Отсчёт

Когда встаешь с невыползшими вровень, логично вспомнить слезы или смех, четыре счета тишины до боя, четыре такта оперы на всех. Четыре слова говорю до взлёта - на этих скалах хочется летать. Четыре мига вечного полёта врываются зимой и снегом в пять, и замирают на краю шестёркой. Я не дышу - застыла как во сне, и дар мой, неприкаянный и зоркий, был моей тенью, музыкой и зорькой, а стал последней искрой в тишине. Когда встаешь под гимн или молитву, и даже кожа кажется чужой, и хочется найти в кармане бритву, и вспомнить школьный опыт "золотой", полезно знать, что семь чудес и песен и восемь стрелок карты за стеклом, помогут тем, кто захотел остаться, и тем кто навсегда покинул дом, найти, поймать, допрыгнуть, достучаться к девятой жизни сквозь девятый вал, до тех, кто в этой точке или в прошлой, не отдал нам чужие номера. За десять цифр - в бою или под штилем, порою можно было б жизнь отдать, чтобы когда то страшные четыре не перешли в чудовищные пять. Десятка цифр, ключ быстрого набора - последняя устойчивая нить, в шторма и ливни веская опора, способная спасти и сохранить. Одиннадцать друзей бывает в фильмах, а для начала хватит даже двух, между ушей безжалостная битва, наушники доламывают слух. Двенадцать знаков знаков вижу в горизонте, хотя и это, говорят, туфта. Зачем тут столько строчек о полёте? Где буду я, когда дойду до ста?