Жизнь до смерти
Я стала нелюбимой дочерью: Возненавидели и растоптали. Сказали, что я никто для них больше. А я лежу и ору в подушку, Срывая свой голос. Кем я буду потом, ежели нынешне Я стала чужой и бессердечной тварью? Слезы роняю из своих глаз, И вода падает прямо на мою одежку. Приходит осознание: Не могу я сидеть, и вечные мемуары Воспламеняются вспять сегодняшней мне. Воспоминания, повторяющиеся опять. Я нож беру в правую руку И смотрю на себя в отражении, Подставляя конечность другой. Накреняя глаза, я провожу лезвием По кожице тонкой, не прикасающейся к ней уже давно. Просто и обычно дым от сигарет Никогда не спасал меня. А никотин уже не спасает вовсе. Он не дает мне умирать; Он дает мне возрождение. С ним я счастлива, с ним я сердечна. Кровь течет, а слезы вслед. Я роняю тело на пол, хватаясь за край стола. Паничка охватывает все мое сознание, И я теряю всю себя, не понимая, где я и кто я. Я стала чужим существом, Бродящим из стороны в сторону. Зачем я нужна? Прожила 17 лет и 11 месяцев, Как вдруг хочу опять умереть, Как и два года назад, когда подверглась насилию. И последний мой вздох, последние слова, Упавшие с губ моих влажных: «Я никто, чтобы жить для вас одних. Никто и никогда бы не полюбил меня, С моими грехами и отвращением к жизни и людям, и семье»…
