Слеп
14 сентября 2025 г., 16:06
Вопросы терзали его, пока он прокручивал в голове события произошедшего. Чувство вины усилилось, когда он подумал о том, что сказал ему Джек перед тем, как потерять сознание.
Я здесь совершенно бесполезен!
Всё, чего я когда-либо хотел, это чтобы все, кого я люблю, были счастливы.
Я бесполезен…
Это он виноват в том, что Джек пытался покончить с собой. Именно это Легоси постоянно повторял в своей голове. Он потерял Мелона из-за своей глупости отпустить его одного. Теперь он, возможно, теряет и Джека из-за своего невежества.
Как только заседание драматического кружка закончилось, Легоси поспешно собрал свои вещи и выбежал из комнаты. Он услышал, как Луис зовёт его, но к тому времени он уже ушёл.
— Легоси! — Удивлённо воскликнул Колло, когда волк неожиданно ворвался в комнату. — Я как раз собирался написать тебе, не хочешь ли ты поехать с нами навестить Джека.
Легоси прохрипел что-то вроде «да», когда пришёл в себя. Он направился к своей кровати, где небрежно уронил сумку. Некоторые из его бумаг рассыпались, когда он понял, что она даже не застегнута до конца. Но с этим он мог разобраться позже.
Группа быстро сменила школьную форму на более удобную одежду. Легоси нервничал, чувство вины всё ещё не покидало его.
— Пошли, — крикнул Колло с порога.
— Надеюсь, с ним всё в порядке… — Сказал Мигуно.
— Я уверен, с ним всё будет в порядке. — Дарем обнял гиену за плечи.
Город больше не нравился Легоси. После всего, что произошло за последний год, он не хотел, чтобы история повторилась. Ему просто нужно было держаться подальше от определённого парка и ещё дальше от Чёрного Рынка.
Они подъехали к зданию больницы, которое возвышалось над ними. Сердце Легоси бешено колотилось, когда он смотрел сквозь стеклянные двери. Он не знал, как отреагирует, увидев Джека.
— Пошли. — Позвал Колло.
Первым, что они почувствовали, был кондиционер. Вторым моментом было то, что все запахи, улавливаемые их чуткими носами, были быстро заглушены сильным запахом антисептиков и чистящих средств.
Колло подошёл к администратору, в то время как остальные ждали неподалеку. Вскоре он оглянулся и кивнул им, показывая, что знает номер палаты. Была вызвана медсестра, которая проводила их в палату.
Было уже почти шесть часов вечера, а им сказали, что посторонние могут посещать их только до восьми. Всего два часа. Технически даже меньше из-за комендантского часа. Им нужно было вернуться в кампус к восьми.
Медсестра остановилась перед дверью с табличкой «204» и постучала. Там было окно, но оно было непрозрачным. Прошло несколько секунд, и ручки повернулись, прежде чем дверь открылась.
— Посетители, — заявила медсестра.
Доктор, бернский зенненхунд, кивнул и поблагодарил медсестру, прежде чем она ушла.
Доктор повернулся лицом к группе. — Вы можете называть меня доктор Яма. Это я присматриваю за Джеком.
— С ним всё в порядке?! — Выпалил Легоси, даже не подумав.
— Успокойтесь. Я уверяю вас, что с Джеком всё в порядке, и он полностью поправится.
Они вздохнули с облегчением. Мигуно положил голову на плечо Дарема. Легоси почувствовал себя немного лучше, но чувство вины всё ещё оставалось.
— К сожалению, он ещё не пришёл в себя. Но я думаю, что это случиться в течение недели. — Доктор отступил в сторону, чтобы впустить их всех.
Джек мирно лежал на кровати под белоснежными простынями. К его покрытой золотистой шерстью руке была прикреплена игла, соединенная с трубкой.
— Я позволю вам побыть с ним некоторое время.
— Спасибо, — сказал Колло, кланяясь. Дверь тихо закрылась.
Легоси первым подошёл к лежащему без сознания лабрадору. В комнате воцарилась тишина, нарушаемая только его шагами и постоянным писком кардиомонитора.
— Ох, Джек… — Голос Легоси задрожал. Он опустился на колени и уткнулся головой в матрас. Из его глаз потекли солёные слёзы. — Мне так жаль… — Прохрипел он.
— Эй, эй, эй… — Колло положил руку ему на плечо. — Только потому, что ты был тем, кто нашёл его, это не значит, что это твоя вина.
— Но это так! — Легоси бросил на него сердитый взгляд покрасневшими глазами. — Я помню, что он мне сказал. Он сказал, что это из-за меня он был несчастлив. Это потому, что я была слишком слеп в своих собственных проблемах и не мог видеть, как сильно это повлияло на Джека!
Все они были потрясены внезапной вспышкой гнева. Колло отступил на шаг. Остальные потеряли дар речи.
С этого момента в воздухе повисло неловкое напряжение. Легоси так и остался стоять на коленях, в то время как остальные устроились поудобнее. Восс сел на стул рядом с волком. Колло прислонился к окну, глядя в вечернее небо. Мигуно и Дарем сидели напротив Легоси, по другую сторону кровати.
Между ними было произнесено несколько коротких фраз. Никто не знал, что ещё сказать. Доктор Яма вернулся, чтобы осмотреть Джека, и сказал им, что время посещений заканчивается в течение часа.
Небо за окном только темнело. Над окраинами города нависли горы серых облаков. Возможно, скоро начнётся гроза.
Молчание нарушил Восс. — Может быть, нам стоит вернуться? Ребята, вы не хотите перекусить по дороге?
Колло поднялся со стула, который придвинул к окну. Металл заскрипел, протестуя против резкого ослабления давления.
Легоси тяжело вздохнул, прежде чем, наконец, встать на ноги. Его колени болели от долгого стояния на них.
— Извини, что накричал раньше… — Пробормотал Легоси.
Дарем похлопал его по спине. — Всё в порядке. Мы вместе сможем помочь Джеку, когда он проснётся.
Легоси только слабо кивнул.
***
На территории кампуса было темно, когда ребята из 701-й шли по выложенной кирпичом дорожке. Легоси посмотрел вниз, но увидел фигуру, прислонившуюся к одному из фонарных столбов. Он бы не узнал, кто это, если бы не отчётливо различимые оленьи рога. — Мы вернёмся в комнату, — кивнул Колло, когда они подошли к оленю. Легоси проводил взглядом собак, которые медленно исчезали в здании общежития. Между ним и Луисом повисла пауза, которая длилась слишком долго. Луис кашлянул. — Что сказал доктор? Легоси потёр руку. — Он сказал, что с Джеком всё будет в порядке. — Какое облегчение… Ещё одна пауза. Луис подумал, что Легоси должен выглядеть, по крайней мере, немного счастливым. Но в глазах волка было выражение, которое подсказало ему, что его беспокоит что-то ещё. — Это ещё не всё, не так ли? Легоси фыркнул. — Что не так? — Это я виноват… — Легоси сжал руки в кулаки. — …В чём виноват? — Я виноват в том, что Джек пытался покончить с собой… — Ч-Что? — Луис был ошарашен. — Он сам сказал это. Что я делаю его несчастным. Луис сглотнул. — Он сказал, почему? — Олень попытался поймать взгляд волка, но Легоси продолжал избегать этого. — Он сказал, что счастье каждого - это его счастье. Но я не был счастлив, поэтому и он не был… Луис нахмурился, глядя на мрачного волка. — Но мы можем это изменить. Доктор сказал, что с Джеком всё будет в порядке, верно? Кивок. — Я всё ещё могу помочь тебе двигаться дальше. Чтобы, когда Джек проснётся, он… — Это не так просто! — Закричал Легоси. — Я не могу просто «двигаться дальше»! — Он ударил кулаком по фонарному столбу. Огни на мгновение замерцали. По морде волка потекли слёзы. — Нам, псовым, это нелегко. Может быть, это так для тебя, но не для меня! В воздухе чувствовался лёгкий запах дождя. Приближалась гроза. — Когда Мелон исчез, у меня было такое чувство, будто из моего собственного тела вырвали огромный кусок. А что теперь, Джек? Как, по-твоему, я отношусь ко всему этому?! — Легоси, я… — ЗАТКНИСЬ! Луис отшатнулся, сделав шаг назад. Легоси прижался головой к металлическому столбу, по его лицу текли слёзы. — Просто заткнись… Ветер усиливался. Ветер со свистом пронёсся мимо них, поднимая по пути опавшие листья. Не сказав больше ни слова, Легоси повернулся к Луису спиной. — Увидимся завтра… — Сказал он измученно. Инстинктивный страх, свойственный всем травоядным, заставил Луиса застыть на месте. Впервые он по-настоящему испугался Легоси. Он наблюдал, как волк проскользнул в здание. Он выдохнул, хотя и не осознавал, что задерживал дыхание. Луис бросил последний взгляд на общежитие плотоядных, прежде чем развернуться. Путь обратно в его комнату освещало не так уж много ламп, что, в общем-то, имело смысл, потому что в это время ночи никого не должно было быть на улице. Не нужно было тратить электроэнергию впустую. Но это создавало ужасные неудобства, когда кому-то действительно нужно было выйти на улицу по какой-либо причине. Луис был почти у своей двери, когда услышал приглушенное шарканье справа от себя. Он прищурился как раз вовремя, чтобы разглядеть фигуру, бегущую к нему. Чья-то рука потянулась в попытке схватить его, но он вовремя отпрыгнул назад. Лицо зверя было полностью закрыто. Он не мог сказать, кто на него напал. Но по хвосту понял, что это был кот. Кот в капюшоне размахивал ножом. Металл заблестел на свету, демонстрируя уникальный рисунок как на лезвии, так и на рукояти. Хорошо, просто делай то, чему папа тебя учил. Луис выровнял дыхание. Сделав стремительный выпад, кот атаковал ещё раз. Но вместо того, чтобы воспользоваться ножом, он предпринял ещё одну попытку захвата. Луис был достаточно быстр, чтобы увернуться. Шансы были не совсем в его пользу. Было темно, и он столкнулся с кошачьим, которые, как известно, были довольно проворны. Ещё одно нападение, на этот раз он нанёс удар ножом. Луис едва успел уклониться, но кончик лезвия задел его левую руку, оставив неглубокий порез. Он вздрогнул, почувствовав, как тёплая кровь пропитала его одежду. Этого краткого отвлечения было достаточно, чтобы кот оказался у него за спиной. Прежде чем Луис успел осознать, что произошло, его крепко схватили за голову. Не желая сдаваться без боя, Луис ударил нападавшего прямо по рёбрам. Короткого колебания было достаточно, чтобы хватка ослабла. Собрав всю силу, на которую был способен Луис, он схватил его за руку, наклонился вперёд и, используя своё тело, повалил кота на землю. Он приземлился с тяжёлым стуком, окровавленный нож выскользнул у него из рук. — Ты кусок дерьма! — Луис услышал, как он зашипел. Кот изогнулся, сбиваю Луиса с ног. Затем он оказался на нём сверху, обхватив его за горло. Луис сопротивлялся, но не мог вырваться из его рук. Он увидел, как тот вытащил из кармана тряпку, прежде чем ему заткнули рот и нос. Олень лягался ногами, пытаясь отогнать от себя плотоядного, но безуспешно. Его зрение уже затуманивалось, а тело начинало слабеть. — Чёрт возьми. Лучше бы мне за это ещё и доплатили. Темнота.
