Немерено

Мо Жань любит Чу Ваньнина любого. Злого, раздражённого, расслабленного, ревнивого, сонного, уставшего, зацелованного и смущённого. Мо Жань зависим от этого мужчины, до которого никто не мог дотянуться, который отвергал всех. Надев маску безразличия и холода к окружающим, он отмахивался от чувств, эмоций. Холодный, бесчувственный и чёрствый преподаватель анатомии. «У него нет сердца, обычный вакуум внутри, чёрная дыра, засасывающая все негативные чувства в себя» Такие слышал Мо Вэйюй разговоры о Чу Ваньнине. Но он, как первоклассный психиатр, раскусил Чу Ваньнина, понаблюдав за ним. За маской равнодушия и презрения скрывается ранимый и одинокий человек, у которого проблемы с доверием и самооценкой. Человек, с которым у него поначалу не сложились отношения. Но которого Мо Жань смог полюбить всем сердцем. Ради которого смог усмирить свою натуру и показать себя настоящего. Мо Жань нашёл того самого человека, ради которого он готов на все, которого примет со всеми недостатками. Наверное, это тот самый момент, про который рассказывают взрослые, встретившие любовь своей жизни? Фейерверки в душе, счастье и радость в глазах, желание защищать. Мо Жань смог достичь недосягаемое, добраться до тёмных уголков души Чу Ваньнина и получить самого мужчину. Он всегда хочет его обнимать и не выпускать из постели, целовать каждый миллиметр его тела, проводить руками по плавным изгибам, прижимать ближе к своей горячей груди, чувствовать ответные поцелуи, укусы на плечах и шее, полосы на спине. Ощущать рваное дыхание своего золотца, слышать сбивчивый шёпотом о том, какой он бесстыдник. Мо Жань всегда лишь коротко усмехается, целомудренно целует в щёку и так зацелованного Ваньнина и говорит: «Но тебе же нравится, золотце». Получает слабый удар коленкой в живот. — Ц, не пинайся. — Не провоцируй. Лицо Чу Ваньнина горит, румянец пятнами плавно спускается на шею, а грудь тяжело вздымается. Мо Жань хочет слизать весь румянец и наговорить ещё больше приятных глупостей, из-за который он, скорее всего, снова получит в живот, но вид смущённого Чу Ваньнина ему никогда не надоест. Он никогда не перестанет дразнить его. Никогда не перестанет целовать его при каждой возможности. Обнимать. Любить. На работе у них мало времени видеться друг с другом, работают на разных кафедрах. Мо Жань волком воет, при любой возможности строчит Чу Ваньнину множество сообщений в мессенджер. «Я скучаю, по тебе, Ваньнин!» «Ваньнин, ответь» «Золотце, я знаю, что сейчас у тебя перерыв пятиминутный» «Ну не молчи» «Ваньнин» «Ваньнин» «Ваньнин» «Я тебя люблю» «Мо Вэйюй, займись своими студентами! Не валяй дурака» Получает он в ответ. Но даже такие ответы вызывают у него улыбку, а на душе расцветет целое поле благоухающих цветов. «Я тоже по тебе скучаю и люблю» Прилетает следом. Сердце Мо Жаня выпрыгивает из груди. Чу Ваньнин его любит. Он по нему скучает. Что может быть лучше такого откровения от любимого человека? От любимого человека, который редко произносит такие фразы, что уж говорить про переписки. И каждый раз, случайно сталкиваясь в коридорах, на лестничных пролётах или на заседаниях кафедр, Мо Жань не упускает возможности коснуться Чу Ваньнина, кинуть на него взгляд и получить то же самое в ответ. По началу Чу Ваньнин очень смущался, но чем дольше они встречались, тем больше он становился смелее и раскованнее. Тем больше давал в ответ ласки. Тёплых слов от него дождаться невозможно, он не умеет выражать любовь словесно. Зато научился показывать её действиями. Будь то объятие, поцелуй и даже обычное касание к плечу порождает в Мо Жане целый спектр эмоций. Грудь щемит от умиления и теплоты по отношению к этому неприступному мужчине. Чу Ваньнин не умеет готовить, но для Мо Жаня он научился готовить пельмени. С мясной начинкой и острыми специями, которая завернута в нежнейшее тесто. Он их готовит часто и незаметно подсовывает в сумку самого Мо Жаня. А потом делает вид, что это не он. Чу Ваньнин боится быть оставленным, но он учится доверять Мо Жаню, как себе. Забирает боль Мо Жаня, когда ему плохо, когда он устал. Чу Ваньнин не будет раскидываться красноречивыми словами, не будет давать пустых обещаний. Он не проронит ни слова. Он приготовит горячий чай, сядет рядом и позволит положить голову на свои коленки или своё плечо. Они будут молчать. Но тишина не угнетающая, а успокаивающая. Он будет перебирать волосы Мо Жаня, водить кончиками пальцев по шее, спине. И Мо Жаню этого достаточно. Достаточно того, что его обнимают и ждут, пока он сможет высказаться о своих переживаниях. Ему достаточно аккуратных касаний любимого человека к себе, чтобы успокоиться и почувствовать себя в безопасности. — Рассказывай, что случилось, — в конце концов скажет он. Мо Жань молчать не будет. Выскажет всё, как на духу. Тяжёлые дни преподавателя в медицинском университете почти каждый день. Почти каждый день из него высасывают душу будущие врачи. Заведующий кафедрой каждый день рвёт и мечет, а количество материала, который нужно дать студентам, растет. Чу Ваньнин его понимает. Чу Ваньнин тоже принимает Мо Жаня любым. Он принимает все его личности, все его недостатки, его чувство собственничества. Он не называет его сукиным сыном, не унижает за происхождение и не смеётся над падениями и неудачами. Ведь Чу Ваньнин тоже любит его. Мо Жань сильнее обнимает любимого. — Мо Жань, не сжимай меня так сильно, — ворчит мужчина и медленно, даже неохотно, выпутывается из объятий Мо Вэйюя. Чу Ваньнин кидает взгляд на электронные часы. Они показывают пять пятьдесят утра. До будильника ещё десять минут и можно поваляться в тёплой постели, на мягких подушках, получать поцелуи любимого Мо Жаня. — Золотце, ещё десять минут, — голос Мо Вэйюя звучит капризно и обиженно. Он резко подрывается с постели с намерениями вновь утащить Ваньнина к себе. Но он его отталкивает и недовольно сводит брови. Мо Жань знает, что Чу Ваньнин борется с внутренними демонами, которые так и нашёптывают ему лечь обратно. Но Вэйюй знает, что они проиграют и профессионализм победит. Если он не влезет. — У меня первая пара зачёт. Как раз у твоей группы, Мо Вэйюй, — отвечает Ваньнин. Мо Жань усмехается и откидывается на подушки, закидывая руки за голову. — А ты представь, как они обрадуются переносу зачёта. Стоит написать мне одно сообщение в группу об этом — и ты сразу их любимый преподаватель, Ваньнин. — Не нужно смешивать личное и работу. И я не хочу быть их любимым преподавателем только из-за таких подачек! Всё-таки у него самый стойкий и профессиональный мужчина. — Золотце, невозможно подготовиться к зачёту по трем большим разделам за неделю. Ты же не хочешь ставить поголовно неуды? — Мо Жань знает, что Чу Ваньнин строгий преподаватель, но, в отличие от своих других таких коллег, неуды он ставить совершенно не любит. А способных он даже тянет. Мо Жань уверен, что сейчас Ваньнин согласится на его предложение. Он уже видит сомнительный блеск в его глазах. Чу Ваньнин отводит взгляд и закусывает нижнюю губу. О боже, Мо Жань хоть сейчас готов завалить его в постель и не выпускать совсем. Но уважение превыше всего. Стоит сначала услышать ответ Ваньнина. Мо Жань уважает и считается с его словами и мнением. Но если уж слишком что-то нужно, то можно и немного перехитрить Ваньнина. Мягко, плавно переубедить его. — Кому нужно это, тот и за сутки выучит, — сказал, как отрезал. Но Мо Жань не сдаётся. Он садится на кровать, устраивается сзади него. Чу Ваньнин заметно напрягается, готовый уже возражать на каждое слово своего неугомонного молодого человека. Мо Жань склоняет голову к его плечам, целует и вновь восхищается им. «Как можно быть таким идеальным?» «Как можно сводить меня с ума настолько быстро» Несколько коротких поцелуев в плечи и отдельное внимание родинке за ухом — и Чу Ваньнин уже плывёт, отдаётся ему в руки. Уши Ваньнина очень чувствительны. Мо Жань обожает начинать ласки именно с них, чтобы сразу сразить его наповал. — Ты меня с ума сводишь. Мо Жань разворачивает Чу Ваньнина к себе лицом, смотрит несколько секунд в его глаза. «Я тебя так люблю» «Хочу быть только твоим» И затягивает в медленный, тягучий поцелуй. Их парные кулончики звонко бьются друг о друга, когда их тела вплотную прижимаются друг к другу. Сердца бьются в унисон, а мир вокруг теряет значение. Даже звонкая мелодия будильника затихает. Сейчас только они имеют значение друг для друга. Чу Ваньнин не возражает, когда его заваливают назад в кровать. Он лишь закидывает ноги на поясницу Мо Жаня и скрещивает их. Иногда на Мо Вэйюя накатывает осознание того, что Чу Ваньнин делает это уже на автомате. Мо Жань обожает каждое действие партнёра, каждый миллиметр его тела. Обожает самого Ваньнина. Слишком горячо, слишком много поцелуев и ванильных фраз, которые прожигают его насквозь, оставляют глубокие ожоги и порождают желание действовать. — Я заметил, — Чу Ваньнин уже задыхается от переизбытка ласки и желания. Он хочет большего, Чу Ваньнин желает разрядки, которую способен ему дать Мо Вэйюй. И плевать он хочет и на зачет, и на группу. — Ваньнин, золотце, — шепчет Мо Жань между поцелуями, — так ты перенесёшь зачёт? — Черт с тобой, Мо Жань, пиши своим студентам, чтобы приходили через неделю, а теперь я хочу больше поцелуев, — Ваньнин смог сказать то, что хочет на самом деле. Мо Жань вновь накидывается на него с поцелуями, исполняя просьбу. Он не может удержаться от просьбы своего мужчины, целуя его мягкие, полыхающие алым, щеки, аккуратный нос, влажные от слёз глаза и опухшие губы. — Золотце, ты у меня самый-самый. — Какой? — Лучший.