчезло, растворилось. Девушка шагнула вперёд первой, уткнулась ему в грудь. Влад обнял её крепко, не думая, просто держал. Посреди коробок, кривых обоев и запаха краски – они всё стояли и обнимались, как в забытьи. Это было до глупого смешно. И тем не менее им необходимо. — Мы забыли… — тихо сказала Варя, — что можно просто… остановиться. — Да, — он усмехнулся и выдохнул ей в волосы. — А знаешь, возможно, мы просто нанюхались испарений от краски и поэтому ведём себя как полные идиоты. Она рассмеялась и потянувшись, растрепала его и без того неаккуратно уложенные волосы. — Эй-эй-эй полегче! Он вдруг легко подхватил её на руки и закружил по комнате. — Влад! Прекрати! Мы же сейчас вместе упадём! — О не-ет! — наигранно закричал он. — Мы па-адаем! Он наклонил её, будто действительно теряет равновесие, и Варя засмеялась ещё громче, хлопая его по спине. Они остановились, запыхавшиеся, взьерошенные, но довольные. Их небольшая квартира всё ещё была в хаосе. Ремонт никуда не делся, а её родители всё ещё были против. Но сейчас, в этот момент, было ясно одно это – надолго, хотя нет, точнее будет сказать – навсегда.