И мы с тобою влюблены

Ира не понимает. Ире самой от себя становится противно. В ней проснулись те желания, те чувства, которых она надеялась не чувствовать ещё долго. Первая любовь. Наивная, розовая, приторно сладкая. Такая лёгкая, что кажется, будто у нее выросли крылья. И, как бы не хотелось, она полюбила Даню. Данилу Владимировича. Ее учителя. Несмотря на разницу в возрасте, Ира просто обожает общаться с ним. Одинаково тупой, неадекватный юмор, любовь к музыке и взгляды на жизнь привели их к хоть какому-то общению. Ира надеется, что она не надоедает, хотя Даня ничего не говорил по этому поводу. Почему Ирина полюбила Кашина? Все просто. Он просто идеален. Иногда пишет музыку, имеет хорошее чувство юмора, разъезжает на своем белом кадиллаке, который не по карману многим. Не то что обычным учителям, даже в Москве. Да и с ним просто приятно общаться. Это пока что было все, что знала сама Корякова, но она всё равно видела в нем родственную душу. Словно они были созданы для друг друга. Стадия отрицания у нее уже давно прошла, (остальные, как ни странно тоже), на смену им пришло принятие. С этой ненормальной влюбленностью бороться было бесполезно. Каждая попытка оборачивалась тем, что Ира все глубже тонула в тайных желаниях. Бесполезно было не только отрекаться от своей любви, но и добиваться его, ведь из-за нее его могут уволить, что очень не хотелось Ирочке. Не только в этом дело. А дело в том то, что Ира не считает, что она достойна Даню. Хоть одна здравая мысль посетила ее. Аллилуйя. Корякова часто фоткала свою любовь в тайне от него самого. Сейчас эти милые фотки вклеены в странички ее фотоальбома. На некоторых она даже вывела сердечки спизженной у мамы помадой. Прямо как в дешёвых романах и всех этих сопливых драмах! В общем, все было очень даже хорошо. пока светловолосая не дошла до точки невозврата. Ей захотелось большего. Захотелось всех этих нежностей. Чтоб целоваться часто-часто, обниматься. Именно мысли о том, что бы они делали, если бы были парой, сподвигли ее на признание. Ученица долго думала, как лучше признаться. В ее дурную голову также долго не лезло ничего дельного. Однако случилось чудо. Она решилась. Без нормального плана действий, без подготовки. Да, глупо. Ну а что поделать? Не мы такие, жизнь такая. ******* Утро началось по звонку будильника. Ученица разлепила глазки. На часах было 7:11, что значительно раньше времени ее обыкновенного подъема. Сегодня нужно быть красивой, поэтому девушка встала рано. Родители все ещё спали, что ещё больше усложняло ситуацию. Ира достала из шкафа юбку. Сегодня можно. Белая рубашка и черная юбка смотрелась на ней весьма неплохо. Уже хорошо. Хотелось бы ещё накраситься и уложить волосы. Самое сложное, но Корякова постарается. Светло-желтые волосы, которые ученица старательно пыталась уложить волосы, сейчас аккуратно разбросаны по плечам; немного кривые стрелки красуются на лице; прокрашеные ресницы обрамляют зелёные очи. Получилось нормально. Зеленоглазая сама удивилась от результата. Немного покрасовавшись перед зеркалом, Ириша подхватила рюкзак и почти бесшумно вышла из квартиры. Спустилась по лестнице и выбежала из подъезда, хлопая тяжелой дверью. Осталось только дойти до школы. Благо времени у нее хоть жопой жуй. Поэтому Ира не спеша двинулась по улицам, чтобы дойти до учреждения образования. Школьница включила первый попавшийся плейлист, а ноги на автомате принесли ее к знакомому зданию школы. Перед тем, как зайти туда девушка посмотрела время. Корякова разочарованно вздохнула, ведь пришла все равно на тридцать минут раньше. Ученица зашла в школу, посмотрев на расписание, возликовала. Сегодня было шесть уроков, последним из которых была химия. Ни сказать, что Ира очень ее любила, но ради молодого учителя она готова ее понять. Хотя бы попытаться. Ириша прошла в фае, уселась на одну из скамеек и залипла в телефоне. Время проведенное в телефоне, как всегда, прошло быстро. Даже одноклассники начали подтягиваться. Она в который раз просмотрела расписание. Сегодня химия была последним уроком, что было очень даже удачно. Осталось лишь проебланить остальные уроки. Вздохнув, шкила поплелась в нужный кабинет. ******* Вот последний предпоследнее занятие подходит к концу. И Ира сломя голову несётся к кабинету химии. Внутри все клокочет в приятном предвкушении чего-то. Через минут так пять их всех впустили в помещение. Вскоре начался урок. Светловолосая, как прилежная ученица, сначала попыталась понять тему, но все попытки снова закончились неудачей. Чужой глубокий голос работал не хуже колыбельной. Зеленоглазая, казалось бы, на секунду прикрыла глаза, неосознанно провалившись в сон. Это была всего лишь дрёма. Удивительно, как Кашин не обратил внимание на откровенно спящего человека на его уроке. Он, конечно, не слишком нагружал одиннадцатиклассников своим предметом, но требовал хотя бы банального уважение к нему. Возможно из-за этого, а возможно из-за того, что Данила интересно преподносил материал, он быстро полюбился всем ученикам школы. Тот лишь раз за все время работы в этой школе злился, не раздражался, а именно злился. Этого раза вполне хватило, чтобы понять, что будет с разозлившим его человеком; (Ира, да и остальные одноклассники этого человека, предпочитают не упоминать этот случай, когда этот тип со скандалом вылетел из школы) если его по-настоящему разозлить, то человек, который совершил этот смертный грех, точно не выдержит даже его тяжёлого взгляда, после которого хотелось выть, как провинившаяся шавка. Всем, включая самых непричастных к этому конфликту людей. Так что самым главным, пусть и негласным, правилом было — не злить Данилу Владимировича. Да, Ира не спорит, что ее любимый учитель объясняет все понятно и интересно, но недосып все же оказался сильнее желания вникнуть в новую тему. Слишком уж много переживаний пришлось на один день. В принципе, это было ожидаемо от и так измотанного организма, чье здоровье подкосили недосып, курение да и чрезмерное употребление кофеина. Для того, чтобы окончательно угробить свой организм осталось забухать и начать нюхать. В общем, не дай бог ей такое счастье. Одиннадцатиклассница также не станет спорить — это, как любит выражаться Даня, полная чушь. Заснуть, да ещё и перед таким важным для нее моментом. Наверное, только она так может. (Засыпая, она даже не подозревала, что проснется от рук того самого человека, которым наполнены все мысли молодой девушки) *** Пробуждение сразу казалось, мягко говоря, не совсем удачным. Ну а как иначе? Ира же сама заснула на неудобной для сна парте, положив руки под голову. В результате она получила ноющую спину и затёкшие конечности. Недовольство продолжало расти, но ровно до того момента, пока она не увидела нависшим над ней химика. Сердце сразу улетело в пятки, а ладошки вспотели. Видок конечно у нее был прекрасным. Немного взъерошенные волосы, глаза по пять копеек, открытый рот и приподнятые брови. Это не только позор, но и шанс осуществить свой гениальный план. Зеленоглазка подскочила со стула и, готовая извиняться, скорчила виноватую мину. Однако, несмотря на все опасения, педагог не выглядел злым, да даже раздраженным, что было удивительно. Бардак в дурной голове Коряковой прервал абсолютно спокойный голос ее объекта мечтаний. - Жива вообще? Сколько ты тут уже.. - прозвучал скорее риторический вопрос. - Блять, ты здесь уже часа два, - удивленно сказал Даня. Он никогда не стеснялся иногда материться перед учениками, они понимающими оказались. Правда он старался не злоупотреблять этим, ведь он все-таки учитель. Мысли девчушки происходила сама настоящая война. А она металась меж двух огней. Одна сторона ее внутреннего «я» советовала Ире поскорей начать извиняться, а другая пыталась сподвигнуть ее на признание. И так взволнованная и немного расстроенная девушка, отреагировала слишком резко. Эту ситуацию можно описать лишь одним словом: пиздец. Казалось, что пара секунд и она разрыдается, как первоклассница. Ведь у Иры уже глаза на мокром месте. Это также не особо радовало Данилу. Он неуверенно положил руку на ее плечо, пытаясь утешить, успокоить. Получалось это не очень успешно. Светловолосая смотрела на него виноватыми глазами, как, кажется, не смотрела ни на кого. Девушка сглотнула слюну и, наконец, быстро затараторила извинения. - Извините пожалуйста, - в который раз пробормотала та, судорожно бегая глазами по кабинету. Такой пристыженной она себя не ощущала уже давно. На лице проступил румянец, красными пятнами выделяясь на щеках и шее. Неловкость повисла в воздухе, кажется, даже дышать стало тяжелее. В лёгких была густая масса, которая комом в горле заставляла задыхаться. Ещё чуть-чуть и она все же расплачется. - Да успокойся ты, - вздохнул Кашин, немного прикрыв глаза и рукой взъерошив рыжие непослушные волосы. Он выглядел уставшим, видимо сложившаяся ситуация его не радовала, от слова совсем. - Может сядешь, там, я не знаю. Ира послушно села на ближайший стул и облокотилась о его спинку, не отрывая взгляда от химика. Повисло молчание. Неприятно такое. Вместе с ним усилилось сердцебиение девчушки. Кашин вроде так близко, но она никогда не сможет к нему прикасаться. Однако шанс был, хоть и мизерный, но шанс. Самый настоящий. Она поднялась со стула, немного покачиваясь, подошла к нему. В ответ на чужой взгляд Ира просто ткнулась губами ему в щеку. И пока Данила был в замешательстве она перешла на губы. Впилась в них, как в последний кислород. Кстати про него, из-за адреналина, который ударил в голову школьницы, воздуха в лёгких почти не осталось. Все было так, как она и представляла. Единственное, Даня до сих пор не ответил на поцелуй. Однако, не оттолкнул ведь. И то хорошо. Но ни эти факторы послужили причиной для того, чтобы разорвать. Произошло что-то неожиданное. До ужаса пугающее. В кабинет зашёл завуч. Одиннадцатиклассница мгновенно отскочила от учителя, испуганно уставившись на зашедшего человека. Она понимала, Алексей Александрович все видел. А самое главное пришло осознание – им пизда. Нервно бегая глазами от одного к другому, Корякова уже была готова разрыдаться от безысходности. Обида на себя зашкаливала. Алексей Александрович, похоже, охуел не меньше. Он просто быстрыми шагами удалился из кабинета. И Данила Владимирович, и Ира знали, что за этим последует. Кашин со всей злостью во взгляде посмотрел на Иру и также быстро покинул кабинет. Напоследок кинув что-то типо: «пиздуй домой». Ну а Корякова была не в том положении, чтоб сопротивляться. Она вслед за возлюбленным выскочила и побежала домой. Слезы катились из глаз, скатывались по подбородку, падали на асфальт, разбиваясь на тысячи маленьких капелек. Ира бежала быстро, не смотря по сторонам, чуть ли не сбивая с ног прохожих. Как только школьница попала в свой подъезд, она спотыкаясь полетела на верх. Дрожащими руками пыталась открыть чёртову дверь. Когда та все же поддалась, ученица влетела в квартиру, просто в истерике вваливаясь в комнату. В этот раз она проплакала почти целый день. Истерика не прекращалась. Слезы катились рекой, громкие всхлипы не думали останавливаться. Ира даже подумывала взять лезвие, но было слишком страшно. Обеспокоенные родители пытались несколько раз позвать ее, даже грозились отобрать телефон, но она не открыла. Только под утро удалось заснуть. Естественно, по будильнику девушка не проснулась. Слава богу, мать даже не стала ее будить. А выбралась из оков сна она лишь в полтретьего. И, далеко не первым делом, Ира проверила телефон. Больше десяти сообщений вотсапе (где была группа класса), а в тг их было штук тридцать. Школьница глубже вдохнула воздух и уже собралась проверять сообщения. Однако, от этого прекрасного времяпровождения ее отвлёк телефонный звонок от Макса, ее лучшего друга. - Кашина уволили.